К содержанию

Часть 8: Тайна произношения Имени

Вступление · осталось 37 мин · Ор а-Сехель

Глава 9 из 11 · 37 мин

Часть 8: Тайна произношения Имени

Рабби Авраам Абулафия

Вступление

Буквенные обозначения восьмой части — хэй (), вав (), хэй (); в ней три части и три раздела, а слово — зайн (), каф (), рэйш ().

Раздел 1 — часть хэй (**ה**), знак зайн (**ז**): произнесение Имени с его огласовками

После того как я завершил общую тему обращения букв, теперь мы можем записать то, что можно раскрыть из тайны произнесения Имени. Знай, что истинный вид Имени — это его первое сочетание букв (церуф), встречающееся в Торе, и изменений в нем нет, кроме как в самих огласовках. Тайна его такова: десять полных Имен произносятся в двух формах, и во всех них первая буква остается на месте, но меняет огласовки. И считай, что огласовки подобны буквам, а всего основных огласовок пять. Трехбуквенное слово произносится то в мужском роде, то в женском: при этом холам первой буквы хэй () вовсе не сходит со своего места — то есть ничуть не меняется при всем произнесении, а буква вав () огласуется один раз камацем, а один раз сеголем. Намек на это — «Беда за бедой [придет]…» (, Йехезкель 7:26) и «…и ты хочешь быть у них царем…» (, Нехемья 6:6). И так из десяти Имен получается пять против пяти — мужской род и женский. Пять сменяющих друг друга букв при перестановках дают 120 сочетаний ( = 120), а вместе с пятью различными огласовками счет достигает шестисот ( = 600); если же переставлять пять огласовок с пятью буквами во всех возможных сочетаниях, число получится огромным. Однако первое вращение при произнесении Имени, именуемое вращением Имени, — это не что иное, как произнесение буквы алеф () с каждой из букв Имени в прямом и обратном порядке, по той схеме, которую я начертал для чтящих имя Его.

Форма произнесения алеф с йод в прямом и обратном порядке

-

-

-

-

-

Форма произнесения алеф с хэй в прямом и обратном порядке

-

-

-

-

-

Форма произнесения алеф с вав в прямом и обратном порядке

-

-

-

-

-

Форма произнесения алеф с хэй в прямом и обратном порядке

-

-

-

-

-

Эти четыре общих произнесения соединяются в Едином Имени с буквой единения [алеф], о которой вначале не говорилось, входит ли она во все Имя или в половину Имени, — чтобы эта тайна не раскрывалась народу. Также и половина Имени, на которую намекает слово «Хвалите Его» (), чья тайна — халлелу () и хэ-вав (), что по своей тайне составляет колесо (гальгаль, ) и настоящее (хове, ). И всякое колесо — настоящее, прошедшее и будущее — содержится в тайне слова «Аллилуйя» (), чья тайна — халлелу () и ЙА (), что по своей тайне — колесо (гальгаль, ) и прошедшее (хая, ). А слово вайихье («и будет», ) включает в себя оба. Всякое же бытие (хавая, ) указывает на вечное и нерушимое существование, когда оно пребывает само по себе, не нуждаясь для своего существования ни в чем постороннем. И если оно вечно, но имеет причину существования своей сущности, нет сомнения, что и его причина вечна. А если причина его скрыта, само же оно явлено, то его вечность свидетельствует о вечности его причины. Поэтому можно назвать его именем его причины и поминать имя его причины его именем — с тем чтобы указать на существование его причины и на ее достоинство.

Поскольку с произнесением [Имени] связаны великие вещи, и если человек не будет крайне осторожен, он подвергнет себя смертельной опасности, древние мудрецы скрывали его. Однако ныне, в наше время, сокрытое уже раскрылось, потому что забвение (шихеха, ) достигло крайнего предела, а конец забвения — это начало поминания. И конец стиха «Вайиса…» (, Шмот 14:19) — это конец. И хотя он — глава (рош, ) и конец, завершающий ангелов, при всем том он — глава; и он один назван ангелом (малах, ) с Именем ЭЛОКИМ () и тайна ЭЛЬ КАНА (, «Б-г ревнитель»), и он включает в себя семь сфирот Имени. Поэтому образ Яакова () высечен на Престоле славы, включающем семь сфирот. Это великая тайна: из нее ты поймешь, что такое тайна основы и утка, и распознаешь также противоположное ей.

