Ваякель

«И собрал Моше»: святость речений Цадика, собрание хаверим в Шаббат и тайна Устной Торы

«И собрал Моше всю общину сынов Исраэля, и сказал им: вот слова (речи), которые повелел Г-сподь делать их: шесть дней пусть делается работа, а день седьмой да будет вам святыней, субботой покоя Г-споду...» (Вайякель Моше эт коль адат бней Исраэль ва-йомер алехем эле а-дварим ашер цива АВАЯ лаасот отам: шешет ямим теасе мелаха у-ва-йом а-швии йихие лахем кодеш..., Шмот 35:1-2).

И комментирует Раши, благословенна его память: «"Вайякель" — это форма побудительного залога (хифъиль), означающая, что он не собирал людей физически руками, но они собирались сами по слову его (согласно его речению)».

Следует тщательно вникнуть в слова этих стихов:

1. Что означает выражение «вот слова (речи), которые повелел Г-сподь делать их» (эле а-дварим ашер цива АВАЯ лаасот отам)? Разве по отношению к речам и словам (дварим) уместно употреблять выражение «делание» (Асия)? Писанию следовало бы сказать: «вот заповеди, которые повелел Г-сподь исполнять» (эле мицвот ашер цива АВАЯ лаасот) или «вот деяния, которые повелел Г-сподь делать» (эле маасим ашер цива АВАЯ лаасот)!

2. В чем смысл сопоставления (смихут) соблюдения Шаббата с работой по возведению Скинии (Мишкана)? Мудрецы наши, благословенной памяти (ХАЗАЛЬ), истолковали это так: дабы сообщить нам, что возведение Мишкана не отодвигает соблюдение Шаббата. Однако это уже было сказано выше в главе Ки Тиса, в отрывке «Смотри, Я призвал по имени Бецалеля...» (Шмот 31:2-13)!

3. Еще более трудно: здесь написано «делать их» (лаасот отам), тогда как вся суть заповеди Шаббата заключается именно в неделании — в воздержании от работы, ибо общеизвестно, что все запреты субботы представляют собой исключительно запрещающие заповеди (лавин — «не делай»)!

4. Также затруднительны слова святого Раши, благословенна его память: «он не собирает людей руками, но они собираются по его речению». Неужели Моше лично звал каждого человека из народа Исраэля, чтобы тот пришел на это собрание? И даже если предположить, что он повелел глашатаям объявить об этом, Писанию следовало бы выразиться прямо, как написано далее: «И повелел Моше, и провозгласили в стане...» (вайцав Моше вайяавиру коль ба-маханэ, Шмот 36:6). Здесь же сказано «И собрал Моше» (Вайякель Моше), что буквально означает: Моше лично собрал их. Как же понять, каким образом он собрал их силой своего слова сам по себе?

И представляется разъяснить это в прямом и глубоком смысле (пешуто) следующим образом: Мы находим и воочию видим в каждом поколении, и в нынешних поколениях также: когда в поколении присутствует Цадик (святой праведник), который освящает и очищает себя во всех видах святости, непрестанно пребывает в Торе, в молитве, в заповедях и добрых делах исключительно ради прославления Создателя и служения Г-споду Единому (ле-Шем паолам ла-АВАЯ левадо) — к такому человеку в каждом поколении стекается множество сподвижников и учеников (асефат хаверим), дабы услышать из его уст Тору Г-сподню, обрести добрые советы для служения Творцу, благословен Он, и во всех иных делах, а также ради совместной молитвы. Ибо этот Цадик озаряет их очи (эйнаим) во многих вопросах — как служить Г-споду в истине и с пылким воодушевлением (итлахавут), и пробуждает их сердца к совершенному раскаянию (Тшува шлема).

Так было принято во времена святых Танаев и Амораев, имевших великие ешивы и постоянное время всеобщего собрания в субботы праздников (Шаббата де-Ригла), дабы толковать для них Тору и пути Г-сподни в истине, как известно из слов наших мудрецов, благословенной памяти, в Талмуде во многих местах (в трактатах Бава Меция и Бава Батра). И главное такое собрание происходило именно в святой Шаббат! Ибо в Шаббат этот Цадик удостаивается сугубой святости и великих постижений (хасагот) в Торе и наставлении (мусар), и способен указывать народу Г-сподню пути Всевышнего силой своего святого и благого речения (дибуро а-кадош). К такому Цадику собираются сподвижники и праведные мужи почти в каждую субботу.

Ибо Шаббат именуется «Шаббат Малкета» (Царица Суббота), а сфира Малхут соотносится с устами (пэ — рот): «Малхут — пэ, Тора ше-бе-аль пэ карина ла» («Малхут — это уста, и мы именуем ее Устной Торой»). Смысл этого, как сказано выше: всякий Цадик, освящающий свои уста (пэ) и язык в Торе и молитве, обретает в Шаббат особую Б-жественную силу в устах раскрывать Устную Тору на основе Письменной Торы.

И в этом заключается сокровенный смысл приведенных стихов: «И собрал Моше всю общину сынов Исраэля» — это произошло на следующий день после Йом Кипура, когда Моше сошел со святой горы в великой святости, которую он стяжал на горе за сорок дней. Поэтому весь Исраэль сам собой собрался к нему, ибо они знали, что услышат из его уст святые речи и новые сокровенные откровения Торы (торат хадашот), которых еще никогда в мире не слыхали!

И это то, что разъяснил святой Раши: «по его речению они собираются» — то есть благодаря тому, что в устах его пребывали святые речи, люди собирались к нему сами по себе, чтобы услышать от него Тору и советы для служения Г-споду.

И в этом смысл его слов: «И сказал им: вот слова (речи), которые повелел Г-сподь делать их» — то есть: подобно тому, как вы собираетесь ко мне, внимая моим святым речам и новой Торе, так поступайте и вы (кен таасу гам атем): освящайте самих себя во всей полноте святости, дабы и в ваших устах пребывали святые речи, и вы обрели способность собирать вокруг себя людей и сподвижников, чтобы они перенимали от вас Тору, святость и верные советы в служении Творцу!

И в этом заключается сопоставление со стихами: «Шесть дней пусть делается работа, а день седьмой да будет вам святыней...» — то есть благодаря этому освящению вы удостоитесь сугубой святости (кдуша йетера) в Шаббат, и пребудет в вас сила собирать людей и наставлять народ на путь Г-сподень в служении Ему, благословенно Имя Его!

«Вот слова, которые повелел Г-сподь делать их»: тайна Кидуша и предписывающей субботней заповеди в устах

Или можно разъяснить стих: «Вот слова (речи), которые повелел Г-сподь делать их: шесть дней пусть делается работа, а в день седьмой да будет вам святыней...» следующим образом:

Вот, мы находим, что во всех субботних заповедях в Писании изложены исключительно запреты (лавин — чего не делать), и мы не находим в тексте Торы ни одной предписывающей заповеди (мицват асэ) относительно Шаббата, за исключением того, что мудрецы наши, благословенной памяти (ХАЗАЛЬ), вывели на основе стиха: «Помни день субботний, чтобы освятить его» (Захор эт йом а-Шаббат ле-кадшо, Шмот 20:8) — обязанность освящать Шаббат при его наступлении и при его исходе над бокалом вина.

И суть субботнего Кидуша заключается именно в произнесении его собственными устами (кидуш ба-пэ). И это есть священное речение (дибур), ибо заповедано произносить Кидуш с предельной четкостью и раздельной артикуляцией каждого слова (бе-шинун у-ве-хитух а-дибур). Точно так же и при исходе Шаббата, во время совершения Авдалы (Разделения), заповедь исполняется исключительно посредством святого речения уст.

