Статья 1: Роза

Пункт 1

Рабби Хизкия открыл: написано: «Как роза между терниями…» (Шир а-Ширим 2:2; Пинхас 233; Ки Тиса 189). Что такое роза (шошана, שׁוֹשַׁנָּה)? Это Кнесет Исраэль (ведь есть роза и есть роза). Как в розе, что между терниями, есть красный и белый [цвета], так и в Кнесет Исраэль есть суд (дин) и милосердие (рахамим). Как у розы тринадцать лепестков, так и у Кнесет Исраэль тринадцать качеств милосердия, окружающих ее со всех сторон. Так же и [Имя] ЭЛОКИМ (אֱלֹהִים) здесь (Насо 131б, 138, 147; Шмот 186а): с того момента, как оно упомянуто, [Писание] произвело тринадцать слов, чтобы окружить Кнесет Исраэль и оберегать ее.

«Рабби Хизкия открыл…» Рабби Хизкия открыл: написано: «Как роза между терниями…» (Шир а-Ширим 2:2). Спрашивает: «Что такое роза?» И отвечает: «Это Кнесет Исраэль, то есть Малхут». Потому что есть роза и есть роза. Как в розе между терниями есть красный и белый [цвета], так и в Кнесет Исраэль есть суд и милосердие. Как в розе тринадцать лепестков, так и в Кнесет Исраэль тринадцать качеств милосердия, окружающих ее со всех сторон. Так же и [Имя] ЭЛОКИМ в приведенном здесь стихе — то есть «В начале сотворил Б-г (ЭЛОКИМ)…» (Берешит 1:1): с того момента, как оно упомянуто, [Писание] произвело тринадцать слов, чтобы окружить Кнесет Исраэль и оберегать ее. А именно тринадцать слов: эт, а-шамаим, ве-эт, а-арец, ве-а-арец, хайта, тоху, ва-воху, ве-хошех, аль, пней, техом, ве-руах — то есть до [слова] ЭЛОКИМ [во фразе]: «…[и дух] Б-жий витал…» (Берешит 1:2) и далее.

Разъяснение. Есть десять сфирот: Кетер, Хохма, Бина, Хесед, Гвура, Тиферет, Нецах, Ход, Есод и Малхут. Но основных [сфирот] только пять: Кетер, Хохма, Бина, Тиферет и Малхут, так как сфира Тиферет включает в себя шесть сфирот — ХАГАТ НЕХИ. И они образуют пять парцуфим: АА, Аба ве-Има и ЗОН. Кетер называется именем Арих Анпин (АА). Хохма и Бина называются именем Аба ве-Има. Тиферет и Малхут называются именами Зеир Анпин (ЗА) и Нуква. (Разъяснение десяти сфирот см. в «Птихе ле-Хохмат а-Каббала», пункт 5).

Знай, что тайна семи дней творения — это тайна двух парцуфов: ЗА и Нуквы де-Ацилут, содержащих в себе семь сфирот: ХАГАТ, НЕХИ и Малхут, как сказано выше. В этих стихах о деянии творения объясняется, как Аба ве-Има, то есть ХУБ, выделили их из себя от начала их возникновения до завершения состояния гадлут, которое действует в них на протяжении шести тысяч лет. И этот предмет последовательно разъясняется здесь, в Зоаре к главе Берешит.

Рабби Хизкия начал с разъяснения Нуквы де-ЗА, чтобы объяснить порядок того, как Бина, называемая именем ЭЛОКИМ (Има), выделяет ее из себя. Поэтому он начал с объяснения розы, которая и есть Нуква де-ЗА. А Нуква де-ЗА во время своего гадлута называется Кнесет Исраэль, как сказано ниже. И об этом он говорит: «Что такое роза? Это Кнесет Исраэль».

