К содержанию

Врата 1: Десять, а не девять

п. 1.1 · осталось 109 мин · Пардес Римоним

Глава 2 из 54 · 109 мин

Врата 1: Десять, а не девять

Рабби Моше Кордоверо (Рамак)

Пункт 1.1

Врата первые, называемые «Десять, а не девять».

Пункт 1.2

Общеизвестно, что в вопросе о числе сфирот все занимающиеся этой сокровенной мудростью единодушно сошлись на том, что их десять, и об этом нет никаких разногласий.

Пункт 1.3

Это одно из тех положений, относительно которых в учении о сфирот заключен союз. У нас есть книга «Сефер Йецира», относимая к праотцу нашему Аврааму, мир ему; некоторые же приписывают ее рабби Акиве, однако это мнение не стало общепринятым.

Пункт 1.4

Слова этой книги глубоки, возвышенны и сокрыты от умственного взора исследователей. И хотя на нее написано множество различных комментариев, во всех ее частях мы все еще нуждаемся в разъяснении. Тем не менее мы истолкуем ее слова, насколько это доступно нашему скудному и ограниченному разуму. Вот как там сказано: «Десять сфирот без чего бы то ни было: счет десяти пальцев, пять напротив пяти, а союз Единственного направлен точно посередине — в слове языка и в обрезании наготы».

Пункт 1.5

Поначалу мы думали не толковать эту мишну, поскольку от нас сокрыты ее глубины и тайны, которые, несомненно, превышают наш разум, и никто не способен проникнуть в глубь ее языка, кроме рабби Шимона бар Йохая, мир ему, и рабби Акивы, мир ему, «чье жилище не с плотью» (Даниэль 2:11). Однако в силу возложенного на нас долга мы все же решительно возьмемся за ее истолкование. Вот вопросы, которые требуют в ней тщательного разбора. Во-первых, почему сказано: «Десять сфирот без чего бы то ни было — счет»? По правде говоря, слово «счет» здесь кажется лишним: следовало бы сказать «Десять сфирот без чего бы то ни было — по числу пальцев»; зачем же добавлено слово «счет»? Во-вторых, зачем понадобилось говорить «пять [напротив пяти]»? В-третьих, по словам автора выходит, что их одиннадцать: ведь пять напротив пяти и союз, находящийся посередине, в сумме дают одиннадцать. В-четвертых, из слов «в слове языка и в обрезании наготы» видно, что таких связующих и уравновешивающих начал два; зачем же нужны оба? В-пятых, что именно автор хочет объяснить нам тем, что они соответствуют пальцам? На первый взгляд это не относится к предмету рассуждения, которым он здесь занят. В-шестых, раз уж он взялся объяснять сфирот через части тела, ему следовало бы перечислить все органы тела, намекающие на сфирот, — как мы с Б-жьей помощью и при поддержке Небес разъясним во «Вратах о душе», в четвертой главе. Ответим на это, что автор книги намеревался сокрыть в этой главе все учение о сфирот и вместе с тем неопровержимо доказать его. И сказав, что их десять сфирот, — а из того, что их десять и они делятся по числу, могло бы отчасти следовать представление о пределе и телесности, — он добавил, что они блима (). Это слово распадается на два: бли ма — «без что» (), и смысл его — бли маут, «без [постижимой] сущности» (). Ведь хотя наша речь не вполне строга, когда мы произносим слово «десять», истинная вера состоит в том, что они бли ма — не имеют [постижимой] сущности. Имеется в виду, что у них нет сущности, постижимой для человека: они неограниченны и непостижимы, так как свободны от предела и телесности, а бестелесное постигается лишь сердцем мудрецов народа сынов Исраэля путем видения, подобно тому как в пророчестве.

Причина же того, почему их число именно десять, притом что они бли ма, разъяснится с Б-жьей помощью в следующих вратах. Слова же «счет десяти…» он добавил для того, чтобы из-за крайней трудности предмета и скудости нашего познания мы не пришли к мысли, будто существует лишь простое Единое [без сфирот]; поэтому он и подчеркнул, что они действительно подлежат счету. Само слово «сфирот» () происходит от слова миспар — «число, счет» (), показывая, что к ним применимо понятие числа, хотя они и бли ма. Свидетельством этому служит само их название — «сфирот», от слова миспар, как мы объяснили. А чтобы доказать, что они исчислимы и что число их равно десяти, он сказал: «счет десяти пальцев», — ведь в Писании сказано: «Когда взираю я на небеса Твои — дело пальцев Твоих…» (Теилим 8:4).

Пункт 1.6

Из этого стиха прямо доказывается, что сотворение небес и их воинств совершилось посредством «пальцев» — а это иносказательное имя сфирот Царя царей над царями.

Пункт 1.7

А поскольку пальцев десять, получается, что и сфирот, которыми был сотворен мир, тоже десять. «Пять напротив пяти» — здесь автор отвечает на следующее затруднение. В Писании сказано: «Да и рука Моя основала землю, и десница Моя распростерла небеса» (Йешаяу 48:13). Отсюда могло бы показаться, что небеса — это дело одной руки ЭЛОКИМ, то есть пяти пальцев, а значит, лишь пяти сфирот, а не десяти. Поэтому он и сказал: «пять напротив пяти». Ведь раз небеса — дело руки ЭЛОКИМ и земля — тоже дело руки ЭЛОКИМ, ясно, что обе они вместе составляют десять: пять напротив пяти, пять справа и пять слева — правая сторона для сотворения небес, а левая для сотворения земли. «И союз Единственного направлен точно посередине» — здесь он разрешает другое затруднение: из сказанного выше еще не следует однозначно, что сфирот именно десять, ведь можно было бы сказать, что их пять или двадцать.

Причина этого в том, что всего пальцев двадцать — десять на руках и десять на ногах, итого двадцать [и то же самое можно было бы сказать о сфирот]. Если же ты возразишь, что десять пальцев на ногах — это лишь тень и подобие десяти пальцев на руках, а самих сфирот всегда только десять (и намек здесь на то, что десять сфирот мира Брия служат тенью и одеянием (левуш) для десяти сфирот мира Ацилут, как мы с Б-жьей помощью разъясним во «Вратах АБЕА»), — тогда точно так же можно сказать, что и вообще сфирот только пять, а пять левых служат лишь тенью для пяти правых, так что на самом деле их не больше пяти! Либо, напротив, рассуждение вернется к прежнему, и мы скажем, что их двадцать.

Поэтому автор одним словом отверг оба этих предположения, сказав: «и союз Единственного…». Суть его довода такова: поскольку между пятью и пятью мы находим единение (ихуд) и связующий их союз, значит, пять правых и пять левых составляют одно целое и одну сущность — в совокупности десять сфирот. Между десятью пальцами рук и десятью пальцами ног мы такого связующего начала не находим; отсюда видно, что это два отдельных порядка по десять в каждом, где один служит тенью и одеянием для другого. А уравновешивающими началами между пятью и пятью выступают язык, связующий пальцы рук, и союз обрезания наготы — между десятью пальцами ног. Тому же, как именно сами сфирот располагаются «пять напротив пяти», комментаторы дали два объяснения. Первое состоит в том, что они разделили сфирот на два порядка: первый порядок включает Кетер, Хохму, Бину, Гдулу и Гвуру — всего пять, и, по их словам, эти сфирот предназначены для управления высшими мирами; а Тиферет, Нецах, Ход, Есод и Малхут образуют второй порядок, предназначенный для управления низшими. И хотя мы не согласны с их утверждением, будто одни управляют высшими, а другие — низшими, само разделение сфирот они уловили верно. Ведь такова же мысль рабби Шимона бар Йохая, мир ему, в некоторых местах, и в особенности в объяснении тфилин: четыре отрывка головного тфилина соответствуют Хохме, Бине, Гдуле и Гвуре, а в ручном тфилине — Тиферет, Нецаху, Ходу и Есоду, как разъяснено в книге Зоар, в главе Ваэтханан (лист 264а). И хотя эти слова требуют глубокого исследования — поскольку в другом месте он написал, что четыре отрывка [тфилин] соответствуют четырем буквам [Имени], — тем не менее из совокупности его слов следует, что сфирот действительно делятся на два порядка, как и говорят комментаторы. Так же и по поводу колесниц (меркава) в сфирот разъясняется в «Тиккуней Зоар» (в Предисловии, лист 3, и в «Тиккуней Зоар Хадаш», лист 111), что лик человека на престоле — это Хохма (), то есть коах ма — «сила МА [45]» (), по числовому значению слова адам — «человек» ( = 45); орел — это Бина, лев — Хесед, а бык — Гвура. Такова высшая колесница. Под ней располагается вторая колесница: здесь лик человека — это Тиферет, а Нецах, Ход и Есод — лев, бык и орел; такова вторая колесница. Высший же Кетер объемлет все вверху, а Малхут объемлет все внизу. Таким образом, здесь сфирот тоже разделены на два порядка, как было сказано. Помимо этого, есть и множество других доказательств, но мы не станем останавливаться на них подробно, чтобы не уклоняться от предмета.

Пункт 1.8

Следуя этому объяснению, мы и истолкуем нашу мишну: Тиферет — это «союз Единственного», который поднимается ввысь в качестве Даат и связывает высшие сфирот с низшими тем, что восходит к трем первым сфирот, уравновешивает две ветви [Хесед и Гвуру] и изливает свет в Нецах [и Ход], Есод и Малхут. Вот почему сказано, что «союз Единственного в слове языка и в обрезании наготы направлен точно посередине»: то есть посередине десяти высших пальцев уравновешивающим началом выступает Тиферет, которая и называется «словом языка» (милат лашон, ), как я сейчас объясню. Союзом (брит, ) же он назвал это потому, что заключение союза связано с рассечением и отсечением: через рассечение предмета устанавливается неразрывная связь союза, и в этом состоит суть всякого союза. Некоторые читают здесь ихуд — «единение» (), а другие читают яхид — «Единственный» (). Оба чтения сводятся к одному смыслу, но предпочтительнее чтение «единение», поскольку именно посредством союза достигается единение — связь, крепость и целостность предмета. Некоторые хотят отнести выражение «слово языка» к Бине, однако по нашему пути оно относится к Тиферет. И хотя сам «язык» служит иносказательным именем Бины, а не Тиферет, в мишне сказано не просто «язык», а «слово языка» — то есть голос и речь, исходящие от языка, иначе говоря, возникающие посредством языка.

Пункт 1.9

Как известно, голос слагается из воды, огня и воздуха (руах). Это три свойства Тиферет, так как сама она представляет собой воздух, уравновешивающий воду и огонь — Хесед и Гвуру.

Пункт 1.10

Итак, автор имел в виду не сам язык как орган тела — иначе возникло бы затруднение, что вместе с уравновешивающим началом их оказывается одиннадцать. Уравновешивающим началом служит сам голос — то есть Тиферет в ее восхождении к Бине, которая представляет собой язык и шофар, откуда исходит голос, сочетающий в себе воду, огонь и воздух. Именно это свойство Тиферет поднимается между тремя первыми сфирот и уравновешивает Гдулу и Гвуру, указывая на связь пяти высших сфирот с пятью низшими, — как мы с Б-жьей помощью разъясним во «Вратах значений имен и уподоблений». А выражение «обрезание наготы» (милат маор, ) означает союз обрезания. Слово маор — «нагота, обнажение» () имеет здесь то же значение, что и в стихе: «…по обнажению (ке-маар, ) каждого и сплетения» (Мелахим I 7:36), — как истолковали наши мудрецы, благословенна их память (Йома, 54а): слово ке-маар означает «подобно соединению мужчины с его спутницей», то есть с женским началом (некева). Тем самым имеется в виду единение между десятью пальцами ног посредством знака союза на плоти, который их объединяет. И это толкование — что именно «слово языка» объединяет десять пальцев рук, а «обрезание наготы» объединяет десять пальцев ног — прямо подтверждается сказанным в шестой главе [«Сефер Йецира»]: «Он заключил с ним союз между десятью пальцами его ног — и это союз обрезания, и между десятью пальцами его рук — и это союз языка».

Пункт 1.11

Таким образом, эта мишна разъяснена в соответствии с тем, как комментаторы истолковали слова «пять напротив пяти».

Пункт 2.1

Разберем эту мишну еще в одном толковании, которое предложили комментаторы для слов «пять напротив пяти», — оно более удачно и приемлемо, а кроме того, во многих местах подтверждается словами рабби Шимона бар Йохая, мир ему. Суть его в том, что пять [сфирот располагаются] справа, а пять — слева. Пять справа — это пять сфирот, которые больше тяготеют к стороне Хеседа, то есть к правой стороне: Кетер, Хохма, Гдула, Нецах и Тиферет. А пять слева — это пять сфирот, которые больше тяготеют к стороне Дин [суда], то есть к левой стороне: Бина, Гвура, Ход, Есод и Малхут. И хотя по своему месту Тиферет — это средний луч (кав), тем не менее в основе его лежит Хесед: как известно, он склоняет [чашу весов] к милости, и потому тяготеет к правой стороне. Бина же по своему свойству относится к суду: она зовется «вершащей силы ограничения (гвурот)», так как от нее пробуждаются суды (диним), о чем мы расскажем во «Вратах сущности и управления», в главе 6. То же относится и к сфире Ход, о которой сказано: «и великолепие мое обратилось во мне в пагубу» (Даниэль 10:8), где слово «великолепие мое» (ве-ходи, ) образовано от имени Ход; и еще сказано: «весь день в недуге» (Эйха 1:13), где слово дава — «болящая, в недуге» () состоит из тех же букв, что и Ход (). Есод в основе своей тоже склоняется к стороне Гвуры. Так объяснил и рабби Шимон бар Йохай, мир ему, в «Тиккуней Зоар» (тиккун 13, лист 29б) по поводу слов «девятая — в ликовании и т. д.», сказав дословно: «Праведник [Цадик, то есть Есод] берет с левой стороны, а срединный столп берет с правой стороны».

