Внутреннее созерцание

Пункт 1.1

Прежде всего нужно знать: там, где речь идет о духовных понятиях, отрешенных от времени, пространства и движения — и тем более о Б-жественном, — у нас нет слов, чтобы высказать и выразить их. Ведь весь наш словарный запас взят из иллюзорных восприятий чувств. Как же можно опереться на него там, где чувства и воображение не властны?

Возьмем для примера самое тонкое слово, такое как «свет» («света́»)... Но и оно заимствовано из области воображения: от солнечного света или от ощутимого душевного покоя и тому подобного. Как же в таком случае выражать этими словами темы Б-жественного? Ведь вдумчивому читателю они не откроют никакой истины.

Нечего и говорить о тех случаях, когда эти понятия нужно изложить в книге, исследуя мудрость, как принято во всякой науке. Ведь если ошибиться хотя бы в одном слове, не подходящем к цели, читатель тотчас запутается и совершенно собьется с толку во всей теме. Поэтому каббалисты и выбрали особый язык, который можно назвать «языком ветвей». Ведь в этом мире нет ни одной сущности и ни одного ее проявления, которые не происходили бы из своего корня в высшем мире. Напротив, любое бытие берет начало в мире высшем и лишь затем нисходит в наш мир.

Так мудрецы без лишнего труда нашли готовый язык, позволяющий передавать постижения друг другу — устно и письменно, из поколения в поколение. Они взяли названия земных ветвей, где каждое имя говорит само за себя, словно указывая пальцем на свой высший корень в системе высших миров.

Пусть это рассеет твои недоумения, если ты часто встречаешь в книгах по каббале поразительные выражения, порой даже чуждые человеческому духу. Ведь если мудрецы уже избрали этот язык — упомянутый «язык ветвей», — как они могли бы обойти какую-то ветвь из-за ее низменности и не выразить с ее помощью нужный смысл? Другой ветви взамен в нашем мире просто не найти: ведь как «два волоса не растут из одной поры» (Бава Батра 16а), так нет и двух ветвей, относящихся к одному корню.

Нельзя было и отбросить положение мудрости, требующее именно этого низменного выражения. Более того, такая потеря нанесла бы огромный вред и вызвала путаницу во всей этой мудрости. Ни в одной другой науке мира все вопросы не переплетены между собой столь тесно по закону причины и следствия, порождающего и порождаемого, как в каббале: здесь от начала и до конца все темы связаны и сцеплены, буквально как звенья одной длинной цепи.

Поэтому здесь нет свободы произвольно менять эти названия, заменяя дурное хорошим. Мудрецы обязаны всегда приводить в точности ту ветвь, которая прямо указывает на свой высший корень, и подробно разъяснять ее, чтобы дать точное определение вдумчивым исследователям.

Однако те, у кого еще не открылись глаза к небесным видениям и кто пока не знает во всех тонкостях, как ветви этого мира соотносятся со своими корнями в мирах высших, бродят здесь «как слепые, ощупывающие стену» (Йешаяу 59:10). Они не поймут ни одного слова в его истинном значении, ведь каждое слово — это название ветви по отношению к ее корню. Исключение — когда они слышат разъяснение из уст признанного мудреца, берущегося изложить суть дела на разговорном языке. В таком случае мудрец неизбежно выступает переводчиком с одного языка на другой: с языка ветвей на язык разговорный. И только тогда он сможет хоть как-то объяснить духовное понятие.

Ради этого я и взял на себя труд в этом комментарии — объяснить десять сфирот так, как учил нас Б-жественный мудрец Аризаль: в их духовной чистоте, отрешенными от всяких материальных представлений. Тогда любой начинающий сможет приступить к этой мудрости, не споткнувшись об овеществление и не впав в ошибку. А поняв эти десять сфирот, он сможет увидеть и понять, как разбираться во всех остальных вопросах этой науки.

Знай: прежде чем проявились неэцалим и были сотворены творения, простой высший свет наполнял всю действительность и т. д. («Эц Хаим», врата 1, чертог 1).

Эти слова требуют разъяснения. Как могло до того, как проявились миры, существовать некое подобие места для бытия, которое простой свет наполнял бы целиком?

Кроме того, требует объяснения и то, что возникло желание сократиться ради явления совершенства Своих деяний. Ведь из слов книги можно заключить, будто там уже был некий недостаток, упаси Б-г!

Крайнее изумление вызывает и сама центральная точка в Нем, где произошло сокращение. Сказано ведь, что там нет ни начала, ни конца (рош и соф, רֹאשׁ וְסוֹף). Откуда же взяться середине?

Поистине, эти вещи глубже моря, и потому я вынужден подробно остановиться на их разъяснении.

