Каин и Эвель: невеста
Каин ве-Эвель: кала
Бааль Сулам · Ор а-Бахир
Вплоть до первого соития включительно она называется невестой, по стиху: «Как жених радуется невесте, так будет радоваться о тебе твой Б-г» (Йешаяу 62:5). Это слово происходит от понятия цели и завершения (тахлит), в тайне стиха: «И завершил Б-г на седьмой день…» (Берешит 2:2) — завершение небес и земли, благословенное среди всех дней мира и освященное превыше всех времен.
В этом тайна правила: «Женщина не зачинает от первого соития». Напротив, оттуда исходят все ее величие и красота, по стиху: «И привел ее к человеку. И сказал человек: на этот раз это кость от моих костей и плоть от моей плоти…» (Берешит 2:22–23). Поэтому там нет еще беременности, которая служит обязательным предварительным условием для всякого зачатия (ибура). В этом и тайна речения: «Женщина заключает завет лишь с тем, кто делает ее сосудом». При первом соитии муж делает ее сосудом получения — свойством опускающегося сверху вниз отраженного света, и тогда она становится совершенным сосудом получения для всех светов. Но для тайны благословения семени, необходимого для беременности и зачатия, происходит грех древа познания — как сказали мудрецы: они соединились открыто, змей увидел это, позавидовал им, вошел к Хаве и внес в нее скверну (см. статью «Змей»). То есть к ней примешалась скверна четвертой стадии (бхина далет), и только тогда исполнился стих: «И познал Адам Хаву, жену свою, и она зачала…» (Берешит 4:1). Ведь Адам совершил тшуву за грех древа познания: он сидел в реке Гихон по шею, о чем сказано: «Всякое ползающее на брюхе» (Ваикра 11:42). Его НЕХИ поднялись в ХАГАТ, и он стал ползать на брюхе — в образе проклятого змея, у которого отсечены ноги.
Сначала эти ноги господствовали над Адамом а-Ришон до самой шеи из-за подъема НЕХИ в ХАГАТ, и он едва не лишился даже рук, по стиху: «И ослабли (рассеялись) мышцы рук его» (Берешит 49:24). И тогда Творец охладил самца и умертвил самку, засолив ее для будущего мира. Форма четвертой стадии совершенно стерлась, и Адам а-Ришон смог вновь очистить свои руки, по стиху: «Возденьте руки ваши в святилище» (Теилим 134:2). Тогда и исполнилось: «И познал Адам Хаву» — он совершил с ней зивуг в святости, ведь силой этих исправлений нашел в себе крепость исполнить стих: «Он будет поражать тебя в голову» (Берешит 3:15), разбив змею голову. Однако зивуг прервался, по стиху: «Приобрела я человека от Г-спода» (Берешит 4:1). Здесь соединились два свойства сразу: от святости зивуга Хава обрела ступень АВАЯ, а прерывание произошло по тайне стиха: «Г-сподь — муж брани» (Шмот 15:3), ведь «каков муж, такова и сила его». А затем: «И еще родила брата его, Эвеля» (Берешит 4:2) — это дыхание рта, выходящее наружу. Оно включает в себя сочетание свойств мира Некудим (עוה״נ): и четвертую стадию, и вторую. Хотя Эвель относился лишь к свету высших хасадим, все же: «И призрел Г-сподь на Эвеля и на дар его» (Берешит 4:4), ведь он поднялся в зивуге по тайне «АВАЯ светит мне», ступени одного сосуда (кли эхад). «А на Каина и на дар его не призрел» (Берешит 4:5), поскольку это тайна речения «Единый Б-г сотворил тьму» (אאב״ח). И потому: «И восстал Каин…» (Берешит 4:8) — силой этого восстания во тьме он начисто убил Эвеля, брата своего, пролил его кровь, и мир снова погрузился во тьму. В этом и смысл его слов: «Разве я сторож брату моему?» (Берешит 4:9). Ведь по корню своей души Каин должен был привлекать свет ГАР. Он считал, что все его дело — воздвигнуть ГАР в полной чистоте, вовсе не считаясь с малым светом хасадим Эвеля. Но сказано: «Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли» (Берешит 4:10). Все раскрытие светов было отдано душе Эвеля — свойству одного сосуда, которое драгоценнее света ГАР Каина. Ведь Эвель — это тайна «Моше, Моше», включающего в себя все силой своего отраженного света.
Об этом говорит и стих: «От первенцев овец своих и от тука их» (Берешит 4:4). Ведь благословение заключалось в мелком скоте, в овцах, и через козлов, поднимающихся на овец, все благословение (браха, בְּרָכָה) обратилось в первенство (бхора, בְּכוֹרָה): буквы этих слов почти одинаковы, как две капли воды. Поэтому Г-сподь обратился к дару Эвеля, а Каину сказал: «Отчего поникло лицо твое?» (Берешит 4:6), что указывает на восстание во тьме.
«Если станешь лучше, то поднимешься» (Берешит 4:7): весь твой подъем не к добру, если только сразу же после него ты не поднимешься вверх, к одному сосуду (кли эхад), к месту души Эвеля — в этом и тайна слова «поднимешься» (сеэт). Более того: «А если не станешь лучше, у входа грех лежит» (Берешит 4:7) — это пробуждение скверны змея, четвертой стадии (бхина далет), которая лежит, словно пес. И если он зашевелит языком (ощерится), ты не сможешь спасти свою душу. В этом смысл стиха: «Избавь от меча душу мою, из лап пса — единственную мою» (Теилим 22:21). Поникшее лицо Каина — это меч, а грех, лежащий у входа, — это огонь, лежащий, как пес, который вредит вплоть до ступени ехида, упаси Б-г. Оба эти действия, меч и пес, верно направлены на то, чтобы вознести его вверх, к тайне души Эвеля, к одному сосуду. И если он не обжегся теплой водой от меча, то обожжется кипятком — яростным языком пса, и тогда обеспечено спасение души от меча и спасение ехиды от пса.