Пункт 2.2

Об этом же он говорит там и далее (в «Тиккуним» из «Зоар Хадаш», лист 125, относящемся к упомянутому отрывку); вот его слова: «Праведник [Цадик] берет с левой стороны, ведь он — Ицхак (), то есть кец хай — «предел жизни» (), Жизнь миров, связанный с левой стороной и т. д.». И хотя само это высказывание в своем контексте требует пространного разъяснения и глубокого разбора, из общего смысла его слов для нас ясно следует, что Есод в основе своей склоняется влево, в противоположность Тиферет. Возможно, именно в этом заключается одна из причин существования двух уравновешивающих сфирот [Тиферет и Есода], помимо других причин, которые есть у этого, как мы с Б-жьей помощью объясним во «Вратах уравновешивающих», в главе 4. Малхут в своей основе — тоже суд, ведь среди всех каббалистов она широко известна под именем «мягкого свойства суда». И хотя в некоторых местах встречаются высказывания, которые на первый взгляд расходятся с этим, тем не менее положения эти — незыблемые основы, вбитые подобно крепким гвоздям, и решение это совершенно истинно.

Пункт 2.3

Таким образом, эти сфирот по своему порядку составляют две руки: правая рука — это Кетер, Хохма, Гдула, Нецах и Тиферет, а пять слева, то есть левая рука, — это Бина, Гвура, Ход, Есод и Малхут.

Пункт 2.4

При этом Тиферет представляет собой «завет языка», поскольку он, как известно, уравновешивает суд и милости (хасадим), и сам он входит в число десяти [сфирот]. Точно так же и «завет обнаженной плоти»: хотя его основа находится в Есоде, согласно этому толкованию он тоже указывает на Тиферет, ведь тело (гуф) и завет [обрезания] считаются одним целым, как многократно разъясняется в словах рабби Шимона бар Йохая, мир ему, в «Тиккуней Зоар».

Пункт 2.5

Отсюда следует, что при таком подходе нет уравновешивающего начала между десятью и десятью, как есть уравновешивающее начало между пятью и пятью, о чем мы уже говорили выше, в главе 1.

Пункт 2.6

Итак, мы разобрали второе толкование этой мишны — согласно тому, как комментаторы объяснили слова «пять напротив пяти».

Пункт 2.7

Приведем теперь третье толкование этой мишны — еще один взгляд на слова «пять напротив пяти», как это представляется нам, а выбирающий пусть сам выберет [то, что сочтет верным]. Суть его в том, что слова «пять напротив пяти» относятся вовсе не к упомянутым выше пальцам: автор мишны уже перешел от темы десяти [сфирот] к разъяснению того, как уравновешиваются суд и милость, каков порядок этого уравновешивания и какие именно сфирот в нем нуждаются. Потому он и сказал, что их «пять напротив пяти». Прежде всего, Тиферет уравновешивает Хохму и Бину в качестве Даат, когда поднимается к Кетеру, — как мы с Б-жьей помощью подробно разъясним во «Вратах уравновешивающих». Вот первые две сфиры, одна напротив другой: Хохма напротив Бины, так как первая — корень Хеседа, а вторая — корень Гвуры. Далее, как известно, Тиферет уравновешивает Гдулу и Гвуру. Это разъяснил рабби Шимон бар Йохай, мир ему, в «Тиккуней Зоар» (тиккун 30, лист 75а), толкуя стих «И был вечер, и было утро…» (Берешит 1:5); вот его слова: «„И назвал Всесильный свод небом“ (Берешит 1:8). „И назвал Всесильный“ — это Высшая Мать (Има Илаа); „свод небом“ — это срединный столп, который стоит между правой и левой сторонами и включает в себя обе. Об этом и написано: „И был вечер, и было утро“ (Берешит 1:5) — это вечер Ицхака и утро Авраама». Конец цитаты.

Пункт 2.8

И хотя уже прямой смысл слов этого отрывка подтверждает нашу мысль, все же, раз он пришелся к слову, скажем о нем немного и не отпустим его «без ночлега» [то есть без подробного разбора]. Здесь возникает несколько вопросов. Во-первых, сказано: «„И назвал Всесильный“ — это Има». Разве мы до сих пор не слышали, что везде в рассказе о Сотворении мира Имя ЭЛОКИМ указывает на Бину? Во-вторых, почему он назвал ее «Има» [Мать], а не «Бина», ведь это ее имя гораздо более известно? В-третьих, он говорит: «срединный столп, который стоит между правой и левой сторонами». Разве после слов «срединный столп» мы сами не понимаем, что речь идет о том, кто стоит посредине между правой и левой сторонами, то есть между Гдулой и Гвурой? Зачем же понадобилось подробно разъяснять: «который стоит между…» и так далее? В-четвертых, раз уж он взялся объяснять, что тот находится между правой и левой сторонами, пусть бы сказал просто: «Тиферет, который стоит между правой и левой сторонами», и умолчал о «срединном столпе», — ведь иначе это выглядит повтором. В-пятых, он говорит: «который стоит между правой и левой сторонами и включает в себя обе». Это тоже кажется повтором, ведь то же самое уже выражено словами «стоит между правой и левой сторонами». В-шестых, он продолжает: «Об этом и написано: „И был вечер, и было утро“ (Берешит 1:5)», — хотя на первый взгляд в этом стихе нет никакого доказательства его мысли. Ответим на это так: рабби Шимона бар Йохая, мир ему, затруднило в стихе «И назвал Всесильный свод небом» (Берешит 1:8) то, что и «свод» (ракиа), и «небо» (шамаим) обозначают Тиферет. Каков же тогда смысл слов Писания «И назвал Всесильный свод небом», из которых кажется, будто свод и небо — не одно и то же? Разрешая эту трудность, он и сказал: «ЭЛОКИМ — это Высшая Има». Иначе говоря, тебе уже известно, что каждое Имя ЭЛОКИМ в главе Берешит относится к Бине; здесь же Имя ЭЛОКИМ указывает на Бину в ее обращенности к нижним, которым она изливает изобилие (шефа), то есть выделяет неэцалим. Именно поэтому она зовется Матерью, и это выражено словами: «это Высшая Има».

Далее сказано: «„свод небом“ — это срединный столп и т. д.». Смысл здесь в том, что у Тиферет есть два состояния бытия. Первое — со стороны Хохмы; это его избранное состояние, в котором он представляет собой луч милосердия — неэцаль, исходящий из Кетера и распространяющийся через Хохму, как мы с Б-жьей помощью объясним во «Вратах порядка Ацилута». Именно для этого уровня наш учитель Моше, мир ему, служит колесницей, как разъясняется в «Тиккуней Зоар» (тиккун 13, лист 29а); вот его слова: «Яаков, несомненно, представляет собой образ срединного столпа с внешней стороны. Но ведь и Моше пребывал там! Однако он был с внутренней стороны, а тот — с внешней; один — со стороны тела, а другой — со стороны души (нешамы)». Конец цитаты.

Пункт 2.9

Это первое состояние Тиферет — его свойство чистого милосердия без примеси Хеседа и Дин — называется нешамой по отношению к тому состоянию, которое возникает в результате их смешения и соединения. И эта нешама зовется «сводом» (ракиа, ). Путем перестановки букв его можно прочесть как рака — «простерся» () и буква йод (): это сущность, которая простерлась (нирка, ) и распространилась из Кетера через букву йод (), представляющую собой Хохму. Именно это состояние [рабби Шимон бар Йохай] и обозначил словами «срединный столп» — то есть срединный столп и средний луч, который еще никак не включает в себя ни Хесед, ни Дин, а лишь находится между ними; поэтому и сказано: «который стоит между правой и левой сторонами». Затем посредством Бины этот свод получает исправление и облекается в единство огня и воды (), которое называется небом (шамаим, ); об этом сказано: «утвердил небеса разумом [Твуной]» (Мишлей 3:19). А началом, объединяющим в себе это состояние, выступает Бина, именуемая Има [Мать]: она представляет собой букву хэй (), состоящую из трех букв вав (), то есть из трех лучей — Хеседа, Дин и Рахамим [милосердия], как мы с Б-жьей помощью объясним во «Вратах сущности».

Вот почему он сказал: «и включает в себя обе [стороны]». Это значит, что со стороны Матери [Бины] он объединяет правую и левую стороны — то есть одеяние, которое облекает и венчает его избранное первое состояние. Подтверждение этому есть в книге Зоар, в главе Итро (лист 84а), где толкуется стих «Выходите и посмотрите, дочери Цийона… в венце, которым увенчала его мать его» (Шир а-Ширим 3:11); вот его слова: «Что означает ба-атара — «в венце» ()? Сказал рабби Ицхак: это подобно тому, как написано: „а Шауль и люди его окружают (отрим, ) Давида“ (Шмуэль I 23:26), — потому что он увенчан и окружен белым, красным и зеленым, всеми цветами, которые включены в него и окружают его со всех сторон. Сказал рабби Йегуда: „в венце, которым увенчала его мать его“ — что это за венец (атара)? Это то, о чем написано: „Исраэль, в котором Я прославлюсь“ (Йешаяу 49:3), и еще написано: „и дом красы Моей прославлю“ (Йешаяу 60:7)». Конец цитаты.

Пункт 2.10

Здесь разъясняется, что мелех Шломо () — это «Тот, кому принадлежит мир» (ше-а-шалом шело, ), то есть Тиферет, а Есод — это его мир [шалом]. Венец же — это состояние, именуемое небом (шамаим), которое окружает его простое первое состояние, именуемое сводом (ракиа) и представляющее собой неэцаль, исходящий из Хохмы. В этом и заключается смысл слов «в венце, которым увенчала его мать его» (Шир а-Ширим 3:11) — то есть Имя ЭЛОКИМ, упомянутое в разбираемом нами стихе. Вот почему выше было сказано: «это Има» — то есть Бина, «Мать сыновей» (ср. Теилим 113:9). Само слово атара () означает окружение и окутывание, как в стихе «а Шауль и люди его окружают (отрим, ) Давида» (Шмуэль I 23:26), где речь идет об окружении со всех сторон.

Далее [рабби Ицхак] объяснил, что это окружение состоит из трех цветов: белого — со стороны Хеседа, красного — со стороны Гвуры и зеленого, сложенного из них обоих, — то есть гармоничного сочетания, образуемого посредником, Тиферет. А чтобы мы не подумали ошибочно, будто белизна (ловен) и краснота (одем) не входят в состав самого Тиферет и в нем есть только зеленый цвет, он добавил: «все они включены в него и окружают его со всех сторон». Это значит, что мелех Шломо — духовная сущность Тиферет со стороны Хохмы, которая тоже носит имя «мелех Шломо», как я с Б-жьей помощью объясню во «Вратах значений имен и эпитетов», — со всех сторон объят этими тремя цветами, и они поистине окружают его. По отношению к Хеседу он белый, по отношению к Гвуре — красный, а по отношению к ним обоим в их равновесном сочетании — зеленый; и все эти цвета окружают и венчают его. А рабби Йегуда дал слову «венец» другое толкование: дополняя рабби Ицхака, он сказал, что дело не только в этом, но венец — это совокупность всех шести краев [шести сфирот от Хеседа до Есода]. Именно в этом отношении вполне оправдано само название а-Тиферет (), происходящее от слова пеорот — «ветви» (), сродни выражению «украшения (паарей, ) головных уборов» (Йехезкель 39:28 [Шмот 39:28]), и означающее «ветви»: ведь Тиферет разветвляется на шесть краев, и эти шесть краев служат его ветвями. Об этом и сказано: «Исраэль, в котором Я прославлюсь (этпаэр, )» (Йешаяу 49:3). Иначе говоря, Бина произносит эти слова о Тиферет, носящем имя Исраэль: в нем она прославляется и раскидывает свои ветви.

Пункт 2.11

Далее он привел еще одно подтверждение из стиха «и дом красы Моей (тифарти, ) прославлю (афаэр, )» (Йешаяу 60:7), поскольку она [Бина] разветвляется и украшается своими ветвями. Это можно понять двояко. Согласно первому объяснению, «дом Тиферет» наверху — это сама Бина, ведь там тоже его пребывание, поскольку он, подобно срединному засову, «проходит от края до края» (Шмот 26:28) — «от края неба», то есть от Бины, «и до края неба» (Дварим 4:32), то есть до Малхут. И подобно тому как Малхут служит домом для Тиферет [внизу], так и Бина [служит ему домом наверху]. Это и означают слова «дом красы Моей [Тиферет] прославлю»: Бина разветвляется вместе с ветвями Тиферет, которые он получает от нее. Согласно же второму объяснению, «дом Тиферет» — это Малхут, и Бина говорит: «дом Моего Тиферет — то есть того Тиферет, который обретает полноту с моей стороны, поскольку именно со стороны Бины он включает в себя ветви также и для своего дома, Малхут, — я украшу и раскину ветвями». Ведь Малхут тоже перенимает от него шесть ветвей, когда он облекается в нее — шесть в шесть; и это и есть «в венце» (Шир а-Ширим 3:11), то есть в этом увенчивающем одеянии. На этом заканчивается разбор отрывка. Именно это и имеется в виду в стихе «И назвал Всесильный [свод небом]» (Берешит 1:8): ЭЛОКИМ — это Мать [Бина], которая венчает свод (ракиа) венцом, именуемым небом (шамаим). В подтверждение этого [рабби Шимон бар Йохай] и привел стих: «И был вечер, и было утро: день один» (Берешит 1:5), объяснив, что вечер относится к Ицхаку [Гвуре], а утро — к Аврааму [Хеседу]. В их взаимном включении возникает и облекается в свои одеяния Тиферет, который называется «день один» — и это и есть небо (шамаим).

Таким образом, совокупность неба (шамаим) — это «день», объединяющий огонь и воду, вечер и утро. Поэтому он и назван «день один» — единый день, соединяющий воедино оба эти начала. Можно также сказать, что отсюда берут начало двенадцать часов дня. Это видно из полного написания (милуй) буквы вав — (6 + 1 + 6 = 13), числовое значение которого равно слову эхад — «один» ( = 13): здесь соединяются две стороны — буква вав ( = 6) с правой стороны как одна грань, буква вав ( = 6) с левой стороны как другая грань и буква алеф ( = 1) посредине, объединяющая обе грани воедино. Это и есть «один» (эхад), а две буквы вав составляют двенадцать часов: шесть ( = 6) часов от рассвета до полудня, относящиеся к Хеседу, и шесть ( = 6) часов от полудня до ночи, относящиеся к вечеру, то есть к Гвуре; всё это вместе и составляет «день один». Но не станем здесь углубляться в это. Можно было бы привести еще множество доказательств того, что Тиферет уравновешивает Гдулу и Гвуру, однако это вещь простая и общепризнанная, а всё сказанное понадобилось нам лишь для того, чтобы верно понять приведенный отрывок. Итак, мы выяснили, что Тиферет уравновешивает также Гдулу и Гвуру — и это еще две [сфиры], одна напротив другой.