Нет ничего во всем сущем, что не содержалось бы в Эйн Соф. Противоположные для нас понятия включены в Него, благословен Он, по тайне «один, единый и единственный»

Знай: нет в мире никакой сущности или бытия — будь то воспринимаемое нашими чувствами или постигаемое взором нашего разума, — которые не содержались бы в Творце, благословен Он. Ведь всё это нисходит к нам от Него, благословен Он, а разве дающий может дать то, чего в нем нет? И этот вопрос уже обстоятельно разъяснен в книгах.

Однако нужно понять: для нас эти понятия разделены или противоположны. Например, понятие мудрости отличается от понятия сладости: мудрость и сладость — два совершенно разных понятия. Точно так же действующий несомненно отличается от действия: действующий и его действие — неизбежно два раздельных понятия. Тем более это касается противоположностей, таких как сладость и горечь: каждое из этих свойств мы, конечно же, воспринимаем отдельно. У Него же, благословен Он, мудрость и наслаждение, сладость и острота, действие и действующий и все подобные различные и противоположные формы включены воедино в Его простом свете. Между ними нет ни малейшего различия и разделения: всё заключено в понятии «один, единый и единственный».

«Один» (эхад, אֶחָד) указывает на то, что Он пребывает в абсолютном равенстве.

«Единый» (яхид, יָחִיד) указывает на исходящее от Него: всё это множество пребывает у Него, благословен Он, в единой форме, подобно самой Его сущности.

А «единственный» (меюхад, מְיֻחָד) указывает: хотя Он и совершает множество действий, все их производит одна-единственная сила. Все они возвращаются и вновь объединяются в единый образ, поскольку этот единый образ поглощает все формы, проявляющиеся в Его действиях. Это предмет чрезвычайно тонкий, и не всякий разум способен вместить его. Так же разъяснил нам Рамбан, благословенной памяти, единство Творца, благословен Он, по тайне «один, единый и единственный». Вот его подлинные слова в комментарии на «Сефер Йецира» (гл. 1, мишна 7): «Есть различие между [понятиями] „один“, „единый“ и „единственный“: Явное Имя, когда оно объединяется, чтобы действовать единой силой, называется „единственным“; когда оно разделяется, чтобы совершать Свое действие, каждая его часть называется „единым“; а когда оно пребывает в абсолютном равенстве, оно называется „одним“». До сих пор его чистые слова.

Пояснение. Слова «объединяется, чтобы действовать единой силой» означают: Он действует ради блага, как и подобает Его единству, и в действиях Его нет перемен.

«Когда оно разделяется, чтобы совершать Свое действие» — то есть когда Его действия отличаются друг от друга и кажется, упаси Б-г, будто Он творит то добро, то зло. Тогда Оно называется «единым», ведь у всех Его различных действий один-единственный результат: творить добро. Выходит, Он един в каждом отдельном действии и не меняется от различия Своих дел.

«А когда оно пребывает в абсолютном равенстве, оно называется „одним“» — имя «один» указывает на саму Его сущность, благословен Он, в Которой все виды противоположностей абсолютно равны, как сказано выше.

Об этом же писал и Рамбам, благословенной памяти: у Него Познающий, Познаваемое и само Знание — одно (Мишне Тора, Законы основ Торы 2:10). Ведь мысли Его неизмеримо выше наших мыслей, и пути Его — выше путей наших (Йешаяу 55:9).

Пункт 1.2

Два различия в воздействии: до того, как оно дошло до получения, и после того, как дошло до получения

Поучись на примере тех, кто вкушал ман: ман назван «хлебом с небес» (Шмот 16:4), потому что он не огрубел материально при облачении в этот мир. Мудрецы (ХАЗАЛЬ) говорили: каждый ощущал в нем любой вкус, какой только желал (Йома 75а). Значит, в мане неизбежно присутствовали противоположные свойства: один ощущал в нем сладкий вкус, а другой — острый и горький. Сам ман обязательно включал в себя обе эти противоположности вместе: ведь разве дающий может дать то, чего в нем нет? Но как две противоположности могут уживаться в одном предмете? Приходится признать: сам по себе ман прост и отрешен от обоих вкусов, но содержит их в себе так, что материальный получатель способен выделить для себя именно тот вкус, какой пожелает.

Так же пойми и любое духовное явление: само по себе оно едино и просто, но включает в себя всё многообразие форм в мире. Когда же оно доходит до ограниченного материального получателя, тот образует в нем одну отдельную форму из всего множества форм, соединенных в этой духовной сущности.