И в этом сокрыт смысл стиха: «Вот слова (речи), которые повелел Г-сподь делать их: шесть дней...» — то есть: та заповедь, которую Всевышний повелел в отношении Шаббата как предписывающую заповедь к обязательному исполнению (то есть «делать их» — в активном действии), заключена исключительно в «этих словах» (эле а-дварим)! Это те самые святые речи, которыми нам заповедано провозглашать Кидуш в Шаббат силой речения уст (бе-дибур), что и составляет главную предписывающую заповедь Шаббата.

И хотя вкушение субботних трапез (сеудот Шаббат) также является заповедью, прямого намека на них в тексте Десяти Заповедей не содержится — лишь до Дарования Торы, в отрывке о выпадении манны, сказано: «Ешьте его сегодня, ибо суббота сегодня Г-споду...» (Ихлуху а-йом ки Шаббат а-йом ла-АВАЯ..., Шмот 16:25), что наши мудрецы истолковали как указание на три субботние трапезы. После же этого мы не находим в Торе прямого указания на субботние трапезы. Поэтому единственной предписывающей заповедью Шаббата, прямо начертанной в самих Десяти Заповедях, является Кидуш, совершаемый святым речением уст (кидуш бе-дибур пэ), как разъяснено выше.

«Возьмите от себя приношение»: словесное освящение будничных дел, пути Шаммая и Гиллеля и низведение благословений седьмого дня

Еще по поводу приведенных стихов, при пробуждении нескольких глубоких грамматических и смысловых вопросов: «И собрал Моше всю общину сынов Исраэля... вот слова, которые повелел Г-сподь делать их: шесть дней пусть делается работа... сказать: вот слово, которое повелел Г-сподь сказать: возьмите от себя приношение Г-споду, всякий щедрый сердцем пусть принесет его — приношение Г-споду: золото, серебро и медь...» (Шмот 35:1-5).

Здесь возникает множество недоумений:

1. Сказано «вот слова (речи)» (эле а-дварим) — следовало бы сказать «вот деяния» (эле маасим), ибо к речам не применяется категория материального делания, как упоминалось выше.

2. Сказано: «Шесть дней пусть делается работа...» — смысл этих слов словно указывает на то, будто существует предписывающая заповедь непременно совершать материальную работу во все будние дни! Но ведь если человек изберет исключительное служение Всевышнему во все свои дни и не станет заниматься никакой мирской работой — о нем скажут «свят он», и это будет благоугодно в очах Г-спода!

3. Какая вообще связь между Шаббатом и приношениями на Мишкан в этом месте? И если сказать, что работа по сооружению Мишкана не отменяет Шаббат, об этом уже было прямо сказано выше в главе Ки Тиса: «Только субботы Мои соблюдайте...» (Ах эт шаббтотай тишмору, Шмот 31:13)!

4. Сказано: «которое повелел Г-сподь сказать (лемор)» — слово «сказать» (лемор) кажется избыточным: кому община Исраэля должна была передать эти слова?

5. Сказано: «возьмите от себя (ме-итхем)» — слово «от себя» выглядит лишним, достаточно было сказать: «возьмите приношение»!

6. Сказано: «всякий щедрый сердцем пусть принесет его — приношение Г-споду (йевиэха эт трумат АВАЯ)» — служебное слово «эт» (אֶת) не имеет здесь прямой очевидной грамматической связки, ведь следовало бы сказать: «принесет приношение Г-споду: золото...». Из оборота же «принесет его [вместе с] приношением Г-спода» следует, будто наряду с самим приношением Г-споду он принесет золото и серебро. Что же представляет собой само приношение?

Однако представляется разъяснить это в прямом и глубоком смысле: Вот, уже неоднократно разъяснялось, что главнейшая цель сотворения мироздания заключалась в том, чтобы Шхина (Б-жественное Присутствие) пребывала в нижних мирах, и свет святости Творца, благословен Он, раскрылся в этом материальном мире. И ради этой же высшей цели была дана заповедь о возведении Мишкана, как гласит стих: «И сделают Мне святилище, и буду обитать среди них» (Ве-асу Ли микдаш ве-шаханти бе-тохам, Шмот 25:8).

И привлечение света святости Всевышнего в Мишкан совершалось через то, что всё, приносимое сынами Исраэля для сооружения Скинии, они предварительно посвящали святым речением уст (хизминуха ба-пэ), явно провозглашая, что приносят этот добровольный дар ради работы Мишкана, дабы обитала в нем слава Г-сподня. И как мы разъясняли выше на стих «И возьмут Мне приношение» (Ве-йикху Ли трума): «взятие» (киха) в святости совершается исключительно речью (дибурим), подобно сказанному мудрецами на стихи «Возьми Аарона» и «Возьми левитов». Ибо устное посвящение (хазмана) обладает реальной духовной силой (хазмана мильта хи): посредством этого словесного посвящения они привлекали высшую святость на само материальное приношение. И каждый предмет, который они доставляли, они приносили в пылающем огне щедрости своего сердца и со священными словами на устах, посвящая его во имя Мишкана. Благодаря этому Бецалель обрел духовную силу соединить весь Шатер воедино, сделав его совершенным сосудом (кли), готовым к приятию святости Всевышнего, ибо святость уже почила на каждой отдельной вещи через тех, кто ее принес.

И ныне, по причине грехов наших, когда у нас нет ни Мишкана, ни Храма Г-сподня, человек обязан привлекать святость ко всем своим повседневным материальным делам. И это подобно сказанному в святом Зоаре на стих: «И будут есть то, чем совершено искупление» (Ве-ахлу отам ашер купар бахем, Шмот 29:33): подлинное качество искупления греха достигалось через вкушение мяса жертвы потому, что человек предварительно посвящал животное речением своих уст как жертву грехоочистительную (хатат), повинную (ашам) или мирную (шламим), привлекая святость на эту жертву; затем коэны в своем священнослужении, посредством великих духовных объединений (ихудим) в порядке храмовой службы, добавляли на нее святость на святость; и когда человек вкушал от этой освященной жертвы, пребывающая в ней святость осеняла его существо, и силой этого вкушения сокрушались все его материальные вожделения, являющиеся силами дурного побуждения (Йецер а-Ра). Тем самым искупался грех, совершенный под влиянием Йецера а-Ра, ибо силой этого священного вкушения скверна окончательно изгонялась из человека.

И точно так же обстоит дело со всеми аспектами материальной трапезы человека. Вот, во второй главе трактата Бейца (16а) наши мудрецы, благословенной памяти, поведали о Шаммае Старшем: «Все дни свои он ел в честь Шаббата. Каким образом? Находил красивое животное — говорил: "Это для Шаббата". Находил другое, краше прежнего — оставлял второе [на Шаббат], а первое съедал». Однако у Гиллеля было иное духовное свойство (мида ахерет), ибо все его деяния совершались во имя Небес (ле-Шем Шамаим), как сказано: «Благословен Г-сподь день за днем» (Барух АВАЯ йом йом, Теилим 68:20). И учили в барайте: «Бейт-Шаммай говорят: с первого дня недели — готовься к субботе; а Бейт-Гиллель говорят: Благословен Г-сподь день за днем».

Смысл их слов раскрывается согласно учению святого Зоара (раздел Итро 88а): рабби Ицхак сказал: написано «И благословил Б-г седьмой день» (Берешит 2:3), а о манне сказано «А в седьмой день суббота — не будет его в этот день» (Шмот 16:26). Если в седьмой день не находили манны (пропитания), то в чем же заключалось его благословение? Однако так мы учили: все благословения Высших и нижних миров зависят от седьмого дня! Ибо от этого святого дня благословляются все шесть Высших дней (шешет ямим илаин), и каждый день посылает пропитание вниз в свои сроки от той святой благодати, которой он благословился в седьмой день (до сих пор слова Зоара).