Пункт 3.1

Кроме того, Тиферет выступает связующим и уравновешивающим звеном между Гдулой и Ходом, а также между Гвурой и Нецахом. Причина этого в том, что Гдула и Нецах относятся к правой стороне — милости (Хеседу), тогда как Гвура и Ход представляют собой левую сторону — Суд, а потому они нуждаются в уравновешивании. Некоторое подтверждение этому можно найти в словах рабби Шимона бар Йохая, мир ему, в книге «Раайа Мехемна» (Верный Пастырь; Пинхас, лист 244а), где сказано буквально следующее: А в первом сочинении говорилось: «Набрал я мирры моей с благовонием моим» (Шир а-Ширим 5:1) — это правая рука в левом бедре; «сотов моих с медом моим» (там же) — Яаков в Рахели; «вина моего с молоком моим» (там же) — левая рука в правом бедре. Хесед с Ходом — это правая рука с левым бедром; Яаков в Рахели — срединный столп в Малхут; Гвура с Нецахом — это левая рука с правым бедром. Почему же Он изменил [привычный порядок] Своих свойств таким образом? В этом заключена тайна, которая объясняется так. Давид сказал здесь: «Священники Твои облекутся в правду, и благочестивые Твои возгласят радостно» (Теилим 132:9). И там было отмечено, что ему следовало бы сказать: «и левиты Твои возгласят радостно».

Но Святой, благословен Он, ответил: «Не заведено менять порядок Моих свойств; однако раз уж ты пригласил Меня к себе, Мне следует исполнить твое желание». Отсюда мы учим, что если хозяин дома приглашает к себе даже царя, то и царю подобает поступать по воле хозяина; и потому установлено правило: «Всё, что скажет тебе хозяин дома, делай…». И при всем том, хотя эта тайна прекрасна сама по себе и т. д. — до сих пор его слова.

Пункт 3.2

В этом отрывке вызывает недоумение, [во-первых,] его многословность и повторение одной и той же мысли практически одними и теми же словами: сначала сказано «правая рука в левом бедре», а следом — «Хесед с Ходом — это правая рука с левым бедром» и так далее. Разве мы до сих пор не знали, что обе руки соответствуют двум сфирот — Гдула есть правая рука, а Гвура — левая, и точно так же оба бедра — Нецах есть правое бедро, а Ход — левое? Зачем же так пространно разъяснять столь очевидные вещи? Во-вторых, автору с самого начала стоило бы выразиться кратко и ясно, сказав: «мирры моей с благовонием моим» (Шир а-Ширим 5:1) — это Хесед с Ходом; «сотов моих с медом моим» (там же) — срединный столп с Малхут; «вина моего с молоком моим» (там же) — Гвура с Нецахом.

Тогда можно было бы вовсе умолчать о бедрах и руках, чтобы не пришлось потом их расшифровывать. В-третьих, основа этого высказывания находится в главе «Пинхас» (лист 241а), на что указывает сама фраза «А в первом сочинении» — то есть в основном тексте книги Зоар, которая предшествовала этой книге. И там, в главе «Пинхас», он совершенно не вдается во все эти подробности, а приводит только начало высказывания. Вот его слова: «Набрал я мирры моей с благовонием моим» (Шир а-Ширим 5:1) — правая рука в левом бедре; «сотов моих с медом моим» (там же) — Яаков в Рахели; «вина моего с молоком моим» (там же) — левая рука в правом бедре — до сих пор его слова. И хотя ранее он подробно говорил там об уравновешивании и о том, что под уподоблением «мирры моей» подразумевается Хесед, а под «благовонием моим» — Нецах, как это там истолковывается, все же в разъяснение самих этих слов он дальше не углублялся. Следует разобраться, почему здесь он не стал придерживаться того же соотношения. В-четвертых, почему он сказал «Яаков в Рахели», а не «тело в Нукве», как требовало бы сопоставление с частями тела, через которые он выразил единение остальных сфирот? В-пятых, когда он уже перешел к пояснению своих слов, говоря «это…» и так далее, ему следовало бы сказать в обратном порядке: «правая рука с левым бедром — это Хесед с Ходом». Ведь именно таков правильный порядок изложения: не ставят толкование впереди самих толкуемых слов, как сделал он, сказав «Хесед с Ходом — это правая рука с левым бедром» и так далее во всех трех случаях. В-шестых, нужно понять сам его вопрос: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?». В чем тут вообще трудность? Ведь иногда Нецах получает питание (еника) от Гвуры, а Ход — от Хеседа, хотя по большей части они питаются иначе: Нецах — от Хеседа, а Ход — от Гвуры. Тем не менее порою, в зависимости от сочетания качеств и потоков изобилия, случается так, что Нецах питается от Гвуры, а Ход — от Хеседа. Именно поэтому каждая сфира включает в себя все остальные, чтобы все они согласованно участвовали в едином действии и проводили единый поток изобилия; и благодаря этому две противоположности — даже Гвура и Хесед — могут приходить к согласию. Объясним все это так. Рабби Шимона бар Йохая, мир ему, затруднило в самом стихе Писания то, что там следовало бы сказать проще: «Набрал я мирры моей и благовония моего, поел сотов моих и меда моего, напился вина моего и молока моего». Зачем же там раз за разом повторен предлог «с», который кажется лишним? И на это он сначала ответил — выше разбираемого нами отрывка (это место напечатано в главе «Ваикра», лист 4б, смотри там), — что слова «мирры моей с благовонием моим» (Шир а-Ширим 5:1) означают Хесед с Нецахом; «сотов моих с медом моим» (там же) — Гвуру с Ходом; «вина моего с молоком моим» (там же) — тело [Тиферет] и союз [Есод].

Пункт 3.3

Этим отчасти разрешается наш вопрос: предлог «с» повторен в стихе для того, чтобы указать на единение названных сфирот описанным выше образом. Однако такой ответ недостаточен: ведь если бы стих имел в виду лишь соединение Хеседа с Нецахом, Гвуры с Ходом и Тиферет с Есодом, Писание все равно могло бы обойтись без повторения предлога «с». И так было бы само собой понятно, что речь идет об их единении, поскольку таков их естественный порядок: эти три сфиры всегда соединяются с теми тремя. Поэтому он продолжает: «А в первом сочинении» — то есть в книге Зоар, в главе «Пинхас», — этому дано другое, более основательное объяснение, а именно: «правая рука в левом бедре». Смысл его в том, что Хесед, хотя он и принадлежит к линии милости (Хеседа), соединяется с Ходом, относящимся к линии Суда; и точно так же Гвура, принадлежащая к линии Суда, соединяется с Нецахом, относящимся к линии милости.

Теперь уже не возникает вопроса, зачем в стихе раз за разом повторен предлог «с»: он необходим, поскольку такое соединение не соответствует их обычному порядку. Так как это противоположно их обычаю и природе, Писанию понадобилось повторить предлог «с», чтобы дать нам знать об этой перемене порядка. А причина, по которой Зоар прибегает здесь к иносказательному языку частей тела — «бедра и руки», — вместо того чтобы назвать эти сфирот прямо по именам, заключается в следующем. Перед автором встало затруднение: если толковать стих так, что сфирот соединяются в перевернутом виде, вопреки своему порядку, то само по себе такое соединение кажется невозможным. Ведь по своему устройству Нецах питается с правой стороны и располагается под Хеседом на линии милости, а Ход питается с левой стороны и располагается под Гвурой на линии Суда. Как же они могут изменить свое назначение? Это представляется невозможным. Чтобы разъяснить нам суть дела одним емким и выразительным образом, он и выбрал слова «бедра и руки». Тем самым он хочет сказать: подобно тому как в человеческом теле бедра и руки скреплены и связаны с туловищем (телом), и именно через посредство тела правая рука соединяется с левым бедром, а левая рука — с правым бедром, так что находящееся посредине тело связывает и сочетает их друг с другом, — точно так же обстоит дело и наверху благодаря сфире Тиферет: она разветвляется на шесть крайних сфирот, которые служат ее органами. Как части тела являются ветвями туловища, так и эти крайние сфирот служат органами и ветвями Тиферет. Поэтому через посредство Тиферет эти сфирот способны вступать в подобное взаимосмешение: оно становится вполне возможным и не является чем-то неосуществимым. И все же этим мы еще не сняли вопроса: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?», как мы сейчас объясним.

Пункт 3.4

Итак, выяснилась причина, по которой в основном тексте Зоара необходимо было сказать «бедра и руки», а не назвать сами сфирот по их именам. Однако в книге «Раайа Мехемна» рабби Шимон бар Йохай, мир ему, счел нужным сначала дословно привести текст первого сочинения: «Набрал я мирры моей с благовонием моим» (Шир а-Ширим 5:1) — правая рука в левом бедре; «сотов моих с медом моим» (там же) — Яаков в Рахели; «вина моего с молоком моим» (там же) — левая рука в правом бедре (до сих пор слова первого сочинения), а затем подробно разъяснить остальную часть этого высказывания. Его замысел состоял в том, чтобы раскрыть нам выверенную точность своих слов «правая рука в левом бедре» и так далее: показать, что не случайно и не без точного намерения сказано именно так — что Хесед соединяется с Ходом, а не Ход соединяется с Хеседом. Иными словами, местом пребывания для Хеседа служит Ход, причем главенствующим началом выступает Хесед; и точно так же местом и пристанищем для Гвуры служит Нецах, причем главенствующим началом выступает (Нецах) [в другом чтении: Гвура], а не наоборот. Точно так же и Тиферет спускается в Малхут внизу. Ведь если мы скажем наоборот — что главное действие происходит наверху и нижние сфирот поднимаются в верхние, — тогда не уляжется объяснение вопроса: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?». В таком случае выходило бы, что невеста со своими свадебными дружками поднимается в дом жениха и его дружек. А раз невеста гостит в доме жениха, ей совершенно не пристало менять обычаи жениха. На самом же деле верный порядок таков: Хесед — в Ходе, Гвура — в Нецахе, Тиферет — в Малхут, то есть три верхние сфиры пребывают в трех нижних.

Получается, что это жених со своими дружками гостит в доме невесты и ее дружек. А поскольку он находится в доме невесты, ему подобает поступать по воле невесты, и она в силах изменить заведенный порядок по своему желанию — так, как будет лучше в ее глазах. В этом и кроется ответ на вопрос: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?», как мы с Б-жьей помощью разъясним ниже. Именно эту тонкость своей речи и хотел раскрыть нам рабби Шимон бар Йохай, мир ему, когда поставил разъяснение впереди самого толкуемого выражения, сказав: «Хесед с Ходом — это правая рука с левым бедром», а не наоборот. Тем самым он обращает наше внимание на точность своих слов: он совершенно намеренно выбрал выражение «бедра и руки» вместо прямых названий сфирот «Хесед и Ход» и так далее, чтобы показать, что это взаимосмешение происходит именно через посредство тела [Тиферет]. Именно это он и имел в виду, поставив слова «Хесед с Ходом» перед словами «правая рука с левым бедром». Он словно говорит читателю: вдумайся, ведь можно было бы сказать короче, назвав прямо сами сфирот — «Хесед и Ход», — и не прибегать к языку частей тела; но это сделано для того, чтобы дать тебе верное понимание: тайна этого взаимосмешения, которое на первый взгляд кажется перевернутым, выравнивается и становится возможной благодаря телу, то есть срединной сфире Тиферет, как мы уже объяснили. Напротив, здесь именно слова «правая рука и левое бедро» служат объяснением того, как могут соединиться «Хесед и Ход», а не «Хесед и Ход» служат расшифровкой слов «правая рука и левое бедро». Заодно этим разрешается и вопрос о том, почему для Яакова и Рахели автору не понадобилось заменять их имена названиями частей тела: дело в том, что в их сути и в их единении нет никакого отступления от правил — всё идет по обычному мировому порядку, где Тиферет соединяется с Малхут, и потому менять их названия не требовалось.

Пункт 3.5

Кроме того, этим он дал нам понять еще одну вещь. В тексте первого сочинения было кратко сказано: «правая рука в левом бедре» и «левая рука в правом бедре», без повторения предлога «с». А в данном отрывке, разъясняя те слова, он истолковал их так: «Хесед с Ходом — это правая рука с левым бедром…», всякий раз добавляя предлог «с». И вслед за этим он спрашивает: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?». Смысл этого вопроса вот в чем. Если бы мы понимали дело так, что перемена в порядке сфирот касается лишь передачи изобилия и питания — как мы поначалу и могли бы подумать, читая краткие слова «правая рука в левом бедре», будто речь идет только о потоке изобилия, который Хесед передает в Ход, а Гвура передает в Нецах, — тогда у нас вообще не возникало бы никакого вопроса: ведь таков обычный порядок сфирот, что одни из них питаются от других.

Однако в настоящем отрывке выражение «правая рука в левом бедре» истолковано через предлог «с» в самом прямом смысле: что Хесед спускается вниз и вступает в полное единение внутри Хода, а Гвура спускается вниз и соединяется внутри Нецаха. А раз так, во всей силе встает вопрос: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?». Ведь когда речь идет о подлинном единении, сфирот соединяются совсем иначе: Нецах связывается с Хеседом, а Ход — с Гвурой, как мы с Б-жьей помощью разъясним во вратах «Бедро Яакова», в главе 3, пункте 4. Суть различия здесь в том, что при простой передаче изобилия, даже когда Хесед направляет свой приток в Ход, сам Ход все равно продолжает выполнять собственное действие — действие Суда, пусть и не с такой силой, как во время питания от Гвуры; и в этом нет ничего предосудительного, поскольку сами свойства сфирот не меняются.

