К содержанию

Врата 24: Чертоги

п. 1.1 · осталось 155 мин · Пардес Римоним

Глава 46 из 54 · 155 мин

Врата 24: Чертоги

Рабби Моше Кордоверо (Рамак)

Пункт 1.1

Двадцать четвертые врата — это Врата чертогов.

Пункт 1.2

Завершив всё, что мы наметили себе в исследовании сфирот, мы хотим описать устройство чертогов в соответствии с замыслом этой книги. В теме этих чертогов нет ничего нового с точки зрения умозрительного исследования — здесь лишь в предельно сокращенном виде, насколько это в наших силах, приведены выдержки из книги Зоар.

Пункт 1.3

Глава первая.

Пункт 1.4

Первый чертог, если считать снизу вверх, называется чертогом Сапфирового кирпича (Ливнат а-сапир). В этом чертоге есть один поставленный над ним управитель по имени Таариэль. Он стоит у входа в этот чертог вместе с несколькими подчиненными ему ангелами-управителями; все они — пылающий огонь, в руках у них огненные скипетры, и все они исполнены глаз. Когда нешама поднимается наверх, то, если она удостоилась и достойна войти, перед ней открывают вход, и она входит; если же она осквернена, ее отталкивают. А снаружи этого чертога находятся один управитель и несколько ангелов-губителей: они отталкивают ее, пока не низводят в Геином, где она несет суд двенадцать месяцев. Точно так же обстоит дело и с молитвой: если общинная молитва, рассекая воздух, доходит до входа в этот чертог, ее тут же принимают, как написано: «И не презрел молитву их» (Теилим 102:18). Такие молитвы передаются в этот небосвод, называемый Базак, как мы разъясним ниже, и остаются там на попечении этого управителя, пока весь Исраэль не завершит свою молитву. Тогда все они вместе передаются в руки ангела Сандальфона, который сплетает венцы для своего Владыки, а оттуда передаются дальше и становятся венцами для главы Праведника — Основы мира (Есод), как известно. Если же это молитва отдельного человека, то в нее всматриваются, как написано: «Обратился к молитве одинокого» (Теилим 102:18): если она пригодна, ее впускают, а если нет — отвергают. Оттуда она спускается в нижний небосвод и передается в руки ангела Саадиэля, чтобы он поступил с ней так, как мы с Б-жьей помощью разъясним во «Вратах намерения» (кавана).

Пункт 1.5

Этот ангел Таариэль поставлен и назначен у этого входа, чтобы отвергать или принимать нешаму или молитву. Возможно, он назван Таариэлем потому, что очищает (метаэр, ) ее либо признает непригодной в зависимости от ее деяний. Над этим входом есть другой вход — врата, которые Святой, благословен Он, пробил для раскаявшихся грешников, проливающих слезы в своей молитве. Они называются Вратами слез и никогда не запирались, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Бава Мециа, 59а): «Все врата заперты, кроме Врат слез, которые не заперты». Когда молитва со слезами поднимается, чтобы войти в этот вход, там оказывается один из офаним по имени Рахамиэль, стоящий над шестьюстами великими святыми животными (хайот); он берет слезную молитву и вводит ее наверх. Во внутреннем воздухе этого чертога пребывает один дух, называемый Састурия [в др. вар.: Стутрия]. Это и есть упомянутый выше сапфир (сапир): его оттенок подобен сверкающему сапфиру, и он разделяется на два светоча. Первый светоч — белый, сверкающий во все стороны: вверх, вниз и на четыре стороны света. Второй же светоч то скрывается, то раскрывается; от этого светоча отделяются четыре светоча на четыре стороны света, но все они представляют собой один светоч. Эти искры светят подобно красной блестящей меди, как написано: «И сверкали, как вид блестящей меди» (Йехезкель 1:7). Всё это находится с правой стороны этого чертога и называется сапфиром (сапир), когда высший небосвод, Бина, излучает нешамот внутрь седьмого чертога, называемого Святая святых (Кодеш кодашим), где они, как мы разъясним, излучаются. Когда пробуждение спускается от Бины к седьмому чертогу, нешамот рождаются мужскими (зхарим), так как мужское начало (захар) преобладает над женским (некева).

Тогда рождается мужское начало, поскольку «тот, кто сильнее, берет верх»: высшее пробуждение пробуждает женское начало, так что оно дает семя первым, и когда нешама спускается, высшая сила берет верх, а она есть мужское начало. Тогда этот правый сапфировый дух, представляющий собой, как уже объяснено, мужское начало, собирает их внизу, пока они не включатся в свои женские половины, чтобы затем распределить их в этом мире среди людей. Подробно мы разобрали этот предмет с помощью Небес в семнадцатой главе «Врат сущности и управления». С левой же стороны этого чертога его внутренний воздух представляет собой один дух, который именуется кирпичом (ливнат), а имя его — Адирия Снуния. Этот светоч сочетает в себе белый и красный цвета вместе, потому что они исходят и излучаются из правого светоча, который сам бел, а искры его красны, как было разъяснено. Когда сверкание этого левого светоча соприкасается с искрами правого, левый скрывается внутри него, включается в него и становится совершенно невидимым — подобно тому как женскому началу свойственно скрываться под мужским. Этот светоч, называемый кирпичом (ливнат), представляет собой женское начало; поэтому, когда пробуждение поднимается снизу, из этого чертога к Бине, излучаемые там нешамот оказываются женскими (некевот).

Затем они спускаются из этого чертога, и этот светоч принимает их; тогда оба светоча вступают в единение (ихуд) друг с другом — мужское начало с женским, — и нешамот также соединяются, мужские с женскими, после чего обе они, уже соединенные, спускаются в нижний Ган Эден, а там разделяются. В этом и состоит смысл того, что Святой, благословен Он, соединяет пары, как объяснено в Зоаре и приведено нами в двадцать второй главе «Врат сущности и управления». Оба эти светоча вместе называются Сапфировым кирпичом (Ливнат а-сапир), и имена их — Стутрия, Адирия, Снунина [в др. вар.: Снигия]. В единении и ударном соединении (зивуге) этих двух духов — правого и левого — объединяются мужская и женская нешамот, как было разъяснено. Когда же эти два духа включаются друг в друга и сближаются для единения, взаимно проникая друг в друга при встрече, они начинают сверкать, созидаются и распространяются во все стороны. При этом от левого светоча вспыхивают искры; эти искры и есть те офаним, о которых в Писании сказано: «Вид офаним и устроение их…» (Йехезкель 1:16), — они не относятся к роду святых животных (хайот). Эти офаним пылают огнем и стоят выстроенными в ряд.

Пункт 1.6

Появление этих искр подобно тому, как из-под молота при ударе по раскаленному железу разлетаются во все стороны искры: точно так же происходит при встрече правого света с левым. А когда эти два духа и светоча, составляющие Сапфировый кирпич, соединяются, из них выходит светоч, представляющий собой одно святое животное (хая), которое поднимается, опускается и восседает на четырех офаним, как мы здесь разъясним. Облик этого животного подобен льву, и помимо этих четырех офаним оно властвует над тринадцатью миллионами других офаним, выстроенных в эти четыре ряда. Их крылья подобны орлиным крыльям, а само это животное называется Базак. От этого животного Базак простирается один небосвод, стоящий на двух столпах — один с одной стороны, другой с другой, а небосвод над ними; и эти два столпа представляют собой двух крувим. Об этом небосводе написано: «И увидел я: и вот, на небосводе, что над главами крувим…» (Йехезкель 10:1) — это не тот небосвод, который находится над главами святых животных (хайот). Над этим небосводом поставлен Базак, осеняющий собой всё. В этом небосводе молитвы исправляются и собираются все вместе, пока не приходит Сандальфон, чтобы принять их, как мы объяснили выше. Точно так же всех, кто занимается Торой ночью и молится, этот Базак принимает до рассвета. А после того как взойдет заря и рассветет день, эти молитвы и слова Торы поднимаются и уходят в небосвод, называемый Книгой памяти (Сефер зикарон). Упомянутый Базак стоит на четырех офаним, которые представляют собой сферы (гальгалим), а имена их — Ааниэль, Кдумиэль, Малкиэль и сплетение АВАЯ и АДОНАЙ (). Каждый из них стоит на четырех столпах, что составляет шестнадцать столпов для четырех сфер. У каждого из этих четырех офаним по четыре лица — всего шестнадцать лиц у четырех офаним; и лица эти обращены на четыре стороны Базака, стоящего на них. В эти четыре офаним включены четыре буквы Имени АДОНАЙ (), которыми пользуется Сандальфон, владыка колесниц (меркавот). Эти четыре офаним парят в чистом (зах, ) воздухе, который включает в себя четыре буквы — йод, хэй, вав, далет (). При этом буквы Имени АВАЯ () включаются в буквы Имени АДОНАЙ (), переплетаясь друг с другом подобно петлям скинии, стоящим одна против другой, и объединяются в совокупном свете сплетения АВАЯ и АДОНАЙ (), охватывающем весь этот чертог. Когда же весь он собирается в этом Имени, чтобы подняться наверх, он вспыхивает сверканием, подобным блеску солнца, отражающегося в воде. Именно об этом состоянии сказано применительно к офаним: «Куда дух шел, туда шли и они…» (Йехезкель 1:20). Из середины этого чертога выходит один столп, проходящий сквозь этот первый чертог во второй; имя этого столпа — Аараниэль [Адраниэль]. Когда всё находящееся в этом чертоге объединяется друг с другом в духе правосудия, тогда посредством молитв совокупный дух этого чертога через этот столп соединяется с высшим духом второго чертога. А само устройство этого чертога опирается на два столпа с восточной стороны. Имя первого из них — Кариэль, и под его началом находятся двенадцать тысяч ангелов; второй же — Шмаиэль, и под его началом находятся двенадцать тысяч других ангелов. Они стоят один справа, а другой слева и называются кольями скинии. С южной стороны стоят два других столпа по имени Саадиэль и Сатриэль, и каждый из них поставлен над двенадцатью тысячами других управителей.

Они отвечают за поддержание существования мира и называются весами, так как стоят для того, чтобы взвешивать каждых мужчину и женщину, достойных соединиться друг с другом. И хотя чаша мужчины порой перевешивает чашу женщины или наоборот, тем не менее именно они соединяют их; поэтому они и называются весами для подъема, ведь те поднимаются вместе, даже если не равны между собой, — и это не те весы, которые называются весами праведности (мозней цедек). С северной стороны стоят еще два столпа по имени Птахиэль и Атариэль; каждый из них также поставлен над двенадцатью тысячами других управителей, и они тоже представляют собой колья. С западной стороны стоят еще два столпа по имени Пдатиэль и Тумиаэль; каждый из них поставлен над двенадцатью тысячами других управителей. Они проливают слезы над теми, кто разводится с женами своей юности, из-за семи благословений, которыми те были благословлены, но которые не устояли при разводе, — ведь это указывает на уход семи благословений, полученных от высшей Нуквы.

Тогда раздается голос с небес (бат коль) и возглашает: «Где разводное письмо матери вашей…» (Йешаяу 50:1). Все они также представляют собой колья, как и первые, о которых мы сказали. Таковы эти восемь кольев; к ним крепятся восемь канатов, представляющих собой светочи, удерживаемые кольями. Все они расположены снаружи чертога, и этот чертог опирается на них; когда же дух, пребывающий в чертоге, желает включиться во второй чертог, как мы объяснили, все они срываются со своего места. Вот то, что мы вкратце собрали из слов рабби Шимона бар Йохая, мир ему, в главе «Пкудей» (лист 246 и лист 255) и в главе «Берешит» (лист 42).

Пункт 2.1

Второй чертог называется чертогом Самой сути небес (Эцем а-шамаим). Внутри этого чертога поставлен один дух из чистого света, который именуется сутью (эцем), как сказано: «И как сама суть небес по чистоте» (Шмот 24:10), а имя его — Орпаниэль. В этом чертоге три входа: один с южной стороны, один с северной и один посередине, с восточной стороны. Южный и северный входы заперты, и у них стоят два управителя, подчиненные этому главному управителю по имени Орпаниэль, который сам поставлен над средним, восточным входом и властвует над тремя сторонами света — югом, востоком и севером. Все нешамот казненных по приговору бейт-дина или убитых другими народами находятся в ведении этих управителей: поставленный над ними управитель запечатлевает их облик на своих одеяниях (левушим) из пылающего огня, поднимается наверх и показывает их Святому, благословен Он. А Святой, благословен Он, запечатлевает образы убитых народами мира на Своем одеянии — на Своей багрянице (пурпурия), одежде отмщения, как разъяснили наши мудрецы, благословенна их память. Казненных же по приговору бейт-дина он спускает и вводит через два запертых входа, у которых стоят два других управителя. Оттуда они выходят, видят достоинства праведников, хранящих Тору, испытывают стыд и обжигаются от балдахина (хупы) праведников — до тех пор, пока этот управитель по имени Орпаниэль не открывает им восточные врата, озаряя их и даруя им жизнь с восточной стороны, ведь возле этого управителя находится свет жизни, полный светочей. Этот светоч называется чашей утешения и чашей жизни, потому что за горькую чашу, которую они испили, они удостоились этой чаши. (Существует и чаша яда, о которой будет сказано при разборе нечистых чертогов подмены.) Этот светоч, именуемый Орпаниэлем, обладает неизменным белым оттенком; о нем и сказано: «И как сама суть небес по чистоте» (Шмот 24:10). Ему трудно вспыхнуть сверканием, так как он скрыт; однако когда светочи и дух первого чертога, называемого Сапфировым кирпичом, сверкают и ударяют в него, он приходит во вращение и начинает светить подобно глазу, который блестит лишь тогда, когда вращается его яблоко. Этот светоч по имени Орпаниэль освещает и этот чертог, и первый чертог; а пока он не сверкает, чертог называется чертогом Сияния (Зоар), так как представляет собой простое сияние.

Но когда нижний чертог приходит в движение и начинает сверкать, этот светоч тоже вспыхивает и объединяется с одним светом, стоящим с левой стороны и называемым Адарниэлем. Когда оба они объединяются друг с другом, левый оттенок, именуемый Адарниэлем, соединяется с красным левым оттенком нижнего чертога, о котором мы упоминали в предыдущей главе, и тогда три оттенка смешиваются воедино: белый справа, называемый Орпаниэлем, голубой (тхелет) и красный. Все три вместе образуют подобие небес — это и есть «как сама суть небес» (Шмот 24:10): огонь и вода, белый, красный и голубой цвета. При этом весь нижний чертог включается в этот второй чертог, ведь он не может сверкать, не включившись в него; и тогда он называется Самой сутью небес (Эцем а-шамаим), как было объяснено. О нем сказано: «Как вид радуги, что бывает в облаке в дождливый день…» (Йехезкель 1:28). О первом же светоче самом по себе, именуемом Орпаниэлем, сказано: «Как вид хашмаля» (Йехезкель 1:27). Порой он и сам является хашмалем, так как из него выходят серафим — говорящие огненные животные (хайот), скрытые животные, которые то видны, то не видны. И действительно, числовое значение имени Ор Паниэль ( = 378) равно числовому значению слова хашмаль ( = 378).

Пункт 2.2

Упомянутый нами Орпаниэль представляет собой силу жизни и милосердия, которой усмиряется сила клипы, как мы с помощью Всевышнего еще разъясним. Когда же сила клипы берет верх и мир пребывает под судом, этот свет укрывается и меркнет, а мир подвергается суду. В этом духе стоят одеяния праведников, поднимающихся, чтобы предстать пред лицом Владыки, АВАЯ ЦВАОТ. Когда нешама поднимается туда, чтобы предстать пред Ним, и достигает этого чертога, ее встречает один управитель по имени Цадкиэль. Этот ангел берет ее одеяние — то самое одеяние, которого человек удостоился исполнением заповедей, ведь насколько человек усердствует, настолько он и удостаивается одеяния, — и идет с ней, пока не доходит до огненной реки Наар ди-нур. Там нешама отбеливается и омывается. Порой эта нешама погружается в реку, обжигается там и не может подняться весь день; однако каждое утро, когда с южной стороны — стороны Хеседа, почему утро и соотносится с Авраамом, — пробуждается дух, они со стороны Хеседа обновляются, встают и воспевают песнь, подобно остальным ангелам, утратившим свою власть, которые обжигаются там и обновляются каждый день. Если же нешама оказалась достойной, так что она не обжигается и не тонет в реке Наар ди-нур, тогда упомянутый ангел Цадкиэль облачает ее в это одеяние, о котором мы сказали. Оттуда она поднимается, чтобы великий князь Михаэль, пребывающий в четвертом чертоге, вознес ее на жертвенник и она предстала перед своим Создателем, озаряясь светом жизни. Когда эти три светоча, составляющие тайну Самой сути небес, сближаются для единения, то перед самым соединением они соударяются друг с другом, и от них летят искры — подобно тому как при ударе молота о наковальню во все стороны разлетаются искры. Так же из промежутка между этими светочами и духами созидаются и вспыхивают многие ангелы, поставленные над делами этого мира, и многие шестикрылые серафим, которые трижды в день возглашают святость («Кадош») АВАЯ ЦВАОТ. Они обладают суровой силой суда и взыскивают с праведников с точностью до волоска. Именно они поставлены наказывать в этом мире и в мире грядущем тех, кто пренебрежительно относится к обучающим их Торе и не оказывает им должного почета, а также тех, кто пользуется услугами изучающих шесть разделов Мишны. Когда же светочи уже соединились и утвердились вместе, из их среды выходит одно святое животное (хая) по имени Йофиэль. Оно властвует над четырьмя святыми животными, которые, в свою очередь, властвуют над упомянутыми выше остальными серафим, так как те включены в них; а лица этих четырех животных — лица орла. Это святое животное по имени Йофиэль является князем Торы: в его руках находятся все ключи мудрости, и, по мнению некоторых каббалистов, именно он был наставником нашего учителя Моше, мир ему. Это животное испрашивает у Святого, благословен Он, добрую награду для всех, кто стремится за мудрецами, чтобы учиться у них Торе, и даже учится у любого человека, как сказано: «От всех учителей моих я вразумился» (Теилим 119:99), и учится ради Небес. Награда же, которой он воздает стремившимся к Торе, состоит в том, что он оберегает их от стороны нечистоты (ситра де-тума): когда нешама поднимается наверх, это святое животное выезжает на четырех парящих серафим, которые идут перед ним, и не позволяет ни одному из ангелов-губителей приблизиться к нему, а вокруг него шествуют многие ангелы мира.

Когда упомянутые нами выше серафим находятся внутри названных четырех животных и отправляются в путь, все те огненные змеи-серафим, которые исходят от первородного змея, смиряются при виде того, как эти выходят и движутся в путь. Когда нешама поднимается и доходит до этого святого животного, оно спрашивает ее о мудрости Торы, которую она изучала, и воздает ей на этой ступени соразмерно тому, насколько человек трудился над Торой и стремился к ней. Если же он мог заниматься Торой [и постигать ее] больше, но не занимался, оно с позором и стыдом отталкивает ее вниз, под этот чертог. А когда серафим, находящиеся под этим животным, поднимают свои крылья и соприкасаются ими друг с другом, они сжигают эту нешаму: она сгорает и не сгорает дотла, опаляется и не опаляется окончательно. Так она подвергается суду каждый день, даже если у нее есть добрые дела, — поскольку человек не занимался Торой как должно. Все светочи, святые животные и офаним включены под начало этого животного и укрываются под их крыльями, чтобы с его помощью подняться наверх. Само же это святое животное связано с четырьмя другими животными, расположенными под ним, как мы сказали. У каждого из четырех животных есть четыре офаним: один из офаним обращен на восток, и имя его — Ханиэль; один обращен на север, и имя его — Каршиэль; один обращен на юг, и имя его — Азриэль; и один обращен на запад, и имя его — Аниэль. У каждого из офаним и сфер есть по три столпа, на которых он стоит: получается по три столпа на каждый из офаним, то есть по двенадцать столпов на каждое животное (а у четырех животных — сорок восемь столпов). Все столпы обращены к среднему, так как причина их движения исходит от среднего: по его велению все они отправляются в путь и по его велению располагаются станом. Когда офаним движутся, звук их мелодии разносится до самых высот небосводов, и все святые животные и офаним воспевают Святому, благословен Он: правые возглашают «Свят» («Кадош»), левые возглашают «Благословен» («Барух»), а средние возглашают «Свят и Благословен».

