Статья 17: Кто это

Пункт 169

Рабби Элазар открыл [речь] и сказал: «Кто это восходит из пустыни…» (Шир а-Ширим 3:6). «Кто это» (Ми Зот) — это совокупность двух святостей двух миров в едином соединении и в единой связи. «Восходит» — действительно восходит, чтобы стать Святая Святых. Ведь Святая Святых — это «Кто» (МИ), и соединилась она с «Это» (ЗОТ), ради того чтобы [Малхут] стала жертвой всесожжения (ола), которая есть Святая Святых. «Из пустыни» — ведь из пустыни унаследовала она [достоинство] стать невестой и войти под хупу.

«Рабби Элазар открыл [речь]…»: Рабби Элазар открыл [речь] и сказал: «Кто это восходит из пустыни…» (Шир а-Ширим 3:6). «Кто это» — это объединение двух святостей двух миров, Бины и Малхут, в одном соединении и в одной связи. «Восходит» — поистине поднимается, чтобы стать Святая Святых: ведь «Кто» (МИ), то есть Бина, — это Святая Святых, и она соединилась с «Это» (ЗОТ), то есть с Малхут, ради того чтобы Малхут стала всесожжением (ола), то есть Святая Святых. «Из пустыни» — означает, что из пустыни она унаследовала это: стать невестой и войти под хупу.

Разъяснение. В стихе «Кто это восходит из пустыни, опираясь на своего возлюбленного…» (Шир а-Ширим 8:5) речь идет об Окончательном исправлении, в час, когда невеста входит под хупу, как будет сказано далее.

И толкует слова «Кто это» применительно к Бине, называемой «Кто» (МИ), и к Малхут, называемой «Это» (ЗОТ). И говорит, что тогда «Кто это» объединятся вместе, став «совокупностью двух святостей». Ведь до Окончательного исправления лишь Бина называется святостью, а Малхут, поднимающаяся к Бине, освящается лишь святостью Бины. Однако тогда и сама Малхут станет святой, подобно Бине, и слова «Кто это восходит» станут «совокупностью двух святостей», поскольку «два мира — в едином соединении и в единой связи».

«Связь» — это «узел жизни» (црора де-хаей), то есть завершение Малхут и масах (экран), поднимающий отраженный свет и связывающий все сфирот воедино: ведь Малхут завершится тогда свойством буквы йод (י) наравне с Биной на вечность, и это зовется «единой связью». А «единое соединение» означает, что уровень света Малхут соединится с уровнем Бины поистине воедино. Ведь тогда она «действительно восходит, чтобы стать Святая Святых»: сама Малхут поднимается, чтобы стать Святая Святых в точности как Бина.

И сказанное им: «действительно восходит (ола)» — означает: подобно жертве всесожжения (ола), которая относится к разряду Святая Святых (кодшей кодашим). Ведь МИ, являющееся тайной Аба ве-Има, — это Святая Святых, и оно соединилось с ЗОТ, то есть с Малхут, ради того чтобы Малхут оказалась на уровне всесожжения, которое есть Святая Святых. Ведь тогда соединение МИ с ЗОТ совершается ради того, чтобы сделать само ЗОТ «Святая Святых». А раз так, то в Малхут больше не может произойти никакого уменьшения, коль скоро ее собственная святость — это «Святая Святых», как и у Бины, и потому «поглотит Он смерть навеки» (Йешаяу 25:8).

А сказанное: «ведь из пустыни унаследовала она [право] стать невестой и войти под хупу» — [объясняется тем, что] пустыня — это место, где «змей, ядовитый аспид и скорпион…» (Дварим 8:15). И выше (в пункте 124) уже разъяснялось, что ступень «поддерживающих Тору» относится главным образом к тем, кто исполняет действие Торы; и получается, что это великое соударение (зивуг) Окончательного исправления совершается именно из пустыни.

Пункт 170

Еще: «из пустыни» она восходит — как сказано: «…и речь твоя прекрасна» (Шир а-Ширим 4:3), то есть благодаря той речи (мидбар, מִדְבָּר), что в шепоте губ, она восходит. И учили мы: что означает написанное: «…эти могущественные Б-ги — те самые Б-ги, которые поражали Египет всякими язвами в пустыне» (Шмуэль I 4:8)? Разве всё, что совершил над ними Святой, благословен Он, произошло в пустыне? Ведь это происходило в заселенной земле! Но «в пустыне» (ба-мидбар, בַּמִּדְבָּר) означает «речением» (бе-дибура, בְּדִבּוּרָא), как сказано: «…и речь твоя прекрасна», и написано: «…от пустыни возвышение» (Теилим 75:7). Так же и слова «восходит из пустыни»: несомненно, из речи. Тем речением уст она поднимается и входит под крылья Матери, а затем благодаря речи опускается и пребывает на головах святого народа.