И согласно этому всегда следует различать в Его воздействии, благословен Он, два аспекта (бхинот, בְּחִינוֹת): первая — это состояние самой сути высшего изобилия (шефа, שֶׁפַע) до того, как оно дошло до получения, когда оно еще представляет собой простой всеобъемлющий свет. Вторая — состояние после того, как изобилие дошло до получения: тогда оно обретает одну отдельную и частную форму в соответствии со свойствами получателя.

Пункт 1.3

Как можно понять, что душа — это часть Б-жественного

Исходя из этого мы сможем понять сказанное каббалистами о сущности души (нешама, נְשָׁמָה). Вот их слова: душа — это буквально «часть от Б-га свыше» (Иов 31:2), и в ней нет вовсе никакого отличия от «целого», кроме того лишь, что душа — это часть, а не «целое». Это подобно камню, высекаемому из горы: ведь сущность горы и сущность камня одинаковы, и между камнем и горой нет никакой разницы, кроме одной: камень — это лишь часть горы, а гора представляет собой «целое». Такова суть их слов, благословенной памяти.

На первый взгляд эти слова в высшей степени удивительны, и труднее всего понять: как вообще можно говорить о различии и части по отношению к Б-жественному и уподоблять это камню, высекаемому из горы? Понятно, что камень высекают из горы топором и молотом. Но в Б-жественном, если можно так выразиться, — как и чем части могут отделиться друг от друга?

Пункт 1.4

Духовное отделяется силой различия формы, подобно тому как материальное отделяется топором

Прежде чем перейти к ответу, объясним суть разделения в духовном. Знай: духовные сущности отделяются друг от друга исключительно изменением формы. Если один духовный объект приобретает две разные формы, он уже не один, а два.

Я поясню тебе это на примере душ (нефашот, נְפָשׁוֹת) людей, которые тоже духовны. Известен духовный закон: форма его проста, как сказано выше. Несомненно, душ много — столько же, сколько тел, которым они дают свет. Но отличаются они друг от друга благодаря изменению формы в каждой из них. Об этом и сказали мудрецы (ХАЗАЛЬ): «Как лица их не похожи одно на другое, так и мнения их не сходны меж собой» (Брахот 58а). Телу же присуще особое свойство разделять формы душ, так что в каждой душе можно различить ее собственное качество: эта душа добрая, а та — дурная, и так далее во всем многообразии различных форм.

Отсюда видно: как материальный предмет разделяется, рассекается и отделяется топором и пространственным удалением частей друг от друга, точно так же и духовный предмет разделяется, отсекается и отделяется из-за различия формы между частями. И в какой мере различаются формы, в такой же мере измеряется и расстояние между частями. Запомни же это как следует.

Пункт 1.5

Как представить себе изменение формы в творении по отношению к Эйн Соф

Однако пока нам это понятно лишь в нашем мире, на примере душ людей. Что же касается высшей души, о которой сказано, что она — часть Б-жественного свыше, то все еще не объяснено, как она отделяется от Б-жественного настолько, что ее можно назвать Б-жественной частью.

Нельзя ведь сказать, будто это происходит за счет различия формы: упаси Б-г так утверждать! Мы ведь уже выяснили, что Б-жественное — это простой свет, включающий в своем простом единстве всё многообразие форм и противоположных свойств мира, по тайне «один, единый и единственный», как сказано выше. Как же тогда представить в душе отличие по форме от Б-жественного, из-за которого она отделилась бы и получила имя части от Него, благословен Он?

По правде говоря, этот вопрос еще острее стоит в отношении света Эйн Соф до сокращения. Ведь всё существующее перед нами — все миры, высшие и низшие вместе, — рассматривается в двух аспектах. Первый аспект — это состояние всего сущего до сокращения, когда всё было без границы и предела; и этот аспект называется «свет Эйн Соф, благословен Он». Второй аспект — состояние всего сущего от сокращения и ниже, где всё пребывает в границе и мере; и этот аспект называется четырьмя мирами Ацилут, Брия, Ецира и Асия.

Известно: в самой Его сущности «никакая мысль не может объять Его вовсе» (Предисловие к Тиккуней Зоар 17а), и у Него нет никакого имени или названия. Ведь как определить именем то, чего мы не постигаем? Всякое имя выражает постижение, указывая, что нами постигнуто нечто в соответствии с этим именем. Поэтому в самой Его сущности, благословен Он, конечно же, нет совершенно никакого имени и названия: все имена и названия относятся только к распространяющемуся от Него свету. И именно распространение Его света до сокращения, наполнявшее всё сущее без границы и конца, называется именем «Эйн Соф, благословен Он».

Исходя из этого необходимо понять: чем же свет Эйн Соф, благословен Он, обособлен сам по себе и выделился из самой Его сущности настолько, что мы можем определить его именем? Это тот же самый вопрос, который мы задали выше о душе.