Причина этого в том, что святость (кдуша) относится к стороне Гвуры, а благословение (браха) — к стороне Хеседа, средняя же линия составлена из обоих, ведь средняя линия, как известно, состоит из огня и воды. Здесь же правые возглашают «Свят», а левые — «Благословен», чтобы указать на полноту единения, в котором правое включено в левое, а левое — в правое. Когда столпы соединяются с офаним, офаним — со святыми животными, а святые животные — с четырьмя великими офаним среднего великого животного Йофиэля, скрепляясь и переплетаясь друг с другом, чтобы наверху вступить в единение с духом высшего чертога, тогда они называются желанными сокровищами (хамудот). По этой причине Даниэлю было сказано: «Ведь ты муж желанный (хамудот)» (Даниэль 9:23). Дело в том, что второй чертог — это чертог видения и сна, то есть чертог говорящих святым духом, тогда как третий чертог — это чертог пророчества, место, откуда питаются пророки.

Пункт 2.3

Теперь следует знать, что место, откуда питаются пророки, — это не сами сфирот, так как сфирот никоим образом не раскрываются в мире напрямую, даже нашему учителю Моше, мир ему. Различие же между нашим учителем Моше, мир ему, и остальными пророками состоит в том, что наш учитель Моше пророчествовал из чертога Благоволения (Рацон), то есть из шестого чертога, как мы разъясним, а остальные пророки — из чертога Сияния (Нога), то есть из третьего чертога; Даниэль же и его товарищи, говорившие святым духом через видение и сон, созерцали в этом втором чертоге, который мы сейчас разбираем.

Пункт 2.4

Кроме того, есть и другое различие: когда наш учитель Моше, мир ему, пророчествовал из чертога Благоволения через соединение Тиферет и Малхут, раскрывающихся в том чертоге, его пророчество исходило из прозрачного зеркала (аспаклария мецохцеха), поскольку он не нуждался в посреднике между собой и чертогом для созерцания пророческих видений; поэтому оно совершалось «явно, а не в загадках» (Бемидбар 12:8). Остальные же пророки соединяли эти сфирот в третьем чертоге, а говорившие святым духом соединяли их во втором. Суть дела в том, что шестой чертог указывает на высшее единение на уровне светящего зеркала (аспаклария а-меира), то есть Тиферет. В третьем чертоге — чертоге Нога, как мы разъясним, — свет единения двух этих сфирот раскрывается при преобладании Тиферет над Малхут и отражается внутри Малхут, которая представляет собой несветящее зеркало (аспаклария ше-эйна меира). А у говорящих святым духом свет единения раскрывается в этом втором чертоге — чертоге Самой сути небес — при преобладании Малхут над Тиферет, так что это зеркало светит еще меньше, чем у остальных пророков; это соответствует единению Тиферет и Малхут в Нецахе и Ходе, как мы разъяснили во «Вратах сущности и управления» и в предыдущих вратах. Помимо этого, есть и третье отличие: наш учитель Моше, мир ему, постигал свое пророчество без посредников между собой, своим чертогом и его сфирот. Между остальными же пророками, с одной стороны, и сфирот и чертогами — с другой, стояло множество экранов (завес), и потому они нуждались в разъяснении своих пророчеств, как сказано: «Гавриэль, разъясни этому видение» (Даниэль 8:16), и так же в первой главе книги Ирмеяу: «Что ты видишь?..» (Ирмеяу 1:11), и у других пророков.

Пункт 2.5

Поскольку пророчество передается через посредников, то чем больше посредников, тем больше загадок и иносказательных видений, чему свидетельством служит Даниэль. А так как пророчество Даниэля исходило из этого чертога, когда все его части соединены воедино, как мы разъяснили, он и был назван «муж желанный (хамудот)» (Даниэль 9:23, 10:11).

Пункт 2.6

Посредством упомянутых нами молитв все названные силы приходят в единение: серафим — со столпами, столпы — с офаним, офаним — со святыми животными, святые животные — с офаним великого животного, а эти офаним — с самим великим животным. Затем они поднимаются через столп, стоящий посреди чертога, и соединяются внутри третьего чертога, ведь вся их тяга состоит именно в том, чтобы чертоги — то есть находящиеся в них светочи и духи — вошли один внутрь другого, подобно зародышу (убар) во чреве матери. Этот чертог также опирается на восемь кольев, как и первый чертог, о котором мы говорили. Два из них стоят с восточной стороны, и имена их — Яаданиэль и Гзурия; каждый из них поставлен над двенадцатью тысячами других управителей. Они отвечают за возгласы и крики роженицы, сидящей на родильном камне: они берут эти крики и вносят их к управителю, стоящему у входа, так что нечистота не в силах выдвинуть обвинение; однако порой левая сторона успевает первой выдвинуть обвинение и может причинить вред, упаси Б-г. Еще два стоят с северной стороны, и имена их — Сальсалиэль и Карсапиаэль; каждый из них также поставлен над двенадцатью тысячами других управителей. Они отвечают за кровь завета младенцев, обрезанных на восьмой день: когда в мире, упаси Б-г, пробуждается гнев, Святой, благословен Он, смотрит на эту кровь и не дает Сатану дозволения обвинять. Порядок действия этих кольев такой же, как и у кольев, описанных нами в первом чертоге, и так же в остальных чертогах.

Пункт 3.1

Третий чертог называется чертогом Сияния (Нога). Этот чертог возвышеннее и прекраснее двух предыдущих чертогов. В нем четыре входа на четыре стороны света. Первый вход обращен на юг, и в нем стоит один управитель по имени Малкиэль. Он ведает всеми судебными приговорами, вынесенными людям: выходя из высшего бейт-дина, они поступают в руки этого управителя. Под его началом находятся два писца, обоих зовут Шамшиэль; они приводят в порядок все записки с приговорами, выходящие на суд людям. Пока это происходит, он задерживает их, чтобы они не попали в руки Сангадиэля — ангела-управителя первого чертога левой стороны в нечистых чертогах подмены, которые стоят для того, чтобы обвинять людей и порой вершить над ними суд, да спасет нас Г-сподь. Подробно мы расскажем об этом с Б-жьей помощью во «Вратах чертогов подмены».

Поэтому этот ангел-управитель исправляет их и продолжает искать заслуги людей, проверяя, не найдется ли для человека хотя бы один ангел-защитник из тысячи, чтобы смягчить тяготеющий над ним суровый суд. После того как все записки и приговоры у этого входа приведены в порядок, их берет Газриэль и приносит ко второму входу, расположенному с восточной стороны, где стоит управитель по имени Азриэль. Каждый вход называется по имени поставленного над ним управителя. Управитель этого входа назначен для того, чтобы скреплять приговоры печатью на жизнь или, упаси Б-г, на смерть. Под его началом находятся два служителя по имени Сатрия и Адиэль: один стоит справа от него, а другой — слева. От стоящего справа зависит жизнь, и он скрепляет печатью жизни; от стоящего слева зависит смерть, и в его руке печать смерти. Эти врата заперты все шесть будних дней, а в Шаббат и Рош ходеш открываются, чтобы явить жизнь через находящуюся там печать жизни. В Йом Кипур эти врата заперты до исхода часа молитвы Минха; после же молитвы Минха Йом Кипура пробуждается и выходит дух из чертога Заслуги (Зхут) — четвертого чертога, как будет разъяснено с Б-жьей помощью, — и тогда эти врата открываются. Там стоит ангел-управитель и два его служителя, один справа и один слева, с печатью жизни и печатью смерти в руках, и все судебные приговоры скрепляются печатью — будь то на смерть или на жизнь. У третьего входа, с северной стороны, становятся известны приговоры, вынесенные человеку на разного рода страдания — болезни или бедность, — то есть любой приговор, не ведущий к смерти. Над этим входом поставлен один управитель по имени Кафциэль. Его задача там — запирать вход вслед за вынесенным человеку приговором, чтобы раскаяние (тшува) человека никоим образом не было принято, если только оно не будет полным и решительным; об этом сказано: «Запрет за человеком — и не откроется» (Иов 12:14). Когда же за прегрешения отцов выносится приговор маленьким детям, то под началом этого управителя есть один ангел по имени Ириэль: он выходит и возглашает в левую сторону, отчего на стороне нечистоты пробуждается одна сила по имени Аскара (дифтерия, удушье), которая, упаси Б-г, получает дозволение и овладевает этим ребенком, как мы подробно опишем во «Вратах чертогов подмены». Четвертый вход расположен с западной стороны. Эти врата представляют собой врата исцеления, и над ними поставлен один управитель по имени Пдаэль. Он является ангелом исцеления и вносит все молитвы пораженных недугами, болями и страданиями, выступая их защитником: этот ангел возносит их заслуги и молитвы и доставляет их пред лицо Царя, АВАЯ ЦВАОТ. Об этом сказано: «Если есть у него ангел-защитник, один из тысячи…» (Иов 33:23), и далее там же написано: «И скажет: „Избавь его от сошествия в могилу, я нашел выкуп!“» (Иов 33:24). Внутри этого чертога находится один светоч, называемый Нога. Этот дух и светоч прекраснее и сокровеннее всех светочей в описанных выше чертогах. В нем нет никакого видимого оттенка, и потому он называется Тоар («Чистота»), что указывает на его чистоту (таарато, ). Он раскрывается лишь тогда, когда остальные светочи поднимаются внутрь него: благодаря им в нем обнаруживается свет особого оттенка, отличного от всех прочих оттенков светочей, и тогда этот светоч называется Зоариэлем.

Этот светоч сотворен из священного елея помазания, стекающего и изливающегося из Бины — грядущего мира; об этом сказано: «Приготовил Я светильник помазаннику Моему» (Теилим 132:17). Когда остальные светочи нижних чертогов входят внутрь этого чертога и включаются в него, они помазываются и зажигаются этим благим елеем. Этот светоч предназначен для всех, кто имеет удел в грядущем мире: он увенчивает их блеском и сиянием, чтобы они могли входить в остальные чертоги без особого дозволения и никто не препятствовал им. Когда этот чертог приходит в исправленное состояние благодаря вошедшим в него нижним чертогам, он изводит из себя один прекрасный свет по имени Аадиэль. Этот светоч стоит под названным выше светочем, чтобы помазывать священным елеем помазания все поднимающиеся наверх нешамот: поднимаясь через упомянутые выше чертоги, они запечатлеваются двадцатью двумя буквами Торы, а когда достигают этого чертога, этот ангел помазывает их, после чего они поднимаются, входят в реку Наар ди-нур, а оттуда восходят, чтобы быть вознесенными на жертвенник. Этот светоч Аадиэль включает в себя три светоча, так как елей помазания состоит из трех оттенков. Когда этот светоч сверкает, от него вспыхивают двадцать два светоча соответственно двадцати двум буквам, запечатленным в нешаме. Все двадцать два светоча служат управителями и служителями перед ним, все они называются его именем и все включены в него; сам же этот светоч вместе с двадцатью двумя светочами полностью включен в упомянутый нами великий светоч Зоариэль. Когда светочи чертогов и светоч Аадиэль с двадцатью двумя буквами соединяются внутри великого светоча Зоариэля, из их среды выходит одно святое животное (хая) по имени Аиэль, сочетающее в себе два оттенка — льва и орла, объединенных в одном образе. А когда великий светоч светит в нем, из этого сверкания выходят четыре офаним, включающие в себя все оттенки; имена их — Адриэль, Яадриэль, Адурия и Асимон. Они обращены на четыре стороны света, и у каждого из них по восемь крыльев и четыре крыла, а также по четыре лица. Два лица каждого из них смотрят внутрь, к середине — на великое святое животное, возвышающееся над ними, а два внешних лица они закрывают своими крыльями, так как не в силах смотреть на великие светочи чертога из-за обилия их сверкания, блеска и сияния. Эти офаним возвещают войну или низложение царя: ведь в этом мире не бывает войны, которая сначала не началась бы наверху, в небесном воинстве, где сперва низвергают небесного князя-покровителя, а затем уже сам народ. Когда эти офаним отправляются в путь, чтобы возвестить войну согласно тому, что изливается им сверху из чертога Заслуги (Зхут) — места суда, — из их пота под ними образуется множество всевозможных воинств и станов, которым нет числа. Часть из них — певцы, воспевающие хвалу своему Создателю, а часть — посланники, назначенные в мире оберегать мудрецов Торы от тех нечистых полчищ, которые выходят из клипот, как мы с Б-жьей помощью опишем во «Вратах подмен». Об этом сказано: «Ведь ангелам Своим Он заповедует о тебе… На руках понесут тебя, чтобы не преткнулся ты о камень…» (Теилим 91:11–12). Ведь и это одно против другого создал Всесильный: подобно тому как есть испытанный камень, драгоценный краеугольный камень, твердыня Исраэля, так же есть камень преткновения и скала соблазна, что будет разъяснено во «Вратах подмен».

Они также поставлены оберегать идущих путями заповеди, чтобы тем не причинили вреда эти полчища, выходящие из третьего чертога клипы, как мы разъясним там. Посреди этого чертога, внутри упомянутого нами светоча Аадиэля, в самой его середине, по принципу «колесо внутри колеса» (Йехезкель 1:16), стоит один внутренний чертог с четырьмя входами на четыре стороны света, и у каждого входа — по десять управителей, а всего их сорок. Эти сорок принимают суд из чертога Заслуги (Зхут), который, как уже сказано, является чертогом суда, и наказывают нешаму, нуждающуюся в исправлении страданиями, так что она стоит там под порицанием (незифа), пока не исполнятся дни ее порицания. Кроме того, эти сорок подвергают отлучению (нидуй) всякого, из чьих уст исходит сквернословие, и в течение сорока дней его молитва не входит наверх. Точно так же они отлучают и каждого совершающего проступок, за который полагается отлучение. Десять глашатаев ежедневно выходят во все небосводы и возглашают: «Остерегайтесь такого-то, отлученного за такое-то прегрешение!». Все дни его отлучения ни его молитва не входит наверх, ни его нешама ночью, и сопровождающие человека ангелы отделяются от него, пока он не вернется в раскаянии (тшува). После же того как он раскается, эти сорок собираются, разрешают его от отлучения и провозглашают о нем: «С такого-то снято порицание!». В этом чертоге есть одно место, свет которого по оттенку подобен блестящему золоту и сверкает перед глазами. В том месте сокрыты многие воинства и станы ангелов, а с четырех сторон этого чертога рядами, один над другим, стоят вокруг многочисленные щиты, свет которых имеет золотой оттенок; и место это называется Палатой скороходов (Та а-рацим).

Причина такого названия в том, что находящиеся внутри этого места ангелы-защитники именуются хашмалим: они стоят на страже всякого, кто нуждается в защите, защищают Исраэль и бегут (рацим) сражаться со злыми скороходами из третьего чертога клипот — скороходы против скороходов. Одни выходят творить добро, а другие — творить зло; об одних сказано: «А город Шушан был в смятении» (Эстер 3:15), а о других сказано: «А город Шушан ликовал и веселился» (Эстер 8:15). Это и есть слова Писания: «Скороходы вышли поспешно по слову царскому…» (Эстер 3:15, 8:14). Потому это место и называется Палатой скороходов, что они бегут защищать Исраэль со множеством копий и мечей, исполненных суда силой четвертого чертога — чертога Заслуги (Зхут). Когда тот из офаним, который стоит над упомянутыми выше четырьмя управителями, желает войти в это место, они входят впереди четырех управителей четырех входов, и тогда все щиты поднимаются, соединяясь в одном духе и высшем светоче, так что все они вместе называются единым щитом, знаком чему служат слова: «Я щит тебе» (Берешит 15:1). Внутри этого чертога выстроены двенадцать офаним, представляющих собой серафим двух оттенков — белого и красного, то есть милосердия и суда. Они называются окнами (халонот), так как назначены присматривать за страждущими, которые терпят притеснения от людей; об этом сказано: «Смотрит из окон» (Шир а-Ширим 2:9). Они также поставлены наблюдать за теми молящимися, которые приходят в синагогу раньше других, чтобы войти в число первых десяти: они поднимаются, записывают их наверху и становятся их товарищами. В этом смысл слов: «Товарищи внимают голосу твоему — дай же мне услышать его!» (Шир а-Ширим 8:13); и они возносят молитву наверх до входа в четвертый чертог. От этих двенадцати офаним выходят четыре столпа на четыре стороны света; имена их — Аниэль, Азария, Азриэль и Итриэль. Они называются решетками (хараким), и о них сказано: «Заглядывает сквозь решетки» (Шир а-Ширим 2:9). Дело в том, что основа надзора — это полное наблюдение [из «окон»], тогда как эти четыре называются «решетками» (хараким), что соответствует малому надзору и выражено словом мециц («заглядывает»). Эти четыре решетки поставлены присматривать за теми, кто занимается добрыми делами, а также за теми, кто задумал исполнить заповедь, даже если им это не удалось, так как было не в их силах. Аниэль стоит с восточной стороны. Азария стоит с южной стороны, присматривая за теми, кто утешает бедняков или скорбит за них душой, даже если не в силах ничего им дать, а также за всеми, кто идет исполнять дело заповеди и кто творит милость умершим: он возносит их наверх и запечатлевает там их образ, удостоивая их жизни грядущего мира. Азриэль стоит с северной стороны, присматривая за всеми, кто замышлял совершить зло или прегрешение, но обуздал свое побуждение и не совершил его. Яариэль стоит с западной стороны, присматривая за всеми, кто занимается Торой и отдает своих сыновей в Талмуд-Тору, а также за теми, кто навещает больных и заботится о том, чтобы вернуть их в раскаянии к их Создателю ради их исцеления. Все же четыре вместе поставлены следить за теми, кто подает дурной совет: они возносят это дело наверх и расстраивают такой замысел. Под началом каждого из этих четырех ангелов находится бессчетное множество других ангелов.

Когда этот чертог соединяется — ветвь с корнем, а корень с источником, — то, объединившись с нижними чертогами, он через один столп, стоящий посреди чертога, поднимается до четвертого чертога, вступает в единение и скрывается в нем; в этом и состоит его стремление, тяга, желание и совершенство. Этот чертог также опирается на восемь кольев, подобно предыдущим чертогам. Два управителя стоят с восточной стороны, и имена их — Йеудия и Азриэль; каждый из них поставлен над двенадцатью тысячами других управителей. С южной стороны стоят два других по имени Шханиэль и Азузия, и каждый из них поставлен над двенадцатью тысячами других управителей. Они отвечают за пар уст младенцев из дома учения раббана: из каждого дыхания он созидает один дух, который поднимается наверх, чтобы увенчаться там, и становится стражем, поддерживающим существование мира. С северной стороны стоят еще два по имени Азфиэль и Кататриаэль, каждый над двенадцатью тысячами других управителей. И два управителя стоят с западной стороны — Асасния и Аадирия, каждый над двенадцатью тысячами других управителей. Они назначены возглашать во всех небосводах о тех, кто отвращает своих сыновей от изучения Торы и отрывает их от учения; они провозглашают о таком человеке: «Горе такому-то, отвратившему своего сына от Торы, горе ему, утратившему свой удел в грядущем мире!» — да спасет нас Г-сподь Милосердный.