Поэтому тайна Яакова — «к моей пяте» (иквей, ), а тайна Исраэля () — «к моей голове» (ле-роши, ). Вспомни о змее, его деянии и его проклятии, связанном с головой и пятой, — и найдешь, что добавлено второе Имя. Поэтому конец первого стиха — ме-ахарейхем («позади них», ), и пять его букв в обратном порядке читаются как ме-а-яреах («от луны», ). Это величайшая тайна и четвертое соединение, знай это твердо. Второй стих начинается со слов вайяво бейн («и вошел между…», , Шмот 14:20), что указывает на середину, а конец его — коль а-лайла («всю ночь», ); и это — среднее: прямое, обратное или равное. А третий начинается со слов вайет Моше («и простер Моше…», , Шмот 14:21), что указывает на наклон, а конец его — аль а-маим («над водами», ). Здесь действует луна, поэтому их тайна — Хесед () и белизна (левана, ). Намек на это: «Если будут грехи ваши как багряное, как снег забелеют…» (Йешаяу 1:18). И остаются три сфирот, указывающие на главенство Имени, — главенство троицы: мысль (махшава, ), мудрость (хохма, ) и понимание (бина, ). Они — тайна единения: первое включает семь Имен, а это включает три Имени. Тайна же десяти сфирот охватывает десять Имен вместе, число которых — гарзим ( = 260), и они же — дархей АВАЯ («пути АВАЯ», = 260). Тайна произнесения в совокупности букв: числовое значение Имен, содержащих четыре буквы алеф (), составляет рош — «глава» ( = 501); это тайна ЭЙЕ ашер ЭЙЕ (), и на нее намекает тайна стиха: «…на всяком месте, где Я положу память [имени Моего]…» (Шмот 20:21). А стих «Начало слова Твоего — истина…» (Теилим 119:160) служит дивным намеком, и подобных ему очень много. Тайна первой формы — рашим («начала», = 551), и это рош а-адам («голова человека», = 551), включающая всякое начало; это намек на мир интеллектов (олам а-сихлим, = 551), который есть поддержание небес (кийум а-шамаим, = 551), и он назван ор левушо («свет одеяния Его», = 551), от которого происходят свет и тьма. А второй мир, тайна которого — шелег («снег», = 333), от него происходит тьма (хошех, ), смысл которой — забвение (шихеха, = 333). И тайна зихри («память обо Мне», ) — это поминание, а тайна шми ху («имя Мое — он», ) — это забвение: «…вот имя Мое навеки…» — то есть «это есть забвение навеки»; «…и вот память обо Мне из рода в род» — это поминание для страсти (хешек, ), и тайна этого: «это помянется из рода в род». Тайна второй формы обращена к последней, и обе они вместе: первое — это последнее, а если обратить их — последнее это первое. Их общий итог: последнее и первое — одно; тайна его — сар шамая («владыка небес», ), сар а-рацон («владыка воли», ), мера которого — прямо и обратно. Тайна третьей формы — «имя Мое — излияние» (), и все есть излияние имени Моего, прямо и обратно: князь (а-сар, ), имя его — имя Мое, начало мое — служащее мне (раши мешамши, ).

Тайна четвертой формы заключена во второй, то есть в букве шин (). И в каждом — одна голова; поэтому добавлена лишняя буква алеф (), то есть сар элеф («владыка тысячи», ); и таков путь их частностей: владыка всякого побуждения (йецер, ), побуждений в материях, превращенный — то есть во всякой материи. После того как я сообщил тебе немногое из этого общего правила, я открою тебе тайну движения букв с огласовками — после того как поведаю тебе тайны огласовок, на которые намекает все Имя, записанное со своими огласовками.