Но при прямом и полном единении возникает трудность, так как действие Суда при этом упраздняется целиком и полностью. Ведь когда Гвура пожелает вершить свой Суд, Нецах в силу их прямого единения подавит этот Суд и не даст ему проявиться. Поэтому-то и закономерен вопрос: «Почему же Он изменил [порядок] Своих свойств таким образом?» — ведь это ведет к изменению самой природы сфирот и к преграждению Суда, а так быть не должно. Именно это и означают слова, сказанные Давиду: «Не заведено [менять порядок Моих свойств]». И на это дан ответ: «Ради Давида, раба Твоего…» (Теилим 132:10) — ради него Всевышний изменил обычный порядок и притянул силу милосердия. Ведь даже радостное возглашение, которое, как известно, исходит со стороны Суда, Давид пожелал перевести на сторону Хеседа, что мы с Б-жьей помощью подробнее разъясним во вратах «Сущность и управление», в главе 6. Точно так же обстоит дело и со сфирой Тиферет: поскольку она сама приходит в дом Малхут, как сказано: «Пришел я в сад мой, сестра моя, невеста» (Шир а-Ширим 5:1), ей подобает вести себя по воле невесты — вплоть до изменения обычного порядка сфирот ради того, чтобы еще сильнее притянуть силу милосердия. Именно поэтому и сказано: «Хесед в Ходе, Гвура в Нецахе и Яаков в Рахели» — три верхние сфиры входят в три нижние благодаря жениху Яакову, который приходит в дом своей невесты Рахели, как мы уже объяснили. Если бы, напротив, невеста поднималась в дом жениха, то менять порядок было бы неуместно, так как не заведено менять установленный порядок свойств.

Пункт 3.6

На этом разбор приведенного отрывка завершен, и из него мы обрели ясное и обоснованное понимание того, что Тиферет также служит связующим и уравновешивающим звеном между Гдулой и Ходом и между Гвурой и Нецахом.

Пункт 4.1

В предыдущей главе мы доказали на основании приведенного там отрывка, что Тиферет выступает уравновешивающим началом между Гдулой и Ходом, а также между Гвурой и Нецахом. Поскольку на слух это кажется несколько непривычным, мы решили подкрепить это положение дополнительными доводами и разъяснить его, чтобы показать: в нем нет ничего далекого от разума или чуждого — напротив, это очень близко к нашему пониманию. Суть дела основана на общеизвестном правиле: Тиферет принимает [изобилие] от Гдулы и Гвуры и передает его в Нецах и Ход. Нет сомнения, что в том изобилии, которое Тиферет передает в Ход, неизбежно содержится доля изобилия от Гдулы, полученного от нее сфирой Тиферет, как мы уже объяснили; и точно так же в том изобилии, которое Тиферет передает в Нецах, неизбежно присутствует доля от Гвуры. Несомненно и то, что изобилие, передаваемое от Тиферет к Нецаху и Ходу, по своему составу не остается точно таким же, каким Тиферет принял его от Гдулы и Гвуры. Напротив, благодаря Тиферет оно соединяется в среднем, уравновешенном сочетании, которое равно подходит и Гдуле, и Ходу, а с другой стороны — и Нецаху, и Гвуре. А значит, такое уравновешивание отчасти происходит постоянно. Иногда же случается так, что Тиферет вынужден принимать главным образом от суда Гвуры, чтобы направить это в Нецах, когда мир нуждается в суде — для возмездия и тому подобных вещей; или же, получив большую часть [притока] от Гвуры, он передает его в Нецах, чтобы смягчить суд. Точно так же иногда Тиферет принимает большую часть со стороны Хеседа и направляет ее в Ход, чтобы смягчить Ход. Это взаимное смешение [свойств] и подобные ему явления мы с Б-жьей помощью разъясним во второй главе «Врат каналов», и слова эти — «прямы для понимающего и верны для обретших знание» (Мишлей 8:9). Добавим к этому еще одно разъяснение и докажем нашу мысль из того, в чем единодушны все гаоны относительно цветов сфирот: «цвет Нецаха — краснота, склоняющаяся к белому, а цвет Хода — белизна, склоняющаяся к красноте».

Пункт 4.2

Итак, о Нецахе они разъяснили, что это краснота, склоняющаяся к белизне. Это означает: его краснота происходит от того, что он принимает от сурового суда Гвуры через уравновешивающий их Тиферет, как мы объяснили, и из-за этого суда он становится красным. Однако поскольку основное свое питание он черпает со стороны Хеседа — ведь там его дом [на правой линии], — он склоняется к белизне, чтобы обелить эту красноту и обратить ее в белизну; слова же «склоняется [к белизне]» означают, что по своей направленности он стремится быть преимущественно белым. И точно так же, но в обратном порядке, обстоит дело с Ходом: за счет того, что он питается от Хеседа через Тиферет, который выравнивает их и служит посредником между ними, в нем присутствует белизна. Но так как главный источник его питания находится со стороны Гвуры — ведь там его основное тяготение и его место [на левой линии], — он неизбежно склоняется к красноте и обращает милосердие в сторону суда.

Пункт 4.3

Из этого следует, что Тиферет и по своему цвету, сочетающему белизну и красноту, занимает срединное положение между Гдулой и Ходом, а также между Гвурой и Нецахом.

Пункт 4.4

Природа этих цветов будет с Б-жьей помощью подробнее разъяснена во «Вратах цветов». Хвала же и благодарность Воздающему добром повинным, Который одарил нас всяческим благом: «Б-г — Г-сподь, и Он осиял нас светом» (Теилим 118:27), позволив доказать это положение тремя верными свидетелями — словами рабби Шимона бар Йохая, мир ему, логикой каббалистического учения и словами гаонов. Подведем итог: мест, требующих уравновешивания, насчитывается пять против пяти. Хохма против Бины и Гдула против Гвуры — это два против двух; Гдула против Хода и Гвура против Нецаха — еще два против двух, а всего четыре против четырех. Кроме того, Есод уравновешивает между Нецахом и Ходом, как будет разъяснено в четвертой главе «Врат уравновешивающих начал». Итого получается пять против пяти. Однако самих уравновешивающих начал между этими пятью и пятью насчитывается только два — Есод и Тиферет. Каким образом? Есод стоит между Нецахом и Ходом, тогда как Тиферет — между Гдулой и Гвурой, между Гдулой и Ходом, между Гвурой и Нецахом, а также между Хохмой и Биной — в скрытом состоянии, в качестве Даат, как будет разъяснено в упомянутых вратах. С помощью этого предварительного разъяснения становится понятной разбираемая нами мишна [из «Сефер Йецира»], где сказано: «пять против пяти». В действительности их именно пять против пяти, а «завет единения направлен посередине», поскольку уравновешивающие начала занимают срединное положение и точно выравниваются между крайностями. Выражение «обрезание языка» указывает на Тиферет; он назван «обрезанием языка» потому, что через Бину, которая и есть «язык», он поднимается ввысь, чтобы уравновесить Хохму и Бину в качестве Даат, как будет разъяснено в упомянутых вратах. Точно так же через нее он занимает срединное положение между Гдулой и Гвурой, как мы с помощью Небес объяснили во второй главе. А «обрезание плоти» — это Есод, второе уравновешивающее начало.

Пункт 4.5

Тем самым вопрос проясняется еще глубже, и по существу разрешается наше прежнее затруднение: как может быть «пять против пяти» и еще уравновешивающее начало [посередине], ведь тогда их окажется одиннадцать? Дело в том, что здесь речь идет не о счете самих сфирот, а о счете пар, подлежащих уравновешиванию, как мы уже объяснили, и нет нужды распространяться об этом дальше.

Пункт 4.6

Итак, мы разъяснили эту мишну по тому варианту текста, который наиболее известен по книгам и комментариям. Хотя у рабби Моше бен Нахмана, мир ему, судя по всему, было иное чтение, мы все же опираемся на то, в чем сходится большинство книг. И если вдумчивый читатель сличит варианты текста, то убедится, что эта редакция более выверена; к тому же еще не подтверждено достоверно, что упомянутый комментарий действительно принадлежит рабби Моше бен Нахману, как это видно из самого его содержания.

Пункт 5.1

Отправившись в путь от горы Г-сподней — высокой и крутой горы предыдущей мишны, на основании которой мы доказали общее согласие каббалистов в том, что сфирот десять и не более, — направимся теперь к «горе мирры» (Шир а-Ширим 4:6): к следующей за ней мишне, хотя от начала главы она является четвертой. Вот ее слова: «Десять сфирот без чего бы то ни было: десять, а не девять; десять, а не одиннадцать. Постигай в мудрости и умудряйся в разумении; испытывай в них и исследуй из них, знай и размышляй о них, установи вещь в ее ясности и возврати Создателя на Его основание».

Пункт 5.2

Мы решили вовсе не выдвигать предварительных вопросов к этой мишне, поскольку ее слова сами по себе кажутся разрозненными: сам этот текст словно взывает: «Истолкуй меня!», а его буквальный смысл вообще не допускает прямого объяснения, которое можно было бы обсуждать и оспаривать. Поэтому запишем то, что Б-г вложит в наши уста, по поводу слов «десять, а не девять» и их смысла. Автор [«Сефер Йецира»] стремится здесь предостеречь нас от ошибки, чтобы мы не сказали, будто Кетер не входит в число сфирот, приняв его за Эйн Соф, — ведь это не так, поскольку «высокий наблюдает над высоким» (Коэлет 5:7). И дело обстоит не так, как полагали многие, считавшие, будто Эйн Соф входит в число сфирот и что он и есть Кетер. Это мнение мы с Б-жьей помощью опровергнем во вратах «Является ли Эйн Соф Кетером», и да убережет нас Милосердный от подобного взгляда! Напротив, сфирот, несомненно, десять помимо Маациля (Источника). Ведь иначе сфирот, которые Маациль выделил из Себя, оказалось бы девять, а это недопустимо: самих неэцалим в действительности «десять, а не девять». Согласно другому объяснению, мишна предостерегает нас от ошибки, чтобы мы не отделяли Малхут от общего счета [десяти сфирот], как полагали некоторые, чье мнение приближалось к этому, — и от такого взгляда да убережет нас Милосердный! Напротив, она находится вместе с ними в мире Ацилут, хотя и не пребывает в полном единстве с ними из-за того, что была оттеснена, как мы с помощью Небес разъясним во «Вратах уменьшения луны». Близкое к этому толкование дал рабби Шимон бар Йохай, мир ему, в книге «Раайа Мехемна» (Верный Пастырь; глава Теце, лист 277б), где сказано: «Но есть и другие — знатоки тайн Торы, знатоки Б-жественных свойств, которые наследуют души со стороны святой Малхут, включающей в себя десять сфирот. И всякий, кто наследует ее и удостаивается ее, удостаивается десяти сфирот без разделения: „десять, а не девять“, так как если бы они наследовали одну лишь обособленную Малхут, остальные девять оказались бы отделены от нее. И поскольку там нет разделения, автор „Сефер Йецира“ сказал: „десять, а не девять“. А если ты скажешь, что счет восходит выше десяти, — то вот развернутое Имя: йод, хэй, вав, хэй () составляет десять [букв], и десятка ( = 10), которая соединяется с нею в единстве, не поднимается выше десяти; поэтому и сказано: „десять, а не одиннадцать“».

Пункт 5.3

Разъясним смысл этого отрывка, начинающегося словами «Но есть и другие». Выше по ходу того рассуждения говорилось, что среди людей праведного действия есть такие, чья душа относится к ступени «служанки» со стороны мира Брия; этот предмет мы с Б-жьей помощью разберем во «Вратах души». Теперь же автор [«Раайа Мехемна»] говорит, что есть и другие — «знатоки тайн Торы», то есть те, кто занимается Б-жественной Торой и ее тайнами. И поскольку можно было бы подумать, что «знатоками тайн Торы» называются те, кто изучает тонкости алахи, толкований и агады, а также уставов, законов и судебных предписаний только по их простому смыслу, он уточняет: хотя награда таких людей многократно велика и путь их избранный, все же они не удостаиваются столь высокой ступени души, пока не постигнут тайны сфирот, составляющие тайну Б-жественности. Такие мудрецы называются «знатоками Б-жественных свойств» (мидот), и именуются они так потому, что все занятие мудрецов Каббалы посвящено свойствам (мидот) [то есть сфирот] и их устройству.

Далее сказано, что такие люди наследуют душу со стороны самой Малхут, а не со стороны «раба» — Метатрона и не со стороны «служанки», которые упоминались там выше, и что такой человек удостаивается души, включающей в себя десять [сфирот]. Но здесь у автора возник вопрос: быть может, и все остальные души точно так же включают в себя десять [сфирот], или, напротив, даже эта душа не включает в себя десяти? И на каком основании мы вообще можем проводить такое различие между одной душой и другой, пусть даже одна из них выше по достоинству, чем другая? Поэтому он доказывает, что в Малхут — то есть у души, происходящей со стороны Малхут, — неизбежно есть включенность из десяти [сфирот]. Причина этого в том, что сфирот неразделимы: они связаны и соединены в единстве друг с другом, а потому, когда мы говорим о Малхут, остальные сфирот неизбежно сопутствуют ей. Иначе обстоит дело с душой со стороны Метатрона или со стороны «служанки», так как они происходят из мира разделения, поскольку нисходят ниже мира Ацилут; а такая безусловная связь действует только в мире Ацилут, но не в них.

Вот почему в полном смысле включает в себя десять [сфирот] только душа со стороны Малхут. Впрочем, когда мы говорим, что душа со стороны Метатрона или «служанки» не включает в себя десяти, это не следует понимать буквально, будто в ней вовсе нет десяти [сфирот]. Ведь немыслимо, чтобы какое-либо действие, притягиваемое свыше, не содержало в себе всех десяти [сфирот], поскольку иначе проявилось бы разделение. В этом же заключается причина увечий у людей — например, у лишенных рук и тому подобного: их неполнота свидетельствует о дурных поступках, которыми они нанесли ущерб святому месту и внесли разделение; из-за этого их душа не распространяется в теле в эти органы, оставаясь поврежденной и неполной, и каково место нанесенного ими ущерба, таково и их телесное увечье. Если же увечье имеется у человека с самого сотворения, это указывает на изъян его души, возникший по причине перевоплощения (гильгуля), как мы с Б-жьей помощью разъясним вопрос об органах тела в седьмой главе «Врат души». Как бы то ни было, в мире вообще не может существовать ни одной души и ни одного действия, в которых не были бы заключены все десять сфирот. Более того, хотя мы и определяем иную душу как происходящую со стороны Метатрона или со стороны «служанки», это вовсе не значит, упаси Б-г, что она происходит не свыше — ведь все души притягиваются свыше. Как это устроено, мы с Б-жьей помощью разъясним во второй главе упомянутых врат; но в любом случае каждая душа включает в себя десять [сфирот], которые, как мы объяснили, неразделимы. Различие же между душами от Малхут и остальными душами состоит в следующем: остальные души включают в себя десять [сфирот] не в том смысле, что в них явственно проступают сами десять сфирот, а лишь в том, что эти души включены в Малхут, а уже она сама по себе содержит десять [сфирот]. Душа же со стороны самой Малхут выделяется непосредственно из десяти сфирот, заключенных в Малхут, в таком состоянии, когда в Малхут явственно раскрываются все десять сфирот и она находится в полном единении с ними.