Пункт 4.1

Четвертый чертог называется чертогом Заслуги (Зхут). Этот чертог стоит на страже путей Торы: в нем разбираются все заслуги и провинности, а также определяется всякая награда и наказание для всех соблюдающих Тору или, упаси Б-г, преступающих ее. Внутри этого чертога находятся четыре чертога, отличных друг от друга, но все вместе они составляют один чертог. В этом чертоге есть один светоч по имени Зхуталь, от имени которого чертог и называется чертогом Заслуги (Зхут). Он же именуется ЭЛЬ; здесь вершатся все суды над жителями мира, и об этом сказано: «И Б-г (ЭЛЬ) гневается каждый день» (Теилим 7:12). У названных четырех чертогов есть четыре входа, и в них стоят четыре управителя, как мы сейчас разъясним.

Пункт 4.2

У входа в этот общий четвертый чертог, называемый чертогом Заслуги, стоит один управитель по имени Сансиния [в др. вар.: Сансания]. Над этим управителем с левой стороны стоит другой управитель, который принимает от него судебные приговоры, чтобы приводить их в исполнение в мире; и поскольку он принимает их от него, он называется по его имени — Сансиниэль [в др. вар.: Сансания]. Когда суд внутри чертога Заслуги завершен, этот управитель, стоящий у врат, встает и возвещает приговор двенадцати управителям, поставленным над двенадцатью вратами, а те встают и оглашают все приговоры, вынесенные в этом чертоге. Из упомянутого нами всеобъемлющего светоча по имени Зхуталь выходят семьдесят светочей. Все они стоят кругом, подобно круглому гумну, чтобы включаться друг в друга и чтобы ни один не скрывался от другого, — по образцу Санхедрина, заседавшего полукругом, как разъяснили наши мудрецы, благословенна их память. Посередине из них выходят два светоча, которые постоянно стоят для принесения свидетельства. Тайна этого состоит в том, что существуют семь глаз Г-спода, озирающих всю землю, которым гаоны усвоили следующие имена: Орпаниэль, Тагриэль, Данриэль, Пальмиэль, Асимон, Сафиэль и Буэль. Они наблюдают за делами людей, и в них самих запечатлевается всякий образ, облик и форма всего совершаемого в этом мире — как плохого, так и хорошего. Когда они поднимаются наверх, эти два светоча всматриваются в них, видят запечатленное и свидетельствуют перед семьюдесятью светочами, которые судят правого и виновного — к добру или ко злу, к оправданию или к осуждению. А два упомянутых светоча служат писцами судей. Эти семьдесят два светоча стоят посреди чертога, и о них сказано: «Пупок твой — круглая чаша…» (Шир а-Ширим 7:3). Напротив них с правой стороны стоят семьдесят два других светоча, и с левой стороны — еще семьдесят два светоча; всего же их оказывается двести шестнадцать (РИУ) светочей. Все они включаются в великий светоч, называемый Зхуталь. И хотя справа есть семьдесят два светоча и слева — семьдесят два, основной суд вершится именно средними семьюдесятью двумя: ведь, как известно, семьдесят два справа соотносятся с Гдулой (Хеседом), семьдесят два слева — с Гвурой, а средние семьдесят два, наиболее внутренние, — с Тиферет, которая выносит решающее определение и постановляет приговор.

Поэтому основной суд совершается через средние светочи, и они являются самыми внутренними из всех. В Зоаре, в главе «Бешалах» (лист 51б), на стих «И двинулся, и вошел, и простерся» (ср. Шмот 14:19–21) сказано дословно: «Мы учили: со стороны Хеседа — семьдесят два свидетеля, со стороны Гвуры — семьдесят два писца, со стороны Тиферет — семьдесят два оттенка для великолепия». Конец цитаты.

Пункт 4.3

У нас же есть и другой подход: в главе «Пкудей» (лист 251а) разъяснено, что два светоча выступают свидетелями, как мы уже изложили. В этом светоче, именуемом Зхуталь, начертаны три буквы Имени — йод, хэй, вав (); и когда эти три буквы соединяются в этом чертоге, они проступают в нем. О них царь Давид, мир ему, сказал: «А Б-г мой — твердыня прибежища моего» (Теилим 94:22): в слове ве-Элокай — «а Б-г мой» () содержится намек на ЭЛЬ () — имя чертога — и на три начертанные в нем буквы йод, хэй, вав. Затем вышел другой светоч, светящий и сверкающий на четыре стороны света, которые представляют собой четыре чертога. Этот светоч извел из себя три рода светочей — три бейт-дина, распределяющихся внизу для суда над мирскими делами: богатством, бедностью, болезнями, исцелением и тому подобным. Из четырех же чертогов два принадлежат двум упомянутым выше родам светочей — правым и левым. Третий чертог принадлежит всем тем исполненным глаз посланникам, которые следят за делами мира, а четвертый чертог — другим писцам, находящимся под началом первых, внутренних. Эти четыре чертога включены в общий чертог, называемый чертогом Заслуги (Зхута) по имени великого светоча Зхуталя, как мы объяснили. У каждого входа этих чертогов стоит один управитель. У первого входа стоит управитель по имени Газриэль: ему поручено сообщать вынесенные приговоры ангелу-управителю первого чертога стороны нечистоты. Через этого ангела приговоры становятся открытыми, и глашатаи выходят возглашать их во всех небосводах — как в чистых, так и в нечистых. При этом весть последовательно передается из уст в уста и с небосвода на небосвод, пока приговор не спускается даже к птицам, которые оглашают его внизу среди людей; в этом и состоит премудрость понимания птичьего щебета. У второго входа стоит один управитель по имени Даариэль, которому поручено вносить заслуги людей внутрь, чтобы их судили к оправданию. Когда человек лежит на одре болезни, а этот ангел вносит его заслуги, и оказывается, что они перевешивают его прегрешения, так что чаша весов склоняется к оправданию, он сообщает об этом управителю у входа в третий чертог по имени Пдаэль. Тот возглашает: «Избавь его от сошествия в могилу, я нашел выкуп!» (Иов 33:24), — и оттуда это постановление спускается со ступени на ступень до самого этого мира, как мы объяснили выше. У третьего входа стоит один управитель по имени Гадиэль; он находится с левой стороны, отвечает за все провинности и прегрешения людей и доставляет их к весам у четвертого входа, как мы сейчас разъясним. Там их взвешивают друг против друга — заслуги против провинностей. Под началом правого управителя у четвертого входа, о котором мы скажем ниже, стоят наготове многие ангелы, чтобы спасти человека от левой стороны, если возобладали заслуги; если же перевесили провинности, то многие ангелы под началом левого управителя извещают об этом ангелов-губителей, и те приходят и забирают нешаму. У четвертого входа стоит один управитель по имени Яазния — он и представляет собой весы, на которых, как мы объяснили, взвешивают провинности и заслуги. Под его началом находятся два управителя, один справа и один слева: правого зовут Ариэль, а левого — Гдувэль [в др. вар.: Гдудиэль]. Когда провинности и заслуги взвешены, первый склоняет чашу к оправданию, а второй — к осуждению; и все эти силы и светочи включаются в великий светоч, называемый Зхуталь.

Когда они включаются в него, выходит одно пылающее святое животное (хая) по имени Кумиэль [в др. вар.: Тумиэль]. Это животное поставлено наблюдать за всеми делами людей в этом мире в целом. При нем состоят тысячи тысяч и мириады мириад существ, исполненных глаз, которые все называются «глаза Г-спода, озирающие всю землю» (Зхарья 4:10): они наблюдают за всеми поступками, совершаемыми втайне, а также за теми поступками, которые совершаются с добрым сердцем и благим намерением, даже если само действие вышло не вполне совершенным. Кроме того, это святое животное ведает всеми просьбами, с которыми обращаются люди, и всеми молитвами. Каждая просьба задерживается в этом чертоге на сорок дней, и каждый день это животное выходит, берет эту просьбу и кладет ее перед семьюдесятью двумя светочами, которые судят ее.

Затем сам светоч по имени Зхуталь должным образом рассматривает ее — достойна ли эта просьба исполнения или нет. Если молитва в своей просьбе удостоилась одобрения, с ней выходят двенадцать управителей, и каждый из них утверждает исполнение просьбы. Под этим святым животным стоят четыре пылающих серафим — Арфиэль, Барки, Кадши и Крума. Эти четыре стоят под этим животным на четыре стороны света, и им поручено наблюдать за теми, кто хранит Шаббат и должным образом наслаждается им, как мы с Б-жьей помощью разъясним. Когда эти четыре отправляются в путь, из чашечки и цветка (кафтор ва-ферах) вылетают огненные искры, из которых образуются семьдесят два пылающих огнем офаним. А когда эти офаним движутся в путь, под ними разливается огненная река Наар ди-нур: «Тысячи тысяч служат ей [огненной реке], и мириады мириад пред ней стоят» (ср. Даниэль 7:10) посреди того огня. Оттуда выходят многие тысячи воинств и офаним; и именно от упомянутых нами четырех серафим исходит эта огненная река. Внутри этой реки во все будние дни сжигают многие воинства, многих ангелов, многих духов и многих властителей. Когда же наступает Шаббат, выходит глашатай и утихомиривает огонь и его бушевание, так что весь мир обретает покой.

Тогда это святое животное поднимается на упомянутых четырех серафим и входит в середину этого чертога, который в это время называется Наслаждением (Онег). Причина в том, что в Шаббат на этом месте расставляются все столы сынов Исраэля, хранящих Шаббат и называемых сынами царского чертога, и тысячи тысяч управителей стоят у этих столов. Когда это святое животное входит вместе с четырьмя серафим и видит все столы и всех стоящих у них, они встают и благословляют их, а все те тысячи тысяч и мириады отвечают: «Амен!» — и так же благословляют их все упомянутые семьдесят светочей. Общее правило таково: все суды и все приговоры вершатся в этом чертоге, кроме трех вещей — детей, продолжительности жизни и пропитания (баней, хаей, мезоней). Они зависят не от этого чертога, называемого чертогом Заслуги (Зхут), а от высшего мазаля наверху.

Но хотя они и не зависят от этого чертога, тем не менее человека судят в этом чертоге, и если он удостоился, ему дают сверху; при этом «дают» означает, что отдают повеление дать, так как сама выдача происходит только внизу, как мы разъяснили в предыдущих вратах. Этот чертог охраняется строже, чем предыдущие чертоги: у него есть тридцать два высших кола, под ними — пятьсот тысяч других управителей, а над всеми тридцатью двумя стоят четыре главных управителя по имени Хасдиэль, Ксирия, Кдумия и Даариэль. Эти четыре отвечают за все приговоры, которые были вынесены, но не подлежали записи, и все приходят вопрошать уста этих управителей. Тридцать два же управителя поставлены над всеми, кто устанавливает постоянное время для изучения Торы, и все они назначены наказывать тех, кто имел возможность заниматься Торой, но не занимался.

Пункт 5.1

Пятый чертог называется чертогом Любви (Аава). От этого чертога зависят пропитание, жизненная сила и остальные чертоги, расположенные под ним. В этом чертоге один вход, и у него стоит один управитель по имени Снигория, поставленный вести защиту (снигория) за Исраэль, чтобы левая сторона не возымела над ними власти. В этом чертоге стоит один светоч, включающий в себя четыре светоча четырех оттенков — белого, черного, зеленого и красного. Этот дух, объединяющий их все, называется Сурия — он князь всех находящихся под ним воинств, в его руки переданы все высшие ключи, он запирает и отпирает, и ему вверены все тайны его Владыки. В него трижды в день включаются все расположенные под ним светочи и получают от него питание. А поскольку в нем сокрыты все сокровищницы и тайны Владыки миров, он называется Любовью (Аава), как написано: «Там дам я любовь мою тебе» (Шир а-Ширим 7:13), ведь в этом состоит тайна слияния (итдабкут) всего прилепляющегося.

Поэтому в нем сосредоточена вся высшая охрана, и он называется Стражем Исраэля и Стражем завета, так как здесь хранятся и укрываются все высшие тайны, и отсюда расходятся пути и стези ко всем находящимся ниже него, чтобы они озарялись его светом. Когда упомянутые четыре оттенка светочей вступают в единение — белый с красным, черный с зеленым, а затем черный с белым, — из них образуется одно святое животное (хая), чей вытканный облик имеет образ человека, объемлющий все образы. Оно называется Сиянием (Зоар), и о нем сказано: «Это то самое животное, которое я видел под Б-гом Исраэля…» (Йехезкель 10:15). От него выходят четыре столпа, представляющие собой великих святых животных над теми, что внизу. Первый называется колесом (офан), но их два, так как внутри этого колеса образуется другое колесо, и когда сверкает одно, внутри него сверкает и другое; об этом сказано: «Как бы колесо внутри колеса» (Йехезкель 1:16, 10:10).

Затем точно так же соединяются два других, одно внутри другого, подобно первым; все четыре сверкают вместе на четыре стороны света, составляя одно целое, и о них сказано: «Как бы колесо внутри колеса». Упомянутый нами выше светоч, включающий четыре оттенка, содержит в себе два духа-светоча: один справа — тот самый, который произвел названное нами святое животное, — и один слева; он сверкает двумя светочами, которые становятся четырьмя и меняют свои оттенки, что и представляет собой «пламя обращающегося меча» (Берешит 3:24), как мы разъясним. Из промежутка между этими двумя светочами выходят серафим, а он удерживает и воспламеняет их. Силой этого обращающегося пламени он произвел одно святое животное, стоящее на четырех столпах — двух справа и двух слева, — подобно тому как произвела правая сторона. Когда же великий светоч входит внутрь них и сверкает в них, из них выходят два светоча, которые сверкают снаружи этого чертога и принимают всевозможные обличья — то мужские, то женские, то духов, то ангелов. Они служат посланниками суда в мире и относятся к левой стороне этого чертога. Из этого чертога выходят все нешамот, которым предстоит войти в тела в этом мире. Этот чертог не пустовал ни одного дня с момента сотворения мира: он принимает все нешамот, излучаемые из Бины, и называется Телом (Гуф). Об этом сказали наши мудрецы, благословенна их память (Йевамот, 62а): «Сын Давида не придет, пока не иссякнут все нешамот из Гуфа». Когда же придет Мелех а-Машиах, пробудится этот чертог наверху и другой чертог ниже него, о которых сказано: «Две груди твои — как два олененка…» (Шир а-Ширим 4:5, 7:4). Дело в том, что великий светоч и первое святое животное, о которых мы сказали, производят два светоча, включенных друг в друга и связанных между собой, и они называются ЭЛЬ ШАДАЙ. Он называется ШАДАЙ () потому, что они выходят между этими грудями (шадаим, ).

Кроме того, этот светоч ЭЛЬ получает из этого места всё то милосердие, которое необходимо для пропитания и поддержания жизни тех нижних, что пребывают с правой стороны в чертоге Заслуги (Зхут), а также всех нижних, называемых кольями скинии; и поскольку он в достатке (дай) снабжает их пропитанием, он называется ЭЛЬ ШАДАЙ: ЭЛЬ — это его собственное имя, как мы разъяснили в четвертом чертоге, а ШАДАЙ — ввиду высших грудей (шадаим), так как он доставляет молоко из грудей всем нижним. Кроме того, из этого великого светоча выходит одно правое святое животное, стоящее над левым, которое обращается в мужское начало. Оно поставлено над миром во времена голода и грабежа, чтобы оберегать праведников и добрых людей от голодной смерти и поддерживать их сердце, не давая пище портиться в их внутренностях под действием двух нечистых сил по имени Грабеж (Шод) и Голод (Кафан), о которых мы с Б-жьей помощью расскажем во «Вратах чертогов подмены». Об этом сказано: «Над грабежом и голодом посмеешься» (Иов 5:22). В этом чертоге есть два светоча, каждый из которых стоит над тысячами тысяч и мириадами мириад сил, называемых виноградными лозами (гфаним), и тысячами и мириадами мириад, [называемых гранатами (римоним)]. Все они стоят в любви и вселяют любовь между Исраэлем и их Небесным Отцом, напоминая о делах благочестия, которые Исраэль совершает внизу. Когда снизу пробуждают любовь, этот чертог наполняется множеством благ, милостей (хасадим) и милосердия. Они же стоят на страже тех, кто в любви отдает свою душу за единение своего Создателя; и все дела милосердия, творимые людьми, поднимаются сюда, а отсюда восходят и сплетаются в венцы пред Святым, благословен Он. У этого чертога триста шестьдесят пять кольев по числу дней солнечного года, а над всеми ними стоят четыре высших кола по имени Каршиаэль, Сартиаэль, Асирия и Кадмиэль. Им поручено радовать мир в канун Шаббата: когда к Исраэлю прибавляется дополнительная нешама, они выходят вместе с ней, удаляют от всего Исраэля всякий гнев, всякую тревогу и всякую печаль и радуют их радостью, почему и называются радующими мир. Те же, что находятся под началом этих четырех, назначены снимать суд с пребывающих в Геиноме; поэтому все колья этого чертога исполнены радости. На этом закончим.

Пункт 6.1

Шестой чертог называется чертогом Благоволения (Рацон), потому что от него зависит время благоволения (эт рацон) и благосклонность сердца в любом деле, в любой просьбе и в любой молитве. Причина этого в том, что в нем совершается единение Тиферет и Малхут, как мы разъясним с помощью Твердыни и Его спасения; поэтому именно в нем во время благоволения ушел из мира наш учитель Моше, мир ему, умерший через поцелуй (би-нешика) — поцелуй жены и ее мужа. В этом чертоге шесть входов по числу шести краев — четыре на четыре стороны света, а также вверх и вниз, — и над всеми ними поставлен один великий управитель по имени Разиэль, в чьем ведении находятся все сокровенные тайны Торы. Эти входы предназначены для раскрытия: когда они раскрываются, раскрываются все чертоги, и с открытием врат Благоволения обнаруживаются все светочи и все духи. В этот чертог были переданы нешамот рабби Акивы и его товарищей, а также всех убитых за любовь к своему Создателю — в отличие от остальных нешамот, они не входят в реку Наар ди-нур, как мы разъяснили. Этот чертог изводит из себя двенадцать светочей, так как включает в себя шесть нижних и шесть высших чертогов. Когда двенадцать светочей поднимаются и сверкают, они производят четыре святых животных (хайот), и все они включаются в двенадцать — подобно станам в пустыне, которых было четыре и которые делились на двенадцать, по три в каждом. Все названные четыре включаются в одно целое подобно ореху, который внутри делится на четыре доли, соединенные воедино. По этой причине этот чертог называется Ореховым садом (Гинат эгоз), и об этом сказано: «В ореховый сад сошел я…» (Шир а-Ширим 6:11) — здесь Святой, благословен Он, наслаждается с праведниками в единении Тиферет и Малхут. Четыре светоча обращены на четыре стороны света. Первый, обращенный на юг, то есть направо, называется Михаэлем: этот князь является покровителем Исраэля, ведущим защиту в их пользу, чтобы спасти их от обвинений клипот. Когда же был разрушен Храм и рука творящих злодеяния взяла верх, об этом светоче было сказано: «Отвел Он назад десницу Свою…» (Эйха 2:3); сам же он питается от стороны Хеседа. С северной стороны стоит второй светоч. Он поставлен принимать суд со стороны четвертого чертога — чертога Заслуги (Зхут) — и передавать приговор ангелу-управителю у входа, чтобы тот отдал его ангелам, стоящим на стороне нечистоты. Поскольку он питается от стороны Гвуры, он называется Гавриэлем. Порой же он сам судит человека и не передает его в руки клипот — и тогда это любовные страдания (исурин шель аава).

