Глава 54 из 54 · 24 мин
Врата 32: Намерение
Рабби Моше Кордоверо (Рамак)
Пункт 1.1
Врата намерения (кавана) — это врата 32.
Пункт 1.2
Цель этих врат — разъяснить, какую пользу приносит исполнение заповедей и молитва, а также указать порядок, которого следует придерживаться в молитвенном намерении, чтобы не допустить в нем ошибки, упаси Б-г.
Пункт 1.3
Глава первая.
Пункт 1.4
В предыдущих вратах уже было разъяснено, что человек — это «частица Б-га свыше» (Иов 31:2), если чисты и праведны дела его, и что он связан узами любви с корнями святости своей душой (нешама), восходящей по всем мирам и всем ступеням, как мы показали выше. Поэтому, когда человек вершит правду и справедливость и направляет свою верную мысль по ступеням вверх, приводя их к единению (ихуд), тогда петли сходятся друг против друга и прочно скрепляются между собой, а части его души облачаются одна в другую, звено за звеном, подобно разборному светильнику, составленному из звеньев. Отсюда следует, что благодаря человеку сфирот соединяются между собой и связываются крепким узлом, а сам он своей душой становится каналом (цинор), по которому передается влияние сфирот от первой до последней через прочный канат, связывающий их воедино. Ведь когда части его души соединяются друг с другом благодаря изучению Торы, из этого следует, что и высшие корни остаются связанными крепкой связью. Из этого становится понятно, почему ущерб, нанесенный одним человеком, не способны исправить все остальные души (нешамот) до тех пор, пока он сам не вернется в раскаянии (тшуве) — сейчас или в новом воплощении (гильгуле) — и лично не свяжет этот канат заново. Приведем этому наглядный пример. Представим себе прекрасный большой источник толщиной с бревно давильного пресса, корень которого складывается из множества тонких родников, узких, как игольное ушко, но когда все они сливаются воедино, образуется великая река, подобная водам Шихора. Если теперь кто-нибудь придет и перекроет один из этих малых тонких родников, большой источник неизбежно уменьшится ровно на величину этого перекрытого родника. На этом примере мы поймем, что большой источник — это мощь высшего влияния, изливающегося в мир, а тонкие каналы — это сами души, которые подобны огненным нитям, восходящим и скрывающимся в своем источнике во всех сфирот; именно через них осуществляется единение сфирот, их связь и их излияние. Когда же грешник совершает грех и отрывает тонкую нить своей души от одной из ступеней — в зависимости от тяжести греха: если грех велик, то наверху, а если мал, то внизу, — тем самым он уменьшает благо и влияние, протекающее по каналу его души, поскольку перекрывает и отсекает этот канал, как было разъяснено. Разве найдется среди всех остальных тонких каналов хотя бы один, способный исправить то, что испортил этот разорванный канал? В том-то и состоит вся серьезность дела, что никто другой исправить его не может; напротив, все остальные тоже получают ущерб и изъян. Ведь до сих пор каждый из тонких каналов включал в себя шестьдесят мириад каналов — по числу душ, — а теперь их осталось шестьдесят мириад без одного, так что в каждом из них насчитывается шестьдесят мириад без одного, а одна доля повреждена.