Пункт 5.4

Этот предмет будет с Б-жьей помощью еще подробнее разъяснен в следующих вратах. То же самое относится и к самим сфирот: есть большая разница между тем, говорим ли мы, что Малхут просто включает в себя десять [частных сфирот], или же говорим, что она находится в единении с самой сущностью остальных сфирот, — ведь это далеко не одно и то же. В самом деле, достоинство сфиры, когда она лишь содержит в себе отпечаток остальных, несравнимо с ее достоинством, когда она соединяется в единстве с самой сущностью всех сфирот, — а это и означает, что в ней воочию раскрываются сами десять сфирот, что совершенно ясно. Именно это имел в виду автор [«Раайа Мехемна»], сказав: «включающая в себя десять сфирот». И он тут же пояснил, что слова «включающая в себя» означают здесь не просто обычную взаимовключенность, присущую природе всех сфирот, а то, что «всякий, кто наследует ее… удостаивается десяти сфирот без разделения» — то есть удостаивается самих десяти сфирот в их подлинном существовании благодаря тому, что все десять сфирот явственно раскрываются в ней, как мы объяснили.

Пункт 5.5

Что же касается слов «кто наследует ее и удостаивается ее», то они означают: для обретения этой возвышенной души необходимы два условия. Первое зависит от подготовки со стороны отца в момент зачатия, во время супружеского соединения (зивуга), как сказали наши мудрецы, благословенна их память: «Тот, кто освящает себя во время супружеской близости…» Когда отец освящает себя таким образом и его благое намерение поднимается ввысь, он удостаивается привлечь святую душу из высокого источника; и какова мера его святости, столь же высок и уровень притягиваемой им души, о чем бесчисленное множество раз говорится в Зоаре и Талмуде. Слова же мудрецов «удостаивается достойных сыновей» означают именно то, что он притягивает для своих сыновей душу из высокого источника, благодаря чему они становятся достойными; это и называется наследием от отца, и на это указывают слова «кто наследует ее». А второе условие состоит в том, что сам человек нуждается в достойных и угодных своему Создателю поступках, чтобы эта душа не удалилась от него; подробнее это будет с Б-жьей помощью разъяснено в третьей главе «Врат души». Об этом втором условии и сказано: «и удостаивается ее» — то есть сам человек своими поступками удостаивается этой святой души.

Далее сказано: «удостаивается десяти сфирот без разделения». Как мы уже объяснили, это означает, что когда душа происходит из самой сущности Малхут, она неизбежно «включает в себя десять сфирот» — то есть саму сущность десяти сфирот, пребывающих в Малхут, поскольку Малхут находится в единении с десятью сфирот и совершенно неотделима от них. Поэтому слова «удостаивается десяти сфирот без разделения» означают, что они соединены в единстве с Малхут и не отделены от нее. И доказал он это словами «Сефер Йецира»: «десять, а не девять». Ведь если бы можно было допустить, что эта душа — которая неизбежно является частью Малхут, согласно стиху «и вдохнул в ноздри его [дыхание жизни]» (Берешит 2:7), так как всякий вдыхающий вдыхает от собственной сущности, — отделена от остальных сфирот, то свойство части распространялось бы и на целое: подобно тому как притянутая от Малхут душа отделена от остальных частей сфирот, так и сама Малхут оказалась бы, упаси Б-г, отделенной от остальных сфирот.

Но это невозможно, поскольку тогда оставшихся сфирот было бы девять; вот почему сказано: «десять, а не девять» — их число никогда не становится меньше десяти. Следовательно, такая душа должна не просто включать в себя отпечаток десяти сфирот, но содержать в себе саму сущность сфирот, в точности подобно Малхут, так как все, что есть в части, есть и в целом. Далее в отрывке сказано: «А если ты скажешь, что счет восходит выше…» Смысл в том, что автор предвидит возражение: что, если сфирот насчитывается десять уже без Малхут? Тогда можно было бы сказать, что Малхут отделена от остальных, и при этом их все равно остается десять! На это он отвечает: «развернутое Имя…» То есть четырехбуквенное Имя АВАЯ, как мы разъясним во «Вратах четырехбуквенного Имени», относится к свойству Тиферет и представляет собой мужское начало, которое вступает в единение с Малхут — женским началом (некева). В своем полном написании это Имя указывает на «владение Единого» [частное владение в законах Шаббата], высота которого — десять, а ширина — четыре: его ширина — это четыре буквы самого Имени АВАЯ, а его высота — десять букв его наполнения: йод, хэй, вав, хэй (), что составляет десять, так как оно никогда не превышает десяти. А если бы сфирот было десять уже без Малхут, то при единении этого Имени с Малхут их оказалось бы одиннадцать: десять наверху и еще одна, вступающая в единение с женским началом. Вот почему в «Сефер Йецира» сказано: «десять, а не одиннадцать».

Пункт 5.6

На этом завершается разбор приведенного отрывка, и попутно мы изложили толкование слов мишны: «десять, а не девять; [десять,] а не одиннадцать». Кроме того, слова «десять, а не одиннадцать» можно истолковать и так: автор предостерегает нас, чтобы мы не включали в счет неэцалим Престол [Славы], которым именуется мир Брия, как мы с Б-жьей помощью разъясним во «Вратах АБЕА». Равным образом он предостерегает нас, чтобы мы не включали в счет неэцалим ангела Метатрона, Князя Лика: ведь хотя имя его — как Имя его Владыки, он относится лишь к миру Ецира, а не к миру Ацилут, как мы с Б-жьей помощью разъясним в упомянутых вратах. Все эти толкования вытекают из самой мишны, поскольку она говорит одновременно языком утверждения и отрицания: «десять» — это утверждение, «а не девять» — отрицание; и точно так же «десять, а не одиннадцать». Тем самым автор стремится утвердить точное число десять и отвергнуть любую возможную ошибку, которая прибавляла бы к десяти или убавляла от них.

Пункт 6.1

В книге «Раайа Мехемна» (Верный Пастырь) (глава Ки Тиса, лист 187б) нам дано еще одно толкование этой мишны, и вот его слова: «Заповедь предписывает давать половину шекеля святым шекелем [см. Шмот 30:13]. Сказал Раайа Мехемна: что такое половина шекеля? Она подобна половине хина (хаци а-хин, ): это буква вав (), стоящая посередине между двумя буквами хэй (). Камень [весовая гиря], которым взвешивают, — это буква йод ( = 10); «двадцать гера в шекеле» (Шмот 30:13) — это полное написание буквы йод ( = 20). «Богатый пусть не прибавляет» (Шмот 30:15) — это Срединный столп [Тиферет]: пусть он не прибавляет сверх десяти, так как в «Сефер Йецира» сказано: «Десять сфирот блима: десять, а не одиннадцать» (Сефер Йецира 1:4). «А бедный пусть не убавляет» (Шмот 30:15) — это Цадик [Праведник, сфира Есод]: пусть он не убавляет от десяти, как сказано: «десять, а не девять» (Сефер Йецира 1:4); а половина шекеля — это десять». На этом заканчиваются его слова.

Пункт 6.2

В этом высказывании нужно разобрать четыре трудных места. Во-первых, там сказано: «Что такое половина шекеля? Она подобна половине [хина]...» Смысл «половины хина» в том, что это сфира Тиферет, находящаяся посередине между двумя буквами хэй. Однако к «половине шекеля» такое объяснение — «находящаяся посередине» — не подходит, ведь мы не знаем, между чем и чем она стоит. Во-вторых, там сказано: «Камень, которым взвешивают, — это буква йод ()...» По смыслу этих слов выходит, что полное написание буквы йод () равняется двадцати. Но как же тогда сказано, что к десяти нельзя ни убавить, ни прибавить? Ведь полная буква йод, половина которой равна десяти, прибавила еще десять к десяти, составив двадцать! Между тем, согласно его толкованию, ни в одной сфире нельзя прибавлять сверх десяти: ведь Тиферет и Цадик [Есод] упомянуты здесь не как исключение, а лишь потому, что они названы «богатым» и «бедным», — и тем более это относится ко всем остальным сфирот. В-третьих, сказано: «Камень, которым взвешивают, — это буква йод».

Но как можно взвешивать этим камнем, если он равен двадцати гера, тогда как отвесить нужно только десять, то есть одну лишь половину шекеля? Если же мы скажем, что имелся в виду сам способ взвешивания этим камнем и речь идет о целом камне [в полный шекель], то возникает многословие: тогда следовало сказать: «Камень, которым взвешивают, — это полная буква йод, и она равна двадцати гера». Зачем же понадобилось говорить: «Камень, которым взвешивают, — это буква йод; двадцать гера в шекеле — это полная буква йод», что выглядит как повтор и лишние слова? В-четвертых, в конце сказано: «А половина шекеля — это десять», что кажется никак не связанным с предыдущим.

Пункт 6.3

Более того, эти последние слова прямо противоречат тому, что он объяснил ранее: ведь выше он сказал, что «половина шекеля» означает срединное положение, а теперь говорит: «половина шекеля — это десять ()», из чего следует, что «половина» понимается буквально — как половина целого шекеля.

Пункт 6.4

Чтобы понять это высказывание, нужно сначала пояснить, что сфирот насчитывается десять сверху вниз и десять снизу вверх. Подобно тому как искра солнечного света падает и ударяет в отполированное зеркало, после чего свет отражается и обращается вспять к своему источнику, так обстоит дело и со сфирот: они нисходят сверху вниз до Малхут, где свет останавливается, а затем возвращается к своему источнику по тем же переходам. Поэтому, как их десять сверху вниз, так же их десять и снизу вверх. Об этом учении мы с Б-жьей помощью подробно поговорим в отдельных вратах.

Пункт 6.5

Эта тайна раскрывается через очертание буквы алеф (), которая состоит из буквы йод () вверху и буквы йод внизу, указывая на [движение света от] источника света сверху вниз и снизу вверх. Это и есть верхние воды и нижние воды, как мы с Б-жьей помощью разъясним во Вратах значений наименований, в статье «Воды».

Пункт 6.6

А буква вав (), находящаяся посередине между двумя буквами йод (), — это Тиферет, соединяющая верхние воды и нижние воды. Это и есть «половина шекеля» — то, что стоит посередине внутри целого шекеля, который представляет собой полную меру, меру Ацилута: десять [сфирот] сверху вниз и десять снизу вверх. Она служит серединой и посредником между двумя буквами йод, которые вместе составляют «двадцать гера в шекеле» (Шмот 30:13). Теперь смысл «половины хина» и смысл «половины шекеля» сводится к одному и тому же, чем и разрешается первое затруднение. Далее сказано: «Камень, которым взвешивают, — это буква йод». Смысл в том, что «камнем» всегда называется очертание буквы йод, и всякий камень указывает на существование буквы йод, как мы с Б-жьей помощью разъясним во Вратах значений наименований, в статье «Камень».

Пункт 6.7

Именно этим камнем взвешивают половину шекеля, так как половина шекеля равна десяти, как мы сейчас поясним. Поэтому камень, которым взвешивают, имеет форму буквы йод (), что означает десять. Далее: «Двадцать гера в шекеле — это полное написание буквы йод ()». Смысл слов «двадцать гера в шекеле — это буква йод в полном наполнении» заключается в том, что такое написание указывает на двадцать, то есть на две буквы йод: десять сверху вниз и десять снизу вверх.

Пункт 6.8

Таким образом, ее половина — простая буква йод () — и есть тот камень, которым взвешивают. А в своем полном наполнении она представляет собой целый шекель, равный двадцати гера: десять сверху вниз и десять снизу вверх, как мы уже объяснили. Далее: «Богатый пусть не прибавляет (Шмот 30:15) — это Срединный столп: пусть он не прибавляет сверх десяти...» Смысл в том, что, не говоря уже об остальных сфирот, даже «богатый» [Тиферет], превосходящий прочие сфирот богатством шефы и взаимного включения, тем не менее не должен увеличивать число включенных в него сфирот сверх десяти, поскольку их десять ( = 10), а не одиннадцать ( = 11). Следовательно, его богатство не ведет к тому, чтобы он включал в себя более десяти: оно выражается в обилии шефы и света либо в том, что в нем содержится множество десятеричных включений, но само число десяти во включении никогда не превышается.

Далее: «А бедный пусть не убавляет (Шмот 30:15) — это Цадик: пусть он не убавляет от десяти...» Речь идет о Есоде: хотя он и называется «нищим» из-за своей бедности [во время изгнания], как сказано: «Праведник гибнет...» (Йешаяу 57:1), — и он действительно нищ и беден, — однако здесь сказано, что, несмотря на его бедность, она вовсе не состоит в убавлении от десяти сфирот, ведь от них нельзя убавить, согласно правилу «десять, а не девять» (Сефер Йецира 1:4). Его бедность выражается лишь в уменьшении его шефы или в меньшем числе десятеричных включений: он не убавляет от самих десяти, а лишь не умножает в себе повторные включения по десять. Но от самой этой десятки убавить ничего нельзя, чтобы не вышло меньше десяти: ведь невозможно допустить, чтобы какое-либо место было лишено [десяти], то есть хотя бы одной из них, — их всегда ровно десять.

Далее: «А половина шекеля — это десять». Смысл вот в чем: поскольку мы объяснили, что «богатый» — это Срединный столп, который сам и есть «половина шекеля», стоящая посередине между двумя буквами йод (), составляющими целый шекель в двадцать гера, то выходит, что половина шекеля — это десять и десять — это половина шекеля. Но если стих учит нас тому, что «богатый», то есть Тиферет, не должен прибавлять сверх десяти, то как же Писание могло сказать: «Богатый пусть не даст больше [половины шекеля]» (Шмот 30:15), когда он сам и есть половина шекеля? Как можно отмерять меру для «богатого» — Тиферет — с помощью «половины шекеля», которая есть сама же Тиферет? Именно поэтому в конце и сказано: «А половина шекеля — это десять». Это означает: хотя выше мы объяснили, что Тиферет называется «половиной шекеля» потому, что занимает срединное положение, [вместе с] тем стих не утрачивает и своего простого смысла: она называется так потому, что стоит внутри шекеля и делит его пополам, а половина шекеля равна десяти.