Причина в том, что в него включена сторона Хеседа, почему в его имени и содержится ЭЛЬ; поэтому всякий удар, приходящий с этой стороны, близок к исцелению, ведь удар и исцеление здесь сцеплены друг с другом. Этот же ангел поставлен над зачатием: он берет каплю семени и возносит ее наверх, а Святой, благословен Он, выносит о ней приговор — каким будет человек, мудрым или глупым и так далее. Так разъяснено и в Зоаре, в главе «Шмот» (лист 11а), где сказано дословно: «Мы учили: в час, когда в этом мире рождается тело праведника, Святой, благословен Он, призывает Гавриэля, и тот берет ту нешаму, что в саду, низводит ее в тело праведника, родившегося в этом мире, назначается над ней и оберегает ее. А если ты скажешь: ведь того ангела, который поставлен над духами праведников, зовут Лайла («Ночь»), а ты говоришь, что это Гавриэль? — Это безусловно так, потому что он приходит с левой стороны, а всякий приходящий с левой стороны называется так». Конец цитаты.

Пункт 6.2

Смысл этого в том, что всё изливающееся от суда называется ночью (лайла), так как свойство ночи — это свойство суда; а слово лайла () в малом исчислении (миспар катан, 3+1+3+5 = 12) равно числовому значению имени Гавриэль (, 3+2+2+1+1+3 = 12).

Пункт 6.3

С восточной стороны стоит третий светоч: он питается от стороны Тиферет, удерживая и объединяя в себе оба предыдущих светоча по образцу самой этой сфиры. Он является князем исцеления: он напоминает об исцелении всех тех больных, о которых забыли в их недуге, и возносит память о них наверх, почему и называется Рафаэлем. Однако это исцеление — исцеление через суд и с большим трудом, так как он черпает исцеление с правой стороны, но встречает давление с левой, и потому исцеление с этой стороны дается больному с большим трудом. И хотя порой имя Рафаэль соотносится с Малхут и с западом, в этом нет ничего удивительного, ведь он присутствует и там ввиду взаимного включения Тиферет в Малхут, а Малхут в Тиферет. Тем не менее в большинстве мест книги Зоар слова рабби Шимона бар Йохая, мир ему, относят это имя к Тиферет на востоке, как мы объяснили. С западной же стороны стоит один светоч по имени Нуриэль, и он же — Уриэль; он служит посланником трех упомянутых нами светочей, так как соответствует Малхут, включающей в себя три высших. Когда она питается с правой стороны, от Хеседа, он называется Уриэлем, от слова ор — «свет» (), так как слово «свет» относится к правой стороне, как мы разъяснили во «Вратах значений прозваний». Когда же она питается с левой стороны, от Гвуры, он называется Нуриэлем, от слова нур — пылающий «огонь» (). Природа этого ангела разбирается в Зоаре, в главе «Итро» (лист 78а), где сказано дословно: «В третьем месяце властвует великий управитель Уриэль, и с ним триста шестьдесят пять мириад воинств по числу дней года. У всех у них триста шестьдесят пять ключей света от того света, который исходит из высшего внутреннего, сокровенного и запечатанного хашмаля, от которого зависят тайны святых высших букв святого Имени. И это тайна „человека цельного (иш там)“ (Берешит 25:27), хозяина дома, „человека Б-жьего“ (Дварим 33:1). Он назван цельным (там), потому что там — завершение и узел тфилин, а Яаков был человеком цельным (иш там). В его образе пребывает тайна высшего внутреннего, утаенного и сокровенного хашмаля: он удерживает все запечатанные высшие света, и они исходят от него, а все эти воинства держат ключи того света, что выходит из хашмаля». «Этот свет включает в себя два света, составляющих одно целое. Первый свет — белый свет, который не может охватить глаз; это тот свет, что уготован и сокрыт для праведников, как написано: „Свет посеян для праведника…“ (Теилим 97:11). Второй свет — сверкающий и пылающий свет красного оттенка. Оба этих света включились друг в друга и стали одним целым. Великий управитель Уриэль и все эти воинства принимают этот свет, и поскольку он состоит из двух, он называется Близнецами (Теомим). Поэтому над этим месяцем властвует созвездие, которое по своей тайне называется Близнецами, и в нем была дана Тора. Отсюда протягиваются ступени вниз, пока не поднимаются в своих именах для управления миром». Конец цитаты.

Пункт 6.4

Посмотри также в главе «Цав» (лист 32б), где сказано дословно: «Приди и смотри: написано: „И вышел огонь от лица Г-сподня и пожрал на жертвеннике всесожжение…“ (Ваикра 9:24). Это Уриэль, который спускается в виде пылающего огня, пока не опускается на жертвенник, чтобы принять дар, и является в образе великого льва, возлежащего на жертве». Конец цитаты.

Пункт 6.5

В главе «Беаалотха» (лист 154) в Зоаре об этих четырех ангелах изложены великие тайны, откуда видно также, что они соответствуют четырем святым животным (хайот) у Йехезкеля; но из-за обширности этого отрывка мы не будем его приводить. Вернемся к его словам в главе «Пкудей»: четыре упомянутых нами светоча соответствуют четырем стихиям, и от них разделяются стихии: ангелы огня — со стороны Гавриэля, ангелы воздуха (ветра) — со стороны Рафаэля, ангелы праха (земли) — со стороны Уриэля, и ангелы воды — со стороны Михаэля. Эти четыре соединяются между собой, а под ними находятся восемь, что в сумме дает двенадцать, как было разъяснено. Этот чертог составлен из всех нижних чертогов, и все они включаются в него. С правой стороны у этого чертога сто кольев, а над ними — два высших управителя по имени Малкиэль и Шмаиаэль; и с левой стороны — сто кольев, а над ними — два других управителя по имени Масасрания и Цафцания. Им поручено приходить в тот час, когда наступает время праведнику покинуть мир, чтобы его нешама вышла через поцелуй (би-нешика), а не подобно канату, вытаскиваемому из устья пищевода, как разъяснено в трактате Брахот (лист 8а). К этому чертогу устремлены все нижние чертоги: они соединяются, входя один внутрь другого — Сапфировый кирпич (Ливнат а-сапир) внутрь Самой сути небес (Эцем а-шамаим), тот — внутрь чертога Сияния (Нога) и так далее все они. В этом состоит всё их желание, вся их тяга и их совершенство, так как благодаря этому они соединяются со своим корнем; и это единение совершается посредством молитвы, возносимой как должно, как разъясняет там рабби Шимон бар Йохай, мир ему.

Пункт 7.1

Седьмой чертог называется Святая святых. В этом чертоге нет никакого мысленного представления и ничего постижимого, но он представляет собой нечто сокровенное и возвышенное, приближающееся к миру Ацилут. Внутри этого чертога простерта завеса (парохет), отделяющая Святилище от Святая святых, и там на завесе находятся два крува. О простертой завесе (паргод) сказано в главе Бешалах (лист 58а), и вот слова [Зоара]: «Мы учили, что Сандальфон возвышается над всеми остальными своими товарищами на пятьсот лет [пути]. Он стоит за завесой своего Владыки и сплетает Ему венцы из молений и молитв Исраэля. И в час, когда такой венец достигает главы Святого Царя, Он принимает молитвы Исраэля, а все воинства и сонмы содрогаются, гудят и возглашают: "Благословенна слава Г-спода от места пребывания Его Шхины" (ср. Йехезкель 3:12)». До сих пор его слова.

Пункт 7.2

На первый взгляд отсюда следует, что Сандальфон находится в чертоге, называемом Святая святых, а упомянутая здесь завеса (паргод) — это та самая завеса (парохет), о которой мы говорили; и так же видно из слов гаонов. А по ту сторону завесы, внутри Святая святых, находится место стоянки Шхины и начало принятия изобилия (шефа) от высшего Престола, то есть от мира Брия, как мы еще объясним. И этот чертог принимает от Бины святые души (нешамот) — те новые души, которым предстоит обновиться в мире во времена Машиаха, с Б-жьей помощью. На этом заканчивается изложение слов рабби Шимона бар Йохая, мир ему, из главы Пкудей о чертогах.

Пункт 7.3

Мы нашли также иные сведения о чертогах у гаонов — рава Натроная Гаона и рава Нахшона [Гаона], — и вот их слова: «Мы получили по традиции, что на небосводе Вилон есть семь чертогов. В первом чертоге находится Кнасиэль, а его чертог называется Кнасия де-Батая [Собрание домов], и там святые ангелы молятся трижды в день. Во втором чертоге — Кабциэль, которому в будущем предстоит собрать общину Исраэля из изгнания. В третьем чертоге — Йофиэль: души младенцев, умерших в возрасте от шести до семи лет, учатся и постигают [Тору] перед ним, и Шхина обнимает их, а их души возносятся в ударном соединении (зивуге) нижней Шхины до места Первосвященника и приносятся в жертву на жертвеннике высшей Шхины. В четвертом чертоге — Тахариэль: он очищает и заставляет сиять души (нефашот), которые осквернились в телах нечестивцев; они омываются и окунаются в водах камней чистого мрамора рабби Акивы и его товарищей, а эти [воды] — сияние четырех святых хайот в тот час, когда они обнимаются и сближаются друг с другом для служения высшему Владыке, и об этом сказано: "соприкасающиеся друг с другом" (Йехезкель 3:13)». «В пятом чертоге находится Нуриэль; огненная река (Нахар Динур) исходит перед ним из огня и света ангелов, которые там обновляются, — искр света, произносящих хвалу за то, что они сотворены, и скрывающихся. И это тайна из тайн: они сближаются, а затем разделяются (здесь пропущено слово) тридцать раз и щебечут, [переходя] от сияния к сиянию и воздуху (авира), пока не достигают сияния своего Владыки — венца высшей Малхут; и это души святых пророков. И упаси Б-г нас и наших товарищей оступаться в речах о Б-ге небес и раскрывать то, что невозможно и чего не дозволили нам наши древние наставники, благословенна их память. В шестом чертоге находится Ханох, который облачился в одеяние сияющего света, и изменились его имя и его облик: имя его — Метатрон, подобно Имени его Владыки, Его печати и Его образу. Он главенствует в шестом чертоге и очищает все души (нефашот), поднимающиеся с земли в высоту небосвода, переплавляет их, и они сбрасывают с себя всякую телесную скверну и облачаются в сияние лучезарных тел, сокрытых и запечатленных в сиянии Святого, благословен Он, Который есть жизнь миров. Оттуда души порхают из мира в мир до великого мира — мира, чье сияние озаряет шесть миров, где нежатся и наслаждаются внутренние души, как было предрешено о них оттуда в тот час, когда они были сотворены. А у нас нет дозволения раскрывать слова и тайны, составляющие сокровенные глубины мира». «В седьмом чертоге находится Сандальфон, связывающий [венцы]; верно слово о том, что мощь его деяний простирается от небес до земли. И между двумя великими могучими властелинами, которые властвуют над формированием зародышей во чреве матери, именно он дает им всем дух жизни и именно он умерщвляет земные творения обнаженным мечом нераздуваемого огня. Все земные творения и все властвующие в воздухе небосвода находятся под его властью. В его руках — одеяние света Царя, в которое облачаются пророки во время пророчества: их дух (руах) питается от сияния его духа, а их тело направляется его телом. Он служит устами и вкладывает речь духа в их уста, а его собственные уста и язык направляет Гавриэль, владыка пророчества, как ему поручено Владыкой мира и Шхиной Исраэля. До сих пор слова "Сидура де-Шимуша Раба", порядок Чертогов». На этом заканчивается цитата.

Пункт 7.4

Нет сомнения, что эти чертоги — те самые чертоги, которые мы разъяснили в предыдущих главах. И хотя в некоторых или даже в большинстве деталей кажется, будто эти слова расходятся со словами рабби Шимона бар Йохая, мир ему, все же они говорят об одном и том же. Разница лишь в том, что рабби Шимон бар Йохай, мир ему, рассказывал о светилах, которые служат своего рода душой для чертогов, тогда как [гаоны] описали сами чертоги. Близко к этому рабби Шимон бар Йохай, мир ему, объяснил и в Зоаре, особенно в главе Трума, о чем мы с Б-жьей помощью скажем в отдельной главе.

Пункт 8.1

Кроме того, рабби Шимон бар Йохай рассказал нам об этих чертогах в целом и назвал их жилищами (мадорин), но чертог и жилище — это одно и то же. Вот его слова в главе Трума: «Есть семь жилищ наверху, ступень над ступенью, и во всех этих жилищах пребывают высшие ангелы, одни над другими; и точно так же внизу. И все скреплено одно с другим, чтобы все было единым. Семь жилищ есть наверху, и эта высшая земля удерживает их, и все они стоят на ней, и во всех них звучит хвала Святому, благословен Он, — ступени, отделенные друг от друга, и места, отделенные друг от друга».

Пункт 8.2

«Первое жилище — это место темноты, где нет света, и оно предназначено для стоянок ветров, бурь и могучих вихрей, которые невидимы и не имеют ни света, ни тьмы, ни какого-либо образа вообще. Там нет никакого познания, потому что в нем нет никакой формы из общности Престола. Над этим местом поставлен один ангел по имени Тахариэль, а с ним семьдесят крылатых приставов, которые получают удары от вспышек искр, находящихся над ними, и не сохраняются, не видны и не обретаются. Когда наступает утро, все они обновляются, но не остаются на месте: достигая этого места, они исчезают и не находятся, а входят в одну расселину бездны и становятся невидимы. Когда же спускается вечер и наступает ночь, они снова получают удары от тех искр до самого утра».

Пункт 8.3

«Второе жилище — место более светлое; оно темно, но не так темно, как первое. Оно предназначено для стоянок ангелов, поставленных над делами людей, чтобы сворачивать их с того дурного пути, которым они идут. Это место заметнее первого, и эти ангелы близки к людям: они получают удовольствие от благоухания и ароматов, поднимающихся снизу, чтобы возвыситься с пользой и светить еще сильнее. Над ними поставлен один правитель по имени Кдумиэль. Они начинают песнь, а затем утихают, уходят и становятся невидимы до тех пор, пока Исраэль внизу не начинает произносить песнь; тогда они встают на свои места, становятся видимыми и светят еще ярче. Трижды в день они возглашают Кдушу, а когда Исраэль занимается Торой, все они взмывают ввысь и приносят свидетельство наверху, и тогда Святой, благословен Он, щадит их [Исраэль]».

Пункт 8.4

«Третье жилище — место искр и дымных узлов. Там проходит русло вытекающей огненной реки (Нахар Динур), которая служит местом сожжения душ (нефашот) нечестивцев: оттуда нисходит огонь на головы нечестивцев, и там находятся ангелы-губители, которые гонят их. Оттуда порой выходит обвинитель против Исраэля, чтобы сбить их с пути, кроме того времени, когда они принимают исцеление, чтобы оттолкнуть его. Над ними поставлен один правитель с левой стороны; все они принадлежат стороне тьмы, как сказано: "и тьма над бездною" (Берешит 1:2), и нечестивый Самаэль находится там».

Пункт 8.5

«Четвертое жилище — место светлое, и там пребывает сияние высших ангелов правой стороны. Они начинают песнь и завершают ее, и не уходят, чтобы исчезнуть подобно тем прежним, которые начинают песнь, сгорают и исчезают в пылающем огне, а затем возвращаются и обновляются, как прежде. Эти же стоят на своем месте и не преходят; это ангелы милосердия, которые никогда не меняются. О них написано: "Ты делаешь ветры вестниками Своими [ангелами Своими]..." (Теилим 104:4). Они исполняют посланничество в мире и не показываются людям, кроме как в видении или, с другой стороны, при великом разумении. Над ними поставлен один ангел по имени Педаэль; у него открыты ключи милосердия для тех, кто предстоит перед своим Владыкой, и там отверзают врата, чтобы пропустить их молитвы и прошения».

Пункт 8.6

«Пятое жилище — жилище, сияющее ярче всех предыдущих. В нем находятся ангелы: часть из них — из огня, а часть — из воды; иногда они пребывают в милосердии, а иногда в суде, одни — на этой стороне, а другие — на той; порой светят эти и меркнут те. Одни назначены воспевать своего Владыку в полночь, а другие — когда поднимается утренняя заря. Над ними поставлен один правитель по имени Кадшиэль. Когда ночь делится пополам, пробуждается северный ветер и Святой, благословен Он, приходит тешиться с праведниками в саду Эдена (Ган Эдене), тогда северный ветер ударяет и достигает тех, кто назначен воспевать в полночь, и все они поют и начинают песнь. А когда наступает утро и предутренняя мгла соединяется со светом, тогда все остальные произносят песнь, и все звезды небосвода и все прочие нижние ангелы помогают им, как сказано: "при общем ликовании утренних звезд, когда радостно восклицали все сыны Б-жьи" (Иов 38:7), — пока Исраэль не подхватывает песнь и хвалу вслед за ними».

Пункт 8.7

«Шестое жилище — высшее жилище, близкое к Царству небес. В нем находятся корабли, реки и потоки, разделяющиеся от моря, и множество рыб, снующих на четыре стороны света. Над ними поставлены начальники, а во главе их стоит один правитель по имени Уриэль, и он главенствует над всеми этими нижними. Все они отправляются в путь по часам и мгновениям, когда корабли плывут в ту или иную сторону. Когда корабли плывут на юг, правитель, стоящий на той стороне, — Михаэль, приходящий справа. Когда корабли плывут на север, правитель, стоящий над ними на той стороне, — Гавриэль, приходящий с левой стороны. Когда корабли плывут на восток, там стоит над ними правитель той стороны по имени Рафаэль [в другом варианте: Уриэль], и он относится к правой стороне. А когда корабли плывут на запад, над ними на той стороне стоит правитель по имени Уриэль [в другом варианте: Рафаэль], и он замыкает их позади».

Пункт 8.8

«Седьмое жилище — жилище, возвышающееся над всем. Там нет никого, кроме душ (нешамот) праведников, которые наслаждаются там высшим сиянием и тешатся высшими усладами и удовольствиями. И там находятся только эти непорочные [души] да сокровищницы мира, благословения и щедрости. Все это устроено по высшему образцу, о чем уже говорили товарищи».

Пункт 8.9

«Так же устроена и нижняя земля в семи жилищах, и все они подобны высшему образцу. Во всех них есть существа, имеющие человеческий облик, и все они благодарят и восхваляют Святого, благословен Он. Но никто из них не умеет служить Ему подобающим образом так, как обитатели седьмого, высшего жилища: они созерцают Его славу, чтобы служить Ему как подобает, восхвалять Его и познавать Его славу. И этот высший из земных миров, именуемый Тевель [Обитаемая суша], держится только благодаря праведникам, которые представляют собой святые тела. Подобно тому как наверху седьмое жилище существует только для душ праведников, так и это седьмое жилище внизу существует только для тел праведников, чтобы все было единым — одно по образцу другого». До сих пор его слова.

Пункт 8.10

Мы уже говорили выше, что нет ничего удивительного в том, что эти чертоги не похожи на описанные ранее: ведь упомянутые выше чертоги представляют собой внутреннюю суть чертога и внутренний дух, а здесь описан сам чертог. То, что он насчитал три первых чертога, где находятся внешние силы, вполне объяснимо: мы уже разъяснили в третьей и четвертой главах, что ангелы стоят и возвещают внешним силам и сообщают людям, и это происходит из-за их близости, как сказано: "вокруг Скинии да ставят стан" (Бемидбар 1:53) и "вокруг нечестивцы расхаживают" (Теилим 12:9). Поэтому они близки к ним и служат промежуточным звеном между святостью и сокрушенной нечистотой. А то, что Самаэль находится в третьем чертоге, тоже не удивительно: нам уже передавали, что до греха Адама а-Ришон Самаэль был одним из шестикрылых серафимов и восстал против своего Владыки, [и так будет] пока не придет его день — день расплаты с ним, который непременно наступит и не замедлит. Так же объяснил рабби Шимон бар Йохай, мир ему (в Тиккуне 21, лист 42а), что чертоги устроены как семь внутри семи, причем одни служат мозгом (моах) для других, как мы с Б-жьей помощью разъясним.