«Еще: "из пустыни"…»: Еще: «из пустыни» она восходит, как сказано: «…и речь твоя прекрасна». То есть благодаря той речи, что в шепоте губ, она восходит, ведь слово мидбар означает «речь» (дибур). И мы учили: что означает написанное: «…эти могущественные Б-ги — те самые Б-ги, которые поражали Египет всякими язвами в пустыне»? Разве всё, что совершил над ними Творец, благословен Он, произошло в пустыне? Ведь это было в заселенной земле! Но «в пустыне» означает «речью», как сказано: «…и речь твоя прекрасна», и написано: «…от пустыни возвышение». Так же и слова «восходит из пустыни»: несомненно, из речи. То есть тем речением уст она, Малхут, поднимается и входит под крылья Матери, то есть Бины. А затем благодаря речи она, Малхут, опускается и пребывает на головах святого народа.

Разъяснение. До Окончательного исправления, пока Малхут зовется «древом добра и зла» (илана де-тов ва-ра), все ее исправление совершается посредством МАН, с помощью которого праведники поднимают Малхут к Бине. И благодаря этому подъему Малхут временно становится столь же святой, как Бина. Этот МАН — тайна безмолвной молитвы шепотом. Ведь Малхут — это тайна речи, и она никак не может стать речью чистым добром без всякого зла, кроме как в то время, когда голос в речи исходит от Бины. В этом заключается тайна единения голоса и речи — соударения (зивуга) ЗОН в состоянии гадлут (большом состоянии).

Ведь Зеир Анпин (ЗА) принимает голос Матери и передает его в речь Малхут, и тогда речь становится абсолютным добром без малейшей примеси зла, и [Малхут] получает мохин святости (свет разума). Однако без этого смягчения голосом Бины голос Малхут остается в свойстве добра и зла, как сказано выше; клипот могут прилепиться к нему, и она не способна принимать от святости. Поэтому подъем МАН, который праведники возносят в молитве, происходит «в шепоте губ», то есть это речь без слышимого голоса, по тайне стиха: «Только губы ее шевелятся, а голоса ее не слышно» (Шмуэль I 1:13). Ведь тогда у [клипот] нет никакой зацепки в возносимом МАН, и праведники могут поднять также и Малхут до Бины, чтобы та приняла голос от Бины. И тогда она становится святым строением и получает мохин в соударении голоса и речи, а святость ее речи «покоится на головах» праведников, исправивших ее таким образом.

И об этом сказано: «из пустыни она восходит, как сказано: "…и речь твоя прекрасна"». Ведь невеста приготовлена теперь к великому соударению, «чтобы войти под хупу», благодаря подъему МАН праведниками, по тайне слов: «…и речь твоя прекрасна»: они привлекли в речь, то есть в Малхут, голос от Матери, и благодаря этому речь Малхут стала прекрасной и красивой, подобно Бине. Ведь все те соударения, которые совершались прежде одно за другим, собрались теперь для великого соударения, вводящего ее под хупу. И получается, что «благодаря той речи, что в шепоте губ, она восходит»: с помощью МАН, который они прежде возносили «в шепоте губ», то есть речью без голоса (так как ее голос оставался еще в свойстве добра и зла, как сказано выше), и притянули в нее голос Матери, — из всех этих добрых деяний совершилось теперь великое соударение, вводящее ее под хупу. Ведь теперь и ее собственный голос стал абсолютным добром без малейшей примеси зла, и стала она «Святая Святых», подобно Матери.

Речь шепотом считается «словом рта», то есть произносится без соединения нёба, гортани, языка и зубов, а лишь движением губ и рта, чтобы соблюдалось условие «голоса ее не слышно», как сказано выше. И об этом сказано: «тем словом рта она поднимается», ведь таков путь подъема МАН. И тогда «входит под крылья Матери», то есть поднимается между крыльями Бины, принимая звук крыльев Матери внутрь своих речений. «А затем речением опускается и пребывает на головах святого народа»: благодаря принятой ею речи она опускается и пребывает на головах святого народа. Ведь после того как она приняла голос свойства милосердия Матери, она стала святой, подобно ей, и святость ее возвращается к тем, кто исправил ее, и они тоже зовутся святым народом, как и она сама. Ведь ее речь теперь свята, как и Мать. И об этом сказано: «речением опускается…»

Пункт 171

Как поднимается она речением? Ведь сначала, когда человек встает утром, он должен благословить своего Владыку. В час, когда он открывает глаза, как он благословляет? Так поступали первые благочестивые (хасидей кадмаэй): кувшин с водой ставили перед собой, и когда пробуждались ночью, омывали руки, вставали, трудились над Торой и благословляли на ее чтение… Петух кричит, и тогда наступает самая полночь; тогда Святой, благословен Он, пребывает с праведниками в Саду Эденском, и запрещено благословлять нечистыми и оскверненными руками. И так в каждый час.