У этой розы есть два состояния: состояние катнута (малое состояние), то есть начало ее возникновения, когда в ней есть лишь одна сфира — Кетер, внутри которой облачен ее свет нефеш, а девять ее нижних сфирот считаются упавшими за пределы [мира] Ацилут и находятся в мире Брия. А также есть в ней состояние гадлута (большое состояние), когда девять ее нижних сфирот поднимаются из мира Брия в мир Ацилут, и она отстраивается вместе с ними в целостный парцуф из десяти сфирот. Тогда она поднимается вместе с ЗА, своим супругом, на равную ступень с Аба ве-Има де-Ацилут, и они облачают их. И тогда ЗА называется именем Исраэль (יִשְׂרָאֵל) — это те же буквы, что образуют слова ли рош — «мне голова» (לִי רֹאשׁ), а Нуква называется именем Кнесет Исраэль, потому что она собирает в себе все света Исраэля, своего супруга, и передает их нижним.

Состояние катнута называется «розой между терниями», потому что девять ее нижних сфирот опустошились от света Ацилута и остались словно тернии. Состояние же гадлута называется просто «розой», или Кнесет Исраэль. И об этом сказано: «Есть роза и есть роза».

Красный цвет указывает на то, что там есть возможность удержания для внешних [сил] и клипот, питающихся от нее. Это происходит во время состояния катнута, когда девять ее нижних сфирот находятся в мире Брия. Но есть в ней также и белое свойство — а именно в кли де-Кетер ее, где нет удержания для внешних.

И об этом сказано: «Как в розе между терниями есть красный и белый, так и в Кнесет Исраэль есть суд и милосердие». Это указывает на то, что даже в состоянии гадлута, когда она называется Кнесет Исраэль, — хотя она и поднимается тогда, облачая Бину в ее гадлуте, как сказано выше, — в ней все же остается свойство суда. Ведь она нуждается в тайне масаха (экрана), установленного в ней для ударного соединения (зивуг де-акаа): по причине суда, заложенного в масахе, он ударяет в высший свет и возвращает его назад, поднимая тем самым десять сфирот отраженного света, называемого светом суда, и притягивая внутрь них десять сфирот прямого света, называемого светом милосердия. (См. «Птиху ле-Хохмат а-Каббала», пункт 14). И потому также в Кнесет Исраэль есть суд и милосердие — в соответствии с красным и белым у розы между терниями.

В этом тайна моря, сделанного Шломо, которое стояло на двенадцати волах (Мелахим I 7:25). Ведь девять ее нижних сфирот, упавших в Брию, как сказано выше, исправились там в виде двенадцати волов, а точка Кетер, оставшаяся в Ацилуте, — это море, стоящее на них сверху. Все же они вместе называются тринадцатью лепестками розы. А то, как десять ее сфирот разделяются на тринадцать, объясняется ниже в «Марот а-Сулам».

Свет разума (мохин) состояния гадлут Нуквы, содержащий в себе свечение хохма, притягивается от тайны тринадцати Имен, называемых тринадцатью качествами милосердия. И об этом сказано: «Так и в Кнесет Исраэль тринадцать качеств милосердия». Главное же, что рабби Хизкия хотел показать этим сравнением розы между терниями с Кнесет Исраэль, — научить нас тому, что всему, чем обладает Нуква в состоянии гадлута, должно соответствовать приготовление и подготовка еще в начале ее существования, то есть в состоянии катнута. Об этом и говорится: белому и красному в катнуте соответствуют суд и милосердие в гадлуте, а тринадцати лепесткам в катнуте соответствуют тринадцать качеств милосердия в гадлуте. И он приводит это здесь, чтобы показать, как приведенные стихи объясняют оба этих порядка — катнут и гадлут, действующих, когда [Бина] выделяет Нукву из себя, как сказано далее: «Так же и [Имя] ЭЛОКИМ здесь…» и т. д.