Отсюда ясно видно, что согрешивший нанес ущерб и самому себе, и другим; в этом и заключается смысл слов: «Все сыны Исраэля поручители друг за друга» (Шавуот 39а). При этом, хотя мы и назвали души каналами, из этого не следует, будто все каналы равны между собой; напротив, здесь есть множество различий. Когда праведный человек исполняет одну заповедь, он притягивает через нее высшее влияние соразмерно величию этой заповеди и награде за нее: от этого поток того канала возрастает, сам канал расширяется, и умножаются его свет и влияние. Когда же изучение Торы становится постоянным призванием человека, величие этого потока не прерывается никогда. Поэтому мы находим, что во времена рабби Шимона бар Йохая, мир ему, для которого и для чьих товарищей Тора была постоянным призванием, они несли наказание за отвлечение от Торы даже на одно мгновение, как об этом рассказано в Зоаре, в главе Шмот (л. 17б): «Рабби Йоси вышел в путь, и рабби Аха бар Яаков шел вместе с ним. Пока они шли, рабби Йоси замолчал и задумался о мирских делах, а рабби Аха размышлял о словах Торы. Идя по дороге, рабби Йоси увидел змея, который гнался за ним. Сказал рабби Йоси рабби Ахе: „Посмотри на этого змея, что бежит за мной!“ Ответил ему рабби Аха: „Я его не вижу“. Побежал рабби Йоси, а змей — за ним; упал рабби Йоси, и из ноздрей его хлынула кровь. Тогда услышал он, как произносят: „Только вас признал Я из всех племен земли…“ (Амос 3:2). Сказал рабби Йоси: „Если уж за один миг [отвлечения от Торы] постигает такое, то тем более — того, кто вовсе оставляет ее!“»
Пункт 1.5
Из этого рассказа мы узнаем об их достоинстве: они никогда не прерывали изучения Торы даже на мгновение. Именно поэтому рабби Йоси понес наказание, и причина этого в том, что мы уже разъяснили: пока они занимались Торой и заповедями, через них изливался могучий поток высшего блага, и мир пребывал в покое. Как сказал рабби Шимон бар Йохай, мир ему, о себе и своих товарищах: «Мы — семь глаз Г-спода», давая понять, что благодаря им Шхина соединялась с семью высшими днями. По этой причине, стоило им прерваться хотя бы на миг, как это изобилие (шефа) оскудевало, упаси Б-г, и наверху возникала нехватка влияния, отчего наказание настигало их мгновенно. Вот почему рабби Йоси увидел бегущего за ним извивающегося змея, тогда как рабби Аха его не видел: это указывало на то, что змей явился именно из-за отвлечения рабби Йоси от Торы. Потому он и услышал стих: «Только вас признал Я… поэтому взыщу с вас за все ваши прегрешения» (Амос 3:2). В этом же заключается причина того, что Святой, благословен Он, взыскивает с праведников даже за оплошность в толщину волоса. И это учение предельно кратко и емко изложено в «Тиккуней Зоар» (Тиккун 22, л. 64б), где сказано: «„Положи меня как печать…“ (Шир а-Ширим 8:6) — это душа, высеченная на Престоле [Славы]: когда она пробуждается в молитве внизу, Престол пробуждается наверху…»
Пункт 1.6
Здесь разъяснено, что, поскольку образ и облик души человека высечены на Престоле, благодаря его молитвам и добрым делам его душа неизбежно пробуждается и приводит в движение сам Престол, что служит веским подтверждением нашей мысли. Когда же благочестивый праведник совершает грех, его наказание оказывается неизмеримо строже, чем наказание кого-либо из пустых людей, ведь своими деяниями он поднялся в высших корнях на великую ступень и притягивал столь дивный поток, что большая часть ширины канала зависела именно от него. Чем выше благочестие человека, тем шире становится канал благодаря его душе, как было объяснено выше. Поэтому, если он согрешит и провинится, упаси Б-г, этот поток мгновенно иссякает, и по его вине мир погружается во тьму; оттого и воспылает на него гнев Г-спода вплоть до истребления, упаси Б-г, пока он не вернется в раскаянии и не исправит содеянное.
Пункт 1.7
После этого предварительного разъяснения становится понятно, сколь многократно возрастает достоинство ступени благочестивого человека в его молитве в зависимости от глубины его намерения. Если в своей молитве он направляет намерение на то, чтобы проводить влияние со ступени на ступень, словно по перекладинам лестницы, и прилепляется к своему Творцу знанием и исполнением Его заповедей, тогда его душа восходит и возвышается со ступени на ступень, от следствия к причине и от низшего звена к высшему, пока на него не изольется обильный поток. Тогда сам человек становится местом пребывания и опорой для высшего влияния, и уже от него оно распределяется по всему миру, как разъяснено в Зоаре, в главе Трума (л. 169а): «Тот, кто произносит благословение после трапезы, первым из всех получает благословения и сам благословляется в общности благословения над пищей, и потому удостаивается долголетия». Слова «и сам благословляется в общности благословения над пищей» означают, что он получает благословение в общности Малхут, которая и есть благословение после трапезы. А поскольку корень его души находится наверху, как уже говорилось, он принимает благословения первым, ведь по своему положению он предшествует всему миру. То же самое разъясняется и в главе Пкудей (л. 238а): «И потому на каждого, кто возносит молитву и связывает единение, смотрят [свыше]: подобающим ли образом совершены эта молитва и эта связь. И если молитва и связь совершены как должно, то он первым получает благословение из того места, откуда исходят все благословения».
