К содержанию

Глава 12. Мессианская эра и универсализм разума

Вступление · осталось 13 мин · Пророческая каббала Абулафии

Глава 13 из 14 · 13 мин

Глава 12. Мессианская эра и универсализм разума

Гмар Тиккун

Вступление

«Конец дней настал, чтобы пробудились от сна и восстали спящие во прахе от дремоты мрака и от оцепенения глупости, так как Г-сподь движет сердцем каждого мудреца... Машиах — это Активный интеллект; Машиах — это человек, избавляющий нас от изгнания; и Машиах — это собственный разум человека, спасающий высшую душу от тирании тела». — Авраам Абулафия, «Сефер а-От»; «Мацреф а-Сехель»

Тайна Изгнания и Избавления: пробуждение разума от сна материи

В предыдущей главе мы увидели, как этическое очищение характера (мидот), отказ от тщеславия (Иштавут) и бескорыстное служение ради истины (Лишма) преображают человека. Обуздав свой животный эгоизм, ученик возводит прочную плотину против безумия и обретает непрерывную связь с высшим Разумом.

Однако является ли эта духовная победа лишь частным спасением одиночки? Призван ли пророческий мистик укрыться в башне из слоновой кости, наслаждаясь тишиной созерцания вдали от невежества и страданий остального мира?

Авраам Абулафия дает на это однозначный ответ: нет. Индивидуальное освобождение человеческого ума — это не изолированный финал, а начальная лаборатория, личный зародыш грядущего вселенского спасения. То, что отдельный практик переживает в тишине ночного затвора, должно стать достоянием всего человеческого рода. Личное избавление (геула) неразрывно вплетено в ткань всеобщей Мессианской эры.

Образ Машиаха: за пределами земного владычества В народном сознании и религиозном фольклоре Средневековья приход Мессии (Машиаха, ) и всеобщее Избавление (Геула, ) неизменно рисовались как грубая военно-политическая драма. Люди ждали явления грозного венценосного царя-триумфатора, который на белом коне ворвется в историю, обнажит сверкающий меч, сокрушит вражеские империи, установит национальное господство и устроит для праведников нескончаемые пиры с реками вина и горами яств.

Для Абулафии подобное ожидание — примитивная материальная иллюзия, порожденная ненасытным плотским воображением (димион). Подобные сказки низводят высочайшую духовную тайну до уровня биологических аппетитов и национальной мести.

В трактатах «Сефер а-От» («Книга Знамения») и «Оцар Эден Гануз» Абулафия срывает с мессианства внешний покров и раскрывает его подлинную философскую суть:

— Что такое подлинное Изгнание (Галут, )?

Подлинный Галут — это не географическое рассеяние людей по чужим странам и не отсутствие политической автономии. Изгнание — это помрачение ума, глубокий сон разума во прахе материи и забвение Б-жественного Имени (шиххат йедиат а-Шем). Когда люди утрачивают науку пророчества, перестают мыслить и ожесточенно спорят лишь о внешних ритуальных формах, они находятся в глухом плену — в рабстве у слепых стихий природы и внушений внутреннего Сатана. Даже живя в самом сердце Йерушалаима, невежественный человек пребывает в абсолютном, беспросветном изгнании.

— Что такое подлинное Избавление (Геула, )?

Избавление — это всеобщее интеллектуальное и духовное пробуждение человечества: > «Пришел срок Конца — пробудиться и воспрянуть спящим во прахе от дремоты мрака и оцепенения глупости! И Г-сподь приводит в движение сердце всякого мудрого мужа». > — Авраам Абулафия, «Сефер а-От»

«Спящие во прахе» — это не полуистлевшие скелеты на кладбищах, восстания которых ждут суеверные фанатики. «Спящие во прахе» — это живущие рядом с нами люди, чей высший разум спит летаргическим сном, погребенный под прахом материальных забот, жажды наживы и погони за чинами. Избавление совершается не мечом, а методом Церуфа: когда человек пробуждает свой интеллект, сбрасывает оковы воображения и возвращается к живому познанию Первопричины.