Пункт 9.1

Теперь, когда мы записали все начертанное в письменах истины, нам следует исследовать природу этих чертогов: относятся ли они к миру Ацилут, Брия, Ецира или Асия, в чем их суть и почему их семь, а не десять по числу сфирот, ведь все существующее под сфирот строится десятками. Исследовав этот вопрос, мы скажем, что они никоим образом не могут быть миром Ацилут по нескольким причинам. Во-первых, к миру Ацилут не подобает относить ангелов, а в чертогах находятся самые настоящие ангелы, как явствует из слов рабби Шимона бар Йохая, мир ему, которые мы привели в предыдущих главах. По этой же причине их нельзя отнести и к миру Брия, который представляет собой прочный Престол, как мы с Б-жьей помощью разъяснили во второй главе врат АБЕА. Во-вторых, рабби Шимон бар Йохай, мир ему, в главе Пкудей (лист 245а) объяснил по поводу чертогов, что клипа окружает первый чертог и близка к нему.

Вот его слова: «Первый чертог — начало внутри веры; это начало тайны веры и ступеней видения веры». «Истинные пророки созерцали через это тусклое зерцало (аспакларья ше-эйна меира). И поскольку это начало веры, написано: "Начало слова Г-сподня к Ошеа" (Ошеа 1:2) — ведь он созерцал со ступени, которая служит началом всех ступеней при подъеме снизу вверх и концом всех ступеней при спуске сверху вниз. А так как Ошеа созерцал с этого начала, являющегося концом всех ступеней, ему понадобилось взять эту "жену блудливую", потому что Исраэль прилепились и потянулись оттуда вниз, к тому месту, которое зовется "женой блудливой", оставив "добродетельную жену" (Мишлей 31:10) и не прилепившись к ней. Оттуда он увидел все те чертоги, которые находятся на стороне нечистоты: ведь у них есть нечистые чертоги, и все они оскверняют каждого, кто прилепляется к ним. Поэтому написано: "иди, возьми себе жену блудливую и детей блуда" (Ошеа 1:2). Разве истинному пророку подобает такое? Но так как человеку запрещено входить в те чертоги, чтобы не увлечься вслед за ними — подобно тому как поступил Ноах, о котором написано: "И выпил он вина, и опьянел, и обнажился посреди шатра своего" (Берешит 9:21), — Ошеа боялся всматриваться в те чертоги, которыми осквернились и к которым прилепились сыны Исраэля, пока Ему не было сказано: "возьми себе жену блудливую и детей блуда". И написано: "И пошел он, и взял Гомер, дочь Дивлаима" (Ошеа 1:3) — чтобы узнать, к чему они прилепились, чем осквернились и ради какого чужого идола оставили тайну веры. Поэтому он созерцал из этого чертога, служащего началом всех ступеней; этот чертог — начало всего при восхождении по ступеням». До сих пор его слова.

Пункт 9.2

Из этого речения прямо следует, что этот чертог — глава и начало святости [снизу вверх] и конец святости сверху вниз, а ниже него находится клипа. Поэтому Ошеа спустился в это место, чтобы увидеть, где именно осквернились сыны Исраэля, ведь у святости нет иного предела, куда он мог бы спуститься, чтобы разглядеть оттуда ступени нечистоты. Известно же, что клипа окружает мир Метатрона, как прямо объяснил рабби Шимон бар Йохай, мир ему, и как мы с Б-жьей помощью напишем во вратах Чередований (Шаар а-Тмурот). И когда мы говорим, что нечистые вошли в чертог, речь идет именно о мире ангелов — мире Метатрона, как мы там объясним с Б-жьей помощью. Кроме того, у нас есть речение, прямо указывающее, что чертоги находятся под Престолом. Вот его слова (в Тиккуне 21, лист 43б): «Открыл рабби Элазар и сказал: "Отец, ведь есть семь морей, и высшее море над всеми ними, и о них сказано: ‹ведь изобилие морей всосут они› (Дварим 33:19) — от кого же они всасывают?" Сказал он ему: "Сын мой, они отлиты как семь в семи; и таковы же семь небосводов и т.д., и таковы же земли — семь в семи, и глав у них две, и тайна этого: два и два, семь и семь, и все они — мужское начало (захар) и женское начало (некева), а наверху — Один сокровенный и потаенный. Таковы же семь престолов — семь в семи; семь чертогов — семь в семи; и таковы же правители — семь в семи"». До сих пор его слова.

Пункт 9.3

Рабби Элазар страстно желал вкратце познать порядок мироздания от начала и до конца и потому спросил об этом. Ведь известно, что сфирот называются морями, и их семь, а высшее море — это Бина, которая тоже именуется морем; выше же нее употребляется только имя «источник» и «родник», указывающее на нечто тонкое и сокровенное, тогда как слово «море», означающее распространение, там неприменимо. Писание же говорит: "ведь изобилие морей всосут они" (Дварим 33:19), — то есть сами моря всасывают изобилие (шефа). Но от кого же они всасывают, если они сами служат источниками изобилия и к ним не относится понятие всасывания (еника)? На это рабби Шимон бар Йохай, мир ему, ответил, что есть семь высших морей и семь нижних морей, и нижние всасывают от высших. Нет сомнения, что высшие моря — это сама сущность Бины, которая представляет собой высшее море, включающее в себя семь [сфирот], а семь нижних морей всасывают от нее. Либо мы можем объяснить, что сами [семь нижних] сфирот — это семь высших морей, а семь сфирот, заключенных в Малхут, — это семь нижних морей, и высшие изливаются в нижние. Он употребил выражение «семь в семи отлиты», следуя языку Писания, чтобы доказать это из стиха: "семь и семь трубок [букв. отливок] для светильников, которые наверху ее" (Зхарья 4:2). Точно так же со стороны Тиферет они называются небосводами, а со стороны Малхут — землями, и все они устроены как семь в семи, как он разъясняет далее.

Затем он сказал, что каков порядок сфирот, таков и порядок мира Брия, который есть Престол Славы, как мы с Б-жьей помощью объяснили в третьей главе врат АБЕА: это семь престолов, отлитых в семи и объединенных общим именем Престола Славы. Таков же и порядок мира Ецира — это «семь чертогов, семь в семи», то есть семь внутри семи, как мы объяснили: одни служат духом (рухот) для других, и одни всасывают от других, как показано в предыдущей главе. Далее он говорит, что таков же порядок и мира Асия — это «правители, семь в семи», как мы объяснили во вратах АБЕА. Кроме того, рабби Шимон бар Йохай (в Зоаре, глава Берешит, лист 41б) прямо разъяснил о чертогах, что от них получают питание (еника) семь планет.

Вот его слова в речи о чертоге Сапфировой Плиты (Ливнат а-Сапир), который является первым чертогом: «Под этим чертогом распространяются наружу воинства во многие стороны нижних небосводов, пока не достигают звезды Шабтай [Сатурн]; все они устремляют взор к этому чертогу. Оттуда питаются все находящиеся в этом чертоге, все они взирают на тот дух и т.д.». А о чертоге Чистоты Небес (Эцем а-Шамаим) он сказал (там же, лист 42б): «И так же множество воинств и станов спускаются вниз и смешиваются с нижними, пока не достигают звезды Цедек [Юпитер], и там есть много правителей над миром». О чертоге Сияния (Нога) он сказал (там же, лист 43а): «В этом месте подвешены с четырех сторон шестьсот тысяч мириад золотых щитов на каждую сторону». «А ниже них стоят сомкнутые ряды; и эти ряды, и все эти щиты устремляются в битву мечами и копьями наружу среди всех тех посланников суда в мире, пока ступень за ступенью не достигают звезды Маадим [Марс] и т.д.». О чертоге Заслуги (Зхут) он сказал (там же, лист 44а): «От этих глашатаев принимают слово все крылатые, пока не возвестят слово небосводу Хама [Солнца]». О чертоге Любви (Ахава) он сказал (там же, лист 44б): «Часть из них — гранаты... пока множество воинств не доходит наружу до той звезды, что зовется Нога [Венера]». О чертоге Желания (Рацон) и чертоге Святая святых он ничего не раскрыл; возможно, от них тянется влияние к звездам Кохав [Меркурий] и Левана [Луна], а он просто сократил изложение. То, что он перечислил их снизу вверх, объясняется тем, что при переходе из мира Ецира в мир Асия порядок переворачивается, подобно оттиску печати. Или же возможно, что Шабтай — это «черный сосуд», соответствующий преобладающей в нем клипе, как объясняется в Тиккуним, и потому он питается от первого чертога, к которому, как мы объяснили, примыкает клипа. Как бы то ни было, этим он показал, что семь планет — Шабтай, Цедек, Маадим, Хама, Нога, Кохав, Левана () — питаются от чертогов по порядку ступеней, нисходящих одна от другой вплоть до звезд в их сферах. Он прямо указал, что различие между теми и другими состоит лишь в том, что одно — мир Ецира, а другое — мир Асия, и он хотел раскрыть порядок того, как мир Асия питается от мира Ецира. А то, что он написал в главах Пкудей и Берешит, будто полнота Каббалы состоит в единении этих чертогов и что они представляют собой "семь девиц, которых подобало дать ей" (Эстер 2:9), нисколько не удивительно. Напротив, отсюда вдумчивый читатель почерпнет подтверждение тому, что мы разъяснили о мире Ецира во вратах АБЕА: там мы сказали, что мир Ецира — это не что иное, как десять ступеней ангелов, объединенных именем Метатрон в шести будних днях, тогда как десять сфирот мира Ецира — это ветви сфирот, распространяющиеся вместе со Шхиной и называемые именем Ецира.

Поэтому для единения необходимо соединить ветви с их корнями, и при этом в единение вступают не сами чертоги во всей своей сущности, а чистое светило внутри каждого из них. А так как это ветви, распространяющиеся в Метатроне, который называется наар — «отрок» (), эти ветви называются неарот — «девицы» (). Это и есть "семь девиц, которых подобало дать ей из дома царского" (Эстер 2:9): они распространяются от высших сфирот вместе со Шхиной внутрь Отрока и облачаются там. Тогда и сама Шхина называется наара — «девица» (), а иногда пишется без буквы хэй () как наар, о чем сказано: "обновляется, подобно орлу, юность твоя" (Теилим 103:5), как подробно разъясняется во многих местах Зоара. И поскольку распространяющиеся ветви объемлются шестью будними днями, как доказывается в Тиккуним, у субботнего дня — то есть у Малхут — нет собственного чертога: чертог Сапфировой Плиты относится к Есоду, но все же Есод не бывает без Шхины, чтобы не разделять их. Это и есть буква хэй () в словах "день шестой" (йом а-шиши — ; Берешит 1:31), означающая, что Есод и Малхут соединены воедино.

Поэтому чертог Сапфировой Плиты (Ливнат а-Сапир) включает в себя мужское и женское начала: «сапфир» — мужское начало, а «плита» — женское начало, как разъяснено в первой главе. Чертог Чистоты Небес (Эцем Шамаим) соответствует Ходу, чертог Сияния (Нога) — Нецаху, чертог Заслуги (Зхут) — Гвуре, чертог Любви (Ахава) — Хеседу, а чертог Желания (Рацон) — Тиферет, так как он возвышается над всеми ними и, безусловно, является седьмым, как мы объяснили во вратах Порядка Ацилута. Чертог же Святая святых сокровенен и соответствует трем первым сфирот. Все они в совокупности составляют десять ветвей, распространяющихся свыше, — то есть ступени ангелов, заключенные в семи упомянутых чертогах; таков порядок чертогов и их соотношение со сфирот. Однако из приведенных выше речений — особенно из отрывка, процитированного в восьмой главе, — следует, что достоинство душ праведников превосходит достоинство ангелов; чтобы хорошо понять это, посвятим этому вопросу отдельную главу.

Пункт 10.1

В этой главе мы хотим глубоко осмыслить природу ангелов и причину того, почему душа (нешама) поднимается выше них. Дело в том, что все существующее на небесах вверху и на земле внизу выделено из возвышенного места, и потому благочестивые мужи (хасидим) остерегались говорить дурно о каком бы то ни было творении. Суть же в том, что четыре высшие стихии (первоэлемента) таковы: Гдула — стихия воды, Гвура — стихия огня, Тиферет — стихия воздуха, Малхут — стихия праха. И все они соединены истинным, крепким единением, как мы писали в предыдущих вратах.

Пункт 10.2

Посредством этих четырех высших, тонких, выделенных Маацилем (Источник) стихий образовались четыре стихии в порядке миров Ацилут, Брия, Ецира и Асия — ступень за ступенью, от причины к следствию: от мира Ацилут к миру Брия, от мира Брия к миру Ецира и от мира Ецира к миру Асия.

Пункт 10.3

Все эти четыре ступени присутствуют и внутри каждой отдельной ступени: в самом мире Ацилут есть свои АБЕА, и все они — Ацилут; в самом мире Брия есть свои АБЕА, и все они — мир Брия; и так на всех ступенях. Это подобно плавильщику серебра, который делит каждый сорт сам по себе на четыре вида: первый — чистое серебро, в котором вовсе нет примесей (сигим); второй — серебро, стоящее на одну ступень ниже чистого серебра; третий — серебро, содержащее около половины примесей; и четвертый — серебро, состоящее большей частью из примесей. При этом чистое серебро не может быть во всех своих частях одинаково свободным от примесей, но неизбежно включает в себя четыре доли, соотносящиеся по степени чистоты так же, как те первые четыре вида. Например, первой долей будет безупречно чистое серебро, которое уже невозможно очистить сильнее, — и это лишь малая часть всего серебра; второй долей будет чистое серебро, но не такое, как первая доля, так что по сравнению с чистотой предыдущего его уже нельзя назвать абсолютно чистым; затем он выделит третью долю — просто чистое серебро, уступающее второму; а четвертой долей будет серебро с незначительной примесью, которая почти не берется в расчет. Точно так же мы можем разделить на четыре части и второй вид, и третий, и четвертый. Подобным же образом обстоит дело и в мирах АБЕА: Асия мира Ацилут служит главой для Ацилута мира Брия, Асия мира Брия служит главой для Ацилута мира Ецира, а Асия мира Ецира служит главой для Ацилута мира Асия. Из этого четырехчастного сцепления ступеней развернулись все миры: от мира Ацилут к миру Брия, от мира Брия к чертогам, от чертогов к клипот, от клипот к небосводам, то есть созвездиям (мазалот), а от них — к этим плотным и составным стихиям, какими мы видим их своими глазами.

Пункт 10.4

Таким образом, мир Ацилут служит корнем для мира Брия, мир Брия — корнем для мира Ецира, а мир Ецира — корнем для мира Асия. И точно так же этот мир черпает влияние со стороны клипы — от князей-покровителей и их нечистых служителей, ведь семьдесят князей народов не столь чисты: князья мира Ецира — это ангелы, а семьдесят князей служат промежуточным звеном между созвездиями и колесницами (меркавот). Престолы же происходят от сфирот, а сфирот — от сущности Эйн Соф, Который распространяется в них и оживляет их, как мы объяснили. Отсюда следует, что четыре стихии небосводов — это те же самые стихии, что находятся в мире Ецира и выше, вплоть до высших ступеней; однако в ходе нисхождения по ступеням они уплотнились и раскрылись, причем уплотнялись и раскрывались они ровно настолько, насколько отдалялись от своего источника. Поэтому в мире нет ничего, на что свыше не изливались бы изобилие (шефа) и свет; но по мере того как это изобилие спускается от обратной стороны (ахораим) [высшего], которая служит лицевой стороной (паним) для остальных, нижних ступеней, оно уплотняется, раскрывается и овеществляется со ступени на ступень соответственно той мутной материи. В итоге в этом мире не найти ничего, в чем не было бы хоть немного духовности и жизненной силы — соразмерно его телу и материи и смотря по тому, на сколько ступеней оно отдалилось от источника и каменоломни всех вещей.

Пункт 10.5

Когда же плотная материя возвышается, приближаясь к стоящей над ней тонкой материи, в ней начинает светить мера света той превосходящей материи. Это подобно большому фонарю, горящему посреди чертога: из-за огромных размеров здания до его отдаленных углов в глубине доходит лишь слабый свет, так что человек не видит своего товарища; но чем ближе человек подходит к фонарю, тем прекраснее и сильнее светит ему свет, пока у того, кто войдет в пределы четырех локтей от фонаря, не потемнеет в глазах от обилия его сияния. Так обстоит дело и здесь: поскольку вещи отдалились от своего предела и своего источника, они уплотнились и огрубели, став мутными и предельно грубыми — как эта земля, то есть стихия праха, которая неподвижна и не трогается со своего места. Иначе обстоит дело с водой: ведь прах стоит на последней ступени, а вода над ним — ступень более высокая, которая ближе и первичнее. Еще выше них стоит стихия воздуха, обладающая несколько большим движением и свойством, нежели стихия воды. И тем более — стихия огня, в которой жизненной силы еще неизмеримо больше: мы видим это даже по нашему малому огню, который не успокаивается и не знает покоя, пока не поднимется к своему корню.

Пункт 10.6

Итак, даже простые стихии, которые на первый взгляд кажутся безжизненными глыбами, превосходят одна другую соразмерно величине изливающегося на них высшего света жизни. Таков же и порядок возвышения составных тел друг над другом: над неодушевленным стоит растительное, над растительным — животное, а над животным — говорящее [человек]. Отсюда мы можем понять природу души (нефеш) скота и прочих животных: когда материя, сложенная из четырех стихий, соединяется и из нее образуется животное или иное живое существо, то благодаря тому, что стихии облеклись в достойную форму, они поднялись на более высокую ступень и приблизились к изливающемуся жизненному свету, и этот самый изливающийся в них свет служит для них душой. По правде говоря, в животном есть жизненная душа (нефеш), но если взглянуть еще глубже — собственной души в нем нет вовсе: ведь со смертью и распадом животного оно просто возвращается к своим исходным стихиям, отдаляясь от света, и нет у него ни нефеш, ни руаха, ни нешамы, которые поднимались бы или опускались. Оно подобно лишь мухе, летающей в воздухе: приближаясь к [горящему] фонарю, она озаряется светом — и это называется ее жизненной силой, — а когда она удаляется в глубь здания, свет над ней гаснет из-за ее отдаленности. В этом и состоит смерть животного, и ему не с чем возвращаться к своему источнику и не с чем спускаться. И против этого нельзя возразить на основании слов избраннейшего из мудрецов — Шломо, мир ему, который сказал: "Кто знает: дух сынов человеческих [восходит ли ввысь], а дух скота нисходит ли вниз, в землю?" (Коэлет 3:21). Напротив, этот стих лишь подтверждает нашу мысль: когда в животном заключена тайна перевоплощения (гильгуль), его дух поднимается наверх; когда же в нем этого нет, при распаде и возвращении в стихию праха он опускается вниз. Слова «он нисходит вниз, в землю» означают, что при удалении от своего устроения и источника животное возвращается к своим стихиям, и каждая составляющая того жизненного духа возвращается к своей стихии: огонь — к своей стихии, а воздух — к своей. Благодаря этому станет понятно и сказанное в трактате Санхедрин (лист 65б): «Рава сотворил человека и послал его к рабби Зейре. Тот заговаривал с ним, но он не отвечал ему. Тогда [рабби Зейра] сказал ему: "Ты от товарищей [мудрецов]! Вернись в свой прах"». Раши объяснил там, что Рава сделал это с помощью занятий книгой «Сефер Йецира».

Но это вызывает недоумение: разве можно помыслить, что человек способен низвести в такое тело нешаму, нефеш и руах? Поистине удивительно было бы, если бы в человеческих силах было низвести свыше душу в новое создание, пусть даже оно сотворено силой буквенных сочетаний (альфа-бетот), как мы объяснили в десятой главе врат Частных Имен (Шаар Пратей а-Шмот). И если бы Г-сподь сотворил такое новое творение, в чем тогда было бы преимущество и превосходство [обычного человека] над этим созданием? Это крайне удивительно!

Пункт 10.7

Более того, как не возопит эта несчастная [душа] к своему Творцу о несправедливости: ведь ее принудили спуститься сюда, где она не может достичь совершенства и не обретет ничего, кроме тягот и тяжкого бремени этого мира!