Пункт 1.8
Исходя из этого, такой праведник становится опорой для Шхины: раз изобилие приходит через него, значит, он занимает место великого канала — «основы мира» (Мишлей 10:25). Поэтому Шхина по праву прилепляется к нему, и он именуется «другом Царя». Счастлив он и блажен его удел, так как он сам удостоился блага и удостоил других, и ради него весь мир судится к оправданию. Отсюда понятно, почему, пока в мире есть праведник и благочестивый человек, весь мир питается благодаря ему, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Брахот, л. 17б): «Весь мир кормится ради Ханины, сына Моего…». Из всего этого мы ясно познаем и постигаем, насколько ступень того, кто умеет направлять намерение к высшим корням, и даруемое ему Б-гом снадобье жизни превосходят ступень человека, способного молиться лишь по простому смыслу слов. Несомненно, в этом и состоит главная цель науки Каббалы, хотя помимо этого у нее есть и множество других достоинств.
И вот слова рабби Шимона бар Йохая, мир ему, в Зоаре, в главе Хукат (л. 184а): «Сказал рабби Шимон: здесь я хочу раскрыть одну тайну. Приди и смотри: всякий, кто умеет выстроить действие как подобает и выстроить слова как подобает и т. д., несомненно, пробуждает Святого, благословен Он, притягивать высшие блага, которые приуготовляются и т. д. Но если так, ведь все люди умеют совершать действия по порядку и произносить слова по порядку — в чем же тогда превосходство праведников, знающих корень слова и действия и умеющих направлять сердце и волю больше других, которые не обладают таким знанием? Однако те, кто не знает самого корня действия, а лишь соблюдает внешний порядок и не более, притягивают к себе влияние „из-за плеч“ Святого, благословен Он, — то влияние, которое не парит в воздухе и называется попечением. А те, кто обладает знанием и направляет сердце и волю, выводят благословения из области Высшей Мысли, и они исходят через все стволы и корни прямым путем, как подобает, так что благословляются и высшие, и низшие, и Святое Имя благословляется через них. Блажен их удел, ведь Святой, благословен Он, близок к ним и готов принять их: в час, когда они взывают к Нему, Он откликается им, а в час, когда они в беде, Он рядом с ними. Он дарует им почет в этом мире и в мире грядущем, как написано: „За то, что он возлюбил Меня, избавлю его…“ (Теилим 91:14)».
Пункт 1.9
Из этого отрывка во всех подробностях видно превосходство молящегося с намерением над тем, кто молится без намерения. Тот, кто не направляет намерение, а просто молится по заведенному у людей обычаю, получает влияние «из-за плеч» и т. д. Это означает, что Царь не поворачивает к нему Своего лица, чтобы ответить ему лично, но человек получает просимое извне — подобно тому, как земной царь, услышав крик одного из простолюдинов снаружи своего чертога, велит не впускать кричащего внутрь, а ответить ему снаружи через одного из царских слуг; в этом и состоит смысл слов «из-за плеч». Зоар указывает и причину этого: молитва такого человека не поднимается ввысь, потому что у нее нет крыльев, чтобы взлететь в чистый и святой воздух и рассечь воздушные пространства, небосводы и воинства. Зато достоинство молящегося с осознанным намерением в том, что он «делает себе крылья, чтобы взлететь к небесам» (Мишлей 23:5): его молитва прорывается в самую высь, вплоть до сфиры Кетер, и оттуда по ступеням он притягивает обильный поток от самого лица Царя и получает щедрый дар по благосклонности Царя к нему.