Три лика Машиаха и тайна Змея (гематрия 358)

В трактате «Мацреф а-Сехель» («Плавильня разума») Абулафия проводит четкую дифференциацию самого понятия «Помазанник» (Машиах, ), выделяя три взаимосвязанных уровня бытия:

1. Машиах Вселенский (Метафизический):

Это сам Активный интеллект (Сехель а-Поаль, ). Именно он помазан первозданным елеем мудрости Создателя. Будучи десятым бестелесным Интеллектом, он непрерывно изливает свет разумных форм на весь земной мир, опекая порядок природы и ожидая пробуждения человеческого ума.

2. Машиах Внутренний (Личностный):

Это интеллект в действии (сехель бе-фоаль) самого мыслящего человека. Внутри каждого смертного идет непрерывная гражданская война: слепые животные рефлексы, кровь, эгоизм и страсти держат бессмертную душу в унизительном плену. Когда человек силой познания и этической дисциплины подчиняет телесную природу, его собственный разум становится для него Машиахом — внутренним избавителем, спасающим высшую душу от тирании плотского Голема.

3. Машиах Исторический («Совершенный Писец», а-Софер а-Шалем):

Пророк, мыслитель и реформатор, в совершенстве соединивший в себе первые два начала. Его оружие — не железный клинок и не армии фанатиков, а священный язык двадцати двух букв, метод перестановок и раскрытие Б-жественных Имён. Подобно тому как искусный переписчик бережно соединяет разрозненные буквы в гармоничный свиток Торы, Совершенный Писец упорядочивает разорванное сознание человечества, исцеляя умы от гипноза суеверий. Абулафия прямо пишет: «Совершенный Писец — избавитель — соберет изгнанников точно так же, как собирают буквы и составляют из них книги» («Мафтеах а-Шмот»).

Великая гематрия: МАШИАХ ≡ НАХАШ (Змей) Абулафия раскрывает одну из самых потрясающих числовых тайн священного языка:

— Численное значение слова МАШИАХ (): 40 + 300 + 10 + 8 = 358.

— Численное значение слова НАХАШ ( — «Змей»): 50 + 8 + 300 = 358.

Это математическое равенство выражает фундаментальный закон духовной алхимии:

— Змей (358) — это первородная животная витальность, яд необузданного эгоизма, наш внутренний Сатан и Голем, ползающий на брюхе во прахе плотских вожделений и сеющий смерть.

— Машиах (358) — это та же самая жизненная энергия, но полностью укрощенная, поднятая разумом ввысь и преображенная в ослепительный свет мудрости!

Машиах не уничтожает человеческую плоть и не подавляет жизненную силу — он совершает великую трансмутацию: яд Змея превращается в спасительный бальзам вечной жизни. Это тайный смысл знамения Моше у горящего куста: деревянный посох (инструмент пастыря и символ закона) превратился в извивающегося змея, внушающего ужас, но когда Моше по повелению Всевышнего бесстрашно взял змея за хвост — тот снова стал твердым посохом власти в его руке (Шмот 4:2–4). Властвующий над Змеем обретает силу Машиаха.

Внутреннее «Собирание изгнанников» и истинный Храм

В традиционном представлении «Собирание изгнанников» (Киббуц галуйот, ) мыслилось исключительно как физическая миграция масс людей из разных стран на территорию Святой земли.

Абулафия переносит это понятие в плоскость внутренней феноменологии духа:

— В непросветленном человеке душевные силы пребывают в катастрофическом рассеянии: зрение влечет в одну сторону, слух — в другую, воображение блуждает среди страхов, а память судорожно цепляется за старые обиды. Внимание разорвано на сотни осколков. Это состояние внутреннего хаоса и есть подлинный Галут душевных сил.

— Подлинный Киббуц Галуйот — это собирание рассеянных сил собственного ума! Машиах внутри нас останавливает внутреннюю войну, извлекает внимание из плена суетных впечатлений и концентрирует всю мощь мысли в единый нерушимый фокус вокруг Б-жественного Имени.

Внутренний Йерушалаим: Храм духа прежде Храма из камня Истинный Храм — это не каменное здание, сложенное из мертвого известняка и бревен. Истинный Храм — это очищенный разум совершенного человека, ставший живым обиталищем б-жественного присутствия (Шхины).