«Как поднимается она речением…»: Спрашивает: как поднимается Малхут речением? И отвечает: вначале, когда человек встает утром, в тот миг, когда он открывает глаза, он должен благословить своего Владыку. Как же он благословляет? Так поступали первые благочестивые: сосуд с водой ставили перед собой, и когда пробуждались ночью, омывали руки, вставали, занимались Торой и благословляли на ее чтение. В час, когда поет петух, и тогда наступает самая полночь, Творец, благословен Он, находится с праведниками в райском саду (Ган Эден). И запрещено благословлять утром нечистыми и загрязненными руками. И так в каждый час.

Разъяснение. Он задает вопрос: раз ты сказал, что начало исправления Малхут должно происходить «в шепоте губ», то почему же сразу после пробуждения от сна мы благословляем вслух? Ведь следовало бы благословлять шепотом, чтобы сначала притянуть голос от Матери — то есть поднять Малхут «речением» с голосом Матери.

И отвечает, что первые благочестивые (хасидей кадмаэй) произвели это исправление путем действия. Ведь подъем МАН происходит либо действием, либо словом, как написано в Зоаре (Бехукотай, пункт 5). Поскольку же во время сна человека удаляется святой дух (руха де-кудша), а нечистый дух древнего змея почиет на нем (ведь сон — это одна шестидесятая часть смерти, как известно из Брахот 57б, смерть же происходит от нечистоты древнего змея), при пробуждении ото сна этот злой дух еще не отделился от него полностью. Он все еще пребывает на кончиках пальцев его рук. Причина этого в том, что ко всему наиболее святому Ситра Ахра прилепляется сильнее всего; пальцы же рук святее всего остального тела, так как там место пребывания Хохмы, по тайне стиха: «И всякая женщина, мудрая сердцем, своими руками пряла…» (Шмот 35:25). Поэтому Ситра Ахра свойства смерти не отходит оттуда даже после пробуждения.

И человеку необходимо действие — омовение рук, для чего нужно приготовить два сосуда: верхний, называемый кувшином (натла), и нижний сосуд — чтобы принять нечистоту. Верхний сосуд, называемый натла, указывает на кли Бины, ведь Ситра Ахра бежит от света Бины. И оказывается, что омовение пальцев водами Бины прогоняет Ситру Ахра оттуда, и очищается Малхут от заключенного в ней зла, оставаясь добром, и тогда можно заниматься Торой и благословлять на Тору. Таким образом, это действие омовения рук подобно подъему МАН «в шепоте губ» к «крыльям Матери». И тем самым разрешается поставленный им вопрос.

В час, когда поет петух, наступает самая полночь. Это тайна стиха: «…светило большее — для управления днем, и светило меньшее — для управления ночью…» (Берешит 1:16). Ведь святая Шхина уменьшилась по тайне «меньшего светила» и облачилась в клипот, по тайне стиха: «…ноги ее нисходят к смерти…» (Мишлей 5:5), став «древом добра и зла»: если человек удостоился — добро, а если не удостоился — зло (как сказано выше в пункте 123, см. там). Выходит, что в ней есть две половины: добро и зло, то есть половина для того, кто удостоился ее, и половина для того, кто не удостоился.

Поэтому и ее власть — ночь — вслед за ней также разделилась на две половины: первая половина ночи относится к свойству «не удостоился» и ко злу, по тайне стиха: «Ты простираешь тьму, и наступает ночь; во время нее бродят все лесные звери» (Теилим 104:20); вторая же половина ночи относится к свойству «удостоился» и к добру. Первое исправление для половины добра совершается в самую точку полуночи, так как тогда Малхут принимает голос Бины: Малхут поднимается и смягчается внутри Малхут Матери (Имы), и суд, заключенный в Малхут, становится святым судом со стороны добра без малейшей примеси зла. Смысл этого в том, что этот суд падает и пребывает на Ситре Ахра, для Исраэля же он обращается в милосердие.

И из этого ты поймешь сказанное в Зоаре (Шлах, лист 103, пункт 267): «После полуночи пламя столпа Ицхака выходит и ударяет в того петуха, называемого мужем (гевер), подобно иному мужу, высшему над ним». Ицхак — это тайна Бины, а «пламя столпа Ицхака» — тайна суда Бины. Ангел же Гавриэль зовется «петухом», то есть «мужем» (гевер, גֶּבֶר), что указывает на свойство Гвуры: он служит «высшему мужу», то есть Малхут мира Ацилут — тайне меньшего светила. И [Зоар] говорит, что суд Бины ударяет под крылья Гавриэля, и оказывается, что Малхут принимает тогда через него голос Бины.