И об этом сказано: «Так же и [Имя] ЭЛОКИМ здесь: с того момента, как оно упомянуто, произвело тринадцать слов» — это указывает на то, что ЭЛОКИМ в приведенном стихе «В начале сотворил Б-г (ЭЛОКИМ)…» (Берешит 1:1), то есть Бина, выделяющая из себя Нукву де-ЗА, произвела тринадцать слов: эт, а-шамаим, ве-эт, а-арец, ве-а-арец, хайта, тоху, ва-воху, ве-хошех, аль, пней, техом, ве-руах — то есть до второго [упоминания Имени] ЭЛОКИМ. Эти тринадцать слов намекают на те тринадцать лепестков розы между терниями в тайне моря, стоящего на двенадцати волах, как сказано выше; они служат подготовкой и условием для того, чтобы Кнесет Исраэль смогла принять тринадцать качеств милосердия. И об этом сказано: «Чтобы окружить Кнесет Исраэль и оберегать ее». Ведь тринадцать качеств милосердия, представляющие собой совершенный мохин Нуквы, окружают ее и светят ей со всех сторон, и благодаря им она защищена от прикосновения внешних [сил]. Ведь пока у нее нет великого мохин со свечением хохма от тринадцати качеств, внешние силы могут питаться от нее.

Пункт 2

Затем [Имя ЭЛОКИМ] было упомянуто еще раз. Почему оно было упомянуто еще раз? Чтобы произвести пять крепких лепестков, окружающих розу (Пинхас 233; см. также 107а). И эти пять называются «спасениями», и они — пять врат. И об этой тайне написано: «Чашу спасений подниму…» (Теилим 116:13; Трума 169) — это чаша благословения. Чаша благословения должна покоиться на пяти пальцах и не более, подобно розе, которая сидит на пяти крепких лепестках, соответствующих пяти пальцам. И эта роза — чаша благословения (Трума 131). От второго [упоминания Имени] ЭЛОКИМ до третьего [упоминания] ЭЛОКИМ — пять слов. А далее — свет, который был сотворен, скрыт и включен в тот союз, что вошел в розу и произвел в ней семя. И это называется «деревом, приносящим плод, в котором семя его» (Берешит 1:12; 62б). И то семя действительно пребывает в самом знаке союза.

«Затем было упомянуто…» Затем Имя ЭЛОКИМ было упомянуто еще раз — а именно: «…[и дух] Всесильного (ЭЛОКИМ) витал…» (Берешит 1:2) и т. д. И почему оно упомянуто еще раз? Чтобы произвести пять жестких лепестков, окружающих розу. И эти пять лепестков называются «спасениями», и они — пять врат. И об этой тайне написано: «Чашу спасений подниму…» (Теилим 116:13) — это чаша благословения. Чаша благословения должна покоиться на пяти пальцах и не более, подобно розе, сидящей на пяти жестких лепестках, соответствующих пяти пальцам. И эта роза — чаша благословения. От второго Имени ЭЛОКИМ до третьего Имени ЭЛОКИМ — пять слов, а именно: мерахефет («витал»), аль («над»), пней («лицом»), а-маим («вод»), ва-йомер («и сказал»), — которые соответствуют упомянутым пяти лепесткам. А далее — когда сказано: «…Б-г: да будет свет…» (Берешит 1:3) и т. д. — это свет, который был сотворен, скрыт и включен в тот союз, что вошел в розу и произвел в ней семя; и это называется «деревом, приносящим плод, в котором семя его» (Берешит 1:12). И то семя действительно пребывает в самом знаке союза.

Разъяснение. Пять крепких лепестков — это тайна пяти гвурот Нуквы, представляющих собой десять сфирот отраженного света, которые Нуква поднимает посредством ударного соединения (зивуг де-акаа) с высшим светом, называемого светом суда (как сказано выше, со слова «Красный…»). Ведь десять сфирот прямого света называются пятью хасадим — ХАГАТ, Нецах и Ход; они облачаются в пять гвурот — ХАГАТ, Нецах и Ход отраженного света. И эти пять крепких лепестков — силы суда в масахе, который препятствует высшему свету облачиться ниже масаха.

Поэтому сейчас они называются лишь пятью крепкими лепестками, ведь она еще не готова к зивугу на них. В состоянии же гадлута, когда масах вступает в зивуг с высшим светом, они называются пятью гвурот, как сказано выше.