Пункт 1.6

Разъяснение слов мудрецов о том, почему вознаграждению душ предпосланы служение и труд: «Тот, кто ест не свое, стыдится смотреть в лицо [дающему]»

Чтобы хоть немного понять столь высокий предмет, необходимо раскрыть тему шире. Исследуем же стержень всего сущего перед нами и его общую цель. Разве бывает действующий без цели? А если так, то какова цель, ради которой Творец, благословен Он, произвел всё это сущее перед нами в высших и низших мирах?

Мудрецы (ХАЗАЛЬ) во множестве мест уже указали нам, что все миры были созданы лишь ради Исраэля, исполняющего Тору и заповеди, и это общеизвестно (Ваикра Раба 36:4). Однако здесь нужно вникнуть в вопрос, который задали сами мудрецы: если цель сотворения миров состояла в том, чтобы насладить Свои творения, то зачем Творцу понадобилось создавать этот материальный, темный и полный страданий мир? Ведь и без этого Он мог бы наслаждать души сколько пожелает, если можно так выразиться. Зачем же Он поместил душу в столь темное и нечистое тело?

И они ответили на это: «Тот, кто ест не свое, стыдится смотреть в лицо [дающему]» (ман де-ахиль де-лав дилей, баит ле-истакулей бе-апей; Талмуд Йерушалми, Орла 1:3). Смысл в том, что во всяком незаслуженном даре кроется изъян стыда; и чтобы избавить души от этого изъяна, Он создал этот мир, где есть возможность труда. Тогда в будущем они будут наслаждаться плодами трудов своих, получая полную награду за свои усилия, и тем самым избавятся от стыда. Таковы их слова.

Пункт 1.7

Какое соотношение может быть между трудом семидесяти лет и вечным наслаждением? И нет большего незаслуженного дара, чем этот

Но эти слова мудрецов вызывают тяжелые вопросы со всех сторон.

Во-первых, главное наше устремление и молитва выражены в словах: «Одари нас из сокровищницы незаслуженного дара». А мудрецы сказали, что эта сокровищница приготовлена именно для величайших душ в мире (Танхума, Ки Тиса 27; Шмот Раба 45:6).

Во-вторых, еще труднее понять сам их ответ, гласящий, что в незаслуженном даре кроется великий изъян — стыд, возникающий у каждого, кто получает даром, и ради устранения этого изъяна Творец устроил этот мир с трудом и служением, чтобы в грядущем мире души получили награду за свои старания и труд своих рук. Этот ответ крайне удивителен! С чем это можно сравнить? С человеком, который говорит товарищу: «Поработай у меня одно краткое мгновение, а взамен я буду осыпать тебя всеми наслаждениями мира и драгоценностями всю твою жизнь». Ведь нет большего незаслуженного дара, чем этот! Вознаграждение совершенно несоизмеримо с работой: ведь работа происходит в этом бренном мире, который не имеет никакой ценности по сравнению с наградой и наслаждением вечного мира. Какую вообще ценность имеет количество бренного мира в сравнении с количеством вечного мира? Нечего даже говорить о качестве труда: оно ничтожно по сравнению с качеством награды, как и сказали мудрецы: «В будущем Святой, благословен Он, наделит каждого праведника тремястами десятью (шай, ש״י = 310) мирами» (Мишна, Укцин 3:12).

И нельзя сказать, будто часть награды Творец дает за труды, а остальное — в качестве незаслуженного дара. Чего же тогда достигли мудрецы своим установлением? В остальной части дара всё равно сохранился бы изъян стыда!

Поэтому слова мудрецов нельзя понимать буквально: здесь заложен глубокий смысл.

Пункт 1.8

В одной мысли было выделено и сотворено всё сущее; и она — действующая, она — само действие, она — чаемая награда, и она же — суть труда

Прежде чем приступить к разъяснению слов мудрецов, мы должны понять Его замысел при сотворении миров и всего сущего перед нами: эти деяния не исходили от Него путем множества мыслей, подобно нашим путям. Ведь Он, благословен Он, — один, единый и единственный, как сказано выше. И подобно тому как Он прост, так и исходящие от Него света просты и едины, без всякого множества форм, как написано: «Мои мысли — не ваши мысли, и не ваши пути — пути Мои…» (Йешаяу 55:8).

Поэтому пойми и уразумей: все имена и названия, все высшие и низшие миры — всё это один простой свет, единый и единственный. Ведь у Творца исходящий свет, мысль, действие, действующий и всё, что только может помыслить и вообразить сердце, — это буквально одно.