Пункт 2.1
После того как в предыдущей главе мы столь высоко превознесли достоинство молящегося с намерением, следует разобраться в одном затруднении, связанном с направлением намерения на сфирот. В мидраше «Сифри» на стих «…как Г-сподь, Б-г наш, всякий раз, когда мы взываем к Нему» (Дварим 4:7) сказано: «„К Нему“ — а не к Его свойствам (мидот)». И это совершенно справедливо: как можно просить у царского слуги, а не у самого Царя? Молиться подобает только Владыке сокровищниц — зачем же тогда мы относим всю нашу молитву к сфирот? Тем более что все слова молитвы служат как бы эпитетами (кинуим) для сфирот, и если молящийся будет направлять намерение на них, выйдет, что все его молитвы указывают лишь на сфирот, а для Источника всех источников у него не останется никакого намерения. Во-вторых, как вообще возможно направлять мысль на высшие свойства? Ведь стоит человеку мысленно представить в своем уме какую-либо из сфирот, как он неизбежно ограничит и овеществит ее. Что человек способен вообразить в духовном, если все, о чем он мыслит в своем воображении, телесно, и взор его разума не может представить духовное иначе, как придав ему вещественный образ и предел? А значит, направлять намерение на сфирот невозможно. И в-третьих, когда человек думает об одном из высших свойств, он неизбежно вносит разделение, ведь в своем уме он представляет это свойство отдельно от остальных свойств, что, безусловно, недопустимо, поскольку мы обязаны хранить их единство, как известно.
Пункт 2.2
Теперь разъясним, что для разрешения этих трудностей прежде всего необходимо знать: нет ни имени, ни слова, которые могли бы ограничить Эйн Соф — Царя над царями царей, благословен Он, упаси Б-г, и к Его сущности неприменимы никакие свойства, поскольку Он не подвержен изменениям и не обладает атрибутами, не переходит от одного желания к другому и от одного действия к другому. Поэтому человеку не подобает направлять на Него мысль так, словно Он сам именуется ЭЛЬ, ЭЛОА, ЭЛОКИМ или другими Именами и эпитетами. Все эти Имена относятся к сфирот. Когда же мы говорим «к сфирот», мы вовсе не имеем в виду сами сфирот как таковые, упаси Б-г: поступающий так падает в глубокую яму, и именно об этом сказано в «Сифри»: «„К Нему“ — а не к Его свойствам». Напротив, как мы разъяснили во «Вратах сущности и сосудов (келим)», наш замысел состоит в том, что Он именуется «Могучим» в свойстве Гвуры потому, что именно Он дает Гвуре силу действовать.
Поэтому, произнося слова «Б-г Великий», молящийся должен иметь в виду, что они указывают на сфиру Гдула и само это слово относится к Гдуле, однако его внутреннее намерение должно быть обращено к сущности [Эйн Соф], распространяющейся в Гдуле; и точно так же — в отношении Гвуры и всех остальных сфирот. Таким образом, словами молитвы он называет сфирот, которые служат Его атрибутами, но само его намерение устремлено к Эйн Соф, который действует через них и облачается в них. Так же разъяснил это рабби Шимон бар Йохай, мир ему, в «Тиккуней Зоар» (Предисловие, л. 3а): «В каждом месте и в каждом речении нужно направлять намерение так, чтобы речь относилась к Имени АДОНАЙ, голос — к Имени АВАЯ, и соединять их воедино в Том Единственном и Сокровенном, Кто связывает и соединяет их вместе. Именно к Нему должно быть обращено намерение, и к Нему неприменимы ни голос, ни речь, а только мысль».
Пункт 2.3
Здесь ясно сказано, что четырехбуквенное Имя относится к сфире Тиферет: с ней связана вся молитва в целом, а потому и всякий голос, исходящий из уст молящегося, указывает на нее. Речь же относится к Имени АДОНАЙ, то есть к Малхут. Но мысль обращена к Эйн Соф, благодаря которому соединяются эти два свойства. Во всей молитве нет ни одного слова, которое прямо указывало бы на Эйн Соф, кроме самого намерения человека, устремленного к Нему — поскольку Он есть все, Он соединяет высшие свойства и наделяет их изобилием. Это происходит через сущность [Эйн Соф], распространяющуюся внутри сфирот: благодаря этому сфирот обретают силу действовать, и потому сами их действия соотносятся с Ним, как разъяснено во «Вратах сущности и сосудов». Что же касается самих сфирот, то намерение человека вовсе не должно состоять в том, чтобы воображать себе природу сфирот — это, как уже сказано, невозможно.