Вернемся же к нашей теме: поэтому древние мудрецы (Ришоним), благословенна их память, установили нам провозглашать каждый день перед «Песнью дня» (Шир шель йом): «Сегодня — первый день после субботы... сегодня — второй день после субботы...», дабы человек речением своих уст привлекал святость Шаббата в этот конкретный будний день!

И точно так же при совершении любого материального труда и ремесла человеку надлежит произносить: «Я делаю это для того, чтобы заработать средства на субботнюю трапезу и услаждение Шаббата (Онег Шаббат)». И тогда святость почиет на всех делах его рук! Либо, если его намерение при работе направлено на благотворительность, пусть скажет вслух: «Я тружусь, чтобы отдать часть заработанного на цдаку или на прием гостей (хахнасат орхим)» — этим он также привлекает подобие святости Шаббата и удостаивается низвести Б-жественное благословение внутрь своего дома и привлечь небесное изобилие (шефа) в будние дни от благословений седьмого дня (ми-бирхаин ди-йома швиаа).

Более того: когда таково осознанное намерение и речение человека во всяком его труде, он подготавливает самого себя к тому, что при наступлении Шаббата на него изливается неизмеримо больший поток святости, ибо он освящал себя мыслью о Шаббате всю неделю. А благодаря этому усиливается и способность самого Шаббата изливать святость на все последующие дни! На это намекнули мудрецы в изречении: «Кто утруждал себя накануне Шаббата — тот будет вкушать в Шаббат».

И в этом заключается сокровенная разница между путями Шаммая и Гиллеля: свойство Шаммая состояло в том, чтобы речением своих уст постоянно подготавливать себя к грядущему Шаббату. Благодаря тому, что он устно посвящал животное в честь Шаббата с самого начала недели, на мясо почивала святость грядущего Шаббата, и вкушая его среди недели, он принимал в себя святость будущей субботы начиная с первого дня недели. У Гиллеля же все деяния были безусловно посвящены Небесам, и святость Шаббата изливалась на все его труды от уже прошедшей святой субботы, согласно тайне Зоара: «каждый день наделяет благословением от седьмого дня», и об этом сказано: «Благословен Г-сподь день за днем».

Человек, обладающий такой духовной силой, привлекает на себя и на весь мир благословения седьмого дня. Тот, кто уповает на Г-спода и верит совершенной верой, что Всевышний изливает благословение благодаря этой святой подготовке в честь Шаббата или ради цдаки во всех его делах — такой человек жертвует дары с радостным сердцем и щедрой душой, и встречает Шаббат в величайшей радости; и одно связывается с другим, умножая его святость на будущее.

И напротив: человек, совершающий свой труд без духовного осмысления, подобно бессловесному животному — когда наступает Шаббат, суббота становится для него тяжким бременем и ярмом, ибо она отрывает его от дел, и ему кажется, будто он терпит убыток от прекращения работы. Равным образом и в цдаке он не способен давать от чистого сердца из-за отсутствия святого намерения, ведь всё величие и истинное богатство человека приумножаются лишь силой тех святых намерений, к которым он устремляет свою мысль.

И теперь мы приходим к постижению сокровенного смысла стихов: «И собрал Моше... вот слова (речи), которые повелел Г-сподь делать их (лаасот отам)» — слово «отам» (אוֹתָם) здесь истолковывается в значении «ито / иммо» (с ним / вместе с ними, подобно стиху «вайитнаклу ото» — «злоумышляли против него / вместе с ним», как комментирует Раши). То есть: вот те святые речи (дибурим), которые повелел Г-сподь, чтобы всё, что вы совершаете в мире, вы делали вместе с произнесением этих святых речей!

И затем Писание разъясняет, каковы эти речи: «Шесть дней пусть делается работа, а день седьмой да будет вам святыней...» — то есть всё, что вы делаете в шесть дней творения, совершайте таким образом, чтобы вслух провозглашать и напоминать: «Мы делаем это ради того, чтобы седьмой день был для нас святыней, и дабы усладить Шаббат!» — в точности так, как поступал Шаммаи Старший, говоривший устами при покупке скота: «Это в честь Шаббата».

И далее Моше заповедал подобное в отношении сооружения Мишкана: всё, что вы жертвуете, вы должны явно посвятить словом своих уст, дабы привлечь в дар Высшую Святость. И об этом сказано: «Вот слово, которое повелел Г-сподь сказать (лемор)» — именно «сказать устно», дабы вы произносили устами: «Мы отделяем это приношение во Имя Г-сподне!»

И благодаря этому: «Возьмите от себя приношение Г-споду (трума ла-АВАЯ)» — то есть посредством словесного и действенного посвящения дара Его благословенному Имени вы возвысите (териму) самих себя к Г-споду и постигнете Его святость.

И сказано далее: «Всякий щедрый сердцем пусть принесет его — приношение Г-споду: золото, серебро и медь...» (йевиэха эт трумат АВАЯ: захав...) — смысл этого в том, что когда человек исполняет то, что заповедано выше, и в каждом труде провозглашает, что делает это ради Шаббата, а при даянии объявляет, что дает во Имя Г-сподне — такой человек является истинно щедрым сердцем (недив лев). Он твердо верит и уповает, что ничто не убудет от его достояния из-за расходов на Шаббат и благотворительность, но напротив — изольются на него благодать и благословение из Высших Источников. Такой человек привлекает святые влияния на себя и на весь Исраэль.

И об этом возвещает стих: «Всякий щедрый сердцем принесет его вместе с приношением Г-спода» — то есть тот, кто истинно щедр сердцем и верит полной верой, что не понесет ущерба от пожертвований, но удостоится небесного изобилия, такой человек «принесет вместе с возвышением своего духа (трумато) к Г-споду» поток материальных и духовных благ Сверху Вниз: богатство, славу и величие — что символизируют золото, серебро и медь! Вникни в это глубоко.

«В тени Всемогущего»: тайна Имени ШАДАЙ, границы творения, святость Шаббата и исправление Шхины

И еще по поводу этих же стихов: «И собрал Моше всю общину сынов Исраэля, и сказал им: вот слова, которые повелел Г-сподь делать их: шесть дней пусть делается работа, а день седьмой да будет вам святыней, субботой покоя Г-споду...» (Шмот 35:1-2).

И разъяснил Раши, благословенна его память: «Писание предварило предостережение о Шаббате повелению о работе Мишкана, дабы сказать, что сооружение Скинии не отменяет Шаббат».

Однако здесь возникает вопрос: ведь это уже было разъяснено в главе Ки Тиса, где предостережение о Шаббате также приведено рядом с повелением о Мишкане! Более того: здесь, в главе Ваякель, предостережение о Шаббате написано до повеления о работе Мишкана, тогда как в главе Ки Тиса предостережение о Шаббате написано после повеления о Мишкане (ибо сначала сказано: «Смотри, Я призвал по имени Бецалеля...», и лишь затем: «Только субботы Мои соблюдайте»)!

Также следует вникнуть: в главе Ки Тиса сказано: «Смотри, Я призвал по имени Бецалеля...» — Всевышний обратился с этими словами к одному лишь Моше. Здесь же, в главе Ваякель, сказано: «И сказал Моше сынам Исраэля: смотрите, призвал Г-сподь по имени Бецалеля...» (Шмот 35:30), из чего следует, что повеление о том, чтобы именно Бецалель возводил Мишкан, было передано всему Исраэлю.

И еще трудность: изначально имя Бецалеля вообще не упоминается открыто, но сказано: «И всякий мудрый сердцем среди вас пусть придет и сделает всё, что повелел Г-сподь...» (Шмот 35:10), из чего следует, будто повеление строить Мишкан было обращено ко всем мудрецам Исраэля, и лишь затем главное назначение пало на Бецалеля!