Суди же по этому и уразумей: в единой мысли Маациль выделил из Себя и сотворил всё это сущее — высшие и низшие вместе, вплоть до завершения всего в окончательном исправлении. И эта единая мысль совершает всё: она же — сама суть всех действий, она — получатель цели, она составляет суть труда, и она же — само совершенство и чаемая награда. Подобно тому как объяснил Рамбан, благословенной памяти, тайну [понятий] «один, единый и единственный», как сказано выше.

Пункт 1.9

Понятие сокращения объясняет, как от совершенного действующего могло произойти несовершенное действие

Именно поэтому Учитель, благословенной памяти, столь подробно остановился в первых главах этой книги на Первом сокращении: ведь этот вопрос — сложнейший из сложнейших. Неизбежно ведь и повреждения, и всевозможные изъяны исходят и берут начало от Него, благословен Он, как написано: «Создающий свет и творящий тьму…» (Йешаяу 45:7). Но повреждения и тьма — прямая противоположность Ему, благословен Он! Как же возможно, чтобы одно происходило от другого? И как они уживаются вместе со светом и наслаждением замысла творения?

Нельзя сказать, будто это две раздельные мысли: упаси Б-г говорить или помышлять подобное, как сказано выше. Как же тогда всё это нисходит от Него, благословен Он, вплоть до этого мира, полного скверны, страданий и великой нечистоты? И как всё это совмещается в единой мысли?

Пункт 2.10

Разъяснение замысла творения

Теперь перейдем к объяснению формы замысла творения. Несомненно: «конец действия — в первоначальном замысле». Ведь даже у материального человека при всем обилии его мыслей завершение дела сначала возникает в мысли. Например, когда человек строит себе дом, ясно: первой его мыслью был образ дома, где он сможет жить. Поэтому строительству предшествует множество мыслей и действий, пока он не воплотит образ, задуманный с самого начала. И сам этот образ появляется лишь в конце всех его трудов. Ты видишь: конец действия изначально заложен в мысли.

Конечный же результат — основа и цель, ради которых все это создано, — состоит в том, чтобы насладить Свои творения, как сказано в Зоаре. Известно также, что Его мысль осуществляется и действует мгновенно. Он ведь не человек, чтобы нуждаться в орудиях труда: сама Его мысль тотчас же завершает все действие.

Отсюда понятно: как только Он задумал сотворить творения, чтобы насладить их, этот свет сразу распространился от Него во всем своем облике, во весь свой рост и со всей высотой задуманных Им наслаждений. Все это вошло в ту мысль, которую мы называем замыслом творения. Пойми это хорошенько: здесь место, где велели быть кратким.

И знай: этот замысел творения мы называем светом Эйн Соф, благословен Он. О самой же Его истинной сущности у нас нет ни звука, ни слова, чтобы определить ее каким бы то ни было именем. И помни это.

Пункт 2.11

В силу желания отдавать в Маациле в неэцале неизбежно рождается желание получать. И оно служит тем сосудом, внутри которого неэцаль принимает свое изобилие

Об этом и сказал Учитель, благословенной памяти: вначале свет Эйн Соф, благословен Он, заполнял всю действительность. Смысл в том, что Всевышний задумал насладить творения, и свет распространился, изошел от Него, если можно так выразиться. И в этот свет тотчас было заложено желание получать (рацон лекабель, רָצוֹן לְקַבֵּל) наслаждение.

Рассуди сам: это желание и определяет всю меру величины распространяющегося света. Мера света и изобилия точно соответствует тому, насколько есть желание насладиться, — не меньше и не больше. Вникни в это хорошенько.

Поэтому саму суть желания получать, заложенного в этом свете силой Его замысла, мы называем «местом». Приведем пример. Когда мы говорим, что у одного человека есть место съесть за обедом буханку хлеба весом в литру, а другой не может съесть больше половины этого веса, — о каком месте идет речь? Не о размере внутренних органов, а исключительно о силе аппетита и желания есть. И ты видишь: место для принятия хлеба зависит от величины желания и тяги к еде. Тем более в духовном: желание принять изобилие и служит местом для этого изобилия, а само изобилие измеряется мерой желания.

Пункт 2.12

Желание получать, заключенное в замысле творения, вывело его из Его истинной сущности к категории имени Эйн Соф

Теперь нам легко понять, почему свет Эйн Соф, благословен Он, выделился из Его истинной сущности (о которой у нас нет ни звука, ни слова) и стал определяться именем «свет Эйн Соф», как сказано выше. Причина — в этом различии: в этом свете заключено желание получать от Его сущности. А это новая форма, которой вовсе нет в Его сущности, избави Б-г, — ведь от кого Ему получать, упаси Б-г? И эта же форма задает всю величину этого света, как сказано выше. Вникни в это хорошенько: здесь невозможно распространяться подробнее.

