Дварим

Тайна обличения намеком, святые рассказы Цадика и исправление качеств души

«Вот слова, которые говорил Моше всему Исраэлю по ту сторону Иордана, в пустыне, в степи, против Суфа, между Параном и между Тофелем, и Лаваном, и Хацеротом, и Ди-Захавом» (Эле а-дварим ашер дибер Моше эль коль Исраэль бе-эвер а-Ярден ба-мидбар ба-арава мол суф бейн Паран у-вейн Тофель ве-Лаван ве-Хацерот ве-Ди Захав, Дварим 1:1).

В комментарии Раши, благословенна его память, сказано: «"Вот слова" — поскольку это слова упреков, и перечислил здесь все места, где они гневили Вездесущего, благословен Он; поэтому он скрыл эти слова и упомянул их лишь намеком из уважения к Исраэлю: "в пустыне" — намекнул на то, чем они прогневили Его в пустыне, и так далее по всему стиху, где перечисляются места, в которых они гневили Вездесущего, благословен Он» — смотри там слова Раши.

Здесь возникает множество тонких вопросов:

1. Повсюду, где сказано слово «Эле» («Вот» / «Сии»), оно отсекает и признает негодными предшествующих (посель эт а-ришон им). Что же предшествующее отсекается и отвергается здесь?

2. Раши пишет, что из уважения к Исраэлю Моше упомянул грехи намеком, и сказав слово «в пустыне», намекнул им на то, чем согрешили в пустыне, и так же во всех остальных названиях. Но это трудно понять: ведь во всех местах, где они согрешили, они совершали напротив этого великие заповеди и добрые дела! Как приведено в Мидраше на стих: «Черна я, но красива» (Шхора ани ве-наава, Шир а-Ширим 1:5): «Черна я в пустыне» — когда сказали: «О, если бы мы умерли в пустыне!»; «и красива я в пустыне» — ибо возвели Мишкан, Ковчег и священные сосуды; и так же во всех остальных местах (см. Мидраш). Если так, откуда сыны Исраэля поняли из произнесенного им слова «в пустыне», что он пришел напомнить об их грехе? Быть может, он пришел возвестить об их достоинстве и похвале?! Поэтому мы неизбежно должны сказать, что, говоря «в пустыне», Моше упомянул им также некоторую подробность самого греха, дабы они не подумали, будто он пришел восхвалять их. Но если так, почему Раши утверждает, что Моше говорил с ними исключительно намеком?

3. По внешнему виду стиха кажется, что Моше упрекал их не в хронологическом порядке: то, что они совершили вначале, он упомянул в конце или в середине!

4. И еще трудно понять написанное Раши на стих: «И было на сороковом году...» — это учит, что Моше упрекал их только незадолго до своей кончины; и по четырем причинам не упрекают человека, кроме как перед самой смертью: во-первых, чтобы наставляющий не упрекал его снова и снова... Но слова эти непонятны: ведь заповедь увещевания ближнего простирается даже до ста раз, как толковали наши мудрецы, благословенной памяти: «Увещевай увещевай» («Хохеах тохиах») — даже сто раз!

И первый вопрос представляется возможным разрешить так: ведь мы находим несколько случаев, когда Моше упрекал Исраэль и понес за это наказание от руки Небес. Так, когда он сказал: «Слушайте же, непокорные!» (Шиму на а-морим, Бемидбар 20:10), ему было вынесено определение: «Посему не введете вы народ этот в землю...». А когда написано: «И разгневался Моше на военачальников» (Ва-йикцоф Моше аль пкудей а-хаиль, Бемидбар 31:14), он был наказан тем, что от него сокрылись законы очищения посуды иноверцев (геулей акум). Все это постигло его потому, что он упрекал их открыто (бе-гилуй). И понял Моше, что допустил оплошность, упрекая их открыто, и избрал для себя иной путь — увещевать их сокровенным намеком (бе-ремез). И благодаря этому он удостоился великой награды за данное обличение, как сказано в Мидраше: за то, что увещевал Исраэль вослед Святому, благословен Он, о нем сказано: «Обличающий человека найдет вослед Мне благоволение» (Мохиах адам ахарай хен йимца, Мишлей 28:23). И потому здесь написано: «Эле» («Вот / Сии слова») — что исключает и отвергает прежние слова упрека (посель диврей тохахот а-ришон им), ибо за прежние открытые упреки Моше был наказан, а за эти сокровенные слова обрел святую награду!

И есть еще глубокие слова пред Б-гом. Ибо не всякий желающий стяжать доброе имя может прийти и возложить на себя венец, заявляя, что он станет увещевать Исраэль вослед Святому, благословен Он, и найдет благоволение. Напротив: мало того, что он не найдет благоволения, он еще и будет посрамлен! Ведь он не ведает тайных язв человеческих сердец (негэй левавот бней адам) — того, что именно им недостает исправить. И может случиться, что он придет в некую общину и станет проповедовать перед ними о необходимости исправить, к примеру, скупость и взрастить щедрость или избегать пренебрежения Торой (битуль Тора), в то время как эти люди вовсе не погрешили в подобных вещах, но щедры сердцем и занимаются Торой днем и ночью. Тогда слова его вовсе не войдут в их сердца, и он будет сочтен в их глазах безумцем, говорящим пустое.

Дабы увещевать Исраэль вослед Святому, благословен Он, для этого требуется святой и чистый муж, знающий сокровенные недуги человеческих сердец и то, в каком исправлении они нуждаются, когда дух Г-сподень говорит в нем (Руах АВАЯ дибер бо) и слово Его — на языке его, возвещая именно о том предмете, который требует починки. Такой наставник обретает благоволение, слова его проникают в уши слушающих и приводят их к совершенному раскаянию (Тшува).

Однако истинный Цадик не желает упрекать какого-либо человека открыто, указывая ему лицом к лицу на то, что тот исказил и осквернил. Во-первых, дабы не смутить и не опозорить его, как сказано в святом Зоаре: «Увещевай ближнего своего и не понесешь за него греха» — то есть не разъясняй ему грех прямо, дабы не ввести его в стыд.

Однако одной этой причины недостаточно: ведь Тора говорит о человеке, который искренне желает принять наставление (мусар). Ибо о тех, кто не желает принимать укоризну, царь Шломо, мир ему, сказал: «Не обличай глумливого, чтобы он не возненавидел тебя» (Аль тохах лец, Мишлей 9:8). Человек же, жаждущий исправления, с жаждой примет слова Цадика, даже если они сопряжены со стыдом.

Подлинная же суть заключается в следующем: истинный Цадик в собственных глазах представляется совершенно ничтожным (шефаль эрех) и нисколько не верит в совершенство своего сердца, но мнит, будто сердце его мертво и пусто внутри него (либо халаль бе-кирбо). Он полагает, что его собственные слова не исходят из сокровенной глубины сердца, а потому не смогут войти в глубину сердца слушателя. И мыслит Цадик в сердце своем: какая польза в том, что я стану произносить перед ними грозные речи сокрушения, если слова мои не выходят из чистого сердца и не смогут тронуть душу слышащего?

И лишь посредством притч, сокровенных историй (сипурей маасийот) и святых будничных бесед (сихот хулин) Цадика человек способен прийти к подлинной Тшуве!

Суть этого такова: Цадик непрестанно исследует свои поступки и душевные качества (мидот), проверяя, чисты ли они и прозрачны исключительно ради одного лишь Всевышнего (ле-АВАЯ левадо). И порой в его разуме возникает малейшее сомнение относительно какого-либо качества — например, тончайшее, как волосок, сомнение в безупречности своего упования на Творца (Битахон) или веры (Эмуна). И мнится Цадику, будто он сам лишен должного упования или несовершенен в вере. Тотчас он устремляется исправить это качество, и вся его мысль блуждает в этой духовной сфере, дабы всецело ее очистить. В это время вся его речь и рассказываемые им житейские истории служат его собственным внутренним самооправданием и очищением в данном вопросе: он рассказывает какую-либо быль о силе упования или веры.

И всякий человек, слышащий из уст Цадика эту историю, внезапно вспоминает в своей собственной душе, что именно он сам повредил качество упования или веры, и пробуждается совершить в этом Тшуву и исправить причиненный изъян! Ибо воистину слова Цадика входят в самую глубину его сердца, поскольку намерение Цадика было всецело устремлено к Небесам — исправить то сомнение, которое родилось у него самого в этом качестве. Спустя некоторое время у Цадика возникает сомнение в чистоте любви (Ахава) или трепета (Йира); тогда слушающий от него рассказ о любви и трепете вдруг вспоминает, что он сам поврежден в этой области, и прилагает силы к исправлению. И сообразно тому, какую историю слышит человек от Цадика, он постигает в себе то, что ему самому надлежит исправить: порой то, в чем он согрешил вчера, он слышит назавтра, а то, в чем преткнулся в пору юности, слышит спустя долгое время — ибо святые рассказы Цадика соответствуют тому внутреннему сомнению, которое рождается в его душе.

Однако перед самым уходом (хисталькут) Цадика в Горний мир ему становится кристально ясно, что все его помыслы устремлены исключительно к Небесам. Ведь даже среди простых людей, когда наступает час их кончины, каждое слово их уст обращено к Небесам, и по этой причине постановили наши мудрецы, благословенной памяти: «Заповедь — исполнять слова умирающего», ибо в этот миг его помыслы наверняка чисты пред Небесами; и тем более это относится к Цадику в такой святой час! Посему перед самой кончиной Цадик может прямо увещевать людей, жаждущих принять наставление, ибо тогда сердце его уверено, что слова его исходят из сокровенной глубины и проникнут в сердца слушателей.

И в этом смысл слов Раши: «По четырем причинам не упрекают человека, кроме как перед самой смертью: во-первых, чтобы не упрекать его снова и снова». Смысл в том, что при жизни праведник держит себя в таком самоумалении, будто слова его не исходят из сердца, и страшится увещевать открыто, дабы слова не пропали даром из-за нехватки сердечной чистоты, из-за чего пришлось бы укорять повторно, а быть может, и во второй раз они не выйдут из глубины сердца. Поэтому при жизни он вовсе не упрекает прямо, но лишь перед самой смертью, как сказано выше, а в течение жизни делает это лишь путем намека, когда ему самому требуется рассказать нечто ради собственного очищения.

И Моше-рабейну, когда приблизился его срок предстать пред Небесной Ешивой, хотя сердце его и было уверено, что сыны Исраэля услышат его слова и примут наставление, тем не менее не пожелал увещевать их иначе, как сокровенным намеком, из уважения к достоинству Исраэля. Он поведал перед ними священные истории, и они сами вспомнили в своих душах то, в чем погрешили в пустыне. И дело вовсе не в том, будто он лишь сухо произнес слово «в пустыне», но благодаря его сокровенному повествованию каждый вспомнил все, что они совершили в пустыне, и так же во всех остальных местах. Поэтому названия записаны не в хронологическом порядке: ведь Моше не обличал их прямо, но через святые повествования, и сообразно тому рассказу, который они слышали из его уст, каждый вспоминал свои собственные деяния.

И эти святые слова упрека обратили их к добру (ле-мутав) с того дня и на все грядущие поколения, как сказано в Писании: «И служили сыны Исраэля Г-споду во все дни Йеошуа» (Ва-яавду бней Исраэль эт АВАЯ коль йемей Йеошуа, Йеошуа 24:31). В отличие от прежних времен до его ухода, когда, хотя они и принимали его слова, это не возвращало их к непреложному благу в такой абсолютной полноте, как эти речи. Поэтому сказано: «Эле» («Вот / Сии слова») — что отсекает и признает не достигшими конечной цели прежние упреки, ибо они не привели к столь совершенному результату, как ныне.

Качества истинного наставника: защита народа Исраэля и оправдание изобилием золота

Или можно истолковать этот стих иначе: «Вот слова, которые говорил Моше всему Исраэлю (эль коль Исраэль) по ту сторону Иордана, в пустыне, в степи, против Суфа, между Параном и между Тофелем, и Лаваном, и Хацеротом, и Ди-Захавом».

В комментарии Раши, благословенна его память, сказано: «Поскольку это слова упреков, перечислил здесь все места, где они гневили Вездесущего, поэтому скрыл эти слова и упомянул их намеком из уважения к Исраэлю».

На первый взгляд здесь возникает трудность: ведь этими словами Моше-рабейну намекал: «в степи» — на то, чем они прогневили в степях Моава (грех Бааль-Пеора); «против Суфа» — чем прогневили у Красного моря (Ям Суф); «Тофель и Лаван» — чем хулили манну (ман); «Ди-Захав» — как сделали золотого тельца. Но ведь Моше говорил здесь с поколением, входящим в Землю (баей а-Арец), а они вовсе не грешили в этих преступлениях! Ибо среди них не осталось ни одного из тех, кому было суждено погибнуть в пустыне, но все они были живы пред Г-сподом; когда же грешили их отцы, они были моложе двадцати лет либо еще вовсе не родились!