И представляется разъяснить это на основе Мидраша к главе Трума: *«Другое толкование: "Всемогущий (ШАДАЙ) — мы не постигли Его, велик Он силой..." (Иов 37:23). В час, когда Святой, благословен Он, сказал Моше: "Сделай Мне Скинию", Моше изумился и воскликнул: "Слава Святого, благословен Он, наполняет Высшие и нижние миры, а Он говорит: сделай Мне Скинию?!" Поэтому сказал Моше: "Живущий под кровом Всевышнего... в тени Всемогущего (бе-цель ШАДАЙ) покоится..." (Теилим 91:1). Что означает "в тени Всемогущего"? Разве написано "в тени Б-га (Эль)", "в тени Милосердного (Рахум)", "в тени Милостивого (Ханун)"? Нет, здесь написано именно "в тени ШАДАЙ" — в тени (бе-цель), которую сотворил Бецалель!»*

Этот Мидраш кажется совершенно запечатанным и сокровенным: почему слова «в тени ШАДАЙ» толкуются как «в тени, которую соделал Бецалель»? Также и в Мидраше к главе Ваякель сказано: «Вся глубина разума (Бина), которая была в Бецалеле — исходила от имени ШАДАЙ». Это также требует глубинного объяснения: почему именно от святого Имени ШАДАЙ (שדי)?

И представляется разъяснить всё это так: Сказано в Гемаре (трактат Брахот 55а): «Бецалель умел соединять буквы, посредством которых были сотворены небо и земля». И мы находим в святом Зоаре и в священных книгах, что возведение Мишкана было полностью подобно Деянию Творения (Маасе Берешит).

Смысл этого заключается в следующем: замысел Творца, благословен Он, в Деянии Творения состоял в том, чтобы Его царство раскрылось в мире, Шхина пребывала в нижних мирах, и творения познали Его Божественность, благословенно Имя Его. Однако по причине беспредельного ослепительного сияния святости Его Б-жества творения не могли воспринять этот свет непосредственно. Подобно тому как человеку невозможно прямо смотреть на ослепительное солнце в зените его сияния — тем более, с бесконечной разницей в мириады степеней, невозможно воспринять прямой свет Божественности!

Поэтому Первопричина всех причин (Иллет коль а-Иллот) низвел миры по ступеням сверху вниз: чем ниже спускается мир, тем более уменьшается в нем открытая духовность, и свет перестает сиять столь ослепительно, будучи сокращен (мецумцам). Это сделано для того, чтобы сквозь это сокращенное сияние творения могли постепенно воспринимать более высокий свет и восходить со ступени на ступень, из мира в мир, пока не обретут способность принять величайшие света вплоть до Бесконечного Света Творца (Эйн Соф), благословен Он.

И сказали наши мудрецы, благословенной памяти (трактат Хагига 12а): в час, когда Святой, благословен Он, творил мир, пространство расширялось и стремительно распространялось вовне, пока Святой, благословен Он, не воззвал к нему гневно и не остановил его, как написано: «Я Б-г Всемогущий (Эль ШАДАЙ)» (Берешит 17:1) — то есть: «Я Тот, Кто сказал Своему миру: "Довольно!" (дай — דַּי)».

Смысл этого в том, что Всевышний узрел: если творение распространится дальше и еще более огрубеет в материальности (йитгашем йотер), человек потеряет всякую возможность вернуться и связать себя со своим духовным Корнем в Эйн Соф, благословен Он! Поэтому Всевышний сказал Своему миру: «Довольно!», дабы материальность не сгустилась сверх меры. Ибо главное высшее наслаждение Всевышнего (шаашуим) заключается в том, чтобы человек очищал свою материальность, избирал добро и соединял себя со своим святым Корнем.

Ради этого Святой, благословен Он, низвел в мир святость Шаббата, являющуюся «наследием без границ» (нахала бли мецарим) — то есть беспредельным распространением духовности без какой-либо материальной грубости. И если бы материальность творения распространилась хоть немного дальше, святость Шаббата не смогла бы раскрыться в мире! Поэтому Творец сказал миру «Довольно!», ограничив материальность в строгом соответствии с тем, сколько способна выдержать духовность — то есть святость Шаббата.

И об этом сказали мудрецы: «вошел в него [Шаббат] точно на толщину волоса (ке-хут а-саара)». Смысл этого в том, что Шаббат положил абсолютную границу и предел материальности, дабы она не разрасталась далее; и силой святости Шаббата материальность не имеет власти огрубеть сверх меры даже в шесть будних дней, ибо сияние святости Шаббата мерцает во всех шести днях творения. И потому Всевышний сотворил мир святым Именем Эль ШАДАЙ, сказав миру «Довольно!», дабы материя не разрасталась бесконечно.

И хотя изначальной целью творения было пребывание Шхины в нижних мирах, последующие поколения испортили свои пути — как поколение Потопа и поколение Рассеяния — и своими дурными делами заставили Шхину удалиться, отчего Б-жественное раскрытие скрылось и исчезло. Затем, при Даровании Торы у горы Синай, прекратилась нечистота (паска зухама), и вновь произошло раскрытие Божественности и пребывание Шхины в нижних мирах. Однако затем грех возобновился с прежней силой через создание Золотого Тельца, что воздвигло разделяющую завесу (масах а-мавдиль), и Б-жественное присутствие вновь сокрылось.

Поэтому Всевышний заповедал сотворить Мишкан со всеми его священными сосудами, дабы Шхина обитала внутри него, и Божественность раскрылась среди народа, как сказано: «и буду обитать среди них». Тем самым полностью осуществлялся первоначальный замысел творения.

По этой причине мудрецы сказали, что возведение Мишкана было в точности подобно Деянию Творения (Маасе Берешит), ибо в нем завершался замысел мироздания. И ради этого требовалось строить Мишкан с величайшими сокровенными намерениями (каванот гдолот меод), привлекая в него колоссальную духовность, и следя за тем, чтобы ни одна деталь в его материальном строении не огрубела сверх меры, но содержала в себе материи ровно столько, сколько необходимо для удержания величайшей духовности!

И подобно тому как Святой, благословен Он, очертил пределы мироздания, дабы оно не огрубело ни на волос (ке-хут а-саара), точно так же требовалось величайшее духовное намерение при возведении Мишкана — чтобы материальность сооружения не превысила меру привлечения святости даже на волосок (ке-мло нима)! Ибо если бы материальность увеличилась хоть на йоту сверх положенного, Б-жественный замысел не смог бы осуществиться.

И Бецалель был тем самым мужем, которого Всевышний наделил Мудростью, Разумением и Знанием (Хохма, Бина, Даат). Он ведал, как привлечь точную меру духовности в Мишкан и в каждый его сосуд, дабы материальная форма не превысила духовную вместимость ни на волосок. И об этом сказали мудрецы: «Бецалель умел соединять буквы, которыми были сотворены небо и земля».

Отсюда становится понятен упомянутый Мидраш: «в тени Всемогущего (бе-цель ШАДАЙ) — в тени, которую соделал Бецалель». Ибо подобно тому, как Всевышний ограничил творение Именем ШАДАЙ, сказав миру: «Довольно!», дабы материя не огрубела ни на волос, точно такое же намерение требовалось Бецалелю при возведении Мишкана и его сосудов — удержать материальность от малейшего излишества! И потому весь разум Бецалеля исходил от Имени ШАДАЙ, ограничивавшего материальное ровно по мере высшей духовности.

И теперь мы приходим к постижению стихов: Откуда Бецалель научился строить Мишкан с этими точнейшими намерениями, дабы материя не превысила меру ни на волос? Он научился этому от святости Субботы Творения (Шаббат Берешит)! Ибо Святой, благословен Он, низвел святость Шаббата как распространение чистой духовности, полагающее предел материальности. Бецалель перенял этот принцип для сооружения Мишкана.