Пункт 2.13

До сокращения различие формы желания получать не было заметно

Однако при всем том эта новая форма вовсе не воспринималась как отличие от Его света. В этом тайный смысл сказанного в «Пиркей де-рабби Элиэзер»: «До сотворения мира был Он Един и Имя Его едино». «Он» указывает на свет в Эйн Соф, благословен Он, а «Имя Его» — на место, то есть на тайну желания получать от Его сущности, заключенного в свете Эйн Соф, благословен Он. Мидраш сообщает нам: «Он и Имя Его едины». Имя Его — это тайна Малхут де-Эйн Соф, то есть желание: желание получать, заложенное во всей действительности в замысле творения до сокращения. И в нем не различалось никакого изменения формы и никакого отличия от пребывающего в нем света: свет и место были поистине едины. Ведь будь в этом месте хоть какое-то изменение или ущерб по сравнению со светом Эйн Соф, благословен Он, там непременно различались бы две стадии, как сказано выше. Вникни в это хорошенько.

Пункт 2.14

Сокращение означает, что Малхут де-Эйн Соф уменьшила желание получать в себе, и тогда свет исчез, ведь нет света без сосуда

В этом и суть сокращения. Желание получать, заключенное в свете Эйн Соф, благословен Он, называется Малхут де-Эйн Соф. Как сказано выше, это тайна замысла творения в Эйн Соф, включающего в себя всю действительность. Оно украсило себя, чтобы возвыситься и еще больше уподобить свою форму Его истинной сущности. Поэтому оно уменьшило свое желание принимать Его изобилие в четвертой стадии желания, как будет сказано ниже. Намерение состояло в том, чтобы благодаря этому выделились из Него и были сотворены миры вплоть до этого мира: тогда форма желания получать исправится, вернется к форме отдачи и уподобится Маацилю. А когда желание получать уменьшилось, свет сам собой ушел оттуда: ведь известно, что свет зависит от желания, а желание — это место света. В духовном же нет принуждения.

Пункт 3.15

Разъяснение источника происхождения души

Теперь прояснится исток души, о которой сказано: «часть Б-га свыше» (Иов 31:2). Выше мы спрашивали: как и в чем форма души может измениться по сравнению с Его простым светом, чтобы тем самым отделиться от Всего [Сущего], благословен Он?

Теперь понятно: в ней действительно возникло огромное изменение формы. Ведь хотя Он, благословен Он, вмещает в Себя все формы, какие только можно помыслить и вообразить, однако из сказанного выше видно: есть одна форма, которой в Нем нет, — это форма желания получать. Ведь от кого Ему получать, упаси Б-г?

Души же были сотворены лишь потому, что Он пожелал насладить их (а это и есть замысел творения, как сказано выше). Поэтому в души неизбежно заложен закон: желать и стремиться принимать Его изобилие. Этим они и отделяются от Него, благословен Он, поскольку их форма изменилась по сравнению с Ним. Уже объяснялось: материальное делится и обособляется силой движения и расстоянием в пространстве, тогда как духовное — различием формы. Насколько изменяется их форма относительно друг друга, настолько же измеряется и расстояние между ними. Если же различие формы доходит до полной противоположности, из конца в конец, наступает полное отсечение и разделение: они уже не могут питаться друг от друга, ведь они считаются чуждыми друг другу.

Пункт 4.16

После сокращения и экрана над желанием получать оно стало непригодным в качестве сосуда получения и вышло из системы святости, а вместо него сосудом получения служит отраженный свет, тогда как сосуд желания получать был отдан системе нечистоты

После сокращения и экрана (масах, מָסָךְ), возникшего над этим сосудом (кли, כְּלִי) — желанием получать, — оно отменилось, отделилось и вышло из всей системы святости. Вместо него в качестве сосуда получения стал служить отраженный свет (ор хозер, אוֹר חוֹזֵר, как сказано в части 3). Знай: в этом заключается вся разница между АБЕА святости и АБЕА нечистоты. Сосуды получения в АБЕА святости состоят из отраженного света, исправленного подобием формы с Эйн Соф. АБЕА же нечистоты пользуются сократившимся желанием получать, чья форма противоположна Эйн Соф. Из-за этого они отсечены и отделены от Жизни жизней — от Эйн Соф.