Поэтому слова «богатый пусть не прибавляет» (Шмот 30:15) означают, что в самом своем существовании в качестве «половины шекеля» — то есть того, кто делит шекель пополам и делает каждую его часть состоящей ровно из десяти, — он никогда не должен прибавлять [сверх десяти]. На этом заканчивается разбор высказывания. И из него мы узнаем толкование мишны: слова «десять, а не девять; десять, а не одиннадцать» (Сефер Йецира 1:4) учат нас взаимному включению сфирот друг в друга — тому, что и во включенных сфирот нельзя прибавить сверх десяти, как мы объяснили.

Пункт 6.9

Теперь вернемся к разбору остальных слов мишны, где сказано: «Пойми в мудрости [Хохме] и будь мудр в понимании [Бине]...» (Сефер Йецира 1:4). Комментаторы объясняли, что здесь имеется в виду единение Хохмы с Биной и Бины с Хохмой. Еще объясняли, что цель этих слов — показать, что корень Хохмы находится в Бине, а корень Бины — в Хохме. Также объясняли: когда притягиваешь шефу к Хохме, делай это ради того, чтобы она перешла к Бине, а когда притягиваешь к Бине, придавай ей силу Хохмы. В таком духе высказывались комментаторы, однако их толкования неубедительны. В самом деле, почему автор мишны стал бы сейчас предостерегать нас об этом только в отношении Бины и Хохмы, а не остальных сфирот? Ведь мы, несомненно, обязаны соединять семь сфирот, находящихся ниже них, точно так же, как и три первые сфиры.

Пункт 6.10

Кроме того, почему, согласно некоторым из этих толкований, в это единение не включен Кетер? Далее в мишне сказано: «Испытывай в них...» (Сефер Йецира 1:4). Комментаторы объяснили это так: если ты тщательно испытаешь их, то узнаешь, что упомянутые Хохма и Бина служат корнем Гдулы [Хеседа] и Гвуры; а «исследуй из них» (Сефер Йецира 1:4) означает, что, исследовав, ты обнаружишь, что Гдула и Гвура служат корнем Нецаха и Хода, которые распространяются из них. Далее сказано: «И поставь дело [слово] на его основание» (Сефер Йецира 1:4). «Слово» (давар, ) — это Малхут, а «его основание» (бурьо, ) означает «его опору», как переводит Онкелос [выражение «на своей опоре»] (Шмот 21:19), и это сфира Есод. Далее: «И возврати Создателя на Его основание» (Сефер Йецира 1:4). Слово «и возврати» (ве-ашев, ) указывает на Тшуву [Бину] (), чтобы передавать ее силу в Тиферет, именуемую «Создателем» (Йоцер, ), тогда как «основание» Тиферет — это Нецах и Ход. Таковы слова комментаторов — причем мы отобрали лучшее и самое отборное из их толкований.

Однако это объяснение нас не удовлетворяет, так как оно не свойственно языку автора мишны. Кроме того, с какой стати ему понадобилось бы сейчас сообщать нам подобные вещи и толкования? Ведь это путь молящихся, а не авторов трактатов, и для нас здесь нет никакого поучения и новой мысли. Поэтому мне представляется верным объяснить это иначе: «мудрость» (Хохма) — это традиция и учение, которые человек воспринимает от своего наставника, когда ему передают лишь начатки глав [основные положения]. А «понимание» (Бина) — это углубленное размышление и то, что человек самостоятельно домысливает и прибавляет на основе переданных ему общих правил и начатков глав. Именно это и имелось в виду в словах «пойми в мудрости» (Сефер Йецира 1:4): тщательно вникай в то, чему ты научился у своего наставника в науке о Б-жественных свойствах [сфирот], где передают лишь начатки глав. Человек должен сам выводить в ней одно из другого, как сказали мудрецы, благословенна их память (Хагига 13а): «Об этом говорят лишь тому, кто мудр и понимает своим разумом».

Пункт 6.11

Таким образом, человек должен сопоставлять одно с другим и выводить одно из другого, чтобы его разум был порождающим, а не бесплодным. А слова «будь мудр в понимании» (Сефер Йецира 1:4) означают: когда ты выводишь новое, сопоставляешь в своем уме и достигаешь понимания, ты должен умудрить и выверить эту мысль традицией наставников и их краткими изречениями, чтобы выведенное тобой — будь то многое или малое — согласовывалось с полученным знанием, а «на разум твой не полагайся» (Мишлей 3:5). Далее: «Испытывай в них» (Сефер Йецира 1:4) — то есть в самих сфирот, в их собственной сути: здесь постижение должно происходить лишь путем устремления и отступления (рацо ва-шов, ) [ср. Йехезкель 1:14], со смирением и бережным отношением к славе твоего Создателя [ср. Хагига 2:1], Который «умудряет простодушных» (Теилим 19:8); это и выражено словом «в них» (баэм, ). Когда же речь идет о действиях, проистекающих от них, требуется глубочайшее исследование, основательное знание, всестороннее обсуждение и тщательное осмысление. И поскольку такое исследование направлено на действия, доходящие до нас от существования сфирот, мишна говорит: «и исследуй из них» (Сефер Йецира 1:4) — то есть исследуй то, что исходит «из них» (меэм, ), а не саму их сущность, о которой выше было сказано «в них».

Далее: «И поставь дело на его основание [добейся полной ясности]» (Сефер Йецира 1:4) — это значит: утверди изучаемый предмет во всей его силе и проникни в самую глубину учения, чтобы оно стало для тебя совершенно ясным и не вызывало сомнений. А слова «и возврати Создателя на Его основание» (Сефер Йецира 1:4) означают: при всем этом все твое намерение должно быть направлено к тому, что Владыка всех владык, Эйн Соф, благословен Он, взирает и правит на Своем основании — то есть на Своих престолах, которыми служат десять сфирот; и вся цель должна сводиться к единению неэцалим, соединяющихся с Маацилем, и Маациля — с неэцалим. Либо же слова «и поставь дело [слово] на его основание» можно понять так, как объяснили комментаторы: речь идет о единении Малхут с Есодом, чтобы не отделять ее от остальных сфирот, полагая, будто их девять, Б-же упаси, — ведь вместе с Малхут их десять. А «возврати Создателя на основание» означает, что сфирот служат для Него основанием и престолом, тогда как Сам Он — Господин и Маациль, подобный государю на престоле, и не входит в счет самого престола. На этом заканчивается толкование мишны.

Пункт 6.12

Итак, из этих глав выяснилось, что сфирот ровно десять — ни меньше и ни больше; в этом нет ни малейшего сомнения, Б-же упаси, и такова твердая вера в сердце всех каббалистов.

Пункт 7.1

После того как в предыдущих главах мы рассмотрели незыблемую основу нашей веры, единодушно принятую всеми каббалистами, — что сфирот ровно десять, ни меньше и ни больше, — мы сочли нужным в этой главе уберечь исследователя от возможного заблуждения и ошибки. Речь идет о вопросе, который был задан раву Хаю Гаону. Вот слова спрашивавших: «Пусть научит нас наш учитель: у наших мудрецов, благословенна их память, мы находим 13 свойств милосердия, которые получил Моше, учитель наш, мир ему. А у праотца нашего Авраама, мир ему, в книге, которую мудрецы, благословенна их память, приписали его имени, — то есть в «Сефер Йецира», — насчитывается десять сфирот. И нам нужно узнать из его святых уст: те ли это десять сфирот, что и 13 свойств милосердия? Ведь в таком случае 13 свойств милосердия мы находим, а тринадцати сфирот не находим. Или же 13 свойств милосердия — отдельно, а десять сфирот — отдельно? В твоем учении мы нуждаемся и твоего ответа ждем». До сих пор слова вопроса.

Пункт 7.2

Рав [Хай Гаон] разъяснил им, что 13 свойств милосердия — это производные ветви, выходящие из десяти ступеней, которые называются сфирот и соответствуют друг другу, вместе с тремя сокрытыми — главами всех глав. «И даже если они вам неведомы, у наших древних предшественников есть традиция о них, переданная из уст в уста вплоть до пророков, благословенна их память: производные — они же действия — названы свойствами, а корни, то есть первоначала, названы сфирот, но не потому, что в них есть счет (миспар, ) и т. д.». Мы не станем приводить здесь весь текст его ответа, так как с Б-жьей помощью приведем его и подробно разберем в первой главе «Врат цэхцахот». Сейчас же следует сказать, что, говоря «вместе с тремя главами всех глав и т. д.», рав вовсе не имел в виду ответить им, будто сфирот тринадцать. Ведь если бы замысел рава был таков, ему следовало бы разрешить главный пункт их вопроса — будто сказанное в «Сефер Йецира»: «десять, а не одиннадцать» (Сефер Йецира 1:4) — не является установленным правилом. А поскольку мы видим, что Гаон не счел нужным ни согласовывать это высказывание [«Сефер Йецира»], ни отвергать его, очевидно, он указывает тем самым, что три скрытых начала не являются сфирот, чтобы можно было сказать, будто их тринадцать. Напротив, это лишь скрытые силы, чья природа тоньше природы сфирот, как мы с помощью Всевышнего подробно разъясним там. И подобно тому как нас не смущает то, что мы находим десять [сфирот] де-Ацилут, десять де-Брия, десять де-Ецира и десять де-Асия, так не должно вызывать у нас затруднения и существование этих скрытых [сил], потому что сфирот всегда только десять. Если мы находим скрытые [ступени], то они служат источниками для раскрытых, а если есть раскрытые [ниже них], то они представляют собой тень высших; но их число никогда не превышает десяти и не бывает меньше десяти, а те три — это источники, как мы с Б-жьей помощью объясним там при разборе слов Гаона.

Еще один повод для ошибки может возникнуть из-за барайты рабби Шимона а-Цадика, которую привел рав Хамай Гаон в составленной им «Книге созерцания» («Сефер а-Июн»). Вот его слова: «У этих тринадцати сил — у каждой есть известное имя, и их ступени располагаются одна над другой: 1) предвечный воздух (авира), 2) предвечная мудрость, 3) чудесный свет, 4) хашмаль, 5) мгла, 6) престол сияния, 7) колесо величия, называемое хазхазит () — место, откуда исходит видение (хазион, ) провидцев (хозим, ), 8) керув, 9) колеса колесницы (меркавы), 10) окружающий воздух, 11) паргод, то есть престол Славы, 12) место нешамот, называемое покоями величия, 13) тайна высшего строя, называемого высшим Чертогом святости. И эти тринадцать сил раскрываются как одно целое из сокрытого высшего Кетера, называемого Мастером и т. д.». До сих пор его слова, относящиеся к нашей теме. По правде говоря, на первый взгляд кажется, что он перечисляет порядок сфирот, и действительно, [первых] сфирот здесь десять: первая — предвечный воздух, и это Кетер, так как это его общеизвестное имя, что будет разъяснено во «Вратах значений эпитетов»; вторая — предвечная мудрость, и это собственно Хохма; третья — чудесный свет, это Бина; четвертая — хашмаль, это Хесед; пятая — мгла, это Гвура; шестая — престол сияния, это Тиферет; седьмая — хазхазит, это Нецах, который является одним из пророков истины; восьмая — керув, это Ход; девятая — колесо колесницы, это Есод; десятая — окружающий воздух, это Малхут. Дальше речь идет уже не о сфирот, а о ступенях, которые находятся ниже сфирот. Некоторые объясняли, что это три рода Ацилута, находящиеся в Малхут, но не сам Ацилут в собственном смысле. Нам же представляется, что автор этого толкования имел в виду три скрытых источника в Малхут: ведь они намечены в ней — подобно тому как три высших скрытых начала намечены в Кетере, так в ней они проявляются в раскрытом виде.

Однако место для разбора этого предмета не здесь, а во «Вратах цэхцахот» и во «Вратах АБЕА», с помощью Всевышнего. Что же касается трех остальных [ступеней] в словах рабби Шимона а-Цадика, мир ему, — а именно: одиннадцатой — паргода, двенадцатой — места нешамот, называемого покоями величия, и тринадцатой — тайны высшего строя, называемого высшим Чертогом святости, — то при внимательном рассмотрении из его собственных слов нам видно, что он говорит не о самих сфирот, а о силах, порождаемых сфирот. В особенности это видно из того, что одиннадцатую ступень он назвал паргодом, что означает место разделения: это завеса и экран (масах) между Ацилутом и остальными вещами, находящимися ниже Ацилута. Он назвал ее также престолом Славы — престолом, включающим в себя множество престолов; у нас же это соответствует тому, что именуется миром Брия, как с Б-жьей помощью будет разъяснено во «Вратах АБЕА».

Пункт 7.3

Известно также, что нешамот высечены из-под престола Славы. И хотя по истине они выделяются [из Маациля] выше престола, все же высекаются они из-под престола, поскольку «высечение» — это обозначение мира Ецира, как мы объясним в упомянутых вратах.

Пункт 7.4

Так как мир Ецира расположен ниже мира Брия, выходит, что место высечения нешамот находится под престолом Славы, то есть ниже мира Брия. Поэтому ступень под престолом Славы называется местом нешамот, а также покоями величия, которые представляют собой не что иное, как покои Ган Эдена. А ниже этого мира Ецира находится мир Асия — то, что на его языке названо «тайной высшего строя»: это строй ангелов-служителей на уровне мира Асия, находящихся ниже мира Ецира. Таково наше мнение относительно барайты рабби Шимона а-Цадика.

Пункт 7.5

Итак, вопрос о 13 свойствах милосердия прояснился: как по одному мнению, так и по другому, сфирот всегда только десять. Однако что касается самого вопроса, заданного Гаону, — являются ли 13 свойств милосердия сфирот или нет, — у нас есть доказательство того, что они не указывают на сфирот так, как полагал Гаон. Доказательство состоит в том, что они называются 13 свойствами милосердия, тогда как среди сфирот есть и свойства суда, например Гвура и Ход. Поэтому для нас очевидно, что 13 свойств милосердия — это двенадцать границ, то есть двенадцать Имен АВАЯ, что составляет двенадцать; а место, которое их несет, — общее Имя, объемлющее их все, — образует с ними тринадцать. Они имеются в каждом из трех мест, а именно: Тли — «небесный дракон» (), гальгаль — «небесная сфера» () и лев — «сердце» (), а мнемонический знак для них — (по начальным буквам тав, гимель, ламэд). Кроме того, существуют еще тринадцать скрытых [свойств], и они находятся в Кетере. А подробное разъяснение этого учения с Б-жьей помощью будет дано во «Вратах частностей Имен», поскольку именно там ему место — при разборе Имени АБ.