Поэтому в главе Ки Тиса сказано: «Смотри, Я призвал по имени Бецалеля...» — ибо Моше-рабейну, мир ему, ведал, что Бецалель наиболее достоин привлечь подобающую духовность. И Всевышний возвестил Моше, откуда Бецалель постигнет эту тайну созидания без малейшего материального излишества: «Только субботы Мои соблюдайте...» — именно из сокровенной сути Шаббата Бецалель научится замыслу Мишкана! Поэтому там предостережение о Шаббате приведено после упоминания Бецалеля.

Здесь же, в главе Ваякель, приведено повеление всему народу Исраэля приносить добровольные дары: «Возьмите от себя приношение Г-споду, всякий щедрый сердцем...». И Всевышний желал, чтобы сыны Исраэля не внесли избыточную материальность в свои приношения! Ибо в своем пламенном воодушевлении исполнить заповедь они могли принести чрезмерно огромное количество золота и серебра ради внешней грандиозности, огрубив тем самым дар материальностью и утратив тонкое духовное намерение. А если бы приношения Исраэля огрубели, Бецалель не смог бы впоследствии привлечь в них святой Б-жественный свет!

Именно поэтому здесь Моше предварил предостережение о Шаббате повелению о приношениях на Мишкан — дабы весь народ Исраэля научился от святости Шаббата не огрублять свои дары излишеством, но приносить их ровно в той мере, которая способна вместить высшую духовность.

И если народ Исраэля научился этому от святости Шаббата, они также постигли: подобно тому как святость Шаббата неодинакова для каждого человека, но зависит от меры его святой подготовки в шесть будних дней, точно так же Бецалель обладал неизмеримо большей святостью, чем остальные люди. Поэтому он был избран как самый достойный строитель Мишкана, и никто не завидовал его назначению, ибо все поняли из тайны Шаббата, что именно Бецалель совершеннее всех умеет привлекать духовность, не допуская материального излишества даже на волос.

И на основе этого раскрывается сокровенный смысл стиха: «И пришли все мудрецы, делавшие святую работу... и сказали Моше: много приносит народ... И материала было достаточно для всей работы, чтобы сделать ее (лаасот отах), и с избытком» (Ве-а-мелаха хайта даям ле-хол а-мелаха лаасот отах ве-хотер, Шмот 36:4-7).

Слово «ее» (отах — אוֹתָהּ, в женском роде) кажется грамматически избыточным: следовало бы сказать просто «чтобы сделать работу» (лаасот). Однако согласно сказанному выше смысл стиха прекрасен: цель возведения Мишкана состояла в том, чтобы совершить возвышение (алия) и исправление (тиккун ве-Асия) для святой Шхины (Б-жественного Присутствия) в нижнем материальном мире. Ибо в нижних мирах духовность пребывает в великом сокращении (Цимцум), но когда деяния людей поднимают святость в Высшие сферы через святое служение, эта святость озаряется неизмеримо ярче, чем до своего сошествия вниз. И это возвышение именуется «исправлением и созиданием» (тиккун ве-Асия). А Шхина относится к категории Нуква (женское начало).

И об этом говорит Писание: «И работы было достаточно... чтобы совершить исправление Ее (лаасот отах — то есть совершить тиккун Шхины)»! Благодаря возведению этого Мишкана они обретали способность возвысить Шхину. Но если бы материальность приношений увеличилась хоть на волосок, совершить возвышение Шхины стало бы невозможно!

И потому: «И удержан был народ от приношения» (Вайикале а-ам ме-хави). Пойми это глубоко.

Масло для светильника и елей помазания: прилепление простого народа к Цадикам и озарение душ

«Возьмите от себя приношение Г-споду, всякий щедрый сердцем... и масло для светильника, и благовония для елея помазания... И всякий мудрый сердцем среди вас пусть придет и сделает всё, что повелел Г-сподь: Скинию... и светильник освещающий... и масло освещающее... и елей помазания...» (Шмот 35:5-15).

Следует тщательно вникнуть: Выше, при перечислении добровольных приношений всего народа Исраэля, написано: «масло для светильника (шемен ла-маор), и благовония для елея помазания (бесамим ле-шемен а-мишха)». Когда же речь заходит о делании мудрых сердцем мастеров, написано: «светильник освещающий (менорат а-маор), и масло освещающее (шемен а-маор)... и елей помазания (шемен а-мишха)».

Но ведь в то время Менора еще не излучала свет, и масло еще не горело светом — вплоть до возведения Мишкана и зажжения лампад во время храмового служения! Почему же они названы «освещающими» (а-маор)? Кроме того, благовония у народа названы «для елея помазания» (ле-шемен а-мишха), тогда как у мастеров сказано прямо «елей помазания» (шемен а-мишха), хотя им еще никого и ничего не помазывали! Следовало бы и здесь написать: «елей для помазания».

Однако представляется разъяснить это на основе упомянутого выше: о великой духовной пользе, проистекающей от соединения простых людей (пшутей а-ам) с Цадиками поколения.

Ибо у простых людей недостает разума постичь, как служить Г-споду в абсолютной истине и как совершать все свои земные дела в чистейшем сиянии (бе-бехирут), дабы все их поступки светили пред Г-сподом. И лишь через прилепление к Цадикам поколения, которые зажигают их сердца огненным воодушевлением (итлахавут) посредством своих святых речений, простые люди начинают понимать, как служить Всевышнему в истине.

Служение же Цадика поколения предельно прозрачно и сияет во всех Высших мирах. Поэтому благодаря духовному единению народа с Цадиком этот свет озаряет души всего Исраэля, так что и их дела начинают светить пред Создателем и возносить приятное благоухание (реах нихоах) Г-споду, подобно благовониям.

И в этом заключается смысл стихов: «Возьмите от себя...» — простые люди приносят свои материальные дары Г-споду ради того, чтобы их души озарились светом и святостью через связь с Цадиками. И это означает: «масло для светильника (шемен ла-маор)» — они жертвуют, чтобы зажегся свет в их душах через праведников.

«И всякий мудрый сердцем среди вас...» — мудрецы суть святые Цадики, обладающие Высшим Разумом (Сехель гадоль). Они способны совершать все свои деяния на основе Высшей Мудрости так, что их дела изначально сияют сами по себе, и они зажигают и озаряют души всего Исраэля.

Поэтому о мудрецах Исраэля сказано, что они приходят делать все святые вещи: «светильник освещающий (менорат а-маор), масло освещающее (шемен а-маор) и елей помазания (шемен а-мишха)» — ибо все их труды и служение уже являются источником сияния и священного помазания для них самих и для всего народа Исраэля!

Золото, серебро и медь: исправление падших страстей, страхов и гордыни через приобщение к святым ступеням Праотцев

«И пришли мужчины к женщинам, всякий щедрый сердцем принесли... всякие золотые сосуды, и всякий человек, кто приносил возношение золота Г-споду; и всякий человек, у которого нашлась лазурь (тхелет), и пурпур (аргаман), и червленица... всякий возносящий возношение серебра и меди принесли приношение Г-споду...» (Шмот 35:22-24).

В порядке этих стихов сокрыт глубокий намек: почему сначала принесли возношение золота, затем лазурь и пурпур, и лишь затем серебро и медь?

Следует сказать об этом так: приношение даров на сооружение Мишкана имело целью искупить грех Золотого Тельца. Подлинное же раскаяние (Тшува) должно совершаться так, чтобы человек исправил абсолютно всё, что он повредил в своих душевных качествах (мидот):

— то, что он повредил в падшей любви (ахавот раот / ахавот нефулот — греховные страсти и вожделения);

— то, что он повредил в падшем страхе (йирот раот / йирот нефулот — страх перед творениями вместо трепета пред Творцом);

— то, что он повредил в падшем величии и ложной гордости (хитпаарут раа / нефула — тщеславие и высокомерие).