Раздел 2 — часть вав (**ו**), знак каф (**כ**): тайны огласовок

Известно, что тайны букв — материя весьма глубокая, и о них уже записано множество тайн, разъясненных в «Отийот де-рабби Акива», в главах «Чертоги де-рабби Ишмаэль», в книге «Бахир», в «Сефер Йецира» и во множестве других подобных книг; также нечто о путях огласовок намечено в книге «Бахир». Что же касается того, на что намекают книги «Цахот», «Мознаим» и «Сефер а-Шем» Ибн Эзры, где он описал свойства огласовок по законам грамматики, а также намекнул на некоторые тайны, — нам нет нужды приводить это здесь или повторять сказанное другими. К тому же в совсем недавнее время появилось много новых книг на эту тему, написанных мужами, сведущими в тайных преданиях о познании Имени. И опираясь на то, что сказано об огласовках в этих и подобных им книгах, я не стану распространяться об этом, но открою тебе лишь те тайны огласовок, на которые намекает Имя, записанное в предыдущей части, и сообщу тебе, как устроена его перестановка. Ведь я записал Имя так, что не всякий сумеет его прочесть: читать его надо не так, как оно записано построчно, а прямым порядком.

Поэтому тебе будет довольно того намека, которым я направлю тебя к правильному чтению; тайна его представлена нотариконом: . Таков правильный порядок чтения и тайна произнесения. Начинается оно с буквы алеф () по ее ряду, а с буквы йод () по ее ряду произнесение строится точно так же. И таков вид ее движения: . Сначала алеф по прямому движению соединяется с йод (). Завершив же все движения с буквой алеф во главе слов, возвращайся мыслью и начинай с йод-алеф (), ставя йод во главе каждого слова, пока не завершишь ряд йод-хэй (). И подобно сочетанию хэй-йод (), таков же путь рядов хэй (), рядов вав () и рядов хэй () до самого конца.

Знай: поскольку холам (холам, = 78) своим числом включает в себя мудрость (а-хохма, = 78), а тайна его охватывает три сфирот, то есть три особых Имени в трех основах трех букв-матерей, составляющих триста — то есть букву шин ( = 300), и вместе с ним завершается хашмаль ( = 378), — потому он и стоит над буквой. И помни: кто поступился своим достоинством (мехаль, ), тому достоинство прощено (махуль, ). Хашмаль объединяет пять огласовок вместе, ведь ниже его — четыре живых существа, называемые человеком по виду их лиц, как сказано: «Облик лиц их — лицо человека…» (Йехезкель 1:10). И хашмаль тоже имеет к этому прямое отношение, как сказано: «…а над подобием престола — подобие, как вид человека на нем сверху» (Йехезкель 1:26). Пять огласовок дают в сумме 25 (); сочти пять раз по пять — найдешь 25; сложи их — и вот 378 (), и это хашмаль. Так же и буква шин ( = 300) — это руах ЭЛОКИМ («дух Б-жий», = 300), и она же — холам.

Кроме того, буквы хэт (), ламэд (), мэм () в полном написании: мера их — холам, а добавление — 484 (), и все это — мудрость, познание и первая буква йод. И поскольку полное написание слова холам дает слово ришон («первый», ), и он — тайна мудрости, которая первична всему, подобало ему быть первым во всей огласовке Имени. И это — имя Имени, он — Сар а-Паним (Князь Лика), как свидетельствует Каббала в тайне тридцати, указывающих на то, что они сами — эта троица; и от него неизбежно следует бытие души в материи. Если так, справедливо, чтобы то, что включает в себя первые три Имени, приводило в действие перводвижение, которое превыше всего. В этом — тайна всего; и поскольку половина Имени [ЙА, ] огласована и произносится везде с первой буквой под камацем, справедливо, чтобы вторым был камац по тайне четырех [букв] ЙА. Ведь всякий камац — это сфера; он сложен из патаха и хирика, а форма камаца — это линия и точка: тем самым он показывает, что движение всякой сферы совершается вокруг своей точки, и потому над ним — начертание камаца.