И кроме того, надлежит вникнуть: если Моше пришел упомянуть места грехов намеком, ему следовало перечислить их по порядку. Почему же слово «Ди-Захав» (грех тельца) написано в самом конце, тогда как это событие произошло в первый год, задолго до событий в степях Моава (ба-арава)?

И еще трудно понять: предлог «эль» («к / о») кажется лишним, ведь достаточно было сказать: «всему Исраэлю» (ле-холь бней Исраэль). А в нашей святой Торе нет лишней даже единой малой точки!

И представляется правильным объяснить это согласно сказанному выше. Ибо не всякий желающий стяжать доброе имя может прийти и объявить: «Мне подобает увещевать Исраэль!». Ибо для этого требуется величайший трепет пред Небесами (йират Шамаим) и глубочайшее духовное созерцание. И почти невозможно найти человека, обладающего способностью истинно увещевать Исраэль, за исключением редчайших избранников (йехидей сгула).

Человек же, берущийся наставлять сынов Исраэля словами мудрости и укоризны, обязан укрепить в себе два святых качества (мидот):

1. Первое качество: ни в коем случае не смущать и не позорить ни одного из слушающих. Подобно тому, как я воочию видел у великих Цадиков: они рассказывали некую быль, которая внешне казалась совершенно простой житейской беседой, однако каждый слушатель извлекал из этой истории величайшее наставление для своей души! И даже если слушали сто человек или более, каждому из них казалось, будто Цадик говорил исключительно ради него одного, поскольку каждый находил в речах Цадика вразумление и свет для своих сокровенных обстоятельств. Таким образом, Цадик не позорил ни единого творения, ибо никто не знал, кого именно имеет в виду наставляющий.

2. Второе качество: обличающий обязан выступать защитником и заступником (лехамлиц) за сынов Исраэля пред Творцом, благословен Он, в то самое время, когда увещевает их!

Человек, увещевающий подобным образом, поистине достоин наставлять Исраэль. И у кого мы учимся этому? У Моше-рабейну, отца всей мудрости (ави а-Хохма). Когда он пришел увещевать Исраэль, он всецело стремился не смутить их, а потому повествовал перед ними о деяниях их отцов — как те согрешили; и даже это он произносил лишь намеком: «в пустыне, в степи...». И каждый человек из народа Исраэля извлек из этих слов величайшее наставление для себя, ибо нет праведника на земле, который творил бы благо и не погрешил вовсе, повредив в этих духовных сферах хотя бы в тончайшей мере (дака мин а-дака). Но даже за столь малое требуется совершить Тшуву, и каждый вспоминал свои прегрешения благодаря сокровенным рассказам Моше.

И в этом смысл слов: «ашер дибер Моше эль коль Исраэль». Слово «эль» употреблено здесь в значении защиты и заступничества (подобно выражению «о свекре ее и о взятии Ковчега Б-жьего» — эль хамиа ве-эль илаках арон ЭЛОКИМ, Шмуэль I 4:21), то есть Моше говорил в защиту всего Исраэля (авур коль Исраэль), ибо этими речами он представал их святым ходатаем пред Творцом! Рассказывая им о событиях «в степи, против Суфа», он пробуждал каждого извлечь наставление для своей души, никого не подвергая стыду.

А в самом конце он произнес: «Ди-Захав» («Довольно золота») — ибо в этих словах содержалось величайшее оправдание и защита сынов Исраэля! Как сказано в Мидраше: Моше заступался за Исраэль, утверждая, что все грехи они совершили лишь из-за великого изобилия золота, которое Всевышний излил на них! Мидраш приводит притчу о царе, который омыл своего сына, умастил благовониями, одел в роскошные одежды и повесил ему на шею туго набитый кошелек с золотом, а затем посадил его у входа в дом блудниц: как мог этот юноша не согрешить?!

И хотя в Мидраше сказано, что Моше привел это заступничество по поводу золотого тельца, поистине он оправдывал этим все грехи, совершенные народом. Ибо это величайшая защита: подобно тому, как защищают бедняка, говоря, что он поступил недостойно из-за отчаянной нужды и притеснения, точно так же оправдывают богача тем, что безмерное богатство ослепило его разум.

И в этом смысл стихов: «Вот слова, которые говорил Моше эль коль Исраэль» — то есть ради и в защиту всего Исраэля произносил он эти речи пред Святым, благословен Он. Повествуя о степи и Красном море, он давал каждому возможность принять наставление без малейшего стыда, а в завершение произнес: «Ди-Захав», вложив в эти слова высшее заступничество пред Творцом: «Все это произошло лишь из-за золота, которым Ты осыпал их сверх меры!», как разъяснено выше.

Покаяние перед изучением Торы и учение Люблинского Провидца

«Вот слова, которые говорил Моше всему Исраэлю по ту сторону Иордана, в пустыне, в степи... Одиннадцать дней пути от Хорева по дороге к горе Сеир до Кадеш-Барнеа... Начал Моше разъяснять эту Тору, говоря...» (Эле а-дварим ашер дибер Моше эль коль Исраэль бе-эвер а-Ярден ба-мидбар ба-арава... ахад асар йом ме-Хорев дерех ар Сеир ад Кадеш Барнеа... оиль Моше беэр эт а-Тора а-зот леэмор..., Дварим 1:1–5).

Раши, благословенна его память, поясняет: «"Вот слова" — поскольку это слова упреков, перечислил здесь все места, где они гневили... "Одиннадцать дней пути от Хорева" — это также часть упрека, ибо сказал им: "Посмотрите, к чему привели ваши грехи!"... "По ту сторону Иордана начал Моше разъяснять эту Тору" — на семидесяти языках истолковал ее для них».

Здесь надлежит понять: ведь во всем этом недельном разделе Моше еще вовсе не начинает разъяснять законы святой Торы! Весь этот раздел и далее вплоть до раздела Ваэтханан состоит исключительно из упреков, нравственных увещеваний (тохахот у-мусарим) и воспоминаний о странствиях, вплоть до повторения Десяти Заповедей. Казалось бы, стиху: «Начал Моше разъяснять эту Тору» следовало быть написанным в разделе Ваэтханан непосредственно перед Десятью Заповедями, где сказано: «И вот Тора, которую положил Моше перед сынами Исраэля... по ту сторону Иордана, в долине...» (Ве-зот а-Тора ашер сам Моше лифней бней Исраэль... бе-эвер а-Ярден ба-гай..., Дварим 4:44–46). Именно там надлежало написать: «начал Моше разъяснять эту Тору», ибо там излагаются Десять Заповедей, чтение Шма и остальные фундаментальные заповеди, являющиеся истоком всей Торы!

И представляется мне в этом следующее: мы находим в священных книгах и слышали от наших святых учителей, мир праху их, что первейшей основой служения Творцу (икар ме-икарей а-авода) является пробуждение мыслей о раскаянии (лехархер би-тшува) прежде, чем человек садится изучать святую Тору или приступает к исполнению заповеди!

И наш господин, учитель и наставник, святой светильник, глава всего рассеяния, рабби Яаков Ицхак из святой общины Люблина (Провидец из Люблина), да будет память праведника и святого благословенна в жизни будущего мира, говорил: если человек не совершает Тшуву перед изучением Торы, о нем сказано в Писании: «А грешнику сказал Б-г: "Что тебе возвещать уставы Мои и возносить завет Мой на устах твоих?!"» (Ве-ла-раша амар ЭЛОКИМ: ма леха лесапер хукай..., Теилим 50:16). Если же он всем сердцем помыслил о раскаянии перед началом учения, он тотчас именуется праведником (Цадик), как постановили наши мудрецы, благословенной памяти, в трактате Кидушин (49б): «Тот, кто обручает женщину с условием: "С тем, что я праведник", даже если он законченный нечестивец — она обручена, ибо, возможно, в сердце своем он помыслил о раскаянии». И лишь после этого человеку дозволено постигать святую Тору!

И это намекается в нашем тексте: именно поэтому Моше предварил разъяснение Торы словами упреков и перечислил все места, где они гневили Вездесущего. Поскольку он желал раскрыть и истолковать перед ними святую Тору, он напомнил им совокупность всех грехов, совершенных ими вплоть до того дня, дабы они совершили сердечную Тшуву за все свои прегрешения прежде, чем услышат слова Торы!

И в этом смысл стихов: «Вот слова... по ту сторону Иордана... между Параном и Тофелем...» — всем этим Моше увещевал их, и делал это исключительно потому, что «начал Моше разъяснять эту Тору». Он упрекнул их вначале, дабы они очистили свои души полным покаянием во всех согрешениях прежде, чем станут изучать из его уст сокровенные разъяснения Торы.

Мудрость скрытого наставления и предотвращение публичного стыда

Или можно истолковать стих: «Вот слова... в степи, против Суфа...».

Вникая глубже, вновь зададимся вопросом: почему здесь записаны грехи, которых стоявшие перед Моше люди вовсе не совершали? Ведь те, кто вышел из Египта и совершил эти преступления — о которых намекают слова «в пустыне», как толкует Раши: «О, если бы мы умерли в пустыне!»; или «против Суфа» — когда возроптали у Красного моря: «Разве нет могил в Египте?!», а также при переходе через морские пучины; или «Ди-Захав» — когда сотворили тельца из-за обилия золота, — все эти грешники уже умерли в пустыне! В живых остались лишь те, кто родился в странствиях или был юн, и они вовсе не были причастны к вышеупомянутым грехам. Как же Моше мог увещевать их обобщенно за те преступления, которых они никогда не совершали и в пору которых даже не жили на свете?!

И представляется мне возможным объяснить это простым путем согласно сказанному выше. В священных книгах написано, и я сам воочию наблюдал у моих святых учителей, да будет память праведников благословенна: когда они желали вразумить людей, они никогда не упрекали человека прямо в лицо: «Ты совершил то-то и то-то!». Но говорили исключительно тончайшим намеком, возвещая: «Вот таков святой путь праведника, а таковы пути заблуждения...». И от этих сокровенных слов сердце слушающего само собой сокрушалось на двенадцать частей, и он погружался в искреннее раскаяние! Ведь если обличить человека прямо в лицо перед всеми, он сгорает от невыносимого стыда, и кровь отливает от его лица, что подобно пролитию крови и является тяжелейшим грехом. Поэтому наставление надлежит облекать в сокровенный намек.

Исходя из этого, все становится предельно ясно. Поскольку Моше-рабейну, мир ему, желал упрекнуть все то поколение — то есть весь народ Исраэля — во всех грехах, дабы они совершили сердечную Тшуву, как разъяснено выше, он открыл свои уста с величайшей мудростью. Ибо если бы он упомянул лишь те конкретные места, в которых согрешило именно это молодое поколение — например, «в степи» (ба-арава), как поясняет Раши: за разврат в Ситтиме в степях Моава, — они были бы немедленно посрамлены перед всеми. Посему Моше упомянул все места грехов обобщенно, тонким намеком, включая те, во время которых часть из них еще не родилась, а в иных местах и вовсе никого из них еще не было на свете. Он поступил так для того, чтобы упрекнуть их также и за их собственные прегрешения, дабы они помыслили о раскаянии в глубине сердец, не испытав публичного позора. И все это Моше совершил с великой Б-жественной мудростью!

Признак истинного Цадика Есод Олам: святой круг рабби Элимелеха из Лиженска и исцеление уст

Или можно объяснить стих: «Вот слова, которые говорил Моше всему Исраэлю по ту сторону Иордана, в пустыне, в степи, против Суфа, между Параном и между Тофелем, и Лаваном, и Хацеротом, и Ди-Захавом».

Здесь надлежит вникнуть со всей точностью: что означают слова «которые говорил Моше всему Исраэлю»? Разве весь Исраэль как один человек согрешил в Хацероте в бунте Кораха? Разве вся община поголовно создавала золотого тельца? И так же во всех остальных упомянутых местах: разве помыслы и участие всех были одинаковыми?! В особенности если учесть, что это поколение состояло из тех, о ком написано: «Вы все живы сегодня» (Хайим кульхем а-йом) — праведная и чистая община, вовсе не совершавшая тех дел, за которые их упрекали, ибо они еще не появились на свет, когда грешили их отцы, либо были малыми детьми. Зачем же Моше-рабейну, мир ему, упрекал их всеми этими речами?

Суть дела заключается в следующем: когда семя Исраэля собирается вместе к какому-либо Цадику, прославленному в их поколении, существует непреложный духовный признак, по которому узнается, является ли этот наставник подлинным Цадиком, Основой Мира (Цадик Есод Олам), объединяющим в себе души всех людей, приходящих к нему.

Этот признак открывается так: когда люди отправляются в путь к Цадику, на них нападает трепет и священный страх: «С каким лицом я предстану перед его святым взором?». И каждый человек испытывает жгучий стыд перед товарищем, ибо в памяти его всплывают все дурные поступки и мысли, которые он совершил за всю свою жизнь, и он погружается в сердечную Тшуву. Страх охватывает его голову от мысли, что Цадик постигнет своим духом все недобрые дела, содеянные им до этого дня, и человек становится чрезвычайно умаленным и ничтожным в собственных глазах, стыдясь поднять глаза на ближнего. И когда он входит в дом и покой, где пребывает Цадик, он охвачен таким благоговейным страхом и трепетом, что буквально не помнит себя от стыда и опасения, как бы Цадик не раскрыл перед всеми его прегрешения.