Все эти качества необходимо исправить совершенной Тшувой, прилепившись к духовным ступеням Святых Праотцев:

— прилепиться к свойству нашего праотца Авраама — любить Г-спода в абсолютной истине, ибо он есть Корень святой Любви (сфира Хесед);

— в трепете — прилепиться к свойству нашего праотца Ицхака — трепетать пред Г-сподом Всевышним, ибо он есть Корень святого Трепета (сфира Гвура);

— в прославлении и великолепии — прилепиться к свойству нашего праотца Яакова — прославлять Творца в истине, ибо он есть Корень Великолепия (сфира Тиферет).

И когда человек прилепляется к ступеням Святых Праотцев, он тем самым поднимает все падшие страсти, падшие страхи и падшую гордость к их святому Первоисточнику, и всё мироздание исправляется.

Таково было сокровенное намерение сынов Исраэля при приношении даров на Мишкан, согласно порядку этих ступеней. Ибо сказано в Мидраше к этой главе: «Золото (захав) — это Авраам, испытанный в огненной печи; серебро (кесеф) — это Ицхак, очищенный на жертвеннике; медь (нехошет) — это Яаков, как сказано: "я приметил (нихашти)" (Берешит 30:27)».

И в этом заключается смысл стихов: «И пришли мужчины к женщинам, всякий щедрый сердцем принесли... всякие золотые сосуды...» — то есть сначала они принесли золото, дабы исправить падшие страсти и вожделения, соединившись со ступенью Авраама для исправления корня святой Любви (Хесед).

Затем они принесли лазурь (тхелет) и пурпур (аргаман). Ибо лазурь намекает на низший страх (йира пхута), поскольку цвет тхелет соотносится со сфирой Малхут, в деснице которой пребывает суд и наказание для преступающих Его волю. Тхелет и аргаман также намекают на Высших ангелов суда, обладающих силой наказывать.

И затем они принесли серебро и медь — дабы возвысить всё к святым свойствам Ицхака и Яакова, исправить дурные страхи и ложную гордость, и прилепиться к свойствам Ицхака и Яакова, возводя все качества к их Высшему Корню, как понятно каждому.

Щедрый дар Г-споду: преодоление природы в заповеди цдаки и восприятие благотворительности как высшего дара с Небес

«Всякий мужчина и женщина, чье сердце побудило их принести на всякое дело, которое повелел Г-сподь сделать через Моше — принесли сыны Исраэля добровольный дар Г-споду» (Коль иш ве-иша ашер надав либбам отам... хэвиу бней Исраэль недава ла-АВАЯ, Шмот 35:29).

Этот стих на первый взгляд кажется совершенно избыточным, ведь Писание уже детально перечислило приношения каждого колена, мужчин, женщин и князей! Зачем же Торе потребовалось вновь обобщать: «Всякий мужчина и женщина... принесли сыны Исраэля добровольный дар Г-споду»?

Представляется разъяснить это в прямом и глубоком смысле: Мудрецы наши, благословенной памяти, сказали (трактат Брахот 33б): «Того, кто говорит в молитве: "На птичье гнездо распространяется милосердие Твое, и за добро да помянется Имя Твое..." — заставляют умолкнуть, ибо он представляет свойства Святого, благословен Он, проявлениями простой человеческой жалости, тогда как они суть не что иное, как царские указы (гзейрот)».

Также приведено в Гемаре (Сифра, раздел Кдошим): «Пусть человек не говорит: "Мне противна свинина", но пусть говорит: "Я желал бы ее, но Отец мой Небесный запретил мне это"». Смысл этого в том, что даже среди грехов существуют вещи, отвратительные человеку по его природной склонности; однако человеку не подобает воздерживаться от них лишь по причине личной брезгливости! Человек должен сокрушать свою природную натуру и воздерживаться исключительно из трепета перед указом Царя над Его рабами. Равным образом и те заповеди, которые человеческий разум сам по себе считает логичными и обязательными (мишпатим), человек должен исполнять не в силу велений разума, но исключительно из послушания повелению Творца, благословен Он, постановившего так подобно Владыке над своими подданными (см. подробно в наших толкованиях к главе Мишпатим).

Таков духовный закон в отношении всех заповедей Торы. Однако в заповеди цдаки (благотворительности и добровольного дара) служение Всевышнему строится совершенно противоположным образом!

Ибо природа человека — страстно любить богатство и стремиться к накоплению имущества; уменьшать же свое состояние и раздавать деньги на цдаку — абсолютно противно эгоистической природе человека. Поэтому Тора повелевает в отношении заповеди цдаки: «Да не огорчится сердце твое, когда ты даешь ему» (ло йера левавха бе-титеха ло, Дварим 15:10), ибо по природе человек скорбит от убыли своего достояния. И здесь человек обязан сокрушить свой эгоизм, дабы давать цдаку с любовью и радостью, что требует огромных душевных усилий.

Однако у избранных праведников (йехидей сгула) существует еще более высокая и великая ступень в заповеди цдаки: они буквально в каждое мгновение жаждут — когда же представится им случай встретить бедняка или сотворить дело милосердия (гмилут хасадим)! И когда Святой, благословен Он, посылает им возможность дать цдаку, они испытывают колоссальную радость, точно Сам Всевышний ниспослал им драгоценный царский подарок!

И так сказано в святом Зоаре: «Бедняк — это царский дар (дорон) для домохозяина». Ибо тот, кого Всевышний наделил истинным разумом и постижением, ясно понимает: возможность накормить голодных, одеть нагих, ввести сирот и невест под свадебный балдахин — это величайший дар от Творца самому дающему! Такой человек непрестанно восхваляет и прославляет Творца, благословенно Имя Его, удостоившего его столь великих заповедей.

И в этом заключается сокровенный смысл приведенного стиха: именно так сыны Исраэля приносили свои дары на сооружение Мишкана — в великой радости и благости сердца! Они почитали саму эту возможность щедрым даром Всевышнего, ниспосланным им с Небес.

И в этом смысл слов: «принесли сыны Исраэля добровольный дар Г-споду (недава ла-АВАЯ)» — то есть они воспринимали это приношение как благословенный дар от Самого Всевышнего, удостоившего их послужить Ему!

Мудрость, разумение и трепет: согласование Мидраша и Гемары, тайна Имен АДНИ и АВАЯ и ступени богобоязненности

«И сделал Бецалель, и Охолиав, и всякий мудрый сердцем муж, в которого вложил Г-сподь мудрость и разумение, чтобы знать, как делать всякую работу для служения во святилище... И призвал Моше Бецалеля и Охолиава и каждого мудрого сердцем мужа... чтобы приступить к работе делать ее» (Шмот 36:1-2).

Эти стихи на первый взгляд содержат явное противоречие: Сначала написано: «И сделал (ве-аса) Бецалель и Охолиав и всякий мудрый сердцем... всё, что повелел Г-сподь» — в прошедшем времени, словно они уже совершили всю работу! И лишь затем сказано: «И призвал Моше Бецалеля и Охолиава... чтобы приступить к работе делать ее» — как будто Моше лишь теперь призывает их начать исполнение работы! Как же согласовать эти стихи?

И представляется разъяснить это в прямом и глубоком смысле на основе Мидраша к нашей главе: *«"Дай мудрому, и он умудрится еще" (Мишлей 9:9) — это Бецалель. В час, когда Святой, благословен Он, сказал Моше: "Сделай Скинию", Моше пришел и передал Бецалелю... Сказал ему Бецалель: "А куда будет помещена святая Тора?" Ответил Моше: "Когда мы построим Скинию, тогда сделаем Ковчег (Арон)". Сказал ему Бецалель: "Учитель наш Моше, не в этом честь Торы! Сначала мы сделаем Ковчег, а затем Скинию!" Поэтому Бецалель удостоился того, чтобы Ковчег был назван его именем, как сказано: "И сделал Бецалель ковчег" (Шмот 37:1)»* (до сих пор слова Мидраша).