Пункт 4.17

Человек питается от осадка клипот и потому пользуется желанием получать подобно им

Теперь ты поймешь и корень изъянов, сразу же включенный в замысел творения, цель которого — насладить Свои творения. Когда же завершилось развитие пяти всеобъемлющих миров — Адам Кадмон и АБЕА — и раскрылись также клипот в четырех мирах АБЕА нечистоты по тайне стиха: «Одно напротив другого сделал Б-г» (Коэлет 7:14), тогда перед нами предстает материальное темное тело, о котором сказано: «Ибо помысел сердца человеческого дурен от юности его» (Берешит 8:21). Все его питание с юных лет идет от осадка клипот. Ведь вся суть клипот и нечистоты — в «желании только получать», а желания отдавать в них нет вовсе. Этим они прямо противоположны Ему, благословен Он: ведь у Него нет желания получать, упаси Б-г, а все Его желание — лишь наслаждать и отдавать.

Поэтому клипот и называют мертвыми: их форма противоположна Жизни жизней, они отсечены от Него, и в них нет ничего от Его изобилия. Поэтому и тело, питаясь осадком клипот, тоже оказывается отсечено от жизни и полно скверны. Все это — из-за заложенного в нем «желания только получать», а не отдавать: его желание всегда ненасытно раскрыто, чтобы поглотить в свое чрево весь мир и все, что наполняет его. И потому «грешники и при жизни называются мертвыми». Их форма до крайности противоположна своему корню, в них нет ничего от свойства отдачи, поэтому они отсекаются от Него, благословен Он, и мертвы по-настоящему. И хотя кажется, будто и у грешников есть проявления отдачи, ведь они дают милостыню и тому подобное, в Зоаре о них уже сказано: «всякое милосердие, которое они творят, творят лишь ради самих себя», ведь их главное намерение — ради себя и ради своего почета (см. там).

Праведники же занимаются Торой и заповедями не ради награды, а чтобы доставить радость своему Создателю. Тем самым они очищают свое тело и обращают имеющиеся в них сосуды получения в свойство отдачи. Об этом сказал наш святой учитель: «Открыто и известно... что я не насладился [от этого мира] даже мизинцем» (Ктубот 104а). Так они поистине сливаются с Ним, благословен Он: их форма становится полностью тождественна Создателю, без малейшего различия.

Об этом мудрецы толковали стих: «И сказать Сиону: "Ты Мой народ"» (Йешаяу 51:16), толкуя слово амми — «Мой народ» (עַמִּי) как имми — «со Мной» (עִמִּי). И в «Предисловии к Книге Зоар» (пункт 67) они объясняют: «Со Мной (имми, עִמִּי) вы в партнерстве». Праведники становятся партнерами Творца, благословен Он: Он начал творение, а праведники завершают его, обращая сосуды получения в сосуды отдачи.

Пункт 4.18

Вся действительность включена в Эйн Соф, благословен Он, и исходит как «сущее из сущего», и только желание получать создано заново и исходит как «сущее из ничего»

Знай: все новшество, которое Творец, благословен Он, произвел в этом творении (о чем мудрецы сказали, что Он извлек его как «сущее из ничего»), относится исключительно к форме желания наслаждаться, заложенной в каждом создании. Сверх этого в тайне творения не возникло ничего нового. В этом тайный смысл стиха: «Создающий свет и творящий тьму» (Йешаяу 45:7). Рамбан объясняет, что слово борэ — «творящий» (בּוֹרֵא) указывает на новшество, то есть на то, чего не существовало прежде. И ты видишь: не сказано «творящий свет» — именно потому, что в свете нет новизны «сущего из ничего». Свет и все, что заключено в свете (все приятные чувственные восприятия и умопостигаемые явления в мире), исходят как «сущее из сущего»: они уже были включены в Него, благословен Он. Следовательно, в них нет никакого новшества, и потому сказано «Создающий свет», чтобы показать: в нем нет сотворения заново. О тьме же, которая включает в себя все неприятные чувственные восприятия и умопостигаемые явления, сказано: «и творящий тьму», ведь Он произвел их поистине как «сущее из ничего». Их вовсе не было в Его бытии, упаси Б-г, они возникли заново. Корнем же всего этого служит форма «желания наслаждаться», заключенная в светах, распространяющихся от Него, благословен Он. Вначале она лишь темнее высшего света и потому зовется тьмой по сравнению со светом. Но в итоге из-за нее постепенно разворачиваются и выходят клипот, ситра ахра и грешники, которые из-за нее полностью отсекаются от корня жизни.

В этом и смысл написанного: «Ноги ее нисходят к смерти» (Мишлей 5:5). Слово раглейа — «ноги ее» (רַגְלֶיהָ) указывает на завершение [развития ступеней]. Стих говорит, что от «ног» Малхут (то есть от свойства желания наслаждаться в распространении Его света) в итоге нисходит смерть к ситра ахра и к тем, кто питается от ситра ахра и следует за ней.