Пункт 7.6

Этого же мнения придерживался и рабби Нехуния бен а-Кана, мир ему, который насчитывал 13 свойств милосердия в Кетере, — как я с Б-жьей помощью приведу его слова в третьей главе «Врат сущности и управления». Так же и рабби Шимон бар Йохай, мир ему, в «Идре» писал о 13 свойствах милосердия в Зеир Анпине и 13 свойствах милосердия в Арих Анпине. Отсюда совершенно ясно, что их мнение противоположно мнению Гаона, благословенна его память. Разъяснению же 13 свойств милосердия место не здесь: если Всевышний судит нам жизнь, они будут разобраны в отдельной книге. Наша же цель здесь — укрепить веру каббалистов в то, что нельзя допускать ни прибавления к десяти сфирот, ни убавления от них: ведь это «шатер, который не поколеблется» (Йешаяу 33:20) и не сдвинется с места — «десять, а не одиннадцать» (Сефер Йецира 1:4); а всякий прибавляющий или убавляющий грешит и причиняет зло самому себе. И у Б-га мы просим, чтобы Он уберег нас от ошибок.

Пункт 8.1

Удостоверившись в числе сфирот, нам следует теперь исследовать, является ли их существование неизбежным с точки зрения философского исследования или нет. И на это мы скажем, что они неизбежно требуются по нескольким причинам. Первая причина состоит в том, что мы, верующие в Провидение — и даже в частное Провидение, — вынуждены признать, что Он осуществляет Провидение посредством сфирот, поскольку Единый и Простой, Причина всех причин и Первопричина всех первопричин, совершенно свободен от изменений и от каких-либо свойств. Имеются в виду такие определения, как «мудрый», «праведный», «слышащий» и прочие атрибуты, которые отрицают по отношению к Нему философы-исследователи. То же относится и к определениям тела и материальности, таким как: «И сошел Г-сподь…» (Шмот 19:20); «И вид славы Г-сподней — как огонь пожирающий…» (Шмот 24:17); «И видел я Г-спода, сидящего на престоле…» (Йешаяу 6:1); «и слава Г-сподня наполнила скинию» (Шмот 40:34); «И видели они Б-га Исраэля, а под ногами Его…» (Шмот 24:10); а также сказанное в книге Даниэля: «…и воссел Атик Йомин [Ветхий днями], одеяние Его белое, как снег» (Даниэль 7:9); и выражения «написанные перстом Б-жьим» (Шмот 31:18), «в уши Г-спода» (Бемидбар 11:18), «рука Г-сподня» (Шмот 9:3), «глаза Г-спода» (Дварим 11:12) — и тому подобные места Писания, указывающие на ограниченность и материальность, равно как и указывающие на атрибуты. Но о Едином и Простом, если рассматривать Его со стороны самой Его сущности и простоты, невозможно сказать ничего подобного — разве только мы отнесем это к Его свойствам, как мы с Б-жьей помощью разъясним во «Вратах сущности и келим» и во «Вратах эпитетов».

Пункт 8.2

Таким образом, все изменения, а также суд и милосердие происходят посредством этих свойств, но не в Нем Самом, как будет разъяснено в упомянутых вратах.

Пункт 8.3

Итак, с этой стороны, чтобы нам не отрицать основы нашей веры в Единого и Простого в самом существовании Его простоты — в то, что Он свободен от атрибутов, предполагающих наличие тела и душ (нешамот), — в то время как мы обязаны верить и в Его Провидение, которое также принадлежит к основам веры, нам необходимо верить в сфирот, чтобы основы нашей веры не противоречили друг другу, как мы объяснили. В этом и состоит причина — или причины, — обязывающие верить в сфирот; и это веские доказательства, опирающиеся отчасти на Тору и выстроенные путем философского исследования. Впрочем, путем чистого философского исследования, без опоры и поддержки со стороны Торы, комментаторы привели еще множество других доказательств, но так как в этом сочинении мы не следуем путем философского исследования, мы вовсе не стали их здесь выписывать.

Кроме того, эти десять свойств, их тайна и их суть разъяснены в самом Писании. Три первые сфиры раскрываются из слов Иова, обращенных к его друзьям: «А мудрость — откуда она берется, и где место разумения?» (Иов 28:12). В этом стихе он разъяснил нам порядок трех первых сфирот, которые называются Аин («Ничто»), Хохма («Мудрость») и Бина («Разумение»). Сперва он сказал, что Хохма выделяется из первой сфиры, которая называется Аин — «Ничто» (); это и значат слова: «А мудрость — из Ничто (ме-Аин, ) берется» (Иов 28:12). Далее, в слове «и где» (ве-эйзе) сочетание букв (эй) означает: буква алеф () — это Аин, а буква йод () — Хохма; и именно зе — «это» () есть «место Бины», так как через них двоих выделяется Бина. О том же, как выделяется сам Аин, он здесь вовсе не говорит: ведь если даже неэцаль называется Аин, то тем более — Маациль.

Пункт 8.4

А семь [нижних сфирот], протягивающихся от них, разъяснены в Писании в словах Давида а-Мелеха, мир ему, как сказано: «Тебе, Г-споди, величие, и могущество, и великолепие, и вечность, и слава, ведь все на небесах и на земле; Тебе, Г-споди, царство…» (Диврей а-ямим I 29:11). Слова «Тебе, Г-споди» служат обозначением трех первых сфирот, причем Бина названа словом леха — «Тебе» ( = 50: ламэд, = 30, и каф софит, = 20), числовое значение которого составляет 50 ( = 50), по числу пятидесяти врат Бины. В словах же леха — «Тебе» и коль — «всё» () одни и те же буквы. И когда Есод получает от Бины — от упомянутых пятидесяти (буквы нун, равной 50) врат, — он называется коль («всё»), что подобно перевернутой печати, обращающей леха в коль.

Причина же того, что пятьдесят врат намечены в слове леха и в слове коль, заключается в следующем: этих врат пятьдесят, поскольку Бина распространяется до сфиры Ход, что составляет пять сфирот, а каждая из них включает в себя десять — итого пятьдесят. Они располагаются как три над двумя: первые три — Гдула, Гвура и Тиферет (начальные буквы гимель, гимель, тав — ) — образуют огласовку сеголь или знак сегольта и составляют 30 (значение буквы ламэд). А Нецах и Ход образуют огласовку цере или шва, что дает 20 (значение буквы каф софит, = 20), и вместе по порядку они складываются в слово леха (). Слово же коль — «всё» () получается по принципу перевернутой печати: то, что было наверху, при отражении оказалось внизу. Остальные же подробности, касающиеся этих врат, будут с Б-жьей помощью разъяснены во «Вратах врат».

Далее [в стихе]: «величие» — это Хесед, «могущество» — это Пахад [Гвура], а затем идут Тиферет, Нецах и Ход. Слова же «ведь все на небесах и на земле» (Диврей а-ямим I 29:11) указывают на Есод, как сказано в арамейском переводе (Таргуме): «держащий небеса и землю», — то есть соединяющий в единение Тиферет, который называется «небесами», и Малхут, которая называется «землей»; и это Есод. Сама же Малхут не была прямо названа в основном перечне стиха, а лишь в конце сказано: «Тебе, Г-споди, царство». Дело в том, что изначальное место Малхут — выше Нецаха, Хода и Есода, но из-за уменьшения она опустилась вниз; поэтому Писание не захотело упоминать ее иначе как через единение, чтобы показать, что ее истинное место — «на небесах», и лишь потом Он «низверг с небес на землю…» (Эйха 2:1). А затем уже сказано: «Тебе, Г-споди, царство», чтобы отдельно раскрыть ее собственные воинства и украшения. И вместе с тем Писание вновь связывает ее в единении вплоть до высшего корня, говоря: «Тебе, Г-споди, царство», где «Тебе» (леха) — это Бина, как мы объяснили выше; Имя АВАЯ — это Тиферет; а «царство» (мамлаха) — это Малхут, по прямому смыслу слова. В этом и состоит ее существование вместе с ее мужем — как два мелеха, питающихся от одного Кетера.

Пункт 9.1

После того как в предыдущих главах мы разобрали, почему сфирот неизбежно существуют и каково их число, следует выяснить, называется ли вероотступником тот, кто отрицает существование сфирот, или нет. Скажем, что заблуждение человека в этом вопросе бывает одного из двух видов. Первый случай — когда человек вообще ничего о них не знает: не потому, что, раскройся ему тайны мудрости, он стал бы их отрицать, упаси Б-г, а потому, что он не привык к этим предметам и врата света ему не открылись. Такого человека, безусловно, не следует называть ни вероотступником, ни отрицающим. Доказательством этому служит то, что даже в вопросе отрицания телесности у Истинного Простого, да будет Он благословен, Рамбам в «Сефер а-Мада», в третьей главе «Законов тшувы», сказал: тот, кто верит, будто Единый Простой есть тело и обладает образом, является еретиком, — и причислил такого человека к еретикам. На это ему возразил Раавад, мир ему, и вот его слова: «Сказал Авраам: почему он назвал такого человека еретиком? Ведь многие — более великие и достойные, чем он, — придерживались этого мнения, опираясь на то, что видели в стихах Писания, и еще больше — на то, что видели в словах Агадот, сбивающих умы с толку». До сих пор его слова. Как видим, Раавад, мир ему, упрекнул его за слова о том, что всякий считающий Б-жество телом — еретик.

Однако не следует думать, будто по мнению Раавада, мир ему, такой человек вообще не является еретиком: ведь тот, кто приписывает Б-жеству телесность, безусловно, еретик. В действительности их спор сводится к следующему. Рамбам, судя по его словам, полагает, что утверждающий, будто Б-г телесен, является еретиком даже тогда, когда эта ошибка вызвана тем, что человек не искушен в познании Б-жественного, следует буквальному смыслу стихов Писания и мидрашей и не проникает в их глубину, чтобы понять их суть как должно. На это Раавад, благословенна его память, и возразил ему, отвергнув его утверждение: такой человек, который во всех своих делах служит Всесильному, простодушно идет путями Торы и лишь по скудости своих знаний поверил в телесность, не должен называться еретиком — хотя он, безусловно, заблуждается, — поскольку у него нет дурного намерения, упаси Б-г.

Но тот, кто познает своего Создателя, кому открылись врата предварительных посылок об отрицании телесности, и кто при этом не признает истину, но дерзко утверждает, будто Б-г телесен, — такой человек, безусловно, назовется еретиком даже по мнению Раавада, благословенна его память. То же самое мы скажем и о сфирот: того, кто ничего о них не знал и верил в Единого Простого без знания о сфирот, безусловно, нельзя называть ни вероотступником, упаси Б-г, ни «подсекающим насаждения», упаси Б-г. Ведь иначе следовало бы, как только человек становится способен воспринимать наставление в заповедях, наставлять его в вере в сфирот и в знании о них, — а мы ничего подобного не находим. Напротив, мудрецы сказали, что эти тайны следует скрывать и что «передают эти вещи только скромным…». Иначе обстоит дело с существованием Б-га, Его единством, Б-жественным происхождением Торы, пророчеством Моше и большинством основных догматов веры: едва ребенок научится произносить «отец мой» и «мать моя», его уже наставляют в них и раскрывают ему их простой смысл. Как сказали наши мудрецы, благословенна их память, в трактате Сукка (лист 42а): «Когда [ребенок] умеет говорить, отец учит его Торе и чтению „Шма“». В Гемаре спросили: «Что значит „Торе“?» — и ответили: стиху «Тору заповедал нам Моше…» (Дварим 33:4), а «чтению „Шма“» — стиху «Слушай, Исраэль…» (Дварим 6:4).

Пункт 9.2

Два этих стиха были выбраны потому, что в них заключено большинство краеугольных основ Торы. В стихе «Слушай, Исраэль…» (Дварим 6:4) заключено существование Б-га — на это указывает Имя АВАЯ. В нем также заключено то, что Он осуществляет провидение, причем даже частное провидение, — таков смысл слова ЭЛОКЕЙНУ («Б-г наш»). Ведь хотя Его существование безусловно по отношению ко всему миру в целом, и Он был, есть и будет, и дает бытие всему сущему — в чем и состоит смысл четырехбуквенного Имени в его написании; и хотя Он — Владыка всех миров, высших и низших, в чем состоит смысл его прочтения как АДОНАЙ, откуда неизбежно следует, что Его провидение охватывает весь мир в целом, — все же слово ЭЛОКЕЙНУ означает, что Он осуществляет частное провидение над нами. Слова же «Г-сподь един» утверждают Его единство. В Гемаре (Брахот 13б) уже разъяснено, что в слове эхад — «един» () человек должен иметь намерение, что Он властвует вверху, внизу и на четырех сторонах света. А из этого неизбежно следует, что Он бестелесен, так как телесное не может находиться в разных местах одновременно.