Однако в Гемаре (трактат Брахот 55а) приведено совершенно противоположное: *«Бецалель был назван по имени своей мудрости. В час, когда Святой, благословен Он, сказал Моше: "Пойди и скажи Бецалелю: сделай Скинию, Ковчег и сосуды", Моше пошел и переставил порядок, сказав Бецалелю: "Сделай Ковчег, сосуды и Скинию". Сказал ему Бецалель: "Учитель наш Моше, в обычае человека сначала строить дом, а затем вносить в него сосуды! Сосуды, которые я сделаю — куда я внесу их? Неужели не так было сказано тебе Всевышним: сделай Скинию, Ковчег и сосуды?" Сказал ему Моше: "В тени Б-га (бе-цель Эль) ты пребывал и постиг это!"»*.

Слова Гемары буквально противоположны словам Мидраша! Невозможно предположить, чтобы между мудрецами существовал столь непреодолимый спор относительно фактических событий.

И представляется объединить их учения на основе изречения Гемары (трактат Шаббат 31а): «Всякий человек, в котором есть Тора, но нет богобоязненности (йират Шамаим), подобен казначею, которому вручили внутренние ключи, а внешних ключей не вручили — как же он сможет войти внутрь? Провозгласил рабби Яннай: Горе тому, у кого нет двора (дарта), но ворота для двора (тара ле-дарта) он строит!».

Эта Гемара также содержит кажущееся внутреннее противоречие: из слов первого мудреца (Танна Кама) следует, что богобоязненность предшествует Торе, ибо страх уподоблен внешним ключам от ворот, без которых невозможно войти внутрь; рабби Яннай же восклицает «Горе тому, у кого нет двора, но ворота строит», уподобляя Тору самому двору, а страх — воротам, делая Тору сущностной основой, а богобоязненность — второстепенным преддверием!

И всё это разрешается на основе учения Предисловия к святой книге Тиккуней Зоар (Тиккун 5, лист 18б): *«Пятая ступень в богобоязненности... Установили учители Мишны: "Всякий, чей страх греха предшествует мудрости — мудрость его пребывает; но всякий, чья мудрость предшествует страху греха — мудрость его не пребывает". Ибо всякий, чья мудрость предшествует страху греха, подобен тому, кому вручили внутренние ключи, но не дали внешних... Тайна Имени АДНИ (אדני): в нем буква Йод — это страх Г-сподень (йират АВАЯ), и эти четыре буквы Имени суть внешние ключи. Буква Йод имени АВАЯ — это Высшая Мудрость (Хохма), и четыре буквы этого Имени суть внутренние ключи...»* (см. там подробно).

Ибо в святом Зоаре сказано: «Есть трепет и есть трепет» (ит йира ве-ит йира), и в богобоязненности существует множество глубочайших ступеней.

Сказано: «Начало мудрости — страх Г-сподень» (Решит Хохма йират АВАЯ, Теилим 111:10). Ибо человеку совершенно невозможно совершить ни единого святого действия — будь то изучение Торы, молитва или добрые дела — без предварительного стяжания трепета пред Небесами. Ибо трепет есть врата Небес, без которых невозможно войти ни в Тору, ни в молитву.

И началом богобоязненности является Нижний трепет (Йира Татаа) — страх греха (йират хэт) и страх наказания. И поскольку общеизвестно, что «нет праведника на земле, который делал бы добро и не погрешил бы» (Коэлет 7:20), каждый человек обязан всю жизнь пребывать в Тшуве (раскаянии), как сказали мудрецы: «Возвратись за один день до смерти». Ибо без предшествующей Тшувы невозможно приступать к Торе и служению, как мы неоднократно упоминали от имени нашего святого наставника рабби Яакова Ицхака а-Леви из Люблина (Провидца из Люблина), благословенна память праведника, приводившего стих: «А нечестивцу сказал Б-г: что тебе толковать уставы Мои...» (Теилим 50:16). Поэтому каждый человек перед началом учебы или молитвы обязан сокрушить сердце в Тшуве.

Однако если человек еще не постиг глубины Торы, ему невозможно достичь сущностного и истинного трепета — Высшего трепета (Йира Илаа), благоговения перед величием Творца, благословен Он, являющегося Корнем и Истоком всех миров! Ибо Высший трепет невозможно постичь иначе, как предварительно став истинным знатоком Торы (Бааль Тора). И силой Торы человек способен изо дня в день всё глубже постигать величие и непостижимую возвышенность Его Божественности.

И после того, как человек стал мудрецом Торы, он обязан совершить сугубую, высшую Тшуву! Ибо истинная суть Тшувы — познать всю бездну тяжести духовного повреждения и осознать, пред Ликом Кого был совершен грех. А это раскрывается лишь тому, кто знает глубины Торы. Поэтому предварительное сокрушение перед учебой именуется Нижним трепетом (Йира Татаа); когда же человек умудрился в Торе, он восходит к Высшему трепету (Йира Илаа) перед величием Его Имени.

И в этом заключается намек книги Тиккуней Зоар: Буква Йод Имени АДНИ (אדני) соотносится с Нижним трепетом пред Небесами, ибо Имя АДНИ соотносится со сфирой Малхут — Престолом Суда (Карсья де-Дина). И это есть Хохма Татаа (Нижняя Мудрость). Буква же Йод четырехбуквенного Имени АВАЯ (הויה) есть Высшая Мудрость (Хохма Илаа), и она намекает на Высший трепет (Йира Илаа), который рождается после постижения мудрости Торы и равен высшей Б-жественной Любви, а порою превосходит саму Любовь!

Исходя из этого, учение Мидраша и учение Гемары сливаются в абсолютной гармонии: Мидраш начинает словами: «Дай мудрому, и он умудрится еще», а в Гемаре сказано: «Святой, благословен Он, дает мудрость только мудрым». Смысл этого: тому, кто стяжал Нижнюю Мудрость (Хохма Татаа — страх Небес, страх греха и искреннюю Тшуву), Всевышний дарует способность изучать святую Тору и молиться, наделяя его Высшей Мудростью буквы Йод Имени АВАЯ. И это означает: «Дай мудрому, и он умудрится еще»!

В Мидраше описан диалог Моше и Бецалеля: Моше сказал, что необходимо подготовить Скинию для раскрытия Шхины, дабы обучать Исраэль Высшей Мудрости Торы. Бецалель же ответил: невозможно постигать Тору без предварительного трепета — то есть без вхождения в ступень Имени АДНИ (Храма АВАЯ), скрывающего святость подобно тому, как Ковчег и Покров (Арон ве-Капорет) скрывают Скрижали Завета! Прежде Торы необходимы Тшува и трепет пред Небесами, на что намекает сотворение Арона. Поэтому Бецалель сказал: «Мы сделаем сначала Ковчег (Тшуву и Нижний трепет), а затем Скинию — дабы учить Тору из уст Всевышнего».

В Гемаре же Скиния (Дом) символизирует ступень Имени АДНИ — внешние врата и Нижний трепет, а Ковчег с сосудами — Высшую Мудрость Торы (Хохма Илаа). Поэтому Бецалель сказал: «В обычае человека сначала строить дом (обретать страх Небес — ступень АДНИ), а затем вносить сосуды (постигать свет Торы)!». И Моше подтвердил: «В тени Б-га (бе-цель Эль — в тайне Имени АДНИ) ты пребывал!».

Из всего сказанного следует: прежде всего человек обязан соделать себя готовым сосудом для приятия Б-жественной мудрости — через глубокий страх греха и искреннюю Тшуву; и лишь затем он способен подняться к Высшей Мудрости Торы и постижению Божественности.