Однако сам Цадик не говорит ему ни единого слова упрека! И во всем этом еще не состоит окончательное доказательство того, что наставник является подлинным Цадиком Есод Олам.

Истинный же признак познается в том явлении, которое было доподлинно известно и прославлено относительно нашего господина, учителя и наставника, Б-жественного мужа, рабби Элимелеха из Лиженска, да будет память праведника и святого благословенна в жизни будущего мира. Когда он выходил перед своим домом, люди окружали его плотным кругом, а он стоял посредине и рассказывал перед ними некую простую историю на какую-либо житейскую тему. И в это мгновение сердце каждого из стоявших в кругу сокрушалось на двенадцать частей! И каждый из них был абсолютно уверен, что Цадик рассказывает эту историю исключительно о нем самом, намекая на его тайные недостойные поступки, и думал: «Эти слова обращены прямо ко мне!». И так ощущал каждый человек из всего множества!

И хотя сам Цадик в своем святом рассказе преследовал собственную духовную цель или стремился извлечь общее высокое наставление, тем не менее, как сказано в Писании: «И лист его не увянет» (Ве-алеху ло йиболь, Теилим 1:3) — его речи подходили и отзывались в душе каждого из слышавших. Ибо даже простая беседа мудрецов Торы (сихат хулин шель талмидей хахамим) требует глубокого изучения! По этой способности познается и возвещается истинная сила Цадика: если он обладает такой духовной мощью, значит, он воистину ступень Сиона и подлинный Цадик Есод Олам!

И отсюда проливается ясный свет на приведенные стихи: «Вот слова, которые говорил Моше» — сказано с великой точностью: «Моше», ибо каждый истинный Цадик в своем поколении несет в себе искру Моше, согласно изречению мудрецов: «Моше, ты прекрасно сказал!» («Моше, шапир каамарт»).

«В пустыне, в степи, против Суфа, между Параном и Тофелем, и Лаваном, и Хацеротом, и Ди-Захавом» — в тех сокровенных речах, которые Моше обратил ко всему Исраэлю, содержался намек и личное наставление для каждого человека! И каждый из присутствующих полагал, что эти слова сказаны исключительно о нем.

Более того: все те люди, к которым обращался Моше-рабейну, мир ему, были духовными перевоплощениями (мегульгалим) душ своих отцов, и каждый понимал то слово, которое относилось к корню его души. Слово «в пустыне» — один ощутил свое прегрешение; «Тофель и Лаван» — другой почувствовал свой изъян; «Хацерот и Ди-Захав» — иные ощутили одно, а другие — другое. Каждый постигал сокровенные слова, обращенные к его сердцу!

И на это намекает Мидраш Рабба в начале нашего раздела: *«"Вот слова" — алаха... Сказал Святой, благословен Он: "Исцеление языка — Древо Жизни", а Древо Жизни — это не что иное, как Тора... "И лист его — на исцеление" (ве-алеху ли-труфа): рабби Йоханан и рабби Йеошуа бен Леви разошлись во мнениях. Один сказал: "для услады" (ле-тарпейон), а другой сказал: "Всякий, кто был нем, отведав от него, язык его тотчас исцеляется и начинает чисто и свято изрекать слова Торы". Ибо вначале Моше говорил: "Не человек речей я" (Ло иш дварим анохи), а ныне написано: "Вот слова, которые говорил Моше всему Исраэлю"»*.

Все это намекает на сказанное выше: святая Тора исцеляет язык, а «лист его — на исцеление» указывает на то, что даже будничная беседа (сихат хулин) Цадика несет в себе великое духовное врачевание и требует глубочайшего постижения. Вникни в это и пойми!

Покаяние за грехи юности, дни зачатия и вскармливания

Или можно объяснить стих: «Вот слова...» на основе вышеупомянутых вопросов с добавлением еще одной глубокой грани. Трудность состоит в том, почему Моше не упрекал их в порядке совершения грехов? Ведь ропот у Красного моря (мол суф) был первым грехом после исхода, однако Моше назвал его третьим; разврат в степях Моава (ба-арава) был самым последним из всех, а Моше поставил его вторым; грех золотого тельца (Ди-Захав) был совершен в первый год после исхода из Египта, а назван самым последним из всех!

Дабы разъяснить это, вспомним, что «нет праведника на земле, который делал бы добро и не согрешил» (Эйн цадик ба-арец ашер яасе тов ве-ло йехета, Коэлет 7:20). Даже величайший праведник, который никогда в жизни не совершал дурного, обязан совершать Тшуву за грехи своей юности (хатот нэурим) — те малые прегрешения, которые человек попирает своей пятой, о которых никогда не вспоминает и которые не приходят ему на сердце. Истинно кающийся человек (бааль тшува) обязан обратить свое сердце к тому, чтобы припомнить каждое отдельное действие, совершенное им в дни незрелости, и совершить полное раскаяние.

Более того: я слышал от святых праведников, что человек обязан совершать Тшуву даже за дни своего зачатия и нахождения в материнском чреве (йемей а-Ибур), когда он причинял страдания своей матери, и за дни грудного вскармливания (йемей а-йеника), когда он пил молоко из груди матери и доставлял ей боль укусом или иным беспокойством! Посему человек обязан раскаиваться во всех малых прегрешениях юности, сколь бы ничтожными они ни казались. Ибо «стези ее шатки, и ты не ведаешь» (Нау мааглотейа ло теда, Мишлей 5:6) — человек не знает, к каким тяжким последствиям в духовных мирах приводит малый грех или большой грех. И даже грех тонкий, как волосок, обязан представляться человеку высокой неприступной горой, дабы он совершил за него абсолютное раскаяние!

Прийти же к такому глубокому пробуждению покаяния невозможно иначе, как через святых Цадиков поколения, которые обучают истинным путям Тшувы и пробуждают сердца людей даже к тончайшим, едва различимым изъянам. И в святом Зоаре разъяснено: наставляющий, желающий привести людей к совершенному покаянию, не должен обличать человека прямо в лицо, перечисляя его прегрешения, как разъяснено выше. Но пусть он говорит о самом себе или произносит речи так, будто обращается ко всему народу Исраэля в целом, и из этих слов каждый отдельный человек извлечет пути покаяния в своих частных грехах. И хотя наставление произносится обо всем Исраэле, каждому человеку покажется, будто Цадик в деталях описал его собственные прегрешения.

Для этого Цадик поколения должен действовать с великим, чистейшим разумом: увещевая весь народ Исраэля, он вкладывает в свои слова намек на тайные дела каждого отдельного человека, побуждая их к Тшуве даже за грехи юности, тончайшие, как волос.

И в этом смысл стиха: «которые говорил Моше всему Исраэлю» — то есть его святые речи и упреки были обращены к общности Исраэля, но в них был сокрыт намек каждому человеку на подробности тех прегрешений, которые тот совершил в соответствующем месте, дабы пробудить их сердца к полному раскаянию как в малых, так и в великих грехах.

И ради этого Моше предварил свои речи упоминанием тех поступков и грехов, тяжесть которых была не столь велика, как грех тельца, а в самом конце произнес: «Ди-Захав» — то есть грех золотого тельца. Этим он показал, что привел их к столь же глубокому и сокрушенному покаянию за мельчайшие грехи, как и за величайший грех создания тельца! Ибо человек обязан совершать столь же трепетную Тшуву за малый грех, как и за великий. Пойми это глубоко.

Препятствия служения: тайна горы и волоска, преодоление суеты и Гора святого речения

«Г-сподь, Б-г наш, говорил нам в Хореве, говоря: полно вам сидеть на этой горе. Поверните и отправляйтесь в путь, и идите к горе Эморея...» (АВАЯ Элоэну дибер элейну бе-Хорев леэмор: рав лахем шевет ба-хар а-зе. Пену у-су лахем у-воу ар а-Эмори..., Дварим 1:6–7).

Здесь надлежит понять: что означает слово «говоря» (леэмор)? Ведь прямо написано: «Г-сподь, Б-г наш, говорил нам в Хореве», зачем же вновь повторять слово «леэмор»?

Суть дела такова: в Талмуде (трактат Сукка 52а) сказано: «В Будущем призовет Святой, благословен Он, дурное побуждение (Йецер а-Ра) и зарежет его... Праведникам оно покажется высокой горой, а нечестивцам покажется тонким волоском; эти плачут, и те плачут...».

Необходимо понять: почему воистину одним дурное побуждение видится горой, а другим — волоском?

Смысл в следующем: обычным людям представляется, будто у них есть непреодолимые препятствия (мениот) для служения Всевышнему: у одного — заботы о пропитании (парнаса), у другого — долги, у третьего — иные житейские тяготы. Однако для истинных служителей Всевышнего — истинных Цадиков — ничто в этом мире не может служить препятствием для служения Творцу! Всякое материальное препятствие они считают ничтожным, подобным соломе и мякине (тевен ве-каш), и оно вовсе не кажется им неприступной горой, как мнится остальным людям. Перед истинным Цадиком даже величайшее препятствие, громадное, как гора, предстает ничем иным, как сухой соломинкой и тонким волоском.

У нечестивцев же все обстоит ровно наоборот: даже препятствие, которое в действительности тонко, как волосок, кажется им громадной горой и непреодолимым холмом, и из-за этого пустяка они полностью оставляют служение Всевышнему!

Посему в Будущем мире по закону «мера за меру» нечестивцам показывают дурное побуждение в виде тонкого волоска, открывая им, что величайшие из их жизненных препятствий были в реальности тоньше волоса, если бы они только пожелали воспротивиться им! Праведникам же открывают, что преодоленные ими преграды были громадны, как высочайшая гора, однако они не обращали на них внимания, почитая их за солому и прах.

Отсюда следует: тот, кто достиг истинного служения Творцу и изучает святую Тору бескорыстно во имя Небес (Лишма), для того все материальные помехи этого мира обращаются в солому и прах. Ему не требуется растрачивать великие силы на борьбу с внешними помехами или на отражение суетных мыслей во время молитвы. Но главное его святое радение состоит в том, чтобы суметь излить свою душу перед Творцом в великом священном слиянии (Двекут), в пылкой любви (Ахава), радости (Симха) и неизреченной нежности! Ради этого он прилагает все свои душевные силы, и это предстает перед ним подлинной Великой Горой — достичь такой молитвы в абсолютной чистоте и непорочности!

И в этом сокрыт глубокий намек стиха: «Г-сподь, Б-г наш, говорил нам в Хореве леэмор (говоря)» — то есть какова была сокровенная цель речений, услышанных у горы Хорев, где они приняли святую Тору? Цель заключалась в том, чтобы сказать (леэмор): «Полно вам сидеть на этой горе» (рав лахем шевет ба-хар а-зе) — то есть не считайте за «гору» материальные препятствия этого мира, не растрачивайте свои святые силы на пустую борьбу с ними, но отнеситесь к ним с презрением, и пусть они покажутся вам соломой, мякиной и тонким волоском!

Над чем же вы обязаны трудиться всей силой души? «Поверните и отправляйтесь в путь, и идите к горе Эморея (ар а-Эмори)» — слово «а-Эмори» происходит от корня «амира» (речение) и языка сердечной любви (хиба). Это указывает на ту Великую Гору святого речения (ар а-Эмори), на которой человек обретает способность изрекать святые слова перед Творцом в высшей любви, в трепетном слиянии и ликующей радости! К этой священной Горе обратитесь и направьте свой путь, прилагая величайший труд и святое радение, дабы взойти на нее в непреложной истине и непорочности. Вникни в это!

«Ковчег несет несущих его»: взаимное возвышение праведников через смирение

«И сказал я вам в то время, говоря: не могу я один нести вас. Г-сподь, Б-г ваш, умножил вас, и вот, вы ныне многочисленны, как звезды небесные. Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно... Дайте себе мужей... И отвечали вы мне и сказали: хорошо то, что ты сказал сделать...» (*Ва-омар алехем ба-эт а-хи леэмор: ло ухаль левади сеэт этхем. АВАЯ Элоэхем ирба этхем ве-хинехем а-йом ке-хохвей а-шамаим ла-ров. АВАЯ Элоэй авотейхем йосеф алехем кахем элеф пеамим... Аву лахем анашим... Ва-таану оти ва-томру: тов а-давар...*, Дварим 1:9–14).

В комментарии Раши, благословенна его память, сказано: «Этим Моше упрекал их, ибо им надлежало ответить: "От кого подобает учиться — от тебя или от твоего ученика? Не от тебя ли, претерпевшего ради Торы столько страданий?!"».