Абулафия формулирует непреложный метафизический принцип: Машиах прежде всего строит духовный Йерушалаим и небесный Храм в сознании людей, ибо «нижний Храм не может быть построен до тех пор, пока не возведен Храм верхний» («Мафтеах а-Шмот»). Попытка построить физический храм руками духовно непросветленных людей приведет лишь к новому идолопоклонству.

Радикальный универсализм разума и поход к Папе Римскому (1280 г.)

Будучи глубоко укоренен в традиции своего народа, Абулафия выступает как самый смелый, бескомпромиссный мыслитель-универсалист европейского Средневековья, сокрушающий националистический этноцентризм и религиозный шовинизм:

1. Единство человеческого рода (мин а-адам):

В трактате «Оцар Эден Гануз» Абулафия провозглашает: все люди сотворены из единой первоматерии и наделены одинаковой способностью разумной души — разумом в потенциале (сехель бе-коах, ). Разделение на враждующие племена, нации и конфессии — это не вечный метафизический закон природы, а временный результат исторического выбора, обычаев и заблуждений (бе-вхира, ло бе-тева). Человеческая природа фундаментальна и едина, а этническая принадлежность — вторична и случайна.

2. Духовное наследие Авраама: познание истины выше родовых привилегий:

Абулафия открыто утверждает, что биологическое происхождение не дает человеку абсолютно никаких автоматических преимуществ перед Создателем: > «Всякий, кто происходит от него по плоти, но не идет его путями, — не есть его семя». > — Авраам Абулафия, «Оцар Эден Гануз»

Всякий человек из любого народа земли, оставивший суеверия, ложь и насилие и обратившийся к познанию единого Творца всем своим сердцем и разумом — тот и является подлинным духовным потомком Авраама!

Напротив, еврей по рождению, погрязший в корысти, спеси, ненависти к людям и механическом вычитывании молитв без понимания их сути, духовно выродился и стоит неизмеримо ниже благочестивого мудреца из других народов.

Безусловно, Абулафия признает народ Исраэля историческим первенцем Откровения, народом, особо подготовленным к принятию мудрости («Мафтеах а-Раайон», «Сефер а-Меламед»). Однако это первенство — не привилегия для гордости, а колоссальная ответственность: если носитель традиции не воплощает пути Авраама, его генетическое преимущество обращается в сугубый позор.

Исторический поход к Папе Римскому Универсализм Абулафии не был кабинетной утопией — он стал делом всей его жизни.

В августе 1280 года, повинуясь пророческому велению, Абулафия в одиночку отправился к Папе Римскому Николаю III. Он шел не спорить о догматах и не защищать сословные права, а говорить с верховным главой христианского мира о Едином Имени Создателя, о преодолении религиозного раскола и объединении человечества на основе чистого разума.

Он шел на верную смерть, зная, что папский трибунал уже приготовил для него костер. Этот беспримерный в истории шаг доказывает масштаб его пророческого видения: Абулафия мыслил категориями планетарного масштаба, видя в мессианском избавителе «Учителя всех людей» (Морэ коль а-адам), несущего свет Единого Имени всем народам земли без изъятия.

«Ясный язык» (Сафа брура) и снятие печатей Шестого тысячелетия

В структуре трех стихов книги Исход (Шмот 14:19–21), из которых выводится матрица 72 трехбуквенных Имен, Абулафия прозревает скрытую геометрию всей мировой письменности («Мафтеах а-Шмот»):

— Первый стих пишется справа налево — таково направление еврейского письма;

— Второй стих читается слева направо — таково направление греческого и латинского европейского письма;

— Третий стих пишется справа налево — таково направление арабского восточного письма.

Соединяя эти три встречных движения в единую неразрывную ткань 72 триад, пророческая каббала математически синтезирует три великие цивилизации Средиземноморья — иудаизм, христианство и ислам.

Вслед за библейским пророком Цефанией (3:9: «Ибо тогда Я вложу в уста всех народов чистый и ясный язык [сафа брура], дабы все призывали Имя Г-спода и служили Ему единодушно»), Абулафия провозглашает: в Мессианскую эру священные буквы перестанут восприниматься как этнические символы или магические знаки. Они раскроются как объективные законы мышления.