Пункт 4.19

Поскольку мы ветви, берущие начало в Эйн Соф, всё находящееся в нашем корне доставляет нам наслаждение, а то, чего в нашем корне нет, становится для нас бременем и страданиями

Однако можно спросить: раз это различие формы — желание получать — непременно должно быть в творениях, ведь иначе как бы они произошли от Него, благословен Он, и вышли из категории Творца в категорию творения? Без различия формы это невозможно представить, как говорилось выше. Более того, форма желания наслаждаться — это главная суть творения, вокруг которой вращается весь замысел творения. Она же определяет и меру блага и наслаждения, как мы подробно объяснили выше (и потому называется «местом»). Как же тогда говорится о ней, что она называется тьмой и простирается вплоть до смерти, производя в нижних получателях разрыв и отделение от Жизни жизней, упаси Б-г? И кроме того, нужно понять: что это за великий трепет, охватывающий получателей из-за отличия по форме от Его сущности, и почему на это свойство пало столь суровое осуждение?

Чтобы вполне ясно растолковать тебе этот тонкий предмет, сначала нужно объяснить происхождение всех наслаждений и страданий, ощущаемых в нашем мире. Пойми: известно, что природа всякой ветви подобна ее корню. Поэтому все свойства, присущие корню, желанны и для ветви: она любит их и стремится к ним. От всех же свойств, не присущих ее корню, ветвь отстраняется, не выносит их и ненавидит. Этот закон непреложен для всякого корня и его ветви.

А поскольку Он, да будет Он превознесен, есть корень всех созданных Им творений, все заключенное в Нем Самом и нисходящее к нам от Него прямым путем приятно нам и сладостно: ведь наша природа близка к нашему корню. Все же то, чего нет в Нем и что нисходит к нам не прямым путем, а лишь в силу самой основы творения, оказывается противным нашей природе, и нам тяжело это сносить. А именно: мы любим покой и очень ненавидим движение — настолько, что не делаем ни одного движения иначе как ради достижения покоя. Так происходит потому, что наш корень неподвижен и пребывает в покое, и движение совершенно не свойственно Ему; поэтому оно противоречит нашей природе и ненавистно нам.

Точно так же мы любим мудрость, силу, богатство и все добрые достоинства именно потому, что они заключены в Нем, благословен Он, — в нашем корне. И мы глубоко ненавидим противоположное им — глупость, слабость, бедность, унижение и тому подобное, — именно потому, что их совершенно нет в нашем корне, и потому они отвратительны и ненавистны нам до невыносимости.

Однако следует исследовать: как возможно, чтобы к нам исходило нечто не прямо от Него, благословен Он, а лишь в силу самой основы творения?

С чем это можно сравнить? С богачом, который позвал человека с улицы, кормит его, поит и каждый день одаривает серебром и золотом, с каждым днем все больше. И ты заметишь: в щедрых дарах богача этот человек одновременно ощущает два противоположных вкуса. С одной стороны, он испытывает безмерное наслаждение от множества подарков. С другой стороны, ему тяжело сносить такое обилие благодеяний, и он стыдится в момент получения: постоянное умножение даров вызывает в нем тягостное чувство. Несомненно, наслаждение от подарков исходит к нему прямо от дающего богача. Однако тягостное чувство, которое он ощущает при получении даров, исходит не от богача, а из самой сути получателя: в нем пробуждается стыд из-за получения подарка даром. И хотя богач, разумеется, тоже стал причиной этого чувства, но произошло это косвенным путем.

Пункт 4.20

Поскольку желания получать нет в нашем корне, мы чувствуем в нем стыд и тягость. И об этом сказали мудрецы, что ради исправления этого [Творец] уготовил нам в этом мире труд в Торе и заповедях, чтобы обратить желание получать в желание отдавать

Из всего сказанного нам становится ясно: любые формы, исходящие к нам от Него, благословен Он, косвенным путем, несут в себе тягость, ибо это противно нашей природе. И теперь ты поймешь, что новая форма получателя — «желание наслаждаться» — сама по себе вовсе не изъян и не недостаток по отношению к Нему, благословен Он. Напротив, это главная основа творения, без которой творения не было бы вовсе, как сказано выше. Однако сам получатель, носитель этой формы, в силу своей природы ощущает в ней невыносимую тягость — именно потому, что этой формы нет в его корне. Вникни в это хорошенько.

Благодаря этому нам удалось понять ответ мудрецов о том, почему был сотворен этот мир: «тот, кто ест не свое, стыдится смотреть в лицо [дающему]» (Талмуд Йерушалми, Орла 1:3). На первый взгляд это казалось весьма удивительным, как сказано выше. Теперь же их