Смысл намерения заключается в том, что у десяти сфирот есть десять четырехбуквенных Имен, как мы объяснили во «Вратах четырехбуквенного Имени», и они различаются между собой своими огласовками (некудот), а именно: Высший Кетер — это Имя АВАЯ (), полностью огласованное огласовкой камац, указывающей на Кетер, а четыре буквы (отиет) этого Имени указывают на десять сфирот, заключенных в нем, чтобы не возникло разделения, упаси Б-г. Имя Хохмы — АВАЯ, полностью огласованное огласовкой патах; через это Имя раскрывается Хохма. У Бины также есть Имя АВАЯ, полностью огласованное огласовкой цере, и через него раскрывается Бина. У Хеседа есть Имя АВАЯ, полностью огласованное огласовкой сеголь, и через него раскрывается Хесед. У Гвуры есть Имя АВАЯ, полностью огласованное огласовкой шва, и через него раскрывается Гвура. У Тиферет есть Имя АВАЯ, полностью огласованное огласовкой холам. У Нецаха есть Имя АВАЯ, полностью огласованное огласовкой хирик, и через это Имя раскрывается Нецах. У Хода есть Имя АВАЯ, огласованное огласовкой кубуц («сокращение губ»). У Есода есть Имя АВАЯ, полностью огласованное огласовкой шурук. А у Малхут — Имя АВАЯ вовсе без огласовки, в простом написании букв, и каково ее получение [от высших сфирот], такова и ее огласовка.
Пункт 2.4
Итак, молящийся должен направлять намерение на эти Имена и держать в уме, что ничто в мире не способно указать на нужную ему сфиру, кроме мысленно представляемого в его сознании Имени АВАЯ — четырех букв, снабженных соответствующей огласовкой, как разъяснено выше. Тогда он пойдет своим путем уверенно, без страха и боязни. Кроме того, ему следует иметь в виду, что в этих четырех буквах заключены все десять сфирот — в знак того, что все десять сфирот согласны с действием той сфиры, к которой он обращается. И как хорошо и прекрасно, если он пожелает мысленно представить эти Имена АВАЯ в соответствующих им цветах: тогда его молитва, несомненно, принесет еще большую пользу — при условии, что он будет помнить: в этом мире нет ничего, чем можно было бы уподобить действие данной сфиры, кроме такого-то известного цвета. Поскольку же мы подробно разобрали цвета во «Вратах цветов», здесь мы не станем их описывать: когда читатель захочет применить их в своем намерении, эти врата открыты перед ним. Поступая так, мы будем застрахованы от ошибки в любом из трех затруднений, упомянутых в этой главе.
Пункт 2.5
Помимо этого, у молитвенного намерения есть и другие условия, которые мы с помощью Всевышнего разберем в отдельной главе.
Пункт 3.1
Цель этой главы — разъяснить самую суть молитвенного намерения. Молящемуся необходимо притягивать духовный свет с высших ступеней в произносимые им буквы, чтобы дать этим буквам силу взлететь к соответствующей высшей ступени и ускорить исполнение его просьбы. Дело в том, что пар изо рта человека — не пустая вещь, как уже объяснялось в предыдущих вратах: из пара уст человека образуется духовная сущность. И этой духовной сущности необходима сила, которая позволила бы вознести его прошения и поднять произнесенные буквы к желанным ступеням. В этом и состоит главная задача намерения — притянуть силу, благодаря которой буквы поднимутся ввысь, обретут бытие на вершине мироздания и ускорят ответ на его мольбу. Вместе с тем следует знать, что произнесение эпитетов не равнозначно произнесению четырехбуквенного Имени, хотя в основе намерения всегда должны стоять Имена АВАЯ, как было сказано выше. Суть различия вот в чем: когда человек произносит четырехбуквенное Имя, ему следует направлять мысль к самой сути сфирот и к их внутренней духовности, которая служит одеянием (левуш) для сущности, распространяющейся от Эйн Соф. Когда же он направляет намерение на эпитеты, ему нужно мысленно представлять ту или иную сфиру со стороны ее частного свойства (бхины), помня при этом, что она включает в себя десять сфирот, на которые указывают четыре буквы Имени: они представляют собой ветви данной сфиры, как разъяснялось выше, и через эти десять ветвей она соединяется со всеми десятью сфирот, в чем и состоит связь и единение сфирот, описанное во «Вратах сущности и управления». И хотя рабби Шимон бар Йохай, мир ему, относил четырехбуквенное Имя к одной определенной сфире [Тиферет], тем не менее оно указывает и на все десять корней в целом при частном пробуждении этой конкретной сфиры.