Эти пять крепких лепестков — тайна пяти слов между вторым ЭЛОКИМ и третьим ЭЛОКИМ: мерахефет («витал»), аль («над»), пней («лицом»), а-маим («вод»), ва-йомер («и сказал»). И об этом сказано: «Почему оно было упомянуто еще раз?» — ведь это указывает на новое действие. И [Зоар] отвечает: чтобы произвести из Нуквы эти пять крепких лепестков, служащих подготовкой к зивугу в состоянии гадлута.

А то, что эти десять сфирот отраженного света называются пятью гвурот — ХАГАТ, Нецах и Ход, а не КАХАБ, Тиферет и Малхут (как сказано выше), объясняется тем, что они притягивают только свет хасадим. Поэтому КАХАБ снизились со своего уровня и называются ХАГАТ, а Тиферет и Малхут называются Нецах и Ход.

И об этом сказано: «Пять врат… чаша спасений»: это относится ко времени гадлута, когда пять крепких лепестков становятся пятью гвурот. Тогда они считаются пятью вратами — открытыми вратами для принятия пяти хасадим прямого света. По этой же причине они называются «спасениями». И тогда Нуква называется «чашей спасений» или «чашей благословения», поскольку благодаря их свойству Нуква становится сосудом (кли), вмещающим благословение — то есть упомянутые пять хасадим.

Число сфирот предстает в двух аспектах: либо числом десять, основа которых — пять ступеней, как сказано выше; либо числом тринадцать — как тринадцать качеств милосердия. Различие между ними состоит в том, что число десять указывает на счет сфирот ЗОН, когда в них есть лишь один только свет хасадим. Число же тринадцать указывает на мохин свечения хохма, принимаемый ЗОН. И это будет объяснено ниже в «Маарот а-Сулам».

И говорится, что чаша благословения, указывающая на привлечение пяти хасадим внутрь пяти ее гвурот, как сказано выше, «должна покоиться на пяти пальцах» — то есть только по счету десяти, которые суть ХАГАТ, Нецах и Ход, как сказано выше, — «и не более», исключая тем самым число тринадцать. Причина в том, что Нуква способна принять хохму из тайны тринадцати не иначе как путем облачения хохмы в хасадим. Поэтому сначала необходимо привлечь благословение — пять хасадим — непременно посредством пяти пальцев, то есть пяти гвурот, и только тогда она сможет получать также и от тринадцати.

Отсюда следует, что здесь имеются в виду пять пальцев левой руки, являющиеся пятью гвурот, тогда как пять пальцев правой руки — тайна пяти хасадим. Поэтому чашу благословения нужно поднимать двумя руками — то есть также и пятью пальцами левой руки, чтобы намекнуть на упомянутое намерение о пяти гвурот. Однако затем, в начале самого благословения, нужно оставить чашу только на пяти пальцах правой руки, чтобы не дать повода удержанию ситра ахра, питающейся от левой стороны.

И об этом сказано: «А далее — свет…» То есть третье Имя ЭЛОКИМ упомянуто в речении «Да будет свет…» (Берешит 1:3) и далее, чтобы выделить из себя ступень гадлута Нуквы, представляющую собой тайну пяти хасадим и тринадцати качеств милосердия. При этом пять хасадим — это тайна пятикратного упоминания слова «свет» в данном речении: 1) «…да будет свет», 2) «…и стал свет», 3) «…свет, что он хорош», 4) «…между светом…», 5) «…свет днем» (Берешит 1:3-5). А тринадцать качеств милосердия содержатся в стихе: «И был вечер, и было утро: день один» (Берешит 1:5). Ведь слово эхад («один», אֶחָד) указывает на тринадцать и по гематрии равно 13: алеф (א = 1), хэт (ח = 8) и далет (ד = 4). (См. «Тиккуней Зоар», Тиккун 26). Эти пять светов — тайна того, о чем сказали мудрецы (Хагига 12а): «Светом, который Святой, благословен Он, сотворил в первый день, человек мог созерцать от одного края мира до другого; когда же взглянул Святой, благословен Он, на поколение Потопа и поколение Вавилонского столпотворения и увидел, что дела их дурны, Он скрыл его от них». И об этом сказано: «который был сотворен и скрыт».