Отсюда ты узнаешь, что патаху подобает указывать на круг, хотя сам он — прямая линия, ведь начертан он так лишь для того, чтобы огласовка не искажала начертания буквы. И то, что охватывает все, в тайне своей — камац ( = 230); это сфера, извлекающая (мафик, ) и охватывающая (макиф, ), удовлетворяющая волю каждого. Поэтому и ставится мапик в букве хэй в Имени ЙА (), чтобы подтвердить сказанное мною на основании двух свидетелей. Потому и подобает камацу следовать за холамом — то есть чтобы сущее двигалось вслед за мудростью. И оттого, что холам соотносится с одним лишь камацем из всех огласовок, камац уподобляется холаму в двух формах. Первая — когда к камацу в одной и той же букве присоединяется шва, и это называется хатаф-камац или камац-хатаф, то есть движение совершается с предельной быстротой. И нет среди сфер ни одной, которая вращалась бы столь же быстро, как всеохватывающая сфера; ее движение совершается за 24 часа ( = 24), у нее шесть сторон, и она снабжена точкой. Она сама по себе тонкая, в возможности предшествует ему и прилежит к херувиму, а всякий херувим — это Древо Жизни. Намек на это: «Приобретай мудрость: насколько лучше она золота…» (, Мишлей 16:16) и «Приобретай мудрость, приобретай понимание…» (, Мишлей 4:5). Знай, что быстрое круговое движение сущностно, оно первично среди природных движений, а самое благородное из всех движений — это движение сферы Аравот (). Твой знак — «Превозносите Восседающего на небесах [Аравот] — именем Его ЙА, и ликуйте пред Ним» (Теилим 68:5); вот намек на союз холама с камацем.

Вот ЙА (), АВАЯ (), перестановка АВАЯ: это призвано указать на высшую силу, управляющую всем и побеждающую все, — силу Самого Имени; только первая его половина становится последней в прямом порядке, а последняя — первой в обратном. Тайна Имени зовется явной со многих сторон. Одна из них — повеление тебе строить из него формы: «Выпрями обратное — и познаешь его; обрати прямое — и познаешь его». Вторая форма всякого беглого камаца — уподобляться холаму, когда следом за камацем идет шва, по тайне слова хохма (). Если же его движение не беглое, а долгое, он не уподобляется холаму, но остается как есть. Намек на суть холама — действующее начало: твой знак — «И Паро снится…» (, Берешит 41:1); всякое действие, которое пребывает в процессе, начинается с холама, но всякое действие, которое уже совершено и пребывает осуществленным, начинается с камаца. За холамом следует цере, чтобы завершить намеченную тайну слова хашмаль, а также следует за камацем — то есть соединяется с каждым из них по тайне буквы ламэд () в слове холам и по тайне буквы мэм () в слове камац, ведь одна лишь буква хэт () указывает на весь холам, и так же одна буква куф () указывает на весь камац.

И вот цере выступает вместе с холамом, и таково же имя, тайна которого — цере; намек на союз холама с камацем — ле-олам («навеки», ), а намек на близость цере к камацу — сам камац, тайна которого — ва-эд («и вовек», ); вот и получается «во веки веков». Основа движений такова: холам предшествует камацу, а камац предшествует цере. То есть мудрость предшествовала сфере, а сфера предшествовала формированию (йецер, ), которое поистине есть материя, присущая всякому веществу. И всякое образование сложено из двух равных низших начал — то есть управляемых тем, что предшествовало ему, — и это сфера, одна верхняя точка и вторая нижняя точка. Поэтому шва с двумя точками равно и сочетается с патахом, с сеголем и с камацем, но не с шуруком, не с хириком, не с холамом и не с цере. Известно, что патах служит камацу; начертание патаха — прямая линия без точки, и движение его прямое, подобно движению проема в двери; намек на это — «Дверь ворочается на крючьях своих…» (цира, , Мишлей 26:14), ведь цира — это цере. Поэтому патах назывался большим патахом (патах-гадоль), поскольку он служит большому камацу. Сеголь же был малым служителем — малым патахом (патах-катан) для цере, который есть малый камац, то есть малая сфера. И так же всякая материя меньше любой формы, так как всякая форма — это большая сфера по сравнению с материей, которая есть малая сфера.

Так и Учитель в «Путеводителе» говорит о четырех причинах движения: Отделенный интеллект, приводящий в движение стремящийся интеллект, который приводит в движение разумную душу, а та приводит в движение сферическую форму, соединенную с материей. Шва же сложено из двух точек: одной сверху, подобной холаму, и одной снизу, подобной хирику. И если ты вглядишься в четыре огласовки — камац-гадоль, патах-гадоль, камац-катан и патах-катан — и сопоставишь их по знаку «…и свиток, написанный соперником моим» (Иов 31:35), ведь слова «свиток написал» (сефер катав, ) включают все четыре, — то найдешь, что это два камаца и два цере, а если обратишь их, найдешь, что это два патаха и два сеголя. Все это оттого, что различие между двумя большими огласовками — добавление точки к большей по сравнению с ее большим служителем, и добавление одной точки — это также различие между малыми, где она прибавлена к меньшей из них. И это противоположно тому, что происходит с большими. Истинная же тайна всех четырех — две сферы, указывающие на два вида форм, и две сферы, указывающие на два вида побуждений (йецарим, ), то есть материй. Благодаря их связи одно подобно другому в одном и отлично от другого в другом. Всякая малая сфера охвачена и служит материей для большой сферы, охватывающей ее со всех сторон.