И в этом заключается сокровенный смысл стихов: «И сделал (ве-аса) Бецалель и Охолиав и всякий мудрый сердцем...» — то есть прежде всего они совершили совершенную Тшуву и стяжали глубочайший страх греха, соделав себя чистыми сосудами для приятия Б-жественной мудрости при возведении Мишкана! И лишь после этого: «И призвал Моше Бецалеля и Охолиава... чтобы приступить к работе делать ее» — Моше призвал их к физическому созиданию священного Мишкана!

И точно так же разрешаются слова Гемары трактата Шаббат: страх Небес служит вратами к Торе, а Тора служит вратами к сокровенному Высшему трепету! Вникни в это глубоко.

«Много приносит народ»: смирение мастеров Мишкана, священный труд и разделение ихудим приношения и созидания

И еще по поводу приведенного стиха: *«И сделал Бецалель, и Охолиав, и всякий мудрый сердцем муж, в которого вложил Г-сподь мудрость и разумение, чтобы знать, как делать всякую работу... И призвал Моше Бецалеля... и взяли от Моше всё приношение... А они приносили ему еще добровольные дары каждое утро. И пришли все мудрецы... и сказали Моше: много приносит народ... И повелел Моше, и провозгласили в стане: пусть ни мужчина, ни женщина больше не делают работы для святого приношения! И удержан был народ от приношения...»* (Шмот 36:1-6).

В этих святых стихах возникает множество трудностей:

1. Сказано «И сделал Бецалель...» в прошедшем времени, словно он уже завершил работу, а затем сказано: «И призвал Моше... и взяли от Моше...», показывая, что они лишь после этого приступили к делу!

2. Сказано: «в которого вложил Г-сподь мудрость и разумение знать (Хохма у-твуна бахэма ладаат)» — следовало бы сказать: «мудрость, разумение и знание (Хохма, у-твуна, ва-даат)», подобно тому как написано выше: «и Я наполнил его духом Божьим, мудростью, разумением и знанием» (Шмот 31:3)! Что означает этот странный оборот со словом «знать (ладаат)»?

3. В высшей степени трудно понять поведение мудрецов, делавших работу, которые пришли к Моше со словами: «Много приносит народ...». Откуда они вообще знали, сколько приносит народ? Ведь мастера брали материалы у Моше и трудились каждый на своем месте, народ же приносил дары не мастерам, а лично Моше! И какое дело мастерам до того, сколько приносит народ — пусть излишек останется в сокровищницах Дома Г-сподня! Почему они так встревожились, что поспешили к Моше с просьбой остановить приношения?

4. Моше повелел объявить: «Пусть ни мужчина, ни женщина больше не делают работы...» — следовало бы провозгласить: «пусть больше не приносят даров»! А если приношение даров именуется здесь «работой» (как объясняет Раши на стих «и работы было достаточно»), то почему стих завершается словами: «и удержан был народ от приношения (ме-хави)», а не «от делания (ме-лаасот)»?

И представляется разъяснить это на основе сказанного выше: Главный замысел творения мироздания заключался в том, чтобы Шхина обитала в нижних мирах; и таково же было назначение заповеди о сооружении Мишкана, как сказано: «И сделают Мне святилище, и буду обитать среди них». Мудрецы учили: «Бецалель умел соединять буквы, которыми были сотворены небо и земля», ибо сотворение неба и земли и возведение Мишкана суть одно — раскрытие света святости Творца в материальных мирах.

И мастера святой работы совершали величайшие духовные объединения (ихудим) при каждом действии, ударе и резке в работе Мишкана. Поэтому Всевышний наполнил их Мудростью, Разумением и Знанием (Хохма, Бина, Даат), упомянутыми при сотворении неба и земли, ибо для этого требовалась сугубая святость и высочайшее духовное очищение, дабы своими ихудим приготовить обитель для Шхины и воплотить замысел мироздания из потенциала в действие (ми-коах эль а-поэль).

Человек же, которого Всевышний удостаивает столь высокой ступени, неизменно почитает самого себя совершенным ничто (аин) и считает себя абсолютно недостойным этой святости! Ибо всякий, кто считает себя достойным и возносится в собственных глазах — того Всевышний никогда не удостаивает таких высот. И всё величие Моше-рабейну, мир ему, проистекало из его беспредельного смирения (анава), ибо он считал себя недостойным Б-жественного откровения, как сказали мудрецы: «В награду за три вещи удостоился трех».

Поэтому Бецалель и мудрые сердцем мастера, увидев, что Всевышний избрал именно их для святого труда, умножили святость на святость и служение на служение, ибо в глубочайшем смирении считали, что всё еще не обладают должным совершенством разума и постижения для возведения обители Его славы! Всё их служение и молитвы были направлены к Всевышнему, дабы Он Сам наставил их и даровал им знание и постижение, как совершать работу Мишкана с подобающими святыми ихудим.

И в этом смысл слов: «И сделал (ве-аса) Бецалель и Охолиав и всякий мудрый сердцем... чтобы знать, как делать (ладаат лаасот)» — то есть всё их делание и устремление на начальном этапе заключалось в непрестанной молитве пред Всевышним, дабы Он научил их совершать эту работу с необходимыми святыми соединениями букв. Это и означает «ладаат лаасот» — они сокрушали себя, считая, что еще не обладают полным Знанием (Даат) для столь святого труда, и совершали святую подготовку, моля Г-спода даровать им способность «знать, как делать».

И когда они совершили эту духовную подготовку, «призвал Моше Бецалеля... и взяли от Моше... чтобы делать ее».

И когда мастера приступили к физической работе молотами и железными орудиями, совершая великие сокровенные ихудим, сила их священного труда пробудила мощнейший огонь любви и щедрости в сердцах всего народа Исраэля! Всякий раз, когда мастера ударяли инструментами, совершая высшие соединения, в сердца сынов Исраэля вливался пламень воодушевления приносить всё новые и новые дары каждое утро!

Однако наши мудрецы, благословенной памяти, установили великое каббалистическое правило: «Время для Торы — отдельно, а время для молитвы — отдельно» (зман Тора ле-худ ве-зман Тфила ле-худ). Смысл этого в том, что духовные объединения (ихудим), совершаемые в Высших мирах, строго индивидуальны для каждой конкретной заповеди: действие одной заповеди не похоже на действие другой! То, что совершается силой молитвы, не может быть совершено силой Торы, и категорически запрещено смешивать разные ихудим между собой (по этой же причине в праздник Пурим время посылания даров мишлоах манот и время праздничной трапезы разделены).

Точно так же: те сыны Исраэля, которые доставляли добровольные приношения на Мишкан, своим актом даяния (хаваа) совершали особые ихудим приношения; мастера же, изготавливавшие Скинию, своими священными действиями совершали совершенно иные ихудим созидания (Асия).

И до тех пор, пока народ беспрерывно доставлял приношения, мастера не могли должным образом сосредоточить свою мысль на ихудим созидания, ибо поток приношений непрестанно вторгался в их духовное пространство! Мастера тонко ощутили это духовное препятствие в Высших мирах и поняли, что народ приносит дары с избытком. Поэтому они пришли к Моше и сказали: «Много приносит народ... и мы не в силах совершать ихудим материального созидания Мишкана, пока народ совершает ихудим приношения!».

Моше-рабейну также постиг, что неудержимый порыв народа к приношениям рождается от духовных вибраций священного труда самих мастеров. Поэтому Моше повелел провозгласить: «Пусть ни мужчина, ни женщина больше не делают работы!» — то есть повелел мастерам временно приостановить свою работу! Ибо как только мастера остановили свой труд, в сердцах людей остыло пламенное стремление к доставке даров, порожденное этой работой — и тем самым «удержан был народ от приношения (ме-хави)»!

И когда поток приношений прекратился, мастера смогли в совершенном духовном покое возвратиться к своему труду и завершить все необходимые святые ихудим созидания Святилища! Вникни в это глубоко.