Пункт 10.8

К тому же, произнеся слова «Ты от товарищей! Вернись в свой прах», рабби Зейра оказался бы, упаси Б-г, подобен проливающему кровь, заставив ту душу вернуться к своему Творцу пристыженной, угнетенной и сокрушенной [без всякого совершенства]. Однако с помощью нашего предисловия все это становится совершенно ясным: когда мудрецы собирают воедино этот прах и своей мудростью, занимаясь «Сефер Йецира», создают новое существо, имеющее человеческий облик, его части соединяются и возвышаются, приближаясь к своей каменоломне и источнику. Тогда напротив этих стихий начинает светить подобающий им свет — подобно тому как это происходит при соединении частей тела животного. В таком существе нет ни нешамы, ни нефеш, ни руаха, а есть лишь простая жизненная сила, хотя она и превосходит жизненную силу животного благодаря устройству его формы и природы, которая совершеннее формы животного и потому ближе к источнику света, чем животное.

Пункт 10.9

Поэтому, когда такое тело возвращается к своим стихиям, это не отличается от смерти животного: его части просто распадаются и возвращаются в буквальный прах, каким оно и было, ведь оно прах и в прах возвращается. Вот почему [рабби Зейре] даже не пришлось пристально смотреть на него, чтобы умертвить, — ведь в нем нет подлинной смерти, даже такой, как у животного, а происходит лишь мгновенный возврат в прах, когда стихии рассеиваются и разъединяются. Именно поэтому он просто сказал ему: «Вернись в свой прах». И потому за его умерщвление и лишение жизни нет вообще никакого наказания, как нет наказания за убой животного, что совершенно ясно. Теперь понятно и другое: поскольку в одних созданиях стихии соединяются силой чистоты и святости, светящий в них свет — это святость и чистота, и потому Тора разрешила нам есть мясо некоторых дозволенных домашних и диких животных и птиц; а так как в других части соединяются посредством клипот, как известно, и светит в них нечистота клипот, Тора запретила [нечистых домашних и диких животных и птиц]. Из этого мы поймем, как все вещи в этом мире поднимаются со ступени на ступень. Вода проливается на землю, и семя впитывает тучность и соки земли, и продукты их роста, чья основа происходит из этих плотных стихий, переходят в части и ткани этого семени. Семя растет и становится травой, в которой светит свет более превосходный, нежели свет простых стихий, благодаря их соединению и приближению к источнику.

Тогда то, что прежде находилось под властью ангела, приставленного к стихии земли, выходит из-под его власти, ведь изливающийся в растении свет — это уже свет, идущий от ангела, приставленного к травам, и в особенности от приставленного именно к этой траве. Об этом и сказали наши мудрецы, благословенна их память (Берешит Раба, глава 10): «Нет ни одной травинки внизу, у которой не было бы ангела наверху, который ударяет ее и говорит ей: "Расти!"».

Пункт 10.10

Смысл этого «удара» заключается в ударном воздействии света и его сиянии в этой траве через ангела: ведь ангел — это сокровенный канал света в устройстве мира ангелов (мира Ецира). При этом ангел светит в траве посредством звезды, так как известно, что звезды в мире Асия служат служителями и рабами для мира Ецира. Поэтому в Зоаре это действие иногда приписывается ангелам, а иногда звездам, но суть здесь одна, и в этом нет никаких сомнений. Вернемся же к нашему предмету: простые стихии поднимаются на ступень выше, становятся тканью и частью травы и приближаются к источнику. Затем животное съедает эту траву, и она становится частью и органом его тела, принимает его форму и еще ближе подходит к своему источнику; а по мере приближения к источнику к ней приближается и свет, и свечение в ней усиливается, как известно.

Тогда то, что находилось под началом ангела, ведающего травами, выходит из-под его власти и переходит под власть ангела, ведающего животными, и в частности данным видом животных: ведь в нем изливается уже не свет ангела трав, а свет ангела, приставленного к этим животным. А когда это мясо съедает человек, оно поднимается на еще более высокую и превосходную ступень благодаря своей близости к человеческому существу, на которое изливается свет Царя царей над царями — высшая душа (нешама), как мы с Б-жьей помощью разъясним. По этой причине невежде (ам а-арец) запрещено есть мясо: из-за дурных поступков у него нет близости к своему источнику, и животное лучше него, ведь оно находится на стороне святости, а он по своему нечестию — на стороне клипы. Из этого становится понятным и сказанное нашими мудрецами, благословенна их память (Шаббат, лист 108б): «Тот, кто может есть ячменный хлеб [но ест пшеничный, нарушает запрет "не расточай"] и т.д.». Ведь человеку, который по своей природе способен возводить на ступень человека малые вещи, не следует стремиться возводить только великие. Это подобно искуснейшему и мудрому плавильщику, который умеет превращать олово в чистое серебро, а также умеет переплавлять и очищать само серебро: поистине такому мастеру подобает трудиться именно над превращением олова в серебро, так как это более высокое достоинство и приносит гораздо больше пользы. Вернемся же к нашему вопросу. Именно это имел в виду избраннейший из мудрецов, сказав (Коэлет 3:19, см. там в Таргуме и у Раши): "и нет преимущества у человека перед скотом...". Ведь со стороны одного лишь соединения телесных частей у человека нет никакого преимущества и превосходства над животным. Мужи же Великого Собрания разъяснили это, установив в молитве слова: «кроме чистой души...», а также: «Душа, которую Ты дал мне, чиста... Ты вдохнул ее в меня...» — потому что сверх соединения частей тела у человека есть чистая душа (нешама), высеченная из святого места. Об этом сказали наши мудрецы, благословенна их память: «Над Исраэлем нет ни созвездия (мазаля), ни ангела, ни серафа», — ведь они возвышенны, и их душа стоит выше ангелов, как доказывается в речении, приведенном нами в восьмой главе. Изливающийся на них свет — это свет самого Владыки, благословен Он, озаряющий все миры; более того, сами ангелы черпают изобилие (шефа) от праведников, и потому, когда в этом мире есть праведник, даже ангелы получают благо через него.

Вот почему, пока был жив наш учитель Моше, мир ему, влияние сынам Исраэля шло непосредственно через саму Шхину; когда же они согрешили, было сказано: "Вот, Я посылаю пред тобою ангела..." (Шмот 23:20), — так как они опустились со своей ступени и со своего достоинства под начало того, кто сам является следствием по отношению к ним. Поэтому наш учитель Моше, мир ему, не согласился на это и ответил: "Если не пойдет Лик Твой, то и не выводи нас отсюда" (Шмот 33:15). Помимо всего этого, даже в самих первых стихиях человека заложена особая подготовка, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Берешит Раба, глава 14): «Адам а-Ришон был сотворен с места своего искупления» — то есть из праха жертвенника, поскольку там находится средоточие (точка) мира и там с наибольшей мощью светит свет Царя царей над царями, благословен Он, как известно. В этом смысл слов: "Слова мудрецов — как вбитые гвозди" (Коэлет 12:11): подобно тому как у вбитого гвоздя снаружи видна лишь шляпка, но рукой человека он входит на всю глубину своего острия и тонкого стержня, так и речения наших мудрецов, благословенна их память, имеют внутреннюю суть и глубину, и глубине их нет предела.

Пункт 10.11

Итак, в этой главе прояснилось, что ангелы чисты и прозрачны по способу соединения своих частей и по своей близости к высшим стихиям, и в этом отношении человек, безусловно, далек от них: ведь достоинство соединения частей человеческого тела не сравнится с достоинством соединения частей ангела. Однако внутри самого ангела есть лишь обычный свет, как и в прочих проводниках изливающегося света; человек же устроен иначе: внутри него пребывает чистая и ясная душа (нешама). Поэтому, когда он дает душе власть над частями своей материи, в нем начинает светить озаряющий его душу свет — свет более возвышенный и превосходный, нежели свет, изливающийся на ангела. Ведь его душа включает в себя миры Ацилут, Брия, Ецира и Асия, и ей не нужно получать влияние через какую-либо из промежуточных ступеней — она получает его сама по себе, озаряясь и принимая изобилие (шефа) непосредственно из источника своей души, как мы с Б-жьей помощью подробно изложим в этом учении во вратах Души (Шаар а-Нешама).

Пункт 10.12

В следующей главе мы добавим еще несколько разъяснений об ангелах и их природе, чтобы этот предмет стал совершенно ясен.

Пункт 11.1

В этой главе мы хотим разъяснить природу ангелов, и в особенности то, о чем мы упоминали в главах с первой по шестую: как вершатся суды над людьми, кто такие свидетели, свидетельствующие о человеке, и все подобные вещи, которые кажутся рассудку несколько странными. Для этого напомним, что во вратах Порядка Ацилута уже было разъяснено: вся сущность мира Ацилут предназначена лишь для того, чтобы в него облачалась сущность Б-жества. А во вратах Сущности и Келим было показано, что в Нем, благословен Он, нет никаких изменений, так как Он прост и неизменен, упаси Б-г, а все изменения происходят только посредством сфирот. При этом мы говорили, что из-за близости сфирот к Источнику к ним еще не подобает относить изменения напрямую; но мир Ацилут облачился в мир Брия, и как Маациль соотносится с миром Ацилут, так мир Ацилут соотносится с миром Брия. И хотя изменения умножаются без конца, мир Брия все еще близок к выделенным ступеням (неэцалим) и вовсе не принимает изменений.

Однако мир Брия облачается в мир Ецира, и отношение мира Брия к миру Ецира подобно отношению мира Ацилут к миру Брия. Мир же Ецира облачается в мир Асия: ради действий разрушения, ради очищения и отбеливания оскверненной души, а также для нанесения ущерба людям, их поражения и наказания с целью приблизить их к служению понадобился мир Асия, который называется «злым ремнем» — ремнем для бичевания. Поэтому порядки мира Ецира в своих изменениях близки к человеческим поступкам: один взвешивает, другой записывает, один выступает свидетелем, а другой — защитником; одни служат судьями по приговорам, другие — судьями по грабежам, третьи — судьями по увечьям, четвертые — судьями по имущественным делам, пятые — судьями по делам о жизни и смерти. Они предельно близки к сфере изменений, а обитатели мира Асия приставлены для того, чтобы наказывать имуществом, искоренять, умерщвлять, заключать в оковы и наносить увечья: как укажут судьи, так и поступают судебные исполнители. Когда же праведник возвышается по ступеням своей души, на него изливается свет его души — мир Ацилут или мир Брия, ведь они скреплены друг с другом, поскольку одеянием десяти сфирот [мира Ацилут служит] мир Брия, как мы объяснили во вратах АБЕА.

Пункт 11.2

В результате праведник выходит из-под власти этих судей, и они не в силах судить его ни в большом, ни в малом. Напротив, он сам становится для них источником изобилия (шефа): все они питаются от него, он наделяет влиянием небесных служителей и по своему желанию отменяет их действия — как это было в случае со словами "Стой, солнце, над Гивоном" (Йеошуа 10:12), или со словами: «Тот, Кто велел гореть маслу, велит гореть и уксусу» (Таанит 25а), и со множеством других случаев отмены законов природы в мирах Ецира и Асия. Отчасти это возможно даже в мире Ацилут — наподобие того, что разъясняется (в Зоаре, глава Пинхас, лист 242а) на стих: "Священники Твои облекутся правдою, и благочестивые Твои будут ликовать" (Теилим 132:9). Все это показывает силу высшего Провидения над праведником: он изменяет и полностью отменяет силы мира Ецира, так что они не судят его, а суд над ним вершится напрямую свыше. В этом смысл слов наших мудрецов, благословенна их память (Менахот 29б): «Молчи, так возникло в Мысли», — указывающих, что суд над ним вершится в месте Безмолвия, на великой высоте.

Но когда человек грешит, от него удаляется душа уровня Ацилут и Брия, и он остается в пределах мира Ецира; тогда его судят обитатели мира Ецира. Об этом сказано: "и Я сокрою Лик Мой от них, и будут они на съедение..." (Дварим 31:17) — ведь такой человек остается в руках миров Ецира и Асия, и тогда его судят по его поступкам и свойствам. В этом и состоит смысл взвешивающего, записывающего и защитников, поскольку они, как мы объяснили, близки к сфере изменений. Как бы то ни было, все мироздание от высшей точки до самой нижней подобно искре солнечного света, проходящей через окно, перед которым стоят четыре стеклянных колпака (плафона): первый — совершенно прозрачный, второй — прозрачный, но не настолько, третий — слегка мутный, а четвертый — совершенно мутный.

Пункт 11.3

Свет этой искры проходит сквозь стеклянные колпаки.

Пункт 11.4

Эти четыре стеклянных колпака представляют собой четыре ступени — миры АБЕА, а изливающийся свет — это свет Эйн Соф, Царя царей над царями, Святого, благословен Он, — сама сущность Корня, распространяющаяся и светящая до самой последней точки.

Пункт 11.5

Сам свет при этом не изменился, а воспринимается по-разному лишь по мере получающих. Поэтому те, кто дорожит честью своего Творца, знают, что не следует проводить этот свет сквозь мутный стеклянный колпак, то есть через мир Асия. В этом причина сказанного: «Как же небосвод напрасно покоится в Стране Исраэля?», о чем мы с Б-жьей помощью напишем во вратах Чередований (во второй главе, разбирая это речение Зоара). Это подобно чистому воздуху — целебному для души северному ветру, который проходит через зловонную свалку: тогда он, безусловно, приносит вред. Но кто стал причиной этого? Те самые люди, которые заставили [воздух] пройти через свалку! Ведь дурной запах на самом деле не присущ этому ветру по природе: для того, кто вдыхает его до прохождения через свалку, он благоухает подобно благовониям. Точно так же обстоит дело и в примере со светом: что сделало свет мутным? То, что его провели сквозь мутный колпак; для того же, кто взглянет на этот свет до его вхождения туда, он будет сладостным светом. А насколько же еще возрастет слава этого света для того, кто сумеет взглянуть на него прежде, чем он войдет в третий колпак, который тоже слегка замутнен!

Тогда человек поистине познает его достоинство. Сказать же, что на него можно взглянуть еще до прохождения через второй колпак, невозможно: там этот свет настолько ярок, что ослепит глаза смотрящего. Из этого становится понятна природа ангелов: в них есть некоторое раскрытие славы Царя мира через облачающийся в них свет, и в этом состоит их польза, их суть и их сила. Тем более это относится к небесным вестникам (магидим), которые нередко произносят драгоценные Имена, выводя их из стиха "заповеди Мои, уставы Мои и законы Мои" (Берешит 26:5), и говорят тому подобные вещи, кажущиеся на первый взгляд странными. Объясняется это просто: они говорят так под действием изливающегося изобилия (шефа), то есть облачающегося в них света. И они называются органами (частями тела), потому что свет, расходясь на искры, облачается в каждого отдельного ангела, так что этот ангел оказывается одним из органов колесницы (меркавы), поскольку в него облачен свет. Это подобно большому фонарю, горящему внутри здания с узкими окнами и отдушинами: свет проходит сквозь окна, облачается в эти каналы и светит наружу. Нет сомнения, что у всех этих искр одна общая природа, а если они и делятся на множество искр, то лишь из-за множества отдушин: сколько отдушин, столько образуется и светил, хотя в своем источнике все они едины. Эта множественность на самом деле не присуща самому свету, ведь если соединить отдушины воедино, соединится и свет. В этом заключается смысл единения чертогов при совершении единения (ихуда) в молитве — чтобы соединились облачающиеся в них искры, которые представляют собой высший свет. Речь здесь идет не о самих чертогах, то есть не о самих ангелах, а об облачающемся в них свете: в том и состоит сила умножения света, чтобы через него отдушины соединились одна с другой, и в том же проявляется величие Создателя, что телесные органы соединяются воедино благодаря распространяющейся в них душе. Мы можем увидеть это и по собственной плоти: ведь душа вовсе не является делимой на части сущностью — напротив, это единая сущность, в которой совершенно немыслимы никакие части. Она делится на части лишь по отношению к телу, состоящему из отдельных частей. И все же мы говорим об «органах души» применительно к тому, как душа распространяется в органах тела; точно так же слово «органы» относится и к распространяющемуся [высшему свету] по мере его распространения в органах, то есть в ангелах, которые служат высшими органами для распространяющегося в них света. Поняв же эту тайну ангелов и их природу, мы узнаем из этого и превосходство души над ангелом: ведь ангел — это тело, сложенное из четырех простых стихий, приближенных к источнику, тогда как главное в них — это изливающийся на них свет.

Пункт 11.6

Душа же праведника — это сама основа того света, который распространяется внутри ангела и облачается в него. Получается, что ангел соотносится с душой так же, как тело соотносится с душой, с той лишь разницей, что в одном случае речь идет о мире Асия, а в другом — о мире Ецира. Безусловно, это великое правило и важный ключ к пониманию природы ангелов. Через эту тайну станет понятно и сказанное в Писании (Бемидбар 23:4): "И повстречался Б-г с Биламом", по поводу чего наши мудрецы, благословенна их память, сказали (Ваикра Раба, глава 1), что слово ваикар — «повстречался» () родственно слову кери — «случайное истечение семени» () и означает нечистоту. Ведь упаси Б-г подумать, будто их слова означают, что наверху есть нечистота и истечение семени! Речь идет о тех благословениях, которые распространяются и изливаются из святости в клипу: это тайна света, распространяющегося внутри мутного стеклянного колпака, отчего свет, упаси Б-г, словно оскверняется, чтобы Билам мог увидеть эти благословения и изречь их в пророчестве. Поэтому Писание говорит (Бемидбар 24:4): "который видение ШАДАЙ видит", а в Зоаре объясняется: «видение ШАДАЙ, а не сам ШАДАЙ» — то есть то отображение, в котором показывается Шхина, когда Она властвует, смиряя клипот по тайне стиха "и царство Его всем правит" (Теилим 103:19), как разъяснено в четвертой главе врат АБЕА.

Пункт 11.7

Итак, святой свет распространялся и облачался внутрь клипы, чтобы Билам узнал эти благословения и произнес их в пророчестве, так что свет святости, если можно так выразиться, облачался в него. Писание раскрыло эту тайну словами: "И вложил Г-сподь слово в уста Билама и сказал: [вернись к Балаку] и так говори" (Бемидбар 23:5). Наши же мудрецы, благословенна их память (Бемидбар Раба, глава Балак, 20), облекли эту тайну в иносказание и сказали, что Он вложил ему в рот гвоздь (удила) — чтобы показать, что это было сделано для его усмирения: подобно гвоздю, который не дает ему говорить по собственному желанию, это смиряло его по тайне слов "и царство Его всем правит" (Теилим 103:19) и "время, когда властвует человек над человеком во зло ему" (Коэлет 8:9) — то есть во зло самому негодному человеку, как мы объяснили в упомянутой главе.

Пункт 11.8

Кроме того, словом «гвоздь» они намекнули на то, что мы объяснили в предыдущей главе по поводу стиха "как вбитые гвозди" (Коэлет 12:11): это указывает на свет, чья искра тянется от источника до нужного места; и этого замечания здесь вполне достаточно. А когда Святой, благословен Он, вступил в тяжбу с сынами Исраэля, Он сказал: "Народ Мой, вспомни же, что замышлял Балак, царь Моава, и что ответил ему Билам, сын Беора, от Шиттима до Гилгала, чтобы познать праведные деяния Г-спода" (Миха 6:5). И это, безусловно, праведность Г-спода — великое благодеяние, которое Он сотворил этим для Исраэля, как сказано выше.