И об этом сказано там же (пункт 268): «И в час, когда он кричит, все петухи этого мира кричат; и исходит от него иное пламя, достигает их под крылья, и они кричат». Ведь в час, когда Гавриэль издает голос Бины для «высшего мужа», то есть для Малхут, от Гавриэля исходит пламя и достигает всех петухов этого мира — судов, находящихся в пространстве этого мира, — и все они кричат лишь этим голосом, смягченным свойством милосердия от Бины.

Таким образом, свойство голоса, представляющее собой суд Малхут, уже не властвует во второй половине ночи, и его место занял голос Бины, на что и указывает крик петухов этого мира. И об этом сказано здесь: «петух кричит, и тогда наступает самая полночь», ведь крик петуха намекает на то, что голос Бины уже принят в Малхут, как сказано выше. И оказывается, что именно тогда наступает точка полуночи, с которой начинается «половина ночи», являющаяся чистым добром без какого-либо зла, как сказано выше.

А после того как Малхут принимает голос Бины, праведники поднимают МАН с помощью Торы, которой они занимаются после полуночи, и поднимают ее до радующих гвурот Высшей Матери (Има Илаа). И тогда о ней сказано: «Она встает еще ночью…» (Мишлей 31:15), ведь она раскрывается тогда во всем своем величии и великолепии. Таков путь святой Малхут — раскрываться только ночью, как сказано в Зоаре (Пинхас, лист 266, а также в Саба де-Мишпатим, лист 7, пункт 15): «И она шествует днем, раскрывается ночью и наполовину [скрывается] утром».

Ее раскрытие происходит лишь в райском саду (Ган Эден) — то есть для тех праведников, которые так исправляют ее своими занятиями Торой после полуночи (как написано в Зоаре, Лех Леха, лист 123). И об этом сказано здесь: «Святой, благословен Он, пребывает с праведниками в Саду Эденском». Ведь святая Шхина исправляется тогда по тайне Ган Эдена, орошаясь из потока наслаждений (нахаль аданим), являющегося тайной Хохмы, и услаждается вместе с праведниками, включенными в нее по тайне МАН.

И об этом сказано: «и запрещено благословлять нечистыми и оскверненными руками; и так в каждый час». Это уже было разъяснено выше (со слов «И отвечает»), ведь нечистый дух древнего змея остается на пальцах человека и после того, как он пробудился ото сна, и эта скверна сходит лишь благодаря омовению из сосуда (см. там). И говорит, что так обстоит дело в «каждый час»: не только после сна, но любая нечистота и загрязнение служат местом зацепки для Ситры Ахра, и запрещено благословлять иначе как после омовения водой.

Пункт 172

Потому что в час, когда человек спит, его дух отлетает от него. А когда его дух отлетает от него, нечистый дух уже готов опуститься на его руки и оскверняет их, и запрещено благословлять ими без омовения. И если ты скажешь: «Если так, то днем, когда человек не спит, и его дух не отлетает от него, и нечистый дух на него не опускается, почему же, войдя в отхожее место, он не должен благословлять и не должен читать из Торы даже единого слова, пока не омоет руки? А если ты скажешь, что [это] потому, что руки запачканы, — это не так: чем же они запачкались?»

«Потому что в час…»: Потому что в час, когда человек спит, его дух отлетает от него. А когда дух отлетает от него, нечистый дух готов [к этому], опускается на его руки и оскверняет их. И запрещено благословлять ими без омовения рук. И если ты скажешь: «Если так, то днем, когда он не спит, и дух не отлетает от него, и нечистый дух на него не опускается, — тем не менее, войдя в отхожее место, пусть не благословляет и не читает из Торы даже одного слова, пока не омоет руки. А если скажешь, что это потому, что они загрязнены, — это не так: ведь чем они загрязнились?»

Пункт 173

Но горе людям мира, которые не обращают внимания, не ведают о славе своего Владыки и не знают, на чем стоит мир! Есть некий дух во всяком отхожем месте мира, который пребывает там и услаждается этой грязью и нечистотами, и тотчас же опускается на пальцы рук человека.

«Но горе людям…»: Но горе людям мира, которые не смотрят и не знают славы своего Владыки, и не знают, на чем стоит мир. Ведь есть некий дух во всяком отхожем месте мира, который пребывает там и услаждается этим омерзением и нечистотами, и тотчас же опускается на те пальцы рук человека.