В эту эпоху все семьдесят языков человечества очистятся от яда лжи, демагогии и взаимной вражды. Каждый народ сможет выразить истину Единого Создателя на своем родном наречии, ибо законы логики, гармонии и любви к истине одинаковы для всех мыслящих существ.

Наступление Шестого тысячелетия Согласно еврейскому календарю, в 1240 году н.э. наступил 5000 год от сотворения мира — началось Шестое тысячелетие. Абулафия объявляет эту эпоху переломной в истории человечества:

— Время глухой конспирации и сокрытия тайн подошло к концу;

— Древние печати, наложенные мудрецами на преподавание тайн Торы, ныне снимаются;

— Распространение науки пророческих перестановок становится не просто дозволенным, а прямым религиозным долгом.

Тайны должны быть открыты, чтобы рассеять мрак невежества и подготовить человеческий род к великому пробуждению разума.

Воплощение в практике: Избавление здесь и сейчас

Для Абулафии наступление Мессианской эры — это не пассивное ожидание далекой даты в календаре. Это состояние сознания, требующее немедленного практического воплощения в настоящем:

1. Мгновенное избавление в затворе (Геулат а-Нефеш):

Всякий раз, когда практик садится для уединенного ночного созерцания, преодолевает плотские страхи и силой Церуфа сливает свой ум с Активным интеллектом, он здесь и сейчас осуществляет мессианское избавление собственной души. В этот миг его разум становится правящим Машиахом, а плоть — священным Храмом.

2. Медитация как планетарное служение:

Произнесение 72 трехбуквенных Имен совершается не ради эгоистического экстаза, а ради привлечения б-жественного излияния (шефа) на весь страдающий мир. Практик ощущает себя связующим звеном между небесными сферами и земным человечеством.

3. Отказ от пассивного упования:

В пророческом трактате «Сефер а-Яшар» Абулафия формулирует суровое предупреждение: > «Сказал Г-сподь: Я поклялся великим Именем Своим, что не спасу вас до тех пор, пока вы сами не приложите великого труда к исследованию тайн Моего Имени!». > — Авраам Абулафия, «Сефер а-Яшар»

Мессианство Абулафии не имеет ничего общего с инфантильным ожиданием чуда. Избавление — это плод непреклонного труда мысли, этического мужества и духовного подвига каждого человека.

Мост к судьбе пророка: от Мессианского идеала к Личной драме мастера

Учение Абулафии о мессианском пробуждении разума и универсальном братстве народов поражает своим величием и вневременной мощью. Однако в реальной исторической действительности конца XIII века столь дерзкий манифест не мог не вызвать яростного сопротивления.

Какова была цена этой проповеди? Как встретили весть о «Совершенном Писце» его современники — раввинистический истеблишмент Испании, теософские каббалисты Каталонии и католический Рим? Через какие нечеловеческие испытания, через какие пятнадцать лет внутренней тьмы и битвы с галлюцинациями пришлось пройти самому Аврааму Абулафии, прежде чем он овладел уздой пророческого экстаза?

В заключительной главе мы обратимся к поразительной, драматической биографии самого мастера: от юношеских скитаний по Средиземноморью до спасения от папского костра в Сориано, от яростного отлучения авторитетным раввином Шломо бен Адеретом (Рашба) до последнего плодотворного затвора на скалистом острове Комино, где родились его бессмертные шедевры (Глава 13: «Судьба одинокого пророка: опыт и апология»).

Практика по этой теме — во второй книге, «Практика пророческой каббалы»:

— Как устроено 72-буквенное Имя — шаг 6.1 — три стиха: прямое, обратное и прямое направления как матрица языков.

— После излияния — шаг 0.2 — миссия практика: говорить, писать, открывать и передавать истину миру.

Заметка

Заметки в этой книге

Выделите текст или коснитесь абзаца и выберите цвет — место сохранится здесь, со своей заметкой, если захотите.

Все заметки

Заметки хранятся в этом браузере. Войдите, чтобы они были на всех ваших устройствах.

Ещё

Поделиться