Пункт 12.1

После того как мы пришли к выводу, что человек в своей праведности превосходит ангелов — а это неизбежно вытекает из слов рабби Шимона бар Йохая, мир ему, — возникает вопрос: в чем же тогда состоит достоинство Элияу и Ханоха, которые, будучи праведнее всех людей своего поколения, удостоились лишь ступени ангелов? Ведь в «Книге Чертогов» прямо сказано: «Сказал рабби Ишмаэль: "Я спросил у Метатрона: почему ты наречен Именем твоего Творца в семидесяти именах, и ты выше всех князей, возвышеннее всех ангелов, любимее всех служителей, почетнее всех воинств и превосходишь всех могучих величием, царственностью и славой?" Он ответил мне: "Потому что я — Ханох, сын Йереда. Когда поколение Потопа впало в заблуждение, извратило свои поступки и сказало Б-гу: ‹Отойди от нас› (Иов 21:14), — что сделал Святой, благословен Он? Он забрал меня из их среды, чтобы я был свидетелем против них в небесной выси для всех приходящих в мир. А когда Святой, благословен Он, взял меня, чтобы я служил Престолу Славы, колесу колесницы (меркавы) и всем нуждам Шхины, плоть моя тотчас превратилась в пламя, жилы и кости — в раскаленные угли дрока, свет моих век — в сверкание молний, глазные яблоки — в огненные факелы, волосы головы — в пылающий жар и полымя, все части моего тела — в крылья горящего огня, а весь стан моего тела — в пылающий огонь; справа от меня — высекающие пламя огня, слева — горящие огненные факелы, а вокруг меня несутся вихрь, буря и ураган, и грохот, и гром впереди и позади меня"». До сих пор его слова.

Пункт 12.2

Этим он прямо указал, что он и есть праведник Ханох, сын Йереда, о котором сказано: "И ходил Ханох [пред Б-гом]..." (Берешит 5:22, 24). То же самое относится и к Элияу, который стал ангелом, как разъяснено в Зоаре, в главе Ваеце (лист 151б): «Сказал рабби Йегуда: все они встретились у этого колодца. Почему же Давид не встретился с ним? Потому что против Давида в то время стоял ненавистник, и из-за этого он не встретился с ним. Яакова же и Моше этот колодец принял с радостью и стремился сблизиться с ними, а потому, едва увидев их, колодец поднял к ним свои воды, словно жена, радующаяся своему мужу. Если же ты спросишь: ведь Элияу бежал и не встретился с ним — почему? Потому что Элияу находится ниже колодца, а не выше него, как были Моше и Яаков; и поэтому он ангел и исполняет посланничество. А так как Яаков и Моше стоят выше колодца, колодец обрадовался им и поднялся навстречу, чтобы принять их, словно жена, которая радуется своему мужу и встречает его». До сих пор его слова.

Пункт 12.3

Из этого со всей очевидностью видно, что Элияу — один из ангелов, исполняющих посланничество. Но если так, выходит, что эта ступень не принесла им никакой пользы, а напротив, они опустились со своего уровня: ведь останься они на ступени праведников, они поднялись бы неизмеримо выше, а теперь оказались в пределах мира Ецира и в разряде ангелов! Чтобы понять и осмыслить тайну Ханоха и Элияу, нам нужно привести здесь одно речение из Зоара на Шир а-Ширим (Зоар Хадаш, лист 82а) — даже если оно будет длинным, польза от него будет велика. Вот его слова: «"Черна я, но прекрасна" (Шир а-Ширим 1:5). Написано: "Наставь отрока на начале пути его..." (Мишлей 22:6). Когда Святой, благословен Он, сотворил Адама, Он сотворил его по высшему образу — все его органы и суставы были устроены по высшей тайне — и поместил его на земле в саду Эдена (Ган Эдене), который Святой, благословен Он, насадил на земле в сокровенном и потаенном месте, повторяющем высший образ и начертание, как написано: "И взял Г-сподь Б-г человека, и поместил его в саду Эдена, чтобы возделывать его и хранить его" (Берешит 2:15)». «Сказано просто "и поместил его в саду Эдена", без уточнений, потому что все они [оба сада] составляют одну тайну. Если же ты скажешь: в высшем Ган Эдене вокруг него очерчено столько пределов и столько оград из множества высших станов и святых духов (рухин), а здесь, в нижнем Ган Эдене на земле, такого разграничения не видно; и если предположить, что раз он создан по высшему образу, то он был устроен со множеством духов и душ праведников, — выйдет, что пока в мире не появились праведники, этот нижний Ган Эден еще не соответствовал высшему образу! Но, безусловно, он соответствует высшему подобию и образу с того самого дня, как был сотворен мир. Еще до сотворения Адама его окружали многочисленные ограды и пределы высших ангелов, так что он не оставался без охраны: ведь во всех находящихся там чертогах есть правители, охраняющие его, пока те духи не соберутся, чтобы прийти в этот мир. Все духи и души, которым предстояло войти в этот мир, уже пребывали там еще до сотворения Адама; и прежде чем прийти в этот мир, все эти духи и души приготовляются там к тому, чтобы быть дарованными. Эти духи и души выходят из высшего сада, спускаются в нижний Ган Эден, облачаются там в одеяния, подобные телу этого мира, и занимаются Торой, чтобы в этом одеянии познавать и созерцать славу своего Владыки — каждый смотря по тому, каким ему суждено быть в этом мире». «И того, кто достойно и прекрасно исправил себя в этом одеянии и чье усердие было подобающим, возводят наверх пред лицо Святого Царя в том самом одеянии, подобном телу этого мира; он предстоит перед Ним, и Святой, благословен Он, радуется ему. Об этом сказано: "Жив Г-сподь... пред Которым я стоял" (Мелахим I, 17:1) — стоял еще до того, как вышел в этот мир. Но бывают одеяния, в которые облачаются духи по образцу тела этого мира, и такое тело оказывается склонно оставить святой дух и свернуть вслед за нечистым духом. Тогда святой дух улетает из этого одеяния, а само одеяние вытягивается наружу из Ган Эдена. Ведь каждый второй и четвертый день недели [понедельник и среду] нечистый дух от "жены блудливой" обходит вокруг Ган Эдена, и есть одеяния, которые тянутся за этим нечистым духом, и вожделение этого нечистого духа проникает в них. Когда святой дух спускается и облачается в такое одеяние, он не приживается в нем, а улетает от него и поднимается наверх; одеяние же тянется за тем нечистым духом, и его выводят наружу, где оно и остается, пока не приходит тот человек, не облачается в него и не спускается с ним в Геином, где его судят в нем каждый день. А тот святой дух, который выпорхнул из этого одеяния, поднимается наверх и входит в одну сокровищницу до тех пор, пока от того грешника не произойдет сын или потомок, в которого спустится этот святой дух и в котором он достигнет подобающего совершенства».

«Когда же тот грешник обретает затем передышку, он щебечет, поднимается, облачается в другое одеяние и встает у входа в Ган Эден; там он видит тот святой дух, который он [оставил], в великой славе и сиянии, и сгорает от стыда перед ним. Так же он видит славу остальных праведников, плачет и стыдится своих поступков. А когда Святой, благословен Он, сотворил Адама а-Ришон, Он ввел его в Ган Эден в одном драгоценном одеянии из света Ган Эдена, и тот обрел в нем полноту вместе со святыми руахом и нешамой, чтобы быть совершенным во всем. Он и его жена прогуливались по Ган Эдену, а высшие ангелы окружали их, доставляя им множество наслаждений и услад. Он открыл ему одну сокровищницу и показал все будущие поколения, поколение за поколением, и тот видел высшие и нижние образы в сиянии озаряющего их зерцала (аспакларьи). Но вот спустилась "жена блудливая" и тот, кто восседает на ней и властвует над нею, — тот лишенный сердца, который совратил всех». «Увидев ту высшую славу, в которой пребывали Адам и его жена, "жена блудливая" укрепилась мощью и силой властвующего над нею, приблизилась к Хаве и принялась соблазнять ее множеством искушений и медоточивых речей, пока та не поддалась соблазну, а вслед за нею соблазнился и Адам. Тогда те одеяния улетели от него, и сияющая душа (нешама) высшего зерцала поднялась от него, так что он и его жена остались совершенно нагими. Когда же после изгнания из Ган Эдена, живя снаружи, он принес покаяние (тшуву), Святой, благословен Он, сжалился над ним и сделал ему другие одеяния — такие, какие нужны для жизни в этом мире. Затем он жил снаружи и породил сыновей, а то сияние высшей души, которое улетело от него, поднялось наверх и хранилось в одной сокровищнице, именуемой Гуф, пока он не породил сыновей и в мир не вышел Ханох. Когда же пришел Ханох, это высшее сияние святой души спустилось в него, и Ханох пребывал в том высшем величии, которое утратил Адам, — об этом и сказано: "И ходил Ханох пред Б-гом..." (Берешит 5:22, 24)». «Затем Святому, благословен Он, понадобилось забрать его из этого мира и включить святой дух (руах) снизу и сверху; и все включилось в этот святой дух, а сам он вобрал в себя свойства нижних и высших, чтобы весь мир тянулся каждый вид к себе подобному. Будучи включен так [с обеих сторон], он стал правителем в этом мире и в высшем мире: в этом мире — со стороны того включения, которое он вобрал из этого мира, а в высшем мире — со стороны того включения, которое он вобрал свыше. И всякий раз, когда в мире есть праведники и благочестивые (хасидим), то включение, которое было воспринято снизу со стороны Ханоха, обновляется, и тогда он становится отроком (наар) по тайне обновления луны. В этом тайна стиха: "Наставь отрока на начале пути его..." (ханох ла-наар — ; Мишлей 22:6). Что значит "наставь" (ханох)? Идти тем путем истины, дорогой прямой и совершенной. "Даже когда он состарится" (там же) — речь идет об образе Ханоха с того времени, как он был включен в ту святость: не говори, будто он состарился от множества дней и удалился с того места! Нет, всякий раз, когда в мире есть благочестивые и праведники, венец той стороны обновляется, и этот самый образ выглядит совсем юным отроком и не покидает того места. А благодаря этому включению нижние наследуют росу высшего орошения, и в мир нисходит наследие святого величия». До сих пор его слова.

Пункт 12.4

Ввиду пространности этого речения мы разберем из него лишь то, что относится к нашей теме.

Пункт 12.5

В начале своих слов он рассказал, что еще до прихода в этот мир, спустившись в нижний Ган Эден, душа может облачиться в одеяние, подобное тому одеянию, в которое она облечется в этом мире; и если человек исправит свои пути и не склонится за окружающей [сад] клипой, она поднимется пред лицо своего Творца в подобии этого одеяния. Именно так было с Элияу, который сказал: "Жив Г-сподь... пред Которым я стоял" (Мелахим I, 17:1), как мы объяснили. Далее он сказал, что в Адаме а-Ришон было три начала: первое — душа, то есть обычная нешама или руах, которую он не утратил даже после своего греха; второе — одеяние, в которое он облачался, то есть [одеяние] Адама, сотворенное Святым, благословен Он, которое склонилось вслед за клипой; и третье — «сияние высшей души», представляющее собой возвышенную ступень. На все три начала он указал словами: «в одном драгоценном одеянии из света Ган Эдена и т.д.» — это упомянутое выше овеществляющееся одеяние, которое порой склоняется вслед за клипой; второе — руах, облачающийся в это одеяние; и третье — душа (нешама) высшего сияния. Затем он сказал: «тогда они соблазнились, и те одеяния улетели от него». Речь здесь идет не о тех одеяниях, которые склонились за клипой, — ведь ими были сами Адам и Хава, которых сотворил Святой, благословен Он, — но поверх них было еще одно одеяние света, и именно эти одеяния улетели от него, как и душа, представляющая собой высшее сияние, и т.д.

Пункт 12.6

Те свойства и достоинства, которые утратил Адам а-Ришон, удостоился получить праведный Ханох по закону родства душ, как мы объяснили выше. Далее в Зоаре сказано: «Затем Святому, благословен Он, понадобилось забрать его и т.д.». Известно, что когда Святой, благословен Он, сотворил Адама а-Ришон в тех высших одеяниях и с той превосходной душой, главный замысел состоял в том, чтобы Адам а-Ришон служил источником всего изобилия (шефа) для высших и нижних. Поэтому все творения хотели поклониться ему, как объяснили наши мудрецы, благословенна их память, на стих: "Придите, поклонимся и падем ниц" (Теилим 95:6). Смысл этого в том, что поклонение служит притяжением изобилия, как мы писали во вратах Значений Именований (Шаар Эрхей а-Кинуим). Видя, что они получают влияние через него, творения намеревались черпать изобилие только от него; он же сказал им, что так поступать нельзя, а нужно черпать влияние от самого Источника изобилия — то есть "преклоним колена пред Г-сподом, Творцом нашим" (там же).

Но впоследствии, когда он согрешил и все увидели, что Адам поклонился тому месту и прилепился к нему, они потянулись вслед за ним, и он навлек смерть на себя и на весь мир, как объяснено в Зоаре, в главе Эмор (лист 107б, см. там). Теперь же, когда Ханох удостоился его ступени и его славы, ему все же немного недоставало совершенства, поскольку его одеяние и устройство были такими же, как у обитателей этого мира, а потому он мог наделять влиянием только телесные создания. Вот почему Святой, благословен Он, пожелал, чтобы его материальное тело превратилось в огненные факелы, как он сам рассказал в «Книге Чертогов». Это он и имел в виду, сказав: «А когда Святой, благословен Он, взял меня, чтобы я служил Престолу Славы» — ведь Престол Славы есть мир Брия, а он [то есть Метатрон] относится к миру Ецира и служит Престолу тем, что Престол облачается в него, как мы объяснили во вратах АБЕА. Он принимает изобилие (шефа) от Престола и передает его всему, что находится ниже него; в этом и состоит тайна превращения его плоти в огненные факелы и т.д. Это и означает сказанное в приведенном речении Зоара, что он «вобрал в себя свойства высших и нижних»: поскольку он был человеком и по своему облику в точности походил на людей в образе отрока, он вобрал в себя природу нижних; а поскольку его тело стало духовным, он вобрал в себя природу высших. Рабби Шимон бар Йохай, мир ему, выразился очень точно, сказав: «и включить святой дух (руах)», — и на протяжении всего отрывка он упоминает именно руах, а не нешаму. Ведь нешама поднялась в место душ (нешамот) — в высший Ган Эден, тогда как руах, который обычно остается в нижнем Ган Эдене и не поднимается выше, как разъяснено во многих местах Зоара, удостоился здесь вобрать в себя две общности — от высших и от нижних. Этим Ханох и превзошел остальных праведников: ведь праведники в этом мире не служат своим телом, кроме как в нижнем Ган Эдене, а выше него поднимаются только своей душой (нешамой), облачающейся в духовность; Ханох же удостоился подняться на такую ступень, где его тело превратилось в огненные факелы. С остальными праведниками дело обстоит иначе: они сбрасывают с себя тело и материальность, их плоть истлевает и разлагается в прахе, а сами они облекаются в иное одеяние. У этого же ангела сохранилось его собственное тело, превратившееся в огненные факелы и т.д., как явствует из его собственных слов в «Книге Чертогов», приведенных нами в начале главы; душа (нешама) же его навеки пребывает на подобающем ей месте вместе с душами праведников и благочестивых.

Пункт 13.1

Разъяснив в предыдущей главе тайну Ханоха, перейдем в этой главе к разъяснению тайны Элияу. Скажем, что с Элияу произошло то же самое, что и с Ханохом, хотя один из них и превосходит другого; впрочем, в исследование их различия мы сейчас вдаваться не будем, отложив это с Б-жьей помощью до конца этих врат.

Пункт 13.2

Суть произошедшего с Элияу состоит в том, что он был телесным человеком, как и все остальные люди; но поскольку еще в Ган Эдене он удостоился той высокой ступени, не склонившись вслед за клипой, то благодаря его великой приверженности Б-гу и совершенству души его тело удостоилось превратиться в огненные факелы — однако не совсем так, как у Ханоха. Ведь Ханох сам буквально превратился в огненный факел, тогда как для Элияу было уготовано другое тело. Вот слова рабби Шимона бар Йохая, мир ему, в главе Ваякель (лист 197а): «Другое толкование: "Кто восходил на небо и нисходил?" (Мишлей 30:4) — это Элияу, о котором написано: "и вознесся Элияу в вихре на небо" (Мелахим II, 2:11). Но как мог Элияу подняться на небо, если все небеса не могут вынести даже горчичного зернышка от тела этого мира, а ты говоришь: "и вознесся Элияу в вихре на небо"? Однако это подобно тому, как сказано: "И сошел Г-сподь на гору Синай" (Шмот 19:20), и написано: "И вошел Моше в середину облака, и взошел на гору" (Шмот 24:18)». «Ведь на горе Синай пребывал Святой, благословен Он, как написано: "А вид славы Г-сподней на вершине горы был, как огонь поядающий" (Шмот 24:17), — как же Моше мог взойти к Нему? Но о Моше написано: "И вошел Моше в середину облака, и взошел на гору" — он вошел внутрь облака, словно человек, облачающийся в одеяние. Так и он облачился в облако, вошел внутрь него и в этом облаке приблизился к огню, благодаря чему и смог подойти. Точно так же было и с Элияу, о котором написано: "и вознесся Элияу в вихре на небо" — он вошел в тот вихрь, облачился в него и поднялся наверх. А в "Книге Адама а-Ришон" мы нашли такую тайну: там сказано, что среди порождений мира будет один дух (руах), который спустится в мир на землю и облачится в тело, и имя ему будет Элияу. В этом теле он вознесется, сбросит с себя свое тело и останется в вихре, а другое тело — из света — будет уготовано ему, чтобы пребывать среди ангелов. Когда же он спускается вниз, он облачается в то тело, которое осталось в этом мире, и в этом теле показывается внизу, а в другом теле является наверху. В этом и состоит тайна стиха: "Кто восходил на небо и нисходил?" — не было человека, чей дух (руах) поднялся бы на небо, а затем спустился вниз, кроме Элияу, который поднимается наверх и спускается вниз». До сих пор его слова.

Пункт 13.3

Из этого становится ясно, что у Элияу есть душа (нешама), как и у остальных праведников из сынов Исраэля. Благодаря же своей праведности он удостоился двух достоинств: во-первых, облачиться в одеяние того ангела и стать высшим служителем, тогда как его нешама связана в месте пребывания остальных душ (нешамот). Облачается же только его руах, что доказывается самими словами речения, где упоминается исключительно руах, — отсюда видно, что его нешама возвышается на ступени душ (нешамот). Теперь же уместно спросить: почему этой ступени не достигли Авраам, Ицхак, Яаков и Моше, которые выше Элияу, как сказано в Зоаре, в главе Ваеце, по поводу колодца, не поднявшегося навстречу Элияу во время его бегства, что Зоар объяснил словами: «потому что он ангел и т.д.», как мы привели в предыдущей главе? На это мы ответим, что если бы с ними произошло такое, они бы потеряли в своем достоинстве. Ведь достоинство праотцев состоит в том, что они служат колесницей (меркавой) для самой сущности сфирот, как мы объяснили в третьей главе врат Именований (Шаар а-Кинуим).

Поэтому, если бы они облачились в ступень какого бы то ни было ангела, они бы опустились со своего уровня: ведь при жизни они были каналами для изобилия (шефа), изливающегося от самой Шхины через сфирот, и вся полнота изобилия передавалась через них даже высшим ступеням, по тайне стиха: "И восшел Б-г от Авраама" (Берешит 17:22). А эта ступень превосходит даже ступень Метатрона, главы небесных князей: ведь в Зоаре и Тиккуним прямо сказано, что когда в этом мире нет праведника, Шхина облачается в Метатрона, как мы с Б-жьей помощью написали в четвертой главе врат АБЕА. Стало быть, достоинство праведников, служащих колесницей (меркавой), выше достоинства ангелов, и потому, если бы при жизни они поднялись на ступень ангелов, они бы утратили свое превосходство. Если же ты возразишь, что после смерти их тела уже не имеют никакого отношения к колеснице, а значит, их телам стоило бы подняться на ступень ангелов, — то это вовсе не возражение. Ведь даже после смерти, лежа в могиле, они остаются в своем достоинстве. Доказательством тому служит царь Давид, мир ему, который царствовал в Хевроне семь лет: в Зоаре (глава Ваэра, лист 31а) объясняется, что Давид присоединился к этому месту для того, чтобы его царство утвердилось в свойстве Малхут вместе с праотцами, покоящимися в Хевроне.

