Зеркало
Маръа
Рамак · Пардес Римоним, врата 23
«Зеркало (видение)» (маръа, מַרְאָה). В этом слове заключены разные смыслы, и каждый из них требует разъяснения. Малхут называется «зеркалом» (маръа), и Бина называется «зеркалом» (маръа). Причина в том, что подобно тому как зеркало показывает все вещи, так и Бина являет наружу все скрытые сфирот, которые находятся выше нее, и отображает их внизу. Малхут тоже называется «зеркалом» (маръа), поскольку в ней также отображаются все сфирот. Однако то, как они видны в Бине, не похоже на то, как они видны в Малхут: в Бине они видны предельно тонкими — еще тоньше, чем их собственная мера на их собственном месте, особенно семь нижних сфирот; внизу же, в Малхут, они проявляются открыто и более плотно. И то, что непостижимо на своем собственном месте, постигается в Малхут, так как именно через нее постигаются сокрытые вещи. Это подобно человеку, смотрящемуся в зеркало: какова мера самого зеркала, такова будет и мера видимого в нем отражения. Поэтому в Бине, которая представляет собой тонкое зеркало, сфирот видны тонко и сокрыто; а в Малхут, которая представляет собой грубое и плотное зеркало, они видны в толще (плотности) и явном раскрытии.
Следует также знать, что и все сфирот в целом называются «видениями (зеркалами)» (маръот, מַרְאוֹת). Так объяснил Рашби, мир ему (в Предисловии [к Тиккуней Зоар], лист 6а, и в Зоар Хадаш, лист 112), говоря о видениях Йехезкеля: то, что там десять раз упомянуто слово «видение» в разных формах — маръэ (מַרְאֶה), а-маръэ (הַמַּרְאֶה), ба-маръа (בַּמַּרְאָה) и т. д., — соответствует десяти сфирот. При этом они называются «видениями (зеркалами)» лишь тогда, когда отображаются в одном из зеркал [в Бине или Малхут], и поэтому носят имя «видение (зеркало)». Рашби, мир ему, разъяснил это в Раайа Мехемна (глава Ки Теце, лист 280б) такими словами: «Это слово маръэ („видение / зеркало“) иногда пишется с буквой хэй (ה): „великое видение“ (а-маръэ а-гадоль, Шмот 3:3), а иногда с буквой бэт (ב): „в видении (ба-маръа) открываюсь Я ему…“ (Бемидбар 12:6). Это зеркало включает в себя десять сфирот, и каждая [добавочная] буква указывает на свою сфиру: например, слово ке-маръэ — „как вид“ (כְּמַרְאֵה, [Йехезкель 1:13]) с буквой каф (כ) указывает на Кетер; и точно так же остальные буквы указывают каждая на свою сфиру. Нет нужды распространяться об этом здесь, а мудрому достаточно намека». Конец цитаты.
А то, что он [Рашби в Раайа Мехемна] задался вопросом, почему здесь вообще должна быть какая-либо добавочная буква, объясняется тем, что выше он истолковал зеркало (маръа) Бины как склоняющееся к стороне Хеседа и доказал это из слова ба-маръа — «в видении» (בַּמַּרְאָה = 248 [2 + 40 + 200 + 1 + 5]), числовое значение которого равно 248 (רמ״ח), как у имени Авраам (אַבְרָהָם = 248 [1 + 2 + 200 + 5 + 40]). Поэтому он и спросил: слову маръа не следовало бы появляться ни с какой иной добавочной буквой, кроме буквы бэт (ב), которая дает гематрию имени Авраам. На это он ответил, что добавочная буква всякий раз указывает на дополнительные сфирот, когда они отображаются в зеркале, как он разъясняет далее.
Кроме того, существует «видение во сне» и «видение наяву». Рашби, мир ему, объяснил (в Раайа Мехемна, там же) и в Тиккуней Зоар (Тиккун 18, лист 30а): «При закрытых глазах это называется видением во сне, а при открытых глазах — видением наяву». Смысл здесь в следующем: устройство глаз и их цветов мы уже разбирали в предыдущих вратах. Зрачок глаза (бат айн) — это Малхут в аспекте буквы йод (יוֹד). А три цвета глаза, окружающие зрачок — белый, красный и зеленый, — это три праотца [Хесед, Гвура и Тиферет]. Два века (надбровья) глаз — это Нецах и Ход. Когда Малхут соединяется с Тиферет, в ней светят эти цвета, и она называется «видением наяву» — «при открытых глазах». Когда же единение неполно, это называется «видением во сне» — «при закрытых глазах», поскольку цвета не светят, а Нецах и Ход служат разделяющими экранами, которые закрывают глаза и отделяют ее от супруга. Этим объясняется то, что сказано в одном месте: со стороны Тиферет — «видение наяву», а со стороны Цадика [Есода] — «видение во сне», как мы приводили выше во «Вратах уравновешивающих» (Шаар а-махриим, гл. 5). Кроме того, есть «скрытое зеркало (видение)» (маръэ сатим) — это Бина, которая сокрыта и не имеет образного уподобления; и есть «открытое зеркало (видение)» (маръэ галуй) — это Малхут, в которой есть раскрытие и образное представление.
При этом такое «скрытое» [видение] (сатум, סָתוּם) противоположно «закрытию глаз» (стиму де-айнин). Ведь «закрытие глаз» означает, что света не раскрываются в Малхут и она темна. Тогда как «скрытое видение» означает сокрытие самого видения: оно малопостижимо из-за преобладания яркости [света]. Рабби Моше отнес это также к Есоду, но это сюда не относится. Бина же со стороны Хеседа называется «сияющим видением», потому что любое выражение со словом «сияние» (нога, נוֹגַהּ) относится к правой стороне. Так объясняется в «Тиккуним» (Тиккуней Зоар Хадаш, лист 112б), и мы разберем это в соответствующей словарной статье. А Малхут со стороны Нецаха и Хода называется «видением пророчества» — видением [зеркалом], принимающим пророчество от пророков [Нецаха и Хода]. Есть также «зеркала [видения] воинств» (маръот а-цоваот, מַרְאוֹת הַצּוֹבְאוֹת; ср. Шмот 38:8), которые рабби Моше истолковал как Нецах и Ход; вот его слова: «Это видения для всякого, кто вступает в служение (лицбо цава, לִצְבֹּא צָבָא; ср. Бемидбар 4:23), чтобы достичь воинств (לְצִבְאוֹת) пророчества, кроме Моше рабейну, мир ему; и все же с этого начиналось его пророчество» — конец цитаты.
Мне же представляется, что они названы так потому, что передают изобилие Есоду — «Жизни миров», чьи воинства называются «воинствами» (צְבָאוֹת). Можно объяснить и иначе: Тиферет и Малхут называются «зеркалами» (маръот, מַרְאוֹת) как светящее зеркало (аспакларья а-меира) и несветящее зеркало (аспакларья ше-эйна меира). А когда они находятся в «воинствах» — то есть в Нецахе и Ходе, — они называются «зеркалами воинств» (מַרְאוֹת הַצּוֹבְאוֹת). Мы подробно разобрали это во «Вратах Имен» с Б-жьей помощью.