Здесь надлежит вникнуть со всей тщательностью:

1. Из буквального смысла следует, что в силах Моше было нести народ, но сыны Исраэля сами не пожелали учиться исключительно от него. Как же Моше мог сказать: «Не могу я один нести вас», если в действительности он был способен нести их?

2. Сказано: «Умножил вас» (ирба этхем). Раши поясняет: «Возвеличил и вознес вас над вашими судьями, сняв наказание с вас и возложив его на судей». Но ведь эти слова можно отнести лишь к простым судьям, стоящим несравненно ниже Моше, относительно которых существует вероятность ошибки в судебном решении, не дай Б-г. Но о Моше-рабейну, который внимал законам непосредственно из Уст Всемогущего (ми-пи а-Гвура), совершенно невозможно помыслить, будто он мог ошибиться в суде; как же можно сказать, будто Всевышний вознес народ выше самого Моше?!

3. На слова: «И вот, вы ныне многочисленны, как звезды небесные» Раши пишет: «Подобно солнцу и луне». Но ведь солнце и луна — это лишь два светила, почему же они сопоставлены со множеством звезд?

И представляется правильным объяснить это на основе известного талмудического правила: «Священный Ковчег сам нес тех, кто нес его» (А-арон носэ эт носав). Я слышал из уст святого наставника, Б-жественного светильника, рабби Менахема Менделя (из Витебска / Риманова), да будет память праведника благословенна, толкование стиха: «И офаним поднимались навстречу им» (Ве-а-офаним йинасу леуматам, Йехезкель 1:20):

Когда человек непрестанно ищет, блуждает и стремится постичь, как служить Всевышнему, но не может достичь желаемого из-за разделяющих материальных завес, не будучи способным учиться и молиться с должной чистотой, душа его наполняется священной горечью. В великом смирении (ахнаа) и сокрушении сердца он идет к истинному Цадику в надежде обрести душевный покой и получить духовную помощь в служении Творцу. И это глубокое самоумаление простого человека вызывает ответное смирение в сердце самого Цадика!

Ибо когда Цадик видит, как этот человек полагает все свои стремления исключительно ради служения Творцу, и видит его искреннюю покорность, Цадику начинает казаться, будто пришедший праведнее и чище его самого. Благодаря этому смирению Цадик поднимается на новую, неизмеримо более высокую ступень в служении Всевышнему (митнасэ бе-аводат АВАЯ), и его служение становится возвышенным превыше небес. И тогда Цадик обретает духовную силу вознести душу этого человека (ленасэ эт рош а-иш) на высшие ступени служения Творцу! Таким образом, оба они обретают величайшую пользу.

И в этом сокрыта тайна Ковчега: Цадик, преисполненный святой Торы, уподоблен Священному Ковчегу. Ковчег несет несущих его: то есть Цадик возвышает души людей, приходящих к нему в глубоком смирении, ибо именно их смирение послужило причиной возвышения самого Цадика в служении Творцу!

И так же сказано в святом Зоаре на стих: «Поднимите, врата, главы ваши» (Су шеарим рашейхем, Теилим 24:7) — нижние миры возносят высшие миры, являющиеся главами над ними. И в этом смысл стиха: «И офаним поднимались навстречу серафимам» — те души, которые пребывают на ступени Офан (вращающиеся и непрестанно ищущие путей служения Творцу), вызывают возвышение великих Цадиков, пребывающих на ступени пылающих Серафимов!

Иное дело, если человек не ищет путей служения Творцу всем сердцем и не приходит к Цадику в покорности и сокрушении, дабы обрести духовное исправление, но воображает, будто сам служит Всевышнему в совершенстве, и предстает пред Цадиком без малейшего смирения, мня, будто не нуждается в его благодати. Такой человек не способен вызвать возвышение Цадика, и сам не получает от Цадика никакой духовной пользы! Ибо, не пребывая на ступени ищущего Офана, он не возвышает Цадика, а потому и Цадик не может поднять его душу, ведь этот гордец почитает самого себя великим праведником. А «два царя не могут пользоваться одним венцом» (и эфшар ли-шней мелахим ше-йиштамешу бе-хетер эхад) — подобно солнцу и луне в начале творения, когда луна заявила, что два царя не могут служить в одной короне.

И теперь мы приходим к объяснению стихов: «И сказал я вам в то время: не могу я один нести вас» — смысл в том, что Моше сказал: «Я не могу возвысить вас в служении Всевышнему!». По какой причине? Писание объясняет: «Г-сподь, Б-г ваш, возвысил вас над вашими судьями» — то есть вы приходите ко мне без должного смирения, почитая себя более великими праведниками, чем ваши учителя; а два царя не могут увенчаться одним венцом!

«И вот, вы ныне, как звезды небесные» — вы уподобились солнцу и луне, которые заявили о невозможности двум царям править вместе. Посему вы обязаны перенять священное качество смирения от Луны (Левана), которая умалила себя перед Творцом (и потому сыны Исраэля ведут свой календарный счет по луне).

«Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам» — то есть да умножит в вас святое качество смирения; «кахем» (ככם — «как вы») образует аббревиатуру (нотарикон): «Ке-хвод Малхуто» (ככבוד מלכותו — «подобно славе Царства Его»), указывая на сфиру Малхут, тайну умаляющей себя Луны.

«И тогда дайте себе мужей мудрых» — ибо если вы облачитесь в святое смирение, то даже праведники, стоящие несравненно ниже Моше-рабейну, будут способны вознести ваши души на высочайшие ступени служения Творцу!

Сокрытие Мохин в три месяца, три тайных Имени Дней Бедствия и гематрия 362

Или можно объяснить стих: «И сказал я вам в то время, говоря: не могу я один нести вас». В Мидраше сказано: «Сказал Моше: "Я был способен поднять и нести сотню таких народов, как вы..."».

Возникает вопрос: если Моше действительно был способен нести сотню таких народов и препятствие было вовсе не с его стороны, как же он произнес своими святыми устами: «не могу», что внешне выглядит неправдой, избави Б-г?!

И еще трудно понять: далее Моше восклицает: «Как понесу я один бремя ваше, тягость вашу и распрю вашу?» (Эйха эса левади тархахем у-масаахем ве-ривхем, Дварим 1:12). Если он сам не мог нести бремя народа из-за их строптивости, как же он возложил это условие на Йеошуа, когда рукополагал его: «Знай, что они народ упрямый, строптивый и склонный к распрям» — переложив на плечи ученика то, чего не мог вынести сам?!

И представляется возможным приоткрыть в этом глубокую каббалистическую тайну. О рождении Моше в Писании сказано: «И увидела его, что он хорош, и скрывала его три месяца» (Ва-тере ото ки тов ху, ва-тицпенеху шлоша йерахим, Шмот 2:2). В святом Зоаре открыто: эти три месяца — Тамуз, Ав и Тевет.

Суть тайны такова: святая душа Моше была высечена из высочайшего и сокровенного истока — из мира высшего разума (Мохин), и сошла в дольний мир, дабы исправить души Исраэля и низвести им святую Тору с Небес. Однако в эти три месяца — Тамуз, Ав и Тевет — происходит великое усиление внешних нечистых сил (итгабрут а-хицониим). По этой причине в означенные три месяца высший свет пребывает в глубоком сокрытии (бе-эстер), дабы нечистые оболочки (Клипот) не усилились сверх меры от прямого свечения святости.

И дабы ты постиг это, я приоткрою ладонь и скрою две (эгле тефах ве-ахасе тефахайим):

Вот, святое Четырехбуквенное Имя АВАЯ, благословен Он, является душой и жизненной силой всех миров, и это сущностное Имя Творца (Шем а-Эцем). Святое Имя АДНИ (אדני) — это Чертог Его святости (Эйхаль кодшо), служащий святилищем и облачением (левуш) для Имени АВАЯ. И все святые Имена и эпитеты служат облачениями друг для друга, ибо вся Тора — это священные Имена Святого, благословен Он, возникающие через их буквенные сочетания (церуфим), посредством которых Всевышний сократил (цимцем) Свое Б-жество от Причины к Следствию (ми-ила ле-алуль), дабы сотворенные были способны хоть в малейшей степени постичь Его Б-жественность.

Как мы разъясняли ранее, от сущностного Имени АВАЯ развернулись 22 буквы священной Торы, образующие бесчисленные святые сочетания. Имя АВАЯ служит истоком для них всех и озаряет все миры через духовные облачения: Оно светит в Имя АДНИ, а Имя АДНИ становится внутренней сутью (пнимиют) для того Имени, которое находится под ним; и так все святые Имена: то, что служит внешним облачением для вышестоящего Имени, становится внутренней душой для нижестоящего.

В грядущем же озарении написано: «И будут глаза твои видеть Учителя твоего» (Ве-аю эйнеха роот эт мореха, Йешаяу 30:20) — ибо тогда Имя АВАЯ воссияет без всяких облачений и сокращений!

Ныне же святая работа Цадиков состоит в том, чтобы привлекать свет Его Сущности через облачения, объединяя миры снизу доверху (ми-тата ле-эла), и низводить Б-жественный свет так, чтобы Имя АВАЯ соединялось с Именем АДНИ во вселенском Единстве (Ихуд), светя сквозь облачения всем мирам, благодаря чему изливается безмерное Милосердие (Рахамим) на Общину Исраэля (Кнессет Исраэль).

Об Имени АВАЯ написано: «Вот Имя Мое навек» (Зе шми ле-олам, Шмот 3:15), где слово «ле-олам» пишется без буквы Вав и читается как «ле-алем» («для сокрытия») — что указывает на запрет произносить его устами, но повелевает лишь мысленно созерцать его сокровенный образ (лехавен ото). И таков закон в молитве Амида (Шмоне Эсре): когда человек произносит: «Благословен Ты, Г-сподь» (Барух Ата АВАЯ), устами он произносит Имя АДНИ, а в мысли соединяет его с начертанием Имени АВАЯ, сплетая их буквы воедино (Ихуд АВАЯ-АДНИ — יאהדונהי). Посредством этого священного слияния привлекаются высшие Мохин к десяти Сфирот, и великое благо изливается на сынов Исраэля.

Однако в упомянутые три скорбных месяца — Тамуз, Ав и Тевет — как открыто в святом Зоаре и в учении святого Аризаля, каванот первых трех благословений молитвы Амида меняются:

1. В первом благословении (Авот) следует мысленно созерцать четыре буквы, стоящие в алфавите непосредственно перед буквами Имени АВАЯ — это буквы טדהד (Тэт-Далет-Хэй-Далет: перед буквой י стоит ט, перед ה стоит ד, перед ו стоит ה, перед ה стоит ד).

2. Во втором благословении (Гвурот) следует созерцать четыре буквы, стоящие в алфавите после букв Имени АВАЯ — это буквы כוזו (Каф-Вав-Зайн-Вав: за буквой י следует כ, за ה следует ו, за ו следует ז, за ה следует ו).

3. В третьем благословении (Кдушат а-Шем) следует созерцать Имя АВАЯ в тайном алфавитном коде АтБаш (буквенная замена первой буквы на последнюю א-ת, второй на предпоследнюю ב-ש) — это буквы מצפץ (Мэм-Цади-Пэй-Цади: замена י дает מ, замена ה дает צ, замена ו дает פ, замена ה дает צ).

Причина этого сокрытия такова: поскольку в эти периоды преобладают силы Ситра Ахра, если бы праведник стал направлять прямую кавану прямого слияния АВАЯ и АДНИ (бе-ешер), как в остальные дни года, нечистые силы смогли бы присосаться (йанику) к прямому свету святости и набрали бы разрушительную силу. Посему необходимо направлять скрытые каванот, дабы духовное изобилие изливалось в глубочайшем сокрытии, недоступном для внешних Клипот.

И когда сыны Исраэля нуждались в милосердии, Моше вставал на молитву и умолял о них: один раз он упоминал 13 Свойств Милосердия (Йод-Гимель мехилин де-рахамей), а другой раз упоминал лишь 9 Свойств — что соответствует 13 и 9 Исправлениям Священной Бороды (Тиккуней Дикна (борода) Парцуфа Арих Анпин).

В пору благоволения (эт рацон) мы можем пробуждать эти 13 и 9 Исправлений открыто; но в три скорбных месяца, когда свирепствует Ситра Ахра, мы обязаны пробуждать великое Милосердие сокровенным, тайным путем.

И в этом состоит тайна созерцания трех сокровенных Имен:

— Буквы, стоящие перед Именем АВАЯ — טדהד — по гематрии составляют 22 (9 + 4 + 5 + 4 = 22), что в точности соответствует числу 13 Свойств Милосердия и 9 Исправлений Бороды (13 + 9 = 22)!

— Буквы, стоящие после Имени АВАЯ — כוזו — по гематрии составляют 39 (20 + 6 + 7 + 6 = 39), что равно слову טָל («Таль» — Роса, 9 + 30 = 39). В Талмуде сказано: «Заключен вечный завет о росе, что она никогда не иссякнет» — это живительная Роса Воскресения (Таль де-Тхият а-Метим), являющаяся источником чистейшего Милосердия.