Следовательно, даже после смерти они остаются на своей ступени. Элияу же и Ханох не находятся на ступени самой колесницы, так как они никогда не поднимались выше упомянутой нами ступени. Именно поэтому [Зоар выше] ответил: «Элияу — ангел», то есть он находится на ступени ангела, а не на ступени колесницы; и доказательством тому служит то, что его конец свидетельствует о его начале. При этом как душа (нешама) Элияу, так и душа Ханоха навеки завязаны в узле жизни наряду с душами остальных праведников, но сверх того они удостоились, чтобы их руах облачился в ступень ангелов, в отличие от прочих праведников, чей руах не поднимается выше нижнего Ган Эдена, где он и облачается.

Пункт 13.4

Кроме того, они удостоились стать органами Б-жества на уровне разъясненных мною чертогов, и это их дополнительное достоинство по сравнению с остальными: они служат органами Б-жества в свойстве распространяющегося Хашмаля.

Пункт 13.5

Достоинство же праотцев еще выше: они представляют собой не отдельные органы, а всю полноту сущности Б-жества, распространяющуюся к нижним. Таким образом, в этом вопросе обнаруживаются четыре ступени (четыре бхины). Первая, меньшая из всех, — это ступень ангелов: они служат каналами и отдушинами, в которые облачается высший свет, светящий сквозь них тусклым светом, и называются органами колесницы (меркавы). Вторая ступень, превосходящая первую, — это ступень праведников: они служат каналами и отдушинами, в которых распространяется высший свет — сама сущность Тиферет. Эта тайна раскрыта в Зоаре, в главе Ваехи (лист 245а), и вот его слова: «Сказал рабби Шимон: "Всякое место требует молчания, кроме молчания в Торе. Есть у меня одно сокровенное сокровище, и я не хочу, чтобы оно было утрачено для вас. Это возвышенное слово, которое я нашел в книге рава Амнуна Саба. Приди и смотри: повсюду мужское начало (захар) стремится за женским (нуквой) и пробуждает к ней любовь"». «"А здесь мы видим любовь, которую пробуждает она сама, устремляясь за ним, хотя по заведенному в мире порядку женскому началу не к лицу гнаться за мужским. Однако это сокровенное и возвышенное слово из царских сокровищниц. Приди и смотри: есть три души (нешамот) и т.д. Другая душа — это душа праведников, происходящая от тех высших душ: от души мужского начала и от души женского начала. Поэтому души праведников стоят выше всех тех высших воинств и станов. Если же ты спросишь: раз они со всех сторон так возвышенны, зачем они спускаются в этот мир и зачем уходят из него? Это подобно царю, у которого родился сын и т.д. Приди и смотри: если бы праведники знали это, все они радовались бы тому дню, когда им приходит время уходить из этого мира. Ведь разве это не величайший почет, что ради них приходит сама Матронита, чтобы ввести их в чертог Царя и чтобы Царь каждый день радовался им? Ведь Святой, благословен Он, тешится только душами праведников. Приди и смотри: высшее пробуждение — любовь общины Исраэля к Святому, благословен Он, — пробуждают внизу души праведников, потому что они происходят со стороны Царя, со стороны мужского начала. И это пробуждение приходит к Нукве со стороны мужского начала, и тогда пробуждается любовь. Выходит, что именно мужское начало пробуждает приязнь и любовь в Нукве и т.д."». До сих пор его слова, относящиеся к нашей теме, а то, что нам здесь не требуется, мы опустили ради краткости.

Пункт 13.6

Здесь он прямо сказал, что души представляют собой саму сущность мужского начала — Тиферет. Этим разрешается его главный вопрос: как можно говорить, будто женское начало добивается мужского вопреки порядку этого мира, то есть что Шхина сама требует единения (ихуда)? На это он и ответил, что души — это сама сущность мужского начала; а поскольку пробуждение происходит через души, как мы объяснили в семнадцатой главе врат Сущности и Управления (Шаар Маут ве-Анага), первоосновой, предшествующей пробуждению, выступают именно души, представляющие собой распространяющуюся в них сущность Тиферет. Вот почему они стоят выше всех остальных творений и даже выше ангелов, как мы разъяснили. Третья ступень — это сочетание свойств ангелов и праведников, то есть ступень Метатрона и Элияу, чьи души (нешамот) завязаны наверху в узле жизни, а дух (руах) облачается в ступень ангелов; это, безусловно, двойное служение, как мы объяснили. Четвертая же ступень — это ступень праотцев и всех тех, кто служит колесницей (меркавой) для сфирот: по своей душе они относятся к ступени праведников, но поднялись еще выше них благодаря тому, что даже своим телом служат каналом для самой сущности этих сфирот, как разъяснено выше. Теперь нам остается пояснить еще несколько подробностей об Элияу, чему мы посвятим отдельную главу.

Пункт 14.1

По поводу происхождения Элияу у наших мудрецов, благословенна их память (Берешит Раба, глава 71), разошлись мнения о том, из какого он был колена: одни говорили, что он был из колена Гада, другие — что из колена Биньямина, а третьи говорили, что Пинхас — это и есть Элияу. Каждое из этих мнений имеет опору в стихах Писания. Некоторые же говорили, что он происходит из потомства Рахели, а сам он причислял себя то к одному роду, то к другому. А иные каббалисты хотели объяснить все это через тайну привходящей души (ибура). У комментаторов же, благословенна их память, мы нашли по этому поводу мнение, что Элияу происходил от Шутелаха, поскольку нигде не упоминается имя отца Элияу, а сказано лишь: "Элияу а-Тишби, из жителей Гилада" (Мелахим I, 17:1); пойми это.

Пункт 14.2

Кроме того, об Элияу сказано (Мелахим I, 18:15): "Жив Г-сподь... пред Которым я стоял", — то есть стоял уже прежде. Поэтому говорили, что каково место Ханоха, ставшего Метатроном, таково же место Элияу, ставшего Сандальфоном. Когда Элияу поднялся в вихре на небо, его плоть превратилась в огненные факелы, и его тело осталось в мире небесных сфер или в мире ангелов, а его руах поднялся на свое место. Когда же Святой, благословен Он, желает послать его с поручением, он спускается, облачается в это тело, сходит на землю и исполняет свое посланничество. Именно поэтому он открывался мудрецам, совершенным мужам и пророкам, и они беседовали с ним — ведь в нем была материальная сторона, то есть упомянутое тело; а уходя, он оставляет это тело на его месте и поднимается наверх. До сих пор их слова.

Пункт 14.3

Мы нашли также отрывок от имени рабби Моше де Леона, благословенна его память: «По поводу твоего вопроса об Элияу, который взошел на высоту так, как не всходил ни один другой человек: знай, что в "Ситрей Тора" ("Тайнах Торы") я видел поистине дивную тайну. Во всей Торе ты не найдешь у Элияу ни отца, ни матери, и нигде не написано, что он сын такого-то, а сказано лишь: "Элияу а-Тишби, из жителей Гилада" (Мелахим I, 17:1). Сказали, что прежде он спустился с небес, и имя его известно в тайнах мудрости. Более того, впоследствии он являлся мудрецам во многих местах и во множестве обличий — иногда в облике арабского купца, иногда всадником, иногда как один из великих людей поколения, принимая самые разные виды и образы. Поэтому не удивляйся тому, что Элияу находится на ступени, превосходящей всех остальных людей. Если же ты спросишь: как он мог все те годы и все то время сохранять человеческий вид и образ, ведь ангел, если и показывается, то лишь на час или на день, но не дольше? — то на это сказали так. В час, когда Святой, благословен Он, пожелал сотворить человека, Он сказал ангелам: "Сотворим человека" (Берешит 1:26). Они сказали перед Ним: "Владыка мира! "Что такое человек, что Ты помнишь его?" (Теилим 8:5)". Тогда Он простер к ним Свой перст и сжег их». «Он призвал вторую вереницу ангелов, и повторилось то же самое, пока Он не призвал такого-то и его свиту и не сказал им: "Сотворим человека". Тот ответил перед Ним: "Владыка мира! Если это угодно Тебе, то мне и подавно; и если это благо в Твоих глазах, я спущусь и буду служителем при нем". Сказал ему Святой, благословен Он: "Отныне и впредь имя твое будет называться уже не так-то, а так-то". И все же он спустился не сразу, а спустя долгое время, и утвердил в мире веру в то, что Г-сподь есть Б-г, в истории с Ахавом. А через короткое время после того, как он утвердил эту веру в мире, Вездесущий вознес его в небесные выси. И сказал ему Святой, благословен Он: "Ты добрый попечитель для людей; клянусь твоей жизнью, ты будешь спускаться и утверждать веру в Меня в мире!" Об этом и написано (Мелахим I, 18:36–37): "Ответь мне, Г-сподь... и что по слову Твоему я сделал все это" — то есть по слову, сказанному Тобой еще до того, как я спустился в мир. В этом смысл слов наших мудрецов, благословенна их память (Брахот 4б): "Михаэль [долетает] в один [мах], Гавриэль — в два, Элияу — в три", — причина этого в том, что он находится на одной ступени с ними. Если же ты спросишь: ведь написано "так как я не лучше отцов моих" (Мелахим I, 19:4), и если дело обстоит так, почему же он произнес эти слова? — то, безусловно, он просил об этом потому, что уже много лет тянулся за людьми, но его благо в мире происходило не от заслуг отца и матери, ведь не от них зависело его благо и его пребывание в мире; поэтому он и сказал, что такому, как я, не подобает задерживаться в мире». До сих пор его слова.

Пункт 14.4

Однако это мнение само собой отпадает в свете слов рабби Шимона бар Йохая, мир ему, который считал, что Элияу был человеком; и таково же мнение всех мудрецов Гемары, ведь они спорили лишь о том, из какого он был колена, но с утверждением, будто он был облекшимся в плоть ангелом, никто не согласится. Слова же рабби Шимона бар Йохая, мир ему, об этом находятся в главе Ваигаш (лист 209а): «Сказал рабби Шимон: "Все души мира выходят из того места, откуда течет и исходит поток, и всех их удерживает узел жизни. Когда женское начало (нуква) зачинает от мужского (захара), все происходит по стремлению женского начала к мужскому; а когда стремление мужского начала исходит по его собственной благосклонной воле, такие души обладают особой стойкостью, потому что все в них — от стремления и воли Древа Жизни. И поскольку Элияу произошел от этого благоволения в большей мере, чем любой другой человек, он сохранил существование. Поэтому написано (Мелахим I, 19:3): [и пошел он] ради души своей (эль нафшо — ), а не написано эт нафшо (), ведь эт нафшо указывает на женское начало (нукву)"». «"Если же ты возразишь, что написано: ‹к жене [Он сказал]› (эль а-иша — ; Берешит 3:16), — то когда речь идет об общности мужского и женского начал, включенной в мужское начало, говорится эль а-иша; выражение же эт а-иша () означает одно лишь женское начало без включения мужского. Точно так же эль нафшо () означает одно лишь мужское начало, тогда как эт нафшо () — одно женское начало без включения мужского. И поскольку он относился к стороне мужского начала больше, чем все остальные люди мира, он сохранил особую прочность бытия и не умер подобно прочим людям: ведь весь он происходил от Древа Жизни, а не из праха. Поэтому он вознесся наверх и не умер по обычаю всех людей мира, как написано (Мелахим II, 2:11): ‹и вознесся Элияу в вихре на небо›. Приди и смотри, что написано там: ‹и вот, огненная колесница и огненные кони...› — тогда его тело разоблачилось от духа (руаха), и он вознесся не так, как все остальные люди, и остался святым ангелом подобно прочим высшим святым, исполняя посланничество в мире. И уже установлено, что чудеса, которые Святой, благословен Он, творит в мире, совершаются его руками"». До сих пор его слова.

Пункт 14.5

Из этого прямо видно, что его душа (нешама) подобна душам остальных праведников, но благодаря особой святости во время высшего ударного соединения (зивуга) он поднялся на эту ступень; и то же самое доказывается в приведенном нами в двенадцатой главе речении на стих "Жив Г-сподь... пред Которым я стоял", которое он там разъяснил. И все же вполне возможно, что он стал Сандальфоном — подобно тому как мы объяснили о Метатроне, который прежде был Ханохом и самым настоящим человеком, как показано в предыдущих главах.

Пункт 15.1

Рамбам, мир ему, полагал, что явление ангелов нашему праотцу Аврааму, мир ему, и другим праведникам происходило лишь в пророческом видении. Он считал так потому, что верил, будто ангелы предельно тонки, духовны и совершенно бестелесны; из-за этого перед ним встал трудный вопрос об их множественности. Он разрешил его тем, что они умножаются по принципу причины и следствия, как мы с Б-жьей помощью объяснили в шестой главе врат Порядка их стояния (Шаар Седер Амидатан). Однако пришедшие после него мыслители возразили против его мнения: ведь если так, то ангелов должно быть всего десять, выделяющихся один из другого, раз в духовном мире различие возможно только между причиной и следствием, а ступеней ангелов насчитывается десять: хайот, офаним, эрэлим, хашмалим, серафим, малахим, ЭЛОКИМ, бней ЭЛОКИМ, крувим и ишим.

Пункт 15.2

Между тем известно, что ангелов неизмеримо больше; и хотя последователи Рамбама всячески пытались разрешить это затруднение, им это не удалось. У нас же нет ничего, кроме традиции рабби Шимона бар Йохая, мир ему, который объяснил, что ангелы способны уплотняться и принимать телесный образ в воздухе. Вот его слова в главе Ваера (лист 101а): «Приди и смотри: [после того] как Авраам совершил обрезание, он сидел, испытывая боль, и Святой, благословен Он, послал к нему трех ангелов в открытом явлении и т.д. Но кто же может видеть ангелов, ведь написано: "Ты делаешь ветры вестниками Своими [ангелами Своими]..." (Теилим 104:4)? Однако он, безусловно, видел их спускающимися на землю в человеческом облике. И пусть это не кажется тебе трудным: хотя они, несомненно, святые духи (рухин), но, спускаясь в мир, они облачаются в слои воздуха и в грубые стихии и показываются людям наяву в их собственном зримом образе. Приди и смотри: Авраам увидел их в человеческом облике и, несмотря на боль после обрезания, побежал вслед за ними, чтобы не умалить того [гостеприимства], которое он оказывал прежде». До сих пор его слова.

Пункт 15.3

Итак, он прямо сказал, что ангелы могут принимать телесный облик и становиться видимыми для людей чистых качеств и праведников с чистым зрением. Далее мы узнали там об ангелах, что они ничего не знают об этом мире и его делах, кроме того, что относится к личному служению и поручению каждого из них, а сверх этого у них нет никакого знания о происходящем в мире. Вот его слова (там же, лист 101б): «"Где Сара, жена твоя?" (Берешит 18:9). Разве высшие ангелы не знали, что Сара в шатре, — почему же написано "Где"? Дело в том, что они знают в этом мире только то, что им передано для знания, а чего им не передали, того они не знают. Приди и смотри: написано "И пройду Я по земле Мицраима... Я, Г-сподь" (Шмот 12:12). Разве мало у Святого, благословен Он, ангелов и посланников? Но они не умеют отличить каплю семени первенца от капли не-первенца — это ведомо только самому Святому, благословен Он. Подобно этому сказано (Йехезкель 9:4): "и сделай знак тав на лбах людей" — зачем это понадобилось?» «Потому что они знают лишь то, что им поручено знать, — например, все те дела, которые Святой, благословен Он, намеревается навести на мир. Почему они знают об этом? Потому что Святой, благословен Он, пускает глашатая по всем небосводам возвестить о том, что Он собирается навести на мир, и они слышат это слово и узнают. Точно так же в час, когда в мире находится губитель, человеку следует укрыться в своем доме и не показываться на улице, чтобы не пострадать, как сказано: "а вы не выходите никто из дверей дома своего до утра" (Шмот 12:22). От них [ангелов] укрыться можно, но от Святого, благословен Он, скрыться невозможно, ведь что написано? "Может ли человек скрыться в тайниках, где Я не видел бы его? — слово Г-спода" (Ирмеяу 23:24)». До сих пор его слова, и смысл их совершенно ясен. Оттуда же мы вынесли и третий урок об ангелах — что основу их пропитания составляет сторона Хеседа.

Вот его слова (там же, лист 104а): «Приди и смотри: "И встали оттуда мужи те" (Берешит 18:16) — от той трапезы, которую приготовил им Авраам, удостоившись оказать им милость». «И хотя они были ангелами, он удостоился оказать им благодеяние, и от всей той пищи ничего не осталось ради Авраама, чтобы доставить ему заслугу: ведь написано "и они ели" (Берешит 18:8) — пища сгорела в их огне. Если же ты спросишь: ведь ангелов было трое — один из огня, другой из воды, а третий из воздуха! — то дело в том, что каждый из них включен в другого, и поэтому сказано: "и они ели". Подобно этому написано: "и видели они Б-га, и ели, и пили" (Шмот 24:11) — они вкусили самую настоящую пищу, насытившись от Шхины. Так и здесь слова "и они ели" означают, что они получили питание с той стороны, к которой был прилеплен Авраам [со стороны Хеседа], и потому от предложенного им Авраамом ничего не осталось. Подобно этому человек должен испить из бокала благословения, чтобы удостоиться того высшего благословения; так и они вкусили от приготовленного для них Авраамом, чтобы удостоиться пропитания со стороны Авраама, ведь именно с этой стороны исходит пропитание для всех высших ангелов». До сих пор его слова.

Пункт 15.4

Этим он прямо показал, что все пропитание ангелов исходит со стороны Хеседа. Кроме того, в Тиккуним я нашел по этому поводу, что одни ангелы получают питание (еника) со стороны Гвуры, другие — со стороны Хеседа, третьи — со стороны Тиферет, и так от всех сфирот. И все же между этими высказываниями нет противоречия: ведь само пропитание все они в равной мере получают со стороны Хеседа. Комментаторы разъяснили также, что каждый ангел, чье имя оканчивается на буквы алеф и ламэд — эль (), как Михаэль, получает питание со стороны сфиры Хесед; каждое имя, оканчивающееся на ЙА (), получает питание со стороны Тиферет; а каждое имя, оканчивающееся на конечную букву нун (нун софит, ), получает питание со стороны Гвуры. И не следует доискиваться иных причин их имен, так как все они выводятся из стихов Писания; впрочем, в стихах для них есть опора через числовое значение и тому подобное, а остальные имена, не имеющие ни одного из этих трех признаков, прямо выводятся из стихов. До сих пор их слова.

Пункт 15.5

Мы узнали также из Тиккуним, что ангелы питаются от определенных сфирот, их действия соответствуют действиям этих сфирот, а их имена даны по именам сфирот: например, Гавриэль назван по имени Гвуры, Хасдиэль — по имени Хеседа, Ахавиэль — по имени Хеседа, именуемого любовью (ахава — ), и так же по названиям всех остальных действий. Причина этого в том, что из мира Брия в мир Ецира распространяются десять светил, и посредством этих светил совершаются все действия, как разъяснено во вратах АБЕА.

Пункт 15.6

Из этих десяти светил и разворачивается сотворение ангелов, а потому они именуются по названиям сфирот и по названиям действий сфирот.

Заметка

Заметки в этой книге

Выделите текст или коснитесь абзаца и выберите цвет — место сохранится здесь, со своей заметкой, если захотите.

Все заметки

Заметки хранятся в этом браузере. Войдите, чтобы они были на всех ваших устройствах.

Ещё

Поделиться