И об этом сказано: «И включен в тот союз, что вошел в розу» — то есть эти пять хасадим сначала включились в Есод де-ЗА, а не перешли напрямую от Бины, называемой ЭЛОКИМ, к Нукве. И этот союз — Есод де-ЗА, который вошел в розу и передал их ей. Причина же этого будет разъяснена ниже.

Эти пять хасадим, выходящие на пять гвурот, как сказано выше, называются семенем. Знай также, что главная сила суда и гвурот в масахе, мощью которых он ударяет в высший свет и возвращает его назад, находится лишь в атерет а-есод (венце Есод) де-ЗА: он притягивает их от мазаля ве-наке («и очищающий») де-дикна, а Нуква получает от него лишь свечение и ветвь. И потому основной зивуг на масах, поднимающий пять гвурот, которые притягивают и облачают пять хасадим — упомянутые пять светов, — происходит в Есод де-ЗА, и он отдает их Нукве. Именно это подчеркивает текст, говоря, что «то семя» — пять хасадим и пять гвурот — «действительно пребывает в самом знаке союза». Ведь в знаке союза, то есть в атерет а-есод де-ЗА, находится сама суть гвурот, притягивающих пять хасадим, называемых семенем, тогда как Есод Нуквы получает лишь подобие (дьюкна) его гвурот. И потому Есод Нуквы называется лишь «подобием союза» (дьюкна де-врит).

Пункт 3

И как подобие союза засеяно сорока двумя зивугами того семени, так запечатленное и явное Имя засеяно сорока двумя буквами деяния творения.

«И как подобие союза…» И подобно тому, как образ союза засеян сорока двумя зивугами того семени, так запечатленное и явное Имя засеяно сорока двумя буквами деяния творения.

Разъяснение. Тайна Имени из 42 букв (מ״ב) — это простое Имя АВАЯ, АВАЯ с наполнением и АВАЯ с наполнением наполнения, которые вместе насчитывают сорок две буквы. Их значение будет объяснено ниже в «Марот а-Сулам». А то семя, пребывающее в знаке союза, — пять хасадим и пять гвурот, как сказано выше, — притягивается от этого Имени из 42 букв.

И об этом сказано: «И как подобие союза» — то есть Нуква — «засеяно сорока двумя зивугами того семени, так запечатленное и явное Имя засеяно сорока двумя буквами деяния творения». Это означает, что в Нукве следует различать две стороны. Первая — это построение ее парцуфа, когда она созидается Биной, о чем и говорится здесь в повествовании о деянии творения. Вторая — ее соединение в зивуге с ЗА, называемое тайной единения (раза де-ихуда). И об этом сказано: «И как подобие союза» — то есть Есод Нуквы — «засеяно сорока двумя зивугами того семени» от знака союза, что относится к тайне единения, то есть к тайне зивуга, — точно так же рассуди и о порядке того, как Бина выделяет из себя и строит Нукву (что зовется деянием творения): это происходило также в тайне Имени из 42 букв.

Ты уже знаешь, что в построении Нуквы есть два состояния — катнут и гадлут. Катнут называется словом глифа («запечатленное» / «высеченное»), что означает высекание вместилища для светов времени гадлута. Ведь все то, что Нуква получает во время гадлута, требует подготовки и приведения в готовность еще со времени катнута (как сказано выше, в пункте 1, со слов «Свет разума (мохин) состояния гадлут…»), и потому [состояние катнута] называется словом глифа. А ее состояние гадлута называется словом мефораш («явное» / «разъясненное»), потому что все скрытое во время катнута разъясняется и становится явным во время гадлута.

И об этом сказано: «Так засеяно запечатленное и явное Имя»: Нуква называется «Именем», «запечатленное» (глифа) — это ее катнут, а «явное» (мефораш) — ее гадлут. И они также были засеяны и построены сорока двумя буквами, подобно сорока двум зивугам в тайне единения в знаке союза.

И об этом сказано: «Сорока двумя буквами деяния творения» — это сорок две буквы, приведенные здесь от [первой буквы слова] Берешит до буквы бэт (ב) слова ва-воху (וָבֹהוּ).