Пункт 3.2
Кроме того, при упоминании любого из эпитетов необходимо знать, на какое именно из свойств сфиры указывает данный эпитет, как мы подробно разобрали во «Вратах эпитетов» и во «Вратах словаря эпитетов». Благодаря этому умножение слов, относящихся к одной и той же сфире, не вызовет недоумения, ведь один эпитет указывает на то, на что не указывает другой. В каждом случае следует направлять намерение в соответствии с его собственным путем, «и очень близко к нам это дело — в устах наших и в сердце нашем, чтобы исполнять его» (Дварим 30:14). Теперь вернемся к нашему предмету и поясним: когда мы произносим одно из нестираемых Имен, нам следует направлять намерение на всю полноту той сфиры, на которую указывает это Имя, не обращаясь к какому-либо отдельному ее свойству. Хотя у этих Имен есть свое толкование, раскрывающее, как они объемлют все сфирот и множество других свойств — о чем сказано во «Вратах Имен», — все же сами они служат чертогами для внутренней сути сфирот, то есть для упомянутых выше Имен АВАЯ, пребывающих в каждой сфире.
Поэтому, когда мы произносим само четырехбуквенное Имя, которое подчас указывает на одну из сфирот, наше намерение, безусловно, должно быть обращено [также] к самой внутренней сути сфирот — хотя встречается такое весьма редко. Когда мы произносим одно из нестираемых Имен, намерение состоит в том, что это Имя служит чертогом для внутренней сути [внутренних сфирот, то есть упомянутых Имен АВАЯ], но взятой в общей совокупности данной сфиры. А когда мы произносим один из эпитетов, речь, несомненно, идет об отдельных свойствах, различаемых внутри каждой сфиры соответственно значению этого эпитета. Таково правило в отношении отдельных слов молитвы. Что же касается всей молитвы в целом, то в ней всегда следует направлять голос к Тиферет, а речь — то есть отчетливое произнесение слов — к Малхут, которые соответствуют Именам АВАЯ и АДОНАЙ и соединяются друг с другом. Ведь поскольку молящийся извлекает голос и речь одновременно, его мысль всегда устремлена к сплетению Имен АВАЯ и АДОНАЙ (), указывающему на единение. И всякий раз, когда человек хочет выразить в намерении тайну единения, пусть он направляет мысль на это Имя.
Пункт 3.3
Кроме того, молящемуся следует иметь в виду, что голос и речь состоят из огня, воды и воздуха (авира), то есть из Гдулы, Гвуры и Тиферет, посредством которых совершается единение; ведь, как известно, исходящий из гортани голос складывается из огня, воды и воздуха, что разъяснено во «Вратах словаря эпитетов». А коль скоро намерение единения в молитве обращено к Имени единения, человек не впадет в прегрешение. В каждом из десяти четырехбуквенных Имен следует также направлять мысль на двенадцатибуквенное Имя, которое мы разъяснили во «Вратах частностей Имен». Наконец, молящемуся нужно учитывать в своем намерении, к какому именно свойству относится совершаемая им сейчас молитва — Шахарит, Минха или Арвит, — и в соответствии с этим свойством и временем молитвы выстраивать все свои каванот (намерения), то есть еще перед началом молитвы. Есть и множество других подробностей, связанных с молитвой, однако излагать их здесь письменно неуместно как из-за их пространности, так и потому, что они не относятся к предмету этой книги; они войдут в отдельную книгу, если Всевышний судит нам жизнь.
Пункт 3.4
На этом завершается эта глава, подходят к концу эти врата и увенчивается вся эта книга. Хвала Всевышнему, благословен Он, и благодарение Его великому и святому Имени, благословен Он!