— Буквы Имени в коде АтБаш — מצפץ — по гематрии составляют 300 (40 + 90 + 80 + 90 = 300), что равно букве שין (Шин = 300). Буква Шин указывает на суды и строгость (Гвурот, свистящий огонь судов — Шин шорекет); однако благодаря тому, что Имя АВАЯ светит сквозь эти буквы, всякая строгость услащается (митматек) и претворяется в великую милость.

И все эти три тайных Имени мы обязаны созерцать в дни Бедствия (Бейн а-Мецарим — Три Недели от 17 Тамуза до 9 Ава), дабы соединить сфирот Хохма и Бина сокровенным образом через тайный намек, низводя Милосердие на Общину Исраэля.

И в этом смысл стиха: «И скрывала его три месяца» — то есть в эти три месяца великие Мохин Моше не светят прямой Линией (Кав а-Ешер), но пребывают в сокрытии через три этих тайных Имени, дабы не дать силы нечистым оболочкам.

И из этого проливается ослепительный свет на стих: «И сказал я вам в то время, говоря: не могу я один нести вас». Начальные буквы (рашей тевот) слов стиха: «Ло ухаль левади сеэт этхем» (לא אוכל לבדי שאת אתכם) составляют:

— Буква Ламэд (ל) = 30

— Буква Алеф (א) = 1

— Буква Ламэд (ל) = 30

— Буква Шин (ש) = 300

— Буква Алеф (א) = 1

В сумме: 30 + 1 + 30 + 300 + 1 = 362 (שסב)!

Это число в точности равно сумме гематрий трех сокровенных Имен, которые мы созерцаем в дни Бейн а-Мецарим:

— טדהד (22) + כוזו (39) + מצפץ (300) = 361, а вместе с общим числом их единства (Колель = +1) получается в точности 362 (שסב)!

Смысл речения Моше в том, что он возвестил народу: «в то время» (ба-эт а-хи) — то есть в скорбную пору Бейн а-Мецарим, когда высшие Мохин Моше сокрыты и не могут светить открытой Линией (то есть прямое соединение Имени АВАЯ с Именем АДНИ без облачения невозможно), мы вынуждены соединять Имя АВАЯ через три тайных Имени, чья сумма равна 362, объединяя Хохму и Бину сокровенно, дабы Ситра Ахра не смогла присосаться к святости.

И на это же Моше намекнул в следующем стихе: «Как понесу я один бремя ваше, тягость вашу и распрю вашу?» (Эйха эса левади тархахем у-масаахем ве-ривхем):

— Начальные буквы (рашей тевот) первых трех слов: «Эйха эса левади» (איכה אשא לבדי) дают буквы א-א-ל (1 + 1 + 30), что по гематрии составляет 32 (לב) — тайну 32 Путей Высшей Мудрости (Ламэд-Бэт Нетивот а-Хохма), корень которых в букве י (Йод)!

— Начальные буквы (рашей тевот) трех последующих слов: «тархахем у-масаахем ве-ривхем» (טרחכם ומשאכם וריבכם) дают буквы ט-ו-ו (9 + 6 + 6), что по гематрии составляет 21 (כא) — точное число святого Имени אהיה (ЭЙЕ = 21), являющегося корнем сфиры Бина!

Этим Моше упрекнул их, объяснив: слова «не могу я один нести вас» относились исключительно к «тому времени» (ба-эт а-хи) — периоду сокрытия светов в дни Бедствия, когда единение сфирот Хохма (32) и Бина (21) должно совершаться сокровенно; они же ошибочно вообразили, будто Моше говорил о постоянном времени!

Да наставит нас Всевышний и да озарит наши глаза светом Своей святой Торы, амен!

Тайна вечности звезд: служение в святом товариществе без соперничества

«Г-сподь, Б-г ваш, умножил вас, и вот, вы ныне многочисленны, как звезды небесные» (АВАЯ Элоэхем ирба этхем ве-хинехем а-йом ке-хохвей а-шамаим ла-ров, Дварим 1:10).

В комментарии Раши, благословенна его память, сказано: «Вы уподоблены дню — пребывающие вечно, как солнце, луна и звезды».

Однако в Мидраше Рабба подчеркивается: народ Исраэля уподоблен исключительно звездам, а не солнцу и луне! Ибо солнцу и луне суждено в Будущем мире испытать стыд, как сказано в пророчестве: «И покраснеет луна, и устыдится солнце» (Ве-хафра а-левана у-воша а-хама, Йешаяу 24:23) — смотри там.

Здесь надлежит понять: что означает выражение «живущие и пребывающие вечно, как звезды»? Разве то поколение жило вечно? Ведь все они умерли физической смертью! В чем же смысл слов: «вот, вы ныне пребываете вечно»?

Суть дела такова: в Талмуде (трактат Хулин 60б) приводится спор Луны со Святым, благословен Он. Луна сказала: «Владыка мира! Разве возможно двум царям пользоваться одним венцом?». И ответил ей Всевышний: «Иди и умали себя!».

Дело в том, что все миры в мироздании непрестанно получают и отдают (служат получающими и дающими — мекаблим у-машпиим). Например, земля получает изобилие от небес, небеса — от вышестоящего мира, тот мир — от мира, стоящего над ним, и так далее ступень за ступенью вплоть до Бесконечного Творца, благословен Он и благословенно Его Имя (Эйн Соф Барух Ху у-варух Шмо), Который Един и Единственен в абсолютной простоте! Все же остальные миры одновременно отдают низшим и получают от высших. Земля, получив свыше, взращивает плоды для людей; люди также непрестанно принимают и одаривают друг друга, как ведомо разумным из святых книг.

Солнце получает высший свет сверху и озаряет луну, а луна светит земле; таким образом, солнце выступает дающим (машпиа), а луна — принимающей (мекабель). Когда же луна заявила, что двум царям невозможно править в одном венце, Святой, благословен Он, ответил: «Иди и умали себя!», ибо принимающий сосуд обязан быть скромнее и меньше дающего истока.

И сказано в Талмуде (трактат Йома 38б): «Никакая власть не соприкасается с другой властью даже на толщину волоса, и каждому назначен свой срок» (Эйн Малхут ногаат бе-хаверта афилу ки-мло нима, архийот архийот йеш). Отсюда следует: когда для определенного Цадика наступает назначенный свыше срок стать главным дающим наставником (машпиа) в своем поколении, другой праведник должен уступить ему первенство, ибо сроки строго разграничены и два правления не могут сливаться.

Однако это справедливо лишь в том случае, когда праведники стремятся к руководству и главенству. Если же истинные Цадики поколения вовсе не желают никаких назначений и почестей, но жаждут лишь одного — пребывать в святом братском союзе (хаврута), дабы служить Всевышнему вместе, плечом к плечу, укрепляя друг друга в трепете и любви к Творцу, — тогда никому не требуется уступать место или сходить со сцены перед другим!

И это святое свойство мы воочию видим в небесных звездах: ни одна звезда не властвует и не одаривает другую, подобно солнцу и луне! Но каждая звезда поставлена над своим уникальным уделом и обладает своей неповторимой духовной силой; при этом все звезды сияют как верные товарищи в небесном хоре, единодушно служа Творцу!

И отсюда раскрывается истинный смысл слов: «как звезды небесные». Подобно тому, как звезды сияют вечно, не вытесняя одна другую, так и вы будете пребывать вечно в мире и совершенстве, если уподобитесь звездам — станете верными товарищами, служащими Творцу в нерушимом союзе любви, и тогда никому не придется уступать место другому! Как сказано о грядущем Избавлении: «И не будет более учить каждый ближнего своего... ибо все они будут знать Меня, от мала до велика» (Ве-ло йеламду иш эт реэху..., Ирмеяу 31:33). Вникни в это и пойми!

231 Врата, четыре наполнения АВАЯ (АБ, САГ, МА, БОН = 232) и шестьдесят мириад букв Торы

Или можно объяснить стих: «Г-сподь, Б-г ваш, умножил вас, и вот, вы ныне многочисленны, как звезды небесные, ла-ров (во множестве)».

На первый взгляд, слово «ла-ров» («к множеству / во множестве») кажется лишним: ведь уже сказано, что они умножились, как звезды небесные!

И представляется правильным объяснить это следующим образом: в священных книгах сказано: «Святой, благословен Он, Тора и Исраэль — едины» (Кудша Бриху ве-Орайта ве-Исраэль хад). И написано: «Глядя в Тору, Святой, благословен Он, сотворил мир».

Суть в том, что Святой, благословен Он, сотворил все миры исключительно ради того, чтобы излить благо на Свои творения, дабы мы были способны постичь Его Б-жественность. Ради этого Он сократил (цимцем) сияние Своего Б-жества, и миры развернулись ступень за ступенью из Его Бесконечного Света. Мудрецы истины (Хахмей а-Эмет) привели притчу о человеке, желающем взглянуть на ослепительное солнце: он вынужден смотреть сквозь темные стекла и завесы, иначе его глаза ослепнут. Точно так же Всевышний сократил Свой бесконечный свет, дабы мы могли постепенно, мало-помалу постигать свет Его Б-жественности.

Из этого первого сокращения вышли десять святых Качеств — десять сокровенных проявлений Имени АВАЯ (Десять Сфирот), являющихся внутренней душой и жизненной силой всех творений. От святого Имени АВАЯ развернулись 22 буквы священного языка (каф-бэт атван де-Орайта). Таким образом, каждая буква Торы неразрывно связана с сущностным Именем АВАЯ.

Каждая буква соединяется со всеми остальными 22 буквами, образуя 231 Врата сочетаний прямого и обратного порядка (Рела Шеарим паним ве-ахор — רלא שערים книги Сефер Йецира). И все эти 231 Врата включены в Имя АВАЯ, и посредством каждой буквы и ее сочетаний были сотворены многие тысячи миров!

В святом Имени АВАЯ существуют четыре буквенных наполнения (милуим), составляющих основу каббалистических миров:

1. Наполнение АБ (עב = 72) — сфира Хохма (Имя АВАЯ с наполнением буквой Йод: יוד הי ויו הי).

2. Наполнение САГ (סג = 63) — сфира Бина (Имя АВАЯ с наполнением буквами Йод и Алеф: יוד הי ואו הי).

3. Наполнение МА (מה = 45) — сфира Зеир Анпин (Имя АВАЯ с наполнением буквой Алеф: יוד הא ואו הא).

4. Наполнение БОН (בן = 52) — сфира Нуква / Малхут (Имя АВАЯ с наполнением буквой Хэй: יוד הה וו הה).

И в каждой букве этих четырех священных наполнений заключены бесчисленные сочетания, и каждое из четырех Имен включает в себя все 231 Врата прямого и обратного света.

И известно, что слово «Исраэль» (ישראל) образует аббревиатуру (нотарикон): «Есть шестьдесят мириад букв у Торы» (יש ששים ריבוא אותיות לתורה — Йеш Шишим Рибо Отиет ла-Тора). Смысл этого в том, что каждый человек из народа Исраэля имеет свой святой корень в одной из букв Торы!

В святых книгах раскрыто, что человек создан быть Священной Колесницей (Меркава) для Шхины, и каждый орган его тела соответствует сокровенным тайнам горних миров. Тот, кто очищает и освящает свое естество, удостаивается стать Колесницей для Шхины и может привлечь в свою сущность всю полноту святой Торы со всеми ее Б-жественными сочетаниями!

Так мы находим у Моше-рабейну, о котором сказано в Ялкуте: две руки Моше соответствовали двум Скрижалям Завета, а десять пальцев его рук соответствовали Десяти Заповедям! И каждый человек способен в меру своих сил приблизиться к этой высокой ступени. Так же мы находим у рабби Элиэзера Великого: перед самой кончиной он воздел свои руки к Небесам и воскликнул: «Две руки мои — как два свитка Торы!».

И из этого мы приходим к объяснению стиха: «Г-сподь, Б-г ваш, умножил вас, и вот, вы ныне, как звезды небесные, ла-ров».

Слово «звезда» — Кохав (כוכב) — делится на две части:

— Число כו (26) — гематрия сущностного Имени АВАЯ;

— Число כב (22) — 22 буквы святой Торы, в которых заключены все 231 Врата!

Перед уходом Моше-рабейну сыны Исраэля стояли на столь высокой духовной ступени, что постигли разумом все тайные сочетания четырех священных наполнений Имени АВАЯ!

И это возвестил им Моше: «И вот, вы ныне, как звезды небесные» — употребив множественное число (кохавим), указывая, что они постигли все сочетания четырех святых Имен АВАЯ: АБ (72), САГ (63), МА (45) и БОН (52).

Сумма этих четырех Имен составляет: 72 + 63 + 45 + 52 = 232, что в точности равно буквам слова «ла-Ров» (לרב = 30 + 200 + 2 = 232)!

И так же 231 Врата (רלא) вместе со своим единым Высшим Источником (Колель = +1) составляют число 232 (רלב)!