Кроме того, слово эхад («един») означает: единый не как единица счета и так далее, — как мы с помощью Всевышнего разъясним во «Вратах сущности и келим» (врата четвертые, глава пятая). А в стихе «Тору заповедал нам Моше, наследие общине Яакова» (Дварим 33:4) заключен догмат о Б-жественном происхождении Торы, о пророчестве вообще и о пророчестве Моше — на это, как известно, указывают слова «Тору заповедал нам Моше». Воздаяние же и наказание заключены в словах «наследие общине Яакова»: ведь Всевышний пожелал ради праведности Исраэля оправдать их и дал им в наследие Свою Тору. Именно это имели в виду мудрецы, назвав два этих стиха: когда мальчик подрастет, он начнет размышлять над этими словами и расспрашивать отца и деда об их смысле и содержании, а те станут объяснять ему и мало-помалу вводить его в краеугольные основы Торы по мере его разумения, насколько он способен вместить. Так обстоит дело с основными догматами веры. Совсем иначе — с высшими сфирот: их тайну, напротив, скрывают от всех глаз и открывают лишь скромным, единицам в поколении. И отсюда — прямое доказательство того, что человек, не сведущий в учении о сфирот, не называется из-за этого ни вероотступником, ни «подсекающим насаждения», упаси Б-г. Впрочем, о нем справедливо будет сказать, что он за всю свою жизнь не удостоился увидеть светила, не вкусил сладости Торы и сотового меда ее отрадных речей, умер без мудрости и не увидел блага. Второй случай — это те, кому открылось учение о сфирот и их существовании, но они отвергают их по испорченности своего нрава, так как привыкли к внешним наукам и «довольствуются порождениями чужеземцев» (Йешаяу 2:6). И хотя таких людей нельзя назвать вероотступниками или еретиками со стороны веры в основы учения о Б-жестве (поскольку все это они признают), они все же называются вероотступниками, потому что отрицают толкование Устной Торы. Ведь один из трех родов вероотступников, как писал Рамбам в упомянутой главе, — это тот, кто отрицает толкование Устной Торы и отвергает слова наших мудрецов, благословенна их память. Мало того: к своему греху он прибавляет еще и преступление, поскольку отрицание сфирот неизбежно приводит его к прямому неверию. Ведь исходя из предварительных посылок и краеугольных основ Торы мы вынудим его ответить: если Единый Простой не подвержен никакому изменению, то как Он может осуществлять провидение над преходящими вещами? И если Он един, то как Он может направлять разнообразные виды существ, ведь это, как известно, предполагает множественность? Поэтому человек вынужден признать существование сфирот, а иначе он, упаси Б-г, впадет в неверие — как уже заблуждались многие, отрицая частное провидение и другие подобные основы, о чем даже не подобает писать.

Пункт 9.3

Таким образом, мы против его воли вынудим его признать веру в сфирот, иначе он будет назван вероотступником. Из этого же следует, что человек, который говорит: «Мне нет дела до Каббалы, и в своей молитве я хочу обращать намерение только к самому Владыке светов», — как полагали многие, — безусловно, заблуждается. Ведь если говорить о Едином Простом лишь со стороны Его собственного существования, в отрыве от Его проявления и отношения к сфирот, то тем самым человек полностью отменяет все Его действия. Ведь Эйн Соф со стороны Своей сущности абсолютно прост и не подвержен изменениям: Он не может переходить от суда к милосердию, пробуждаться к благоволению и менять одно воление на другое под действием молитвы иначе как в соотношении со Своими сфирот, которые и суть пути Его провидения и через которые совершается смена суда и милосердия. И пусть вдумчивый читатель не пытается на основании одних лишь этих наших слов прорваться за перегородку, чтобы постичь тайну изменений и провидения, так как это принесет ему вред, а не пользу; мы же подробно разъясним этот предмет во «Вратах сущности и келим» с помощью Всевышнего. Подведем итог: человек обязан верить в сфирот, чтобы его вера в основные догматы и устои религии была здравой. Ведь краеугольные основы Торы невозможно утвердить иначе как в них — то есть посредством них, так как именно через них Маациль производит все изменения, тогда как Сам Он при этом ни малейшему изменению не подвергается, упаси Б-г, что подробно разъяснено в тех прекрасных вратах. А у Всесильного мы просим прощения.

Пункт 10.1

После того как мы разобрали учение о сфирот, неизбежность их существования и то, что передано о них среди мудрецов, нам следует узнать их сущность и их общий перечень имен, принятый среди комментаторов и, в частности, в словах Рашби, мир ему. Вот он: первая — Кетер, вторая — Хохма, третья — Бина, четвертая — Гдула или Хесед, пятая — Пахад или Гвура, шестая — Тиферет, седьмая — Нецах, восьмая — Ход, девятая — Есод, десятая — Малхут. И этим десяти сфирот соответствуют десять нестираемых Имен; причем Имена и сфирот — это одно и то же, поскольку духовная сущность Имен — это и есть сами сфирот. Имя сфиры Кетер — ЭЙЕ; в Писании оно встречается лишь трижды, в одном и том же стихе: «И сказал Б-г Моше: „Я Буду (ЭЙЕ) Тем, Кем Буду (ЭЙЕ)“. И сказал: „Так скажи сынам Исраэля: Я Буду (ЭЙЕ) послал меня к вам“» (Шмот 3:14).

Причина же того, почему это Имя больше не встречается в Торе, как и прочие трудные вопросы, относящиеся к этому учению, будут с помощью Всевышнего разъяснены во «Вратах Имен». Имя сфиры Хохма — ЙА, и оно многократно встречается: написано в Торе, повторено в Пророках и в третий раз приведено в Писаниях. Написано в Торе: «Мощь моя и хвала моя — Г-сподь (ЙА)…» (Шмот 15:2), а также: «…Что рука на престоле Г-спода (ЙА)…» (Шмот 17:16). Повторено в Пророках: «…Не увижу Г-спода (ЙА), Г-спода (ЙА) на земле живых…» (Йешаяу 38:11) — в писании Хизкияу. В третий раз приведено в Писаниях: «Из тесноты воззвал я к Г-споду (ЙА) — простором ответил мне Г-сподь (ЙА)» (Теилим 118:5), и подобных стихов много. Имя сфиры Бина — четырехбуквенное Имя [АВАЯ] с огласовкой Имени ЭЛОКИМ; оно также написано в Торе, повторено в Пророках и в третий раз приведено в Писаниях. Написано в Торе: «Владыка (АДОНАЙ) Б-же (АВАЯ), по чему я узнаю, что унаследую ее?» (Берешит 15:8), и подобных стихов много. Повторено в Пророках: «Б-г (АВАЯ) Владыка (АДОНАЙ) — сила моя, Он сделал ноги мои…» (Хавакук 3:19), и подобных стихов много. В третий раз приведено в Писаниях: «Войду в могущество Владыки (АДОНАЙ) Б-га (АВАЯ), возвещу праведность Твою — Твою единого» (Теилим 71:16), и подобных стихов много. А имя сфиры Хесед — Имя ЭЛЬ, и оно многократно встречается в Торе, в Пророках и в Писаниях. В Торе: «…И нарек ему имя: Всесильный (ЭЛЬ), Б-г Исраэля» (Берешит 33:20), и подобных стихов много. В Пророках: «Всесильный (ЭЛЬ), Б-г (ЭЛОКИМ), Г-сподь (АВАЯ) — Он знает…» (Йеошуа 22:22), и подобных стихов много. В Писаниях: «Всесильный (ЭЛЬ) — непорочен путь Его…» (Теилим 18:31), и подобных стихов много. Имя сфиры Гвура — ЭЛОКИМ; оно написано в Торе, повторено в Пророках и в третий раз приведено в Писаниях. Написано в Торе: «…И Б-г (ЭЛОКИМ) испытал Авраама…» (Берешит 22:1), и подобных стихов много. Повторено в Пророках: «…И настал трепет Б-жий (ЭЛОКИМ)» (Шмуэль I 14:15), и подобных стихов много. В третий раз приведено в Писаниях: «Восстань, Б-же (ЭЛОКИМ), суди землю…» (Теилим 82:8), и подобных стихов много. Имя сфиры Тиферет — АВАЯ; оно написано в Торе, повторено в Пророках и в третий раз приведено в Писаниях. Написано в Торе: «И сказал Г-сподь (АВАЯ)…», «И говорил Г-сподь (АВАЯ)…» и во многих других местах. Повторено в Пророках: «Так сказал Г-сподь (АВАЯ)…» и во многих других местах. В третий раз приведено в Писаниях: «…Г-сподь (АВАЯ) сказал мне: „Ты — сын Мой…“» (Теилим 2:7), и подобных стихов много. Имя же сфиры Нецах не встречается отдельно, а только совместно с именем сфиры Ход, потому что у них обеих одно общее Имя — ЦВАОТ. В Торе оно не встречается вовсе, а в Пророках встречается многократно: «Так сказал Г-сподь ЦВАОТ…» и во многих других местах. Что же касается имени сфиры Есод, то все поздние комментаторы объясняли, что ее особое Имя — ЭЛЬ ХАЙ («Б-г Живой»).

Однако это вызывает затруднение: ЭЛЬ ХАЙ не входит в число нестираемых Имен, так как само слово хай — «живой» () не является священным [Именем], как видно из трактата Шавуот (лист 35а), где [в числе нестираемых Имен] названо только Имя ЭЛЬ. А священное Имя ЭЛЬ заимствовано для Есода у сфиры Хесед в качестве эпитета, и при этом его причислили к основным Именам. Этого же мнения придерживается и рабби Аба в книге Зоар, раздел Ваикра (лист 11а); вот его слова: «Шестая и седьмая [сфирот] называются ЦВАОТ. Восьмая — ЭЛЬ ХАЙ, как сказано: „…Ведь там заповедал Г-сподь благословение — жизнь…“ (Теилим 133:3); и это Цадик, так как вся жизнь исходит от него». До сих пор его слова.

Пункт 10.2

То, что он назвал Нецах и Ход шестой и седьмой [сфирот], хотя, как известно, они седьмая и восьмая, объясняется тем, что рабби Аба начал отсчет Имен с Имени ЙА, то есть со сфиры Хохма, как там разъяснено. Он также пояснил, что Цадик называется ЭЛЬ ХАЙ потому, что из него берет выход жизнь, и выразился так: «вся жизнь исходит от него». Ведь главный корень жизни находится выше — в Хохме и Бине, как написано: «…Мудрость дает жизнь владеющему ею» (Коэлет 7:12), о чем мы с помощью Всевышнего подробно скажем во «Вратах значений эпитетов». Поэтому он и уточнил: хотя главный корень жизни находится наверху, Есод называется Именем ЭЛЬ ХАЙ потому, что служит ее источником по отношению к ее выходу наружу; вот почему он употребил выражение нафкин — «выходят» (), указывающее именно на выход.

Пункт 10.3

Итак, рабби Аба объяснил, что имя сфиры Есод — ЭЛЬ ХАЙ. Однако рабби Элазар (там же, лист 11б) разошелся с ним во мнении и сказал, что ее Имя — ШАДАЙ (). Вот его слова: «Девятая [сфира] — ШАДАЙ: Тот, Кто сказал миру дай — „достаточно“ (). Ведь дай означает обеспечение всем необходимым, а обеспечение приходит в мир только от Цадика, который есть основа мира, сказавшего миру: „Достаточно!“» До сих пор его слова.

Пункт 10.4

При этом у рабби Элазара возникло затруднение: ведь Имя ШАДАЙ толкуется как «Тот, Кто сказал миру: „Достаточно!“» (дай) — то есть положил ему предел, поскольку границы мира все время расширялись, пока Он не сказал ему: «Достаточно!». Однако к сфире Есод это, казалось бы, неприменимо: ведь сотворение мира совершалось через Зодчего, то есть через сфиру Малхут, а значит, именно она должна была сказать миру: «Достаточно!». Поэтому он и пояснил, что ШАДАЙ означает достаток и пропитание; пропитание же идет со стороны сфиры Есод, которая наделяет мир пищей. Это он и выразил словами: «а обеспечение приходит в мир только от Цадика, который есть основа мира». Тем самым он хотел сказать: из самих слов «Праведник (Цадик) — основа мира» (Мишлей 10:25) видно, что именно он служит основой и опорой, поддерживающей мир; вот почему он повторил свою мысль и сказал: «от Цадика, который есть основа мира, сказавшего миру: „Достаточно!“». Вместе с тем мы не станем отрицать, что имя ЭЛЬ ХАЙ тоже относится к сфире Есод, как разъяснил рабби Аба, — однако не в качестве священного Имени наряду с прочими нестираемыми Именами, а в качестве эпитета, подобно остальным эпитетам; в Писании же оно встречается в стихе: «…Сердце мое и плоть моя воспоют к Б-гу Живому (ЭЛЬ ХАЙ)» (Теилим 84:3). Имя ШАДАЙ написано в Торе: «И Б-г Всемогущий (ЭЛЬ ШАДАЙ) да благословит тебя, расплодит тебя и размножит тебя…» (Берешит 28:3); повторено в Пророках: «…Как глас Всемогущего (ШАДАЙ), когда они шли…» (Йехезкель 1:24); и в третий раз приведено в Писаниях: «И будет Всемогущий (ШАДАЙ) твоим золотом…» (Иов 22:25). Имя сфиры Малхут — АДОНАЙ; оно написано в Торе, повторено в Пророках и в третий раз приведено в Писаниях. Написано в Торе: «И ныне да возвеличится сила Владыки (АДОНАЙ)…» (Бемидбар 14:17), и подобных стихов много; повторено в Пророках: «Слово послал Владыка (АДОНАЙ) Яакову…» (Йешаяу 9:7), и подобных стихов много; в третий раз приведено в Писаниях: «Владыка (АДОНАЙ), открой уста мои…» (Теилим 51:17), и подобных стихов много. В Масоре передано, что в Писании это Имя встречается 134 () раза. Причину этого ты найдешь в начале комментария Хизкуни к Торе: он говорит, что это число соответствует сумме начальных и конечных букв слов мизрах — «восток» (), маарав — «запад» () и даром — «юг» (). Это указывает на то, что три эти стороны света заперты Именем Святого, благословен Он; да и само сочетание букв келед (134) означает запирание, сродни арамейскому слову аклиди — «ключ, запор» (). Северная же сторона в этот счет не входит, поскольку она открыта для взыскания с нечестивцев, но в грядущем Святой, благословен Он, затворит и ее, и так далее — посмотри там и найдешь дальнейшие объяснения, вытекающие из этого учения. Десять упомянутых Имен служат чертогами для духовной сущности сфирот, а эта духовная сущность, в свою очередь, служит одеянием для их внутренней духовной сущности, на которую указывает четырехбуквенное Имя [АВАЯ], присутствующее в каждой сфире. Этот предмет, как и все остальное, что касается разъяснения этих Имен и свойств сфирот, будет с помощью Всевышнего разобран в следующих вратах — каждый вопрос на своем месте.

Пункт 10.5

На этом завершаются эти врата. Хвала Всесильному, Который помог нам; да поможет Он нам и впредь вовеки и навсегда, амен.

Заметка

Заметки в этой книге

Выделите текст или коснитесь абзаца и выберите цвет — место сохранится здесь, со своей заметкой, если захотите.

Все заметки

Заметки хранятся в этом браузере. Войдите, чтобы они были на всех ваших устройствах.

Ещё

Поделиться