Поэтому точка подобна материи для высшей объемлющей сферы, и высшее оказывается подобным роду родов, а низшее — виду видов; то же, что между ними, занимает среднее положение, выступая относительно как роды и виды при обращении их отношения к высшему и низшему. Они то приближаются, то удаляются: приближаются к точке, становясь подобными ей, и удаляются от объемлющего круга — либо приближаются к объемлющему кругу и удаляются от точки. И вот упомянуты шесть точек и два круга; знак тому — «Ибо пронесется над ним ветер…» (Теилим 103:16) [в слове бо, ]. Все восемь указывают на полное тело. Всякое же движение есть перескакивание точек от точки к точке, пока две или более точки не соединятся, и соединение их называется линией; линии же делятся на множество видов и родов. Линия, плоскость и тело обладают величиной, тогда как точка величиной не обладает — подобно истинной единице в счете, которая не обладает количеством. Линия указывает на длину, и числа от 1 до 10 — от алеф () до йод () — подобны длине. Плоскость указывает на ширину, и числа от 1 до 10 в квадрате указывают на подобие ширины. Тело указывает на глубину, и числа от 1 до 10 в кубе, который есть их округление [в сферу], указывают на подобие глубины. И вот изображение всех трех:

И сумма сложения длины составляет а-коль («все», = 55), сумма сложения ширины — Шхина ( = 385), а сумма сложения глубины обозначена знаком 2025, которые суть 3025 ( = 3025). Знак первых — леха (), вторых — ше-леха (), третьих — гах (), а общий знак их всех — а-Машиах коэн («Машиах-священник», ). Намек на это: «Ибо снегу Он говорит: будь на земле…» (Иов 37:6); это тайна «в мудрости», то есть круговращение в мудрости, как сказано: «Г-сподь мудростью основал землю…» (Мишлей 3:19). И тайна «в мудрости» — это круговращение во вращении, объединяющее все три вместе в знаке лахат (); знак тому — «…из рода в род» (Шмот 3:15), по тайне слова дор («поколение», ), которое пишется с холамом; тайна его — праведник, и намек на него: «…а праведник — основание мира» (Мишлей 10:25).

Я столь подробно говорил до сих пор о буквах, чтобы показать, что всякий праведник — это целое поколение, и с ним мудрость. Он — отец души (ав а-нефеш, ), а тайна его — «душою Своею» (бе-нафшо, ); намек на это: «Поклялся Г-сподь душою Своею…» (Ирмеяу 51:14). Так же и полное поколение помни применительно к трем упомянутым огласовкам. Осталось раскрыть тайну еще двух огласовок — хирика и шурука. И вот они — две точки: одна между верхней и нижней — то есть склоняющая весы между холамом, находящимся вверху, и хириком, находящимся внизу. Поэтому начертание шурука состоит из трех наклонных точек внизу, чтобы указать на связь сущего (кешер а-мециут, ). И если ты скажешь: «У этой связи нет связующего», — то это ложь (шекер, = 600). А что такое связь (кешер, = 600)? Это шестьсот, включающие истину. Тайна знака солнца: служение ангела и демона; это служение прямое и обратное, служение духа офаним — духовное служение от дыхания уст; а ведь весь мир держится лишь на дыхании уст детей, учащихся в доме учителя. Великая тайна — формы Имени, имена Скалы (Цур, ), и вот вершина — Активный интеллект.

Поэтому знай, что Активный интеллект — это начало, сущность формы; потому и сотворена голова от головы, и между ними неизбежно возникла связь, соединяющая ложь и истину. Если так, всякий связующий есть истина. Поэтому Тора стала знаком, и разрешение стало знаком, и связывание стало знаком, так как круги Торы — это побуждения, а круги побуждений — Тора; побуждения же — не что иное, как мысль, а всякая мысль — это сфира в тайне счета и числа, и все зависит от счета и числа, свидетель чему — интеллект, охватывающий побуждения. И если их два — дурное побуждение (йецер а-ра, ) и доброе побуждение (йецер а-тов, ), — то вот шурук (). А если скажешь, что они — два извечных начала, то это ложь (шекер, ), так как они суть лишь связь (кешер, ); имя же их ты узнаешь из пар и рэйш (), содержащих поистине 14 букв (), то есть семь и семь (). И вот за буквой хэт () следует рэйш и куф (), и это сам цере; также за буквой шин () следует рэйш и куф (), и это тоже сам цере.