И завершает Писание благословением Моше: «Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно, и да благословит вас, как Он говорил вам» — Моше благословил их, дабы они постигли свет Б-жественности еще в тысячу крат глубже, нежели постигли ныне. Ибо благословение Моше не имеет предела и меры, и в этом состоит воля Творца, благословен Он — чтобы сыны Исраэля постигали свет Его Б-жественности бесконечно и безгранично!

Тысяча частей света Моше, возвращение венцов в канун Шаббата и учение Аризаля

Или можно истолковать этот стих: «Г-сподь, Б-г ваш, умножил вас... Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно, и да благословит вас, как Он говорил вам...».

Здесь возникает вопрос: почему Моше благословил их именно тысячекратно (элеф пеамим)? И почему сыны Исраэля упрекнули его: «Моше, ты ставишь границу нашему благословению, ведь Всевышний обещал благословить нас безгранично?!», на что Моше ответил: «Это благословение — от моего собственного (ми-шели), а Всевышний благословит вас без числа». Что означает выражение: «это от моего собственного»? Откуда у Моше появились эти особые благословения, которые он отдает Исраэлю?

Дабы разъяснить эту тайну, предварим словами святого учения Аризаля, да будет память его благословенна в жизни будущего мира. В субботней молитве мы произносим: «Возрадуется Моше дару удела своего» (Йисмах Моше бе-матнат хелко).

Тайна этого речения такова: когда Моше взошел на гору Синай, дабы принять святую Тору, с Небес ему было даровано тысяча частей высшего света (элеф хелкин ор). Когда же сыны Исраэля согрешили созданием золотого тельца, эти тысячи частей света отлетели от Моше из-за греха народа, и у него осталась лишь одна малая часть света из всей тысячи (и на это намекает малая буква Алеф в слове «Ва-йикра» — Алеф зеира, чье числовое значение равно единице).

Однако сам Моше ни в чем не согрешил, и свет был утрачен им исключительно по вине народа Исраэля. Посему Святой, благословен Он, восполнил утраченный им свет из духовного достояния Исраэля — из тех сияющих корон и небесных украшений (адей), которые были сняты с сынов Исраэля у горы Хорев за грех тельца: Моше принял эти духовные венцы, дабы восполнить свой недостающий свет.

Однако в каждый канун святого Шаббата ночью (коль эрев Шаббат ба-лайла) Моше вновь получает свыше те первозданные тысячу частей света, которые были утрачены им при грехе тельца! И тогда в святой Шаббат Моше возвращает народу Исраэля те духовные венцы, которые временно взял от них. Ибо, получив назад свой собственный удел, он радуется своему уделу (самеах бе-хелко) и не желает удерживать у себя части, принадлежащие сынам Исраэля, но с великой любовью возвращает им их святое достояние! Он не говорит: «Поскольку я не грешил, а они согрешили, я по праву завладел их венцами и оставлю себе и свое, и их!». Но радуется своему уделу и возвращает им их свет, ибо недаром сказано о нем: «Верным служителем назвал Ты его» (Эвед нээман карата ло). И об этом сказано: «Венец великолепия возложил Ты на главу его» (Клиль тиферет бе-рошо натата ло).

И в этом раскрывается сокровенный смысл слов Моше: «да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно (элеф пеамим)»! Смысл в том, что те тысячу частей света, которые были дарованы Моше как награда за возвращенные духовные венцы Исраэля, Моше отдает в вечный дар народу, оставляя себе лишь одну долю в общем единстве Исраэля, как подобает верному пастырю.

Когда же сыны Исраэля воскликнули: «Моше, ты ограничиваешь наше благословение числом тысячи!», ибо они еще не постигли этой великой тайны, Моше разъяснил им: «Зо ми-шели» («Это — от моего собственного») — то есть: «Эти тысячу частей высшего света я отдаю вам от своей собственной святой силы, ибо они дарованы мне в вечный удел от Всевышнего, и я возвращаю их вам! Но свыше этой тысячи частей не в моей власти добавить вам от себя, и посему Всевышний благословит вас Своим бесконечным благословением без меры и предела!».

Прекрасно и совершенно, как бутон и цветок (кафтор ва-ферах)!

Трепет небесных звезд, колокол священного благоговения и тысяча ступеней

Или можно объяснить стих: «Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно...».

Суть раскрывается из того, что мы разъясняли выше относительно небесных звезд, которым уподоблены сыны Исраэля. Мы воочию видим физическими глазами, что звезды на небе непрестанно мерцают, вибрируют и трепещут (митнааним), тогда как подобного непрестанного колебания мы не наблюдаем у солнца и луны.

Это мерцание и трепет звезд происходят от их величайшего трепета пред Всевышним: они непрестанно содрогаются в священном страхе и благоговении пред величием Творца!

Мы видим подобие этого в язычке (зуг) колокола (паамон): когда язычок ударяет о внутренние стенки колокола и отскакивает назад, он издает чистый звенящий звук.

Сыны Исраэля уподоблены небесным звездам, как возвестил им Моше: «И вот, вы ныне, как звезды небесные». Истинные праведники из сынов Исраэля служат Всевышнему в глубочайшем трепете и любви: когда их душу озаряет высшая Б-жественная вспышка света (эара), они содрогаются и в священном трепете отступают назад пред величием Творца. И так устроено святое естество праведника: когда в его мыслях непрестанно сменяются любовь и трепет пред Всевышним, тело и душа его естественно трепещут и вибрируют, подобно язычку колокола, бьющемуся в сокровенной глубине его существа.

Каждая духовная ступень и каждое озарение включают в себя десять качеств, а каждые десять включают в себя еще десять, разворачиваясь вглубь вплоть до тысячи (10 × 10 × 10 = 1000), что знаменует высочайшую полноту ступени.

И это возвестил сынам Исраэля Моше-рабейну, мир ему: «И вот, вы ныне, как звезды небесные; Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам кахем элеф пеамим (тысячекратно)». Слово «пеамим» (פעמים — «разы / кратно») происходит от корня «паамон» (פעמון — колокол) и «пеима» (פעימה — биение / пульсация / звон), как сказано в Писании: «Колокольчик и гранат» (Паамон ве-римон, Шмот 28:34) и «Бьющий молотом» (Холам паам, Йешаяу 41:7).

Смысл в том, что ступень звезд — непрестанно трепетать, пульсировать и звенеть священным звуком от трепета пред Всевышним. И сказал Моше: «Вы ныне достигли ступени трепещущих звезд, и да прибавит вам Всевышний тысячу таких священных ударов и биений благоговения (элеф пеамим) — что знаменует восхождение на высочайшую вершину трепета!». Вникни в это и пойми!

Множество чудотворных праведников в поколении как защита от гордыни

Или можно объяснить стихи: «И вот, вы ныне многочисленны, как звезды небесные... Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно...».

Суть дела такова: когда в одном поколении живет множество истинных праведников, творящих чудеса и святые знамения (цадиким аншей маасе у-мофет), это приносит великое благо всему миру и самим праведникам!

Ибо когда человек удостаивается очистить и освятить себя, он все еще не знает доподлинно, стал ли он истинным Цадиком пред Небесами. Единственным ясным свидетельством для него служит то, отвечают ли на его молитвы с Небес и исполняются ли в мире произнесенные им слова: если да, он узнает, что дорог Всевышнему. Однако из-за этого человек может впасть в тончайшую гордыню (гаава), возомнив, будто он стоит несравненно выше всех остальных людей.

Когда же в поколении сияет множество чудотворных праведников, ни один из них не впадает в гордыню, ибо знает, что многие люди способны совершать те же святые деяния! Как известно из святой книги «Толдот Яаков Йосеф» святого наставника из общины Полонное на слова Мишны: «И если возгордился разумом своим...», приведенные от имени святого Бааль-Шем-Това, да будет память праведника и святого благословенна (см. там его святые слова).

И есть еще великая польза от того, когда в поколении есть множество чудотворных праведников: каждый Цадик испытывает святой стыд и скромность перед своим товарищем! Ибо известно, что «каждый будет опален сиянием шатра своего ближнего» (нехве ми-хупато шель хаверо), ведь достоинство одного праведника не похоже на достоинство другого, и каждый обладает уникальным духовным светом, коего нет у его собрата. Если же, не дай Б-г, праведников в поколении мало, Цадик не чувствует священного стыда и становится великим в собственных глазах.

И мы находим в Писании, что о солнце и луне сказано: «И покраснеет луна, и устыдится солнце» — они испытывают взаимный стыд. Однако о звездах нигде не сказано, чтобы они стыдились друг друга.

И в этом заключается объяснение стиха в виде святого иносказания. Моше-рабейну, мир ему, сказал сынам Исраэля: «И вот, вы ныне, как звезды небесные ла-ров» — то есть каждый из вас пока не испытывает священного стыда за свои поступки перед ближним и кажется великим в собственных глазах, подобно звездам, не знающим стыда. Посему он благословил их: «Г-сподь, Б-г отцов ваших, да прибавит к вам против того, сколько вас есть, тысячекратно» — то есть пусть Всевышний умножит число истинных праведников в тысячу раз! И тогда вы никогда не впадете в гордыню, но станете испытывать святое благоговение и скромность друг перед другом, взирая на высокое достоинство своего ближнего, превосходящего вас в своем уникальном служении!

Сила братского единения: услащение суда Цедек милосердием Мишпат

«И повелел я судьям вашим в то время, говоря: выслушивайте братьев ваших и судите справедливо (у-шфаттем цедек) каждого с братом его и с пришельцем его (у-вейн геро)» (Ва-ацаве эт шофтейхем ба-эт а-хи леэмор: шмоа бейн ахейхем у-шфаттем цедек бейн иш у-вейн ахив у-вейн геро, Дварим 1:16).

В комментарии Раши, благословенна его память, сказано: «"И с пришельцем его" (у-вейн геро) — это его соперник в тяжбе (бааль дино), который собирает и копит против него обвинения (огер алав дварим)».

Представляется мне возможным объяснить это следующим образом: известно, что основой основ духовного служения является истинное соединение и любовь между товарищами (хитхабрут бе-эмет бейн а-хаверим) — ибо именно святое братство порождает все избавления и услащает все суровые суды (мамтик эт а-диним)!

Как сказали наши мудрецы, благословенной памяти, на стих: «Привязан к идолам Эфраим — оставь его» (Хибур Эфраим ацабим — анах ло, Ошеа 4:17): даже если в народе есть тяжкие прегрешения, но между ними царит союз мира и любви, никакой суд не властен над ними. И даже если существует хотя бы одно истинное собрание праведников, соединенных в совершенной любви, братстве и душевной нежности, благодаря этому может прийти конечное Избавление (Геула), как открыто в святом Зоаре!

И на это намекается в нашем стихе. Известно, что слово «шмоа» (שמוע — «слушать / внимать») означает также «собирать вместе», как в стихе: «И собрал Шауль народ» (Ва-йишма Шауль эт а-ам, Шмуэль I 15:4).

И в этом смысл слов: «Шмоа бейн ахейхем» — «Собирайтесь вместе в нерушимой любви, братстве и союзе душ!».

И благодаря этому исполнится: «у-шфаттем цедек» («и судите праведно»). Ибо известно из священных книг, что слово Цедек (צדק — Справедливость / Суд) указывает на сфиру Малхут и строгие суды Царства (Дина де-Малхут), тогда как слово Мишпат (משפט — Правосудие / Милосердие) указывает на сфиру Тиферет — Срединный Столп (Амуда де-Эмцаита), являющийся источником чистейшего Милосердия (Рахамим).

Через братское единение суровый суд (Цедек) соединяется со Срединным Столпом (Мишпат) и всецело услащается в источнике Милосердия!

«Между человеком и братом его и пришельцем его (у-вейн геро)» — то есть даже с тем соперником в тяжбе, который копит обвинения (огер алав дварим), как поясняет Раши. Ибо благодаря братской любви все обвинения и суды совершенно устраняются и услащаются в безграничном Милосердии, и в мире раскрываются совершенная милость и явные Хасадим (рахамим гмурим ве-хасадим мегулим)!

Тайна разведчиков: духовная жажда Святой Земли и верность намерения ради Небес

«И подошли вы ко мне все вы и сказали: пошлем людей перед собою, и пусть они разведают нам землю (ве-яхперу лану эт а-арец)... путь, по которому нам восходить, и города, в которые нам идти. И понравилось мне это дело...» (Ва-тикревун элай кульхем ва-томру: нишлаха анашим лефанейну ве-яхперу лану эт а-арец... эт а-дерех ашер наале ба ве-эт а-арим ашер наво алехен. Ва-йийтав бе-эйнай а-давар..., Дварим 1:22–23).

Здесь надлежит понять: почему сыны Исраэля употребили странное выражение: «ве-яхперу» («и пусть они выкопают / разведают»)? Им следовало сказать: «ве-ятуру» («и пусть осмотрят / высмотрят») или «ве-йераглу» («и пусть разведают»)!

