Тайны
Нистарот
Бааль Сулам · Ор а-Бахир
Написано: «Сокрытое — Г-споду, Б-гу нашему…» (Дварим 29:28). Пояснение: на протяжении всех шести тысяч лет, которые Творец отвел для времени и служения творений, эти вещи подобны длинному канату: он очень толстый и грубый в начале, но постепенно утоньшается к концу, пока не поднимется к чистой духовности, как выше его начала. В начале он называется грехом — изъяном, требующим исправления, и это удаление Его славы и удаление Его Шхины. В конце же каната времени этот недостаток восполняется, слава раскрывается всем обитателям земли, и нет сокрытого места. Об этом сказано: «а открытое — нам и сынам нашим до века, чтобы исполнять» (Дварим 29:28). В этом суть и цель всего действия и служения: чтобы тайны открылись нам так же, как они были выше каната времени. В каждом году и в каждом поколении материальное очищается, и грубый канат утоньшается через кругообороты, созданные Творцом всего и Его великими замыслами; по мере этого очищения мало-помалу раскрываются тайны. В этом смысл конца стиха: «все слова Торы этой» (Дварим 29:28). Дела, которые совершаем мы и наши сыновья, — это сами буквы этой Торы, как сказали мудрецы: вся Тора — это Имена Святого, благословен Он, то есть ступени Его постижения, пойми это.
Поэтому вся сила внешнего разума и его значение тоже оцениваются лишь раскрытием тайн, вникни в это. Сущность внешнего исходит из внутреннего, поэтому и путь его подобен ему. В этом тайна общего и частного: седьмое тысячелетие называется общим — раскрытием всех тайн и всех действий, сменявшихся одно за другим в мгновениях времени за шесть тысяч лет. А каждое отдельное мгновение времени называется частным; они отличаются друг от друга, и одно мгновение не похоже на другое. Из-за ощущения противоположности в них было дано время, чтобы сначала они сменяли друг друга, а затем, в седьмом тысячелетии, наступили поистине одновременно.
Отсюда понятно: все, что воспринимается во времени, материально; а всякая материя составная, то есть содержит два свойства, которые не могут проявиться одновременно. Поэтому человек выясняет их в отведенное время одно за другим, чтобы после выяснения и трудов оба свойства пришли одновременно, нисколько не мешая и не скрывая друг друга. Тогда это состояние называется свободным от материальности и времени, достигающим вечности седьмого тысячелетия. На это намекнул псалмопевец: «Йерушалаим отстроенный — словно город, слитый воедино» (Теилим 122:3). Конечное исправление называется отстроенным Йерушалаимом не потому, что избавленные строят его: они поражаются в своем постижении тому, что он уже отстроен и никогда в нем не было никакого изъяна. Всякая перемена места, действия и имени — а это и есть мгновения времени в изгнании, — все эти противоположности соединились воедино. Это абсолютная простота, подобная общему, раскрывающемуся при соединении всех его частей и частностей.
В этом тайна общего и частного: «нет в общем ничего, кроме того, что есть в частном» — без всякого новшества; и вся длительность изгнания ничего не добавила, как написано: «не прибавляй к тому и не убавляй от того» (Дварим 13:1), ведь такова природа истины. Но все, что не существует одновременно, не существует истинно. В этом смысл слов: «И перед одним что ты считаешь?» (Сефер Йецира 1:7), а также смысл вопроса: «Зачем приходят младенцы (טַף)? Чтобы дать награду приводящим их» (Хагига 3б). Ведь есть два частных света: один называется тэт (ט), когда свет не распространился даже до буквы цади (צ); и когда побеждающий смотрит на эти две частности, он не видит в них ни прибавления, ни убавления.