Все коренные огласовки таковы: холам, камац, цере, хирик, шурук. Они включают восемь гласных знаков, составляющих полное тело и всеобъемлющую сферу, и это — единое (эхад, ). Буква далет ( = 4) приходит указать на сложение четырех пар с помощью четырех стихий; также четыре из огласовок не имеют линии, и лишь у пятой есть линия с точкой. Число их в тайне их восходит к половине пятидесяти — двадцати пяти ( = 25) огласовкам, вращающим небеса, подобно тому как они вращают книги, и они же вращают мужское и женское. Из них ты поймешь, что всякая сфера — мужское и женское. Их общее начало — голова, которая тоже вращается, и это мертвая сфера, а также сфера Тли (), которая чарует и влечет туда; и из нее ты познаешь деяние Б-жье, служащее пристанищем ангела.

И пойми все упомянутое, ведь я намеренно далеко увел рассуждение, чтобы пробудить тебя к этой тайне в основных чертах. И знак всех пяти огласовок — тайна ЙА ( = 15); там «она» (хи, ) и «он» (ху, ) в виде нотарикона: . После того как я кратко сообщил тебе все это, я сообщу тебе еще то, что необходимо для завершения этого предмета касательно букв и огласовок. И хотя я изложил тебе написанное кратко — пусть для тебя это и покажется пространным, — я хотел лишь пробудить тебя от глубокого сна и дать тебе знать, что сказанное мною — не более чем капля в море по сравнению с тем, о чем следовало бы сказать хотя бы вкратце. Из того, на что я намекнул в знаке пяти огласовок, ты поймешь, что имя основы — «он» и «она»; и как ты находишь имя основы в [Имени] АВАЯ, так находишь Имя АВАЯ в его основе; и найдешь силу того, что там — здесь, и силу того, что здесь — там, и все движется силой Шхины, силой небосвода и силой числа. Тайна всего этого — половина Имени (хаци а-Шем, ). Половина же Имени равна всему Имени (ке-холь а-Шем, = 415), и это — тайна Имени (сод а-Шем, = 415); все это ты поймешь из тайны устройства Скинии (маасе а-Мишкан, ; = 415).

Раздел 3 — часть хэй (**ה**), знак рэйш (**ר**): сочетание буквы с огласовкой

Тебе уже было разъяснено, что буква подобна материи, а огласовка — духу, который приводит материю в движение. Постижение же обращено к замыслу движущегося; движущее начало пребывает в интеллекте, и именно он выступает действующей причиной по отношению к духу и материи. Наслаждение же, которое постигающий получает от постигнутого, есть цель. Таковы четыре причины, присущие всякому действию, осуществленному на деле. Материя — низшая из этих четырех причин, цель — высшая из них; действующая причина близка к цели, а форма близка к материи. Этот путь уже разъяснен с помощью доказательств, постигаемых умом, в книгах доказательных наук, и на них мы опираемся. Поэтому мы не станем подробно говорить о них здесь, но в согласии с краткостью этого труда объясним в общих чертах наш замысел относительно букв и их огласовок. Скажем же так: буква по истинной своей природе — единое действие, а ее ближайшая материя — чернила. И пока чернила остаются в чернильнице, каждая их частица готова принять форму любой буквы. И хотя чернила предрасположены также принимать множество других форм или формы других букв, помимо наших, мы сейчас не станем говорить о них. Ведь наше намерение касается лишь наших букв, их огласовок и нашего языка. И у чернил нет особой части, о которой можно было бы сказать: из этой части будет начертана буква алеф (), а из другой — буква йод (), и тому подобное. Напротив, та же самая часть, которая готова принять форму одной из букв, точно так же готова принять поочередно формы всех остальных [букв].

Но после того как эта часть приняла данную форму, она в этой своей части обретает завершенность, чтобы называться буквой, состоящей из материи и формы. Поэтому сами чернила не называются буквой, но называются материей буквы. У буквы же, поскольку она не существует отдельно от материи, нет подлинного имени [в отрыве от нее]. И все же при всем том «буква» — это имя вида, а не имя отдельного индивида, всякий же вид охватывает единичных индивидов. Поэтому, когда создатель придает форму буквы какой-то части чернильной материи, ей тотчас дается единичное имя в дополнение к общему, и тогда у буквы оказываются два имени. Одно ее имя, общее, — «буква, существующая на деле», а второе ее имя, единичное, — к примеру, алеф (). Стало быть, именно единичное имя отделяет ее от общего, и по отношению к общему оно выступает как форма для материи случайным образом. Ведь общее пребывает постоянно, а единичное возникает и уничтожается. То, что пребывает, есть сущность, а то, что возникает и уничтожается, — случайное: то есть с ним происходит случай возникновения и случай уничтожения. А тот, кто создает форму буквы из чернил, воплощает на деле то, что было лишь в возможности; и это переписчик, пишущий пером. Перо же служит посредствующим орудием между ними, с помощью которого переписчик выводит форму буквы по своей силе и воле. Цель же состоит в том, чтобы видящий читатель понял замысел пишущего и благодаря этому действию постиг то, что было у того на сердце. И когда постигающий познает это, замысел создателя завершается и достигает своей цели.

А раз так, то если замысел создателя не будет постигнут, его намерение не осуществится в полноте и не достигнет конечной цели, которая и была подлинным устремлением. И чтобы эта цель была достигнута, интеллект указал разумному переписчику наложить форму на форму, чтобы завершить свой замысел и дать углубляющемуся [в текст] читателю верную и действенную возможность быстро понять его мысль. Речь идет о случайном движении, добавляемом к букве, или, вернее сказать, о произвольном движении. И делается это для того, чтобы перенести начертанное в какой-либо книге с ее места и запечатлеть это также в сердце углубляющегося в нее. Известно, что сами по себе буквы не обладают движением. Поэтому интеллект по природе наделил рот совокупностью способностей, чтобы воспроизводить буквы в произношении подобно тому, как они существуют в книге. И буквам были даны огласовки, указывающие на их движение в произношении при перенесении из книги в уста.

Следовательно, движущимися по сущности являются буквы уст, а случайно — буквы книги. К этому присоединяется и необходимость места для частных движений, ведь ничто движущееся не способно двигаться вне места и времени. Части места — это расстояния, а части времени — это исчисляемые круговращения, отсчитываемые годами, месяцами, днями и тому подобным. И из-за этих расстояний человеку нужно знать, как долго тянуть произношение каждой отдельной буквы. В этом и заключается тайна произнесения [Имени]. Но поскольку все это требует пространных разъяснений, я изложу их кратко, передав лишь саму традицию. Хотя я мог бы привести обоснование для каждой произносимой буквы: почему эту тянут столько же, сколько ту, или одну дольше другой, а другую — короче. Однако для произнесения достаточно самого полученного по традиции порядка, ведь мудрый поймет [все] своим умом. После же этого предельно внимательно вникни в образ произношения.

Когда ты пожелаешь произнести это почитаемое Имя, начертанное выше с его огласовкой, приготовь себя и уединись в особом месте, чтобы твой голос не был слышен никому постороннему. Очисти свое сердце и душу от всех помыслов этого мира и представь, что в этот миг твоя душа отделяется от тела: ты умираешь для этого мира и оживаешь для мира грядущего, который служит источником жизни, рассеянной во всем живом. Это и есть интеллект — источник всякой мудрости, понимания и знания; и он подобен Царю царей, пред Которым все испытывают великий трепет. И трепет постигающего двояк: это трепет пред величием и трепет любви. И когда твой разум устремляется прилепиться к Его разуму, наделяющему тебя познанием, твой разум должен сбросить с себя бремя любых чуждых воззрений, кроме Его разума, соединяющего тебя с Ним посредством Его почитаемого и грозного Имени.

Поэтому тебе необходимо знать образ его произношения. Вот как это выглядит: когда ты начнешь произносить букву алеф () с любой огласовкой, с какой бы ты ее ни произносил, — поскольку она указывает на тайну единства, — не тяни ее дольше, чем длится одно дыхание. И во время этого дыхания не делай вообще никакой паузы, пока полностью не завершишь ее произношение. И тяни это особое дыхание по мере сил длительности твоего дыхания, насколько сможешь его длить. И распевай букву алеф (), как и любую произносимую букву, в благоговении, трепете и страхе, соединяя их с великой радостью души от ее постижения. Образ же распева каждой буквы пусть соответствует огласовке: с холамом он направлен вверх. И когда начнешь произносить ее, обрати лицо к востоку — не вниз и не вверх. Сиди же облаченным в белые чистые стираные одежды или в новые поверх всех твоих одежд, или в талит, увенчав голову тфилин и обратив лицо к востоку, откуда свет исходит в мир. У тебя есть пять направлений, в которых следует двигать головой. С холамом начинай прямо на восток; очисти свои мысли и с дыханием поднимай голову постепенно, мало-помалу, пока не закончишь [произношение] так, чтобы голова твоя оказалась [направлена] вверх. Закончив же, поклонись до земли один раз. И не разделяй дыхание буквы алеф и дыхание соединенной с ней буквы иначе как одним дыханием — коротким или долгим.

Однако между буквой Имени и буквой алеф в прямом порядке, или между буквой алеф и буквой Имени в обратном порядке, ты можешь сделать лишь два дыхания без произношения, не больше. По завершении же каждого ряда тебе разрешено сделать только пять дыханий, не больше, но сделать меньше пяти — в твоей власти. А если ты сбился или ошибся в каком-либо ряду этого порядка, вернись к началу этого ряда, пока не произнесешь его как положено. Подобно холаму, который устремляется вверх, распевай с хириком, который устремляется вниз и притягивает высшую силу, чтобы соединить ее с тобой. С шуруком — ни вверх, ни вниз, но ровно посредине, прямо перед собой. С цере веди голову слева направо, а с камацем — справа налево. И во всех [этих случаях], закончив, если увидишь перед собой некий образ, тотчас поклонись перед ним. Если же услышишь тихий или громкий голос и захочешь понять, что он говорит, тотчас ответь ему и скажи: «Говори, господин мой, ибо слушает раб твой» (ср. Шмуэль I 3:9). Сам же больше ничего не говори, но приклони слух, чтобы внимать тому, что он скажет тебе. Если же тебя охватит великий страх, снести который ты не в силах, — даже посреди произнесения, — немедленно поклонись. А если ничего не увидишь и не услышишь, оставь это занятие на всю эту неделю. И хорошо к тому же произносить [Имя] раз в неделю, подобно «бегу и возвращению» (рацо ва-шов, ; ср. Йехезкель 1:14), ведь об этом заключен завет. И что еще мне добавить? Ведь и так известно: если ты мудр, то по намеку поймешь весь этот порядок. Если же почувствуешь в себе, что твой интеллект слаб в мудрости или традиции, либо мысли твои поглощены суетой этого времени, не произноси Имя, чтобы не приумножить грех.

И знай, что между листом буквы йод () и листом буквы хэй () ты можешь сделать двадцать пять ( = 25) дыханий, не больше, при условии, что не будешь прерываться между ними ни речью, ни мыслью. И точно так же между буквой хэй и буквой вав (), и между буквой вав и буквой хэй — лишь меньше двадцати пяти дыханий от листа к листу ты можешь сделать. И после того как я намекнул тебе об этом, сообщу тебе еще тайну кругового удесятеренного Имени: если пожелаешь начать с него по упомянутым правилам, в твоей власти [сделать это]. И это десять цельных святых Имен, и таков образ его букв и их огласовок.

Буква йод () переставляется по огласовкам, тогда как буквы хэй-вав-хэй () остаются неизменными и произносятся после произнесения пяти огласованных букв йод; а дыхания при переходе от буквы йод к сочетанию хэй-вав-хэй равны первому [правилу], и всё Имя в целом равно ряду. И пойми это из того, что уже было написано выше. Вот, я изложил тебе тайну произношения Имени и порядок его [произнесения] с предельной краткостью, в той мере, в какой это необходимо.

Заметка

Заметки в этой книге

Выделите текст или коснитесь абзаца и выберите цвет — место сохранится здесь, со своей заметкой, если захотите.

Все заметки

Заметки хранятся в этом браузере. Войдите, чтобы они были на всех ваших устройствах.

Ещё

Поделиться