Также надлежит обратить внимание на слова Моше: «И понравилось мне это дело». Возникает вопрос Раши: если Моше счел это дело добрым, почему же он вспоминает посылку разведчиков среди упреков?

И еще: далее сказано: «И принесли нам ответ и сказали: хороша земля...». Но ведь разведчики очернили землю и распустили худую молву о ней (см. слова Раши)!

И представляется правильным объяснить это на основе того, что мы разъясняли выше в недельном разделе Масей: когда колена Реувена и Гада просили себе землю Сихона и Ога, их сокровенное намерение было исключительно ради Небес (ле-Шем Шамаим) — смотри там подробно.

И по нашему пути можно объяснить, что сыны Исраэля пришли к Моше-рабейну с великим и святым намерением. Они сказали, что вовсе не желают, чтобы разведчики восхваляли физические достоинства Земли — то, что она течет молоком и медом. Ибо их сердца были свободны от вожделения к материальным наслаждениям этого мира и изысканным яствам! Но все их стремление заключалось в том, чтобы унаследовать Святую Землю ради того, что воздух ее делает мудрым в Торе (авира махким), и нет Торы, равной Торе Земли Исраэля, и там находятся Врата Небес (Шаар а-Шамаим), через которые возносятся к Престолу Славы все молитвы мира! Лишь к этому были устремлены их лица при входе в Святую Землю.

Саму же причину посылки разведчиков уже разъяснил святой Алших: хотя сыны Исраэля знали свой путь из уст верного пророка Моше, тем не менее то, о чем слышат в пророчестве, не похоже на то, что человек видит собственными телесными глазами (бе-хуш а-реут ве-эйней басар). Они желали осязаемо узнать дорогу, по которой предстоит подниматься, и города, к которым они подойдут вначале.

И в этом смысл их слов: «ве-яхперу лану эт а-арец». Слово «ве-яхперу» происходит от корня «херпа» (חרפה — поношение / бесславие). Они сказали: «Мы не желаем слушать о материальной славе земли, дабы наше намерение оставалось чистым исключительно ради Небес! Напротив, мы согласны, чтобы разведчики даже отозвались о ней скромно и не превозносили ее телесных плодов, дабы наше вхождение в нее было совершено исключительно ради одного лишь Всевышнего (лильти л-АВАЯ левадо) — ради углубления в Его святую Тору! Посылка же разведчиков нужна нам лишь для того, чтобы они "принесли нам ответ" — то есть сообщили, на каком языке говорят народы, и указали физический путь и города».

Посему, когда Моше услышал их чистые речи, «понравилось мне это дело» — ибо он поверил чистоте их слов, видя, что их помысел устремлен к Небесам.

И в этом же состоял великий упрек Моше, когда он сказал: «И принесли нам ответ и сказали: хороша земля...» — ибо разведчики поступили прямо противоположно святому поручению народа! Исраэль не желал слушать похвал земному туку и сладости плодов, ибо их намерение было свято; разведчики же изменили святому намерению Исраэля: они принесли плоды и стали превозносить молоко и мед, а затем очернили Святую Землю, воскликнув: «Однако силен народ, живущий в ней...» (Эфес ки аз а-ам, Бемидбар 13:28).

Семь нижних качеств и три высшие сфиры: тайна Сеира, Моава и Аммона и запрет внешней философии

*«И повернули мы, и отправились в пустыню по дороге к Красному морю, как говорил мне Г-сподь, и обходили гору Сеир много дней. И сказал мне Г-сподь, говоря: полно вам обходить эту гору, поверните себе на север (цафона). А народу повели, говоря: вы проходите по пределу братьев ваших, сынов Эсава, живущих в Сеире, и они убоятся вас; но берегитесь чрезвычайно... И сказал мне Г-сподь: не враждуй с Моавом... Эмимы прежде жили там, народ великий, многочисленный и высокий, как исполины... И моавитяне называют их Эмимами. А в Сеире жили прежде Хориты... И говорил мне Г-сподь, говоря: ты проходишь ныне предел... И приблизишься к сынам Аммона, не враждуй с ними и не заводи с ними войны... И аммонитяне называют их Замзумимами» (Ва-нефен ва-ниса а-мидбара дерех ям суф каашер дибер АВАЯ элай, ва-насов эт ар Сеир ямим рабим. Ва-йомер АВАЯ элай леэмор: рав лахем сов эт а-хар а-зе, пену лахем цафона. Ве-эт а-ам цав леэмор: атем оврим би-гвуль ахейхем бней Эсав а-йошвим бе-Сеир, ве-йийрау микем, ве-нишмартэм меод... Ва-йомер АВАЯ элай: аль тацар эт Моав... А-Эмим ле-фаним яшву ва, ам гадоль ве-рав ве-рам ка-анаким... ве-а-Моавим йикрау лахем Эмим. У-ве-Сеир яшву а-Хорим ле-фаним... Ва-йдабер АВАЯ элай леэмор: ата овер а-йом эт гвуль... Ве-каравта муль бней Аммон, аль тецурем ве-аль титгар бам... ве-а-Амоним йикрау лахем Замзумим*, Дварим 2:1–20).

Здесь надлежит вникнуть со всей тщательностью:

1. Из текста кажется, будто сыны Исраэля обходили гору Сеир по прямому повелению Вездесущего и не трогались оттуда до тех пор, пока Всевышний не сказал: «Полно вам...». Однако мы нигде в Торе не находим, чтобы Всевышний повелевал им специально кружить вокруг горы Сеир!

2. Зачем Писание сообщает нам подробности о том, кто жил в этих землях в древности: «Эмимы прежде жили там...», «Хориты жили прежде...»? Какое нам дело до прежних обитателей?

3. Сказано: «И моавитяне называют их Эмимами». Но ведь в том же самом стихе написано: «Эмимы прежде жили там» — то есть они звались так еще до того, как моавитяне дали им это имя! И так же относительно хоритов и замзумимов — эти слова кажутся лишними; что они призваны нам возвестить?

И представляется правильным приоткрыть здесь великую каббалистическую тайну.

Вот, Святой, благословен Он, обещал нашему праотцу Аврааму, мир ему, землю десяти народов. Однако сыны Исраэля при входе в Землю завоевали лишь земли семи народов (Ханааней, Хиттей, Эморей, Приззей, Хиввей, Иевусей, Гиргашей); земли же Кени, Кенизи и Кадмони — являющиеся землями Сеира (Эдома), Моава и Аммона — они не завоевали.

Святой Аризаль в толковании стиха: «И вот цари, царствовавшие в земле Эдома...» (Ве-эле а-мелахим ашер малху бе-эрец Эдом, Берешит 36:31) объясняет, что семь мелахим Эдома соответствуют Семи Древним Царям мира Хаоса (Шива малхин кадмаин де-Олам а-Тоху), которые пали при Разбиении Сосудов (Швират а-Келим). Семь нижних качеств (Сфирот от Хесед до Малхут — ЗАТ) упали в Разбиение; три же Высшие Сфиры (ГАР — Кетер, Хохма, Бина) не пали в Разбиение, но претерпели лишь высшее Самоустранение (Битуль).

Дабы уразуметь это, вспомним: когда Святой, благословен Он, сотворил все миры, главным Его намерением было излить добро на Свои творения. Однако Он желал, чтобы человек вкушал духовный хлеб не даром (не как «хлеб стыда» — нехама де-хисуфа), но заслужил вечную награду праведными деяниями. А дабы существовали свобода выбора, награда и наказание, Всевышний сотворил силы сокрытия по принципу: «Одно напротив другого сотворил Б-г» (Зе леумат зе аса ЭЛОКИМ, Коэлет 7:14).

Посему семь нижних качеств упали в Разбиение: сосуды разбились, святые искры (Ницоцот) рассеялись, и добро смешалось со злом. Человек может ошибиться, уклонившись от святой любви к дурной страсти, и так же во всех семи качествах. Если же человек отвергает зло и избирает добро, он доставляет неизреченную отраду своему Создателю и удостаивается высшей награды — извлечь и очистить святые искры (леварэр а-ницоцот а-кдошот) из материального мира и вознести их в святость!

Святой Аризаль далее пишет: трем Высшим Сфирам (ГАР) соответствуют земли трех народов: Кени, Кенизи и Кадмони — то есть Сеир, Моав и Аммон:

— Сеир (Эдом) соответствует сфире Кетер — сокровенному миру, в котором нет никакого постижения для мысли (ка олам де-лейт махшава тфиса бей), и мы можем лишь созерцать его величие со священным трепетом (корень «Сеир» связан со словом «лешаэр» — оценивать / благоговейно созерцать).

— Моав соответствует сфире Хохма (ибо «Мей-Ав» — «от Отца», а Отец / Аба — это Хохма).

— Аммон соответствует сфире Бина (ибо «Ноам» — высшая услада / Има — это Бина).

Различие между Разбиением (Швира) и Самоустранением (Битуль) состоит в следующем: Семь нижних качеств упали в Разбиение, их искры рассеялись и добро смешалось со злом — посему человек способен выяснять искры и возносить их в святость силою добрых дел, отвергая зло и избирая добро. Однако три Высшие Сфиры не пали в Разбиение, но пребывают в высшем сокрытии. И поскольку «одно напротив другого сотворил Б-г», три высшие нечистые оболочки (Клипот), стоящие напротив Кетера, Хохмы и Бины, также пребывают в своей первозданной несокрушимой силе! Посему невозможно выяснить их искры и сломить их силой человеческого разума в нашем мире, заставив их признать, что Творец Един и Имя Его Едино.

Ибо в самой святости три высшие ступени недоступны для постижения разумом, и запрещено углубляться речами в эту сферу, и даже мысленно созерцать их запрещено! Об этом сказано: «От края небес и до края небес...» (Ми-кце а-шамаим ве-ад кце а-шамаим, Дварим 4:32). Мудрецы истолковали: «От края небес и до края небес тебе дозволено исследовать, но запрещено исследовать то, что выше, и то, что ниже, то, что впереди, и то, что позади».

И поскольку Всевышний сотворил одно напротив другого, человеку строжайше запрещено погружать свой разум и исследовать чуждые мудрствования и внешнюю философию (хохмат а-хицониим) с целью сокрушить их аргументы! Ибо те три высшие клипы пребывают в несокрушимой силе, и человек, углубляющийся в них, неизбежно впадет в ересь (минут). Об этом предостерегал царь Шломо: «Не приближайся к дверям дома ее» (Аль тикра яв эль петах бейта, Мишлей 5:8), что мудрецы объяснили как запрет приближения к ереси.

В Талмуде (трактат Менахот 99б) рассказывается: Бен Дама, племянник рабби Ишмаэля, спросил его: «Такому человеку, как я, изучившему всю Тору целиком, дозволено ли изучать греческую мудрость?». Рабби Ишмаэль процитировал стих: «Да не отступит эта книга Торы от уст твоих, и размышляй о ней днем и ночью» — и сказал ему: «Пойди и найди такой час, который не принадлежит ни дню, ни ночи, и тогда учи греческую мудрость!». Отсюда видно: даже человеку, постигшему всю полноту святой Торы, рабби Ишмаэль запретил прикасаться к внешней философии.

И даже во времена Святого Храма было невозможно окончательно сломить эти три высшие клипы, вплоть до прихода Избавителя в Сион! Тогда наполнится вся земля ведением Г-спода, произойдет окончательное выяснение всех миров, и все творения признают, что Он Един и Имя Его Едино.

По этой причине сыны Исраэля завоевали лишь семь народов, ибо в их силах было сломить семь нижних Клипот; земли же Сеира, Моава и Аммона они не завоевали, ибо те стоят напротив трех Высших Сфирот, пребывают в несокрушимой силе, и человеку не дано сломить их до прихода Машиаха!

И вот: Кетер — это сокровенный исток, где все миры пребывают в абсолютном сокрытии. Хохма — это корень миров, где пребывали в Первой Мысли три первоэлемента мироздания, о которых сказано в Сефер Йецира: «Три Матери — Алеф, Мэм, Шин (אמש)» — три корня миров: Воздух (Авир — א), Вода (Маим — מ), Огонь (Эш — ש), соответствующие трем буквам святого Имени: י-ה-ו (Йод-Хэй-Вав). Бина — это высшая буква ה (Хэй), являющаяся «Беременной миром» (Эрат Олам), ибо все миры и творения пребывали в ней в состоянии зарождения в Высшей Мысли.

И теперь мы приходим к объяснению стихов: «И обходили гору Сеир много дней...» — смысл в том, что сыны Исраэля направили все свои духовные силы, дабы сломить высший разум (Мохин) нечистых оболочек. «И сказал мне Г-сподь: полно вам обходить эту гору...» — Всевышний возвестил: «Великое дело совершили вы тем, что окружили ее сиянием святости, однако сломить ее ныне невозможно!». «Поверните себе на север (цафона)» — слово «цафона» (צפונה) происходит от корня «цафун» (צפון — сокрытое). Обратите свой разум к тому, что сокрыто и запечатано в этой тайне, ибо ныне человеку не дано сломить эту клипу! «А народу повели: вы проходите по пределу братьев ваших, сынов Эсава, живущих в Сеире, но берегитесь чрезвычайно...» — то есть берегитесь изо всех сил, дабы не погрузиться в исследование их мудрствований в попытке победить их! Ибо Сеир стоит напротив сфиры Кетер, и подобно тому, как в Кетере нет ухвата для человеческой мысли, так и стоящая напротив нечистая сила несокрушима, и категорически запрещено размышлять о ней!

И так же о Моаве повелел Святой, благословен Он: «Не враждуй с ними...». И Писание объясняет: «Эмимы прежде жили там...» — ибо Моав стоит напротив сфиры Хохма, где Три Матери — אמש (Воздух, Вода, Огонь — три корня бытия) — «прежде жили там» (ле-фаним яшву ва), пребывая в Первой Мысли до сотворения миров! «Народ великий, многочисленный и высокий, как исполины» — указывает на высочайший духовный мир, недоступный постижению, из-за чего клипа, стоящая напротив Хохмы, также чрезвычайно сильна и не может быть сокрушена ныне. «И моавитяне называют их Эмимами» — моавитяне называют свою клипу словом «Эмим» от корня «эйма» (אימה — великий страх и ужас), ибо священный трепет охватывает всякого, кто лишь дерзнет говорить об этом истоке! «А в Сеире жили прежде Хориты...» — Сеир соответствует сфире Кетер, где прежде сотворения миров пребывала Первая Мудрость Десяти Царей (Хохма Ришона де-Йод Малхин), начальные буквы которых образуют имя Хорим (חרים: חכמה ראשונה יוד מלכין)!

И так же о сынах Аммона повелел Всевышний: «Не враждуй с ними и не заводи с ними войны...». Писание открывает причину: «Ибо аммонитяне называют их Замзумимами». Аммон стоит напротив сфиры Бина — мира Высшей Мысли, лишенного чувственного постижения. Стоящая напротив клипа также не имеет ухвата и пребывает в полной силе. Слово Замзумим (זמזמים) происходит от корня «замам» (זמם — мысль / замысел), как сказано: «Сделал Г-сподь то, что замыслил (каашер замам)» (Эйха 2:17).

Лишь в Будущем мире, когда наполнится вся земля ведением Г-спода и завершится полное исправление всех миров, все творения признают, что Творец Един и Имя Его Едино, и тогда внешние нечистые силы будут уничтожены навеки!

Послание к Сихону: святая Тора как доказательство неотъемлемого права на Землю Исраэля

«И послал я вестников из пустыни Кедемот к Сихону, царю Хешбона, со словами мира, говоря...» (Ва-эшлах малахим ми-мидбар Кдемот эль Сихон мелех Хешбон диврей шалом леэмор..., Дварим 2:26).

Здесь надлежит вникнуть со всей тщательностью: как Моше мог направить Сихону предложения мира (диврей шалом), когда Сам Святой, благословен Он, прямо повелел ему: «Начни воевать и вступи с ним в бой! Смотри, Я отдаю в руку твою Сихона...» (Хахель раш ве-хитгар бо мильхама, реэ натати ве-ядеха эт Сихон..., Дварим 2:24)? (И смотри комментарии Турим, Рамбана и Алшиха, которые также задавали этот трудный вопрос).

И представляется правильным разрешить это следующим образом. Раши в начале книги Берешит приводит слова рабби Ицхака: *«Не следовало начинать Тору иначе, как со стиха: "Этот месяц для вас — начало месяцев", являющегося первой заповедью, данной Исраэлю. По какой же причине она открывается со стиха: "В начале сотворил Б-г небо и землю"? По той причине, что: "Силу деяний Своих возвестил Он народу Своему, чтобы дать им наследие народов" (Коах маасав хигид ле-амо латет лахем нахалат гойим, Теилим 111:6). Ибо если народы мира скажут сынам Исраэля: "Вы разбойники, захватившие силой земли семи народов!", Исраэль ответит им: "Вся земля принадлежит Святому, благословен Он! Он сотворил ее и отдал тому, кто угоден в Его глазах. По Своей воле Он дал ее им, и по Своей воле Он отнял ее у них и отдал нам!"»*.

Отсюда следует, что благодаря святой Торе, в которой возвещена сила Б-жественного творения мира, сыны Исраэля по абсолютному Б-жественному праву унаследовали земли народов. И всем ведомо, что святая Тора именуется Миром (Шалом), как написано: «Пути ее — пути приятные, и все стези ее — мир (шалом)» (Драхеха дархей ноам ве-холь нетивотейха шалом, Мишлей 3:17).

Исходя из этого, стих объясняется в своем кристально ясном смысле: «И послал я вестников из пустыни Кедемот...» — Раши поясняет, что слова «пустыня Кедемот» указывают на святую Тору, которая предшествовала сотворению мира (кдума ла-олам). «К Сихону со словами мира (диврей шалом) леэмор (говоря)...» — смысл в том, что Моше вовсе не предлагал Сихону заключить мирный союз, дабы оставить землю в его руках! Но слова мира (диврей шалом) — это сама святая Тора, именуемая Шаломом. Моше возвестил Сихону слова Торы, дабы сказать (леэмор): «Силою святой Торы ты не сможешь назвать нас захватчиками! Ибо вся земля принадлежит Всевышнему: по Своей воле Он дал ее тебе в прежние времена, и по Своей воле отнял у тебя и отдал нам! Посему по закону и непреложной Б-жественной правде мы забираем у тебя твою землю, ибо Сам Всевышний даровал ее нам!». Пойми это глубоко.

(И разумному человеку легко истолковать последующие слова: «Пройду по земле твоей... пока не перейду через Иордан в землю...» — смысл в том, что Исраэль забирал эти земли в вечное владение, проходя сквозь владения Сихона и Ога к Иордану, и вовсе не просил у него пощады и мира. Вникни в это).

Одр Ога, царя Башана: разбиение десяти на девять, четыре раздельных уровня и сокрушение железной клипы

«Ибо только Ог, царь Башана, оставался из остатка рефаимов; вот, одр его — одр железный, разве не в Раббе сынов Аммона он? Девять локтей длина его и четыре локтя ширина его, по локтю человеческому (бе-амат иш)» (Ки рак Ог мелех а-Башан нишар ми-йетер а-Рефаим, хине арсо эрес барзель, а-ло хи бе-Рабат бней Аммон, теша амот орка ве-арба амот рохба бе-амат иш, Дварим 3:11).

Здесь надлежит глубоко поразмыслить над этим стихом: как возможно понять эти слова в их простом физическом смысле? Ведь согласно речению наших мудрецов в Талмуде (трактат Брахот 54б, глава «Видящий» — А-Роэ), когда Моше-рабейну, мир ему, сражался с великаном Огом, рост самого Моше составлял десять локтей, длина его посоха — десять локтей, он подпрыгнул на десять локтей вверх и сумел достать своим посохом лишь до лодыжки Ога — то есть высота до лодыжки Ога составляла тридцать локтей! Как же возможно, чтобы одр (ложе) такого гиганта был всего девять локтей в длину и четыре локтя в ширину?! И даже согласно Раши и Таргуму, истолковавшим «по локтю мужа» как «по локтю самого Ога», мы не знаем точной меры его локтя. И кроме того, требует уяснения выражение: «по локтю человеческому» (бе-амат иш).

Суть дела такова: в Сефер Йецира сказано непреложное правило: «Десять, а не девять; десять, а не одиннадцать» (Эсер ве-ло теша, эсер ве-ло ахад асар).

Святые ступени в мироздании разделены на Десять, как сказано в Мишне: «Десять святостей существуют в мире». И они подразделяются также на четыре всеобъемлющие ступени, которым соответствуют четыре священных металла: Золото (זהב), Серебро (כסף), Медь (נחושת) и Железо (ברזל). Они соответствуют тайне четырех ступеней святости (мирам Ацилут, Брия, Ецира, Асия), как открыто в священных книгах.

Святой народ Исраэля уподоблен Праху / Земле (Афар — עפר). Земля находится ниже всех металлов, ибо все металлы рождаются из праха земли и возвращаются в него; однако в конечном итоге земля и прах переживают и поглощают все металлы, возвышаясь над ними всеми! Как сказали мудрецы: «Все возникло из праха, и все возвратится в прах» (А-коль ая мин а-афар ве-а-коль шав эль а-афар, Коэлет 3:20) — даже солнечный круг! Ибо сокровенный смысл праха указывает на Высший Прах (Афар Эльона) — святую Сфиру Малхут мира Ацилут.

И вот: в сфере Святости (Кдуша) все пребывает в абсолютном, совершенном Единстве, «подобно пламени, связанному с горящим углем» (ке-шалхевет а-кшура бе-гахэлет). Человеческому разуму невозможно постичь, как устроено это высшее Единство, однако непреложной истиной является то, что все ступени святости соединены друг с другом вплоть до Бесконечного Творца (Эйн Соф Барух Ху у-варух Шмо). И самая низшая из четырех ступеней святости слита в абсолютном единстве с высшими и восходит на высочайшую вершину в Бесконечный Свет!

В каждом человеке из народа Исраэля есть четыре духовные завесы, которые видел в Б-жественном видении пророк Йехезкель, мир ему: «бурный дух, великое облако, огонь пылающий и сияние вокруг него» (руах сеара, ве-анан гадоль, ве-эш митлакахат, ве-нога ло савив, Йехезкель 1:4). А в сокровенной глубине этих завес пребывает сияние Хашмаль — святая искра (ницоц кадош), являющаяся частью Б-га Свыше (хелек Элока ми-мааль). За эти четыре завесы пытаются ухватиться ангелы-покровители семидесяти народов, увлекая человека к чуждым страстям. Служение же каждого еврея состоит в том, чтобы совлечь с себя эти четыре материальные завесы и прилепиться к Бесконечному Творцу в совершенном слиянии (Двекут). Благодаря этому князья народов свергаются со своих ступеней и рассеиваются, а еврей возносит низшую ступень святости в абсолютное Единство с Бесконечным Творцом!

В Ситра Ахра же, хотя она и пытается подражать святости, «подобно обезьяне перед человеком» (ке-куф бифней адам), и ее нечистые ступени также подразделяются на четыре, все устроено иначе: «начинается в соединении, а оканчивается в разделении» (патах бе-хибура ве-сийем бе-перуда). Каждая ступень нечистоты отделена от другой, и в них начисто отсутствует совершенное число Десять! Нечистые силы пребывают либо в числе одиннадцать (клипа превышает меру), либо в числе девять (клипе недостает святости). Ибо если бы Ситра Ахра обладала святым числом Десять, она смогла бы полностью уподобиться Святости, не дай Б-г!

В Ситра Ахра святое число Десять (Эсер — עשר) обращается в буквы слов Шум / Смута (Рааш — רעש) и Одр погибели (Эрес — ערש)!

Таким образом, Ситра Ахра обладает двумя коренными изъянами (тартей ле-реута):

1. В ней нет святого числа Десять.

2. Ее четыре ступени не соединяются в единстве, но разделены и разобщены, и низшая ступень не способна подняться к высшей в слиянии со святостью.

В Святости же через служение человека все четыре ступени соединяются столь абсолютно, что низшая ступень неотличима от высшей и восходит в Бесконечный Свет Творца.

И известно великое духовное правило: чем выше ступень в Ситра Ахра, тем легче человеку сокрушить ее! В нижнем же, материальном мире Клипот имеют наиболее грубый ухват, и требуется огромное напряжение сил, дабы сломить их.

Отсюда следует: сокрушить силу Железа (ברזל), являющегося высшей и тончайшей ступенью в Ситра Ахра, человеку Исраэля несравненно легче, нежели сломить силу меди, серебра и золота, представляющих более плотные и низшие ступени нечистоты, где Клипот имеют глубокий материальный ухват!

И отсюда раскрывается истинный смысл стиха, повествующего о сокрушении царей Эморея, земли которых унаследовал Исраэль: «Вот, одр его — одр железный (арсо эрес барзель)...» — слово «одр» (ערש — эрес) состоит из тех же букв, что и число Десять (עשר — эсер), обратившееся в одр нечистоты! И он был из Железа — что указывает на высшую ступень Ситра Ахра, которую народу Исраэля было легко сломить! «Девять локтей длина его...» — Тора открывает, что в царстве Ога было лишь девять ступеней (теша амот), но не было святого совершенства Десяти Сфирот! «И четыре локтя ширина его по локтю человеческому (бе-амат иш)» — четыре ступени Ситра Ахра разделены и разобщены, соответствуя эгоистической мере смертного человека (бе-мидат иш), где каждое качество пребывает само по себе в горделивом разделении. В отличие от Б-жественной Святости (мидат ЭЛОКИМ), где все ступени соединены воедино в абсолютном, нерушимом и вечном Единстве с Бесконечным Творцом, благословен Он и благословенно Его Имя во веки веков!

Вникни в это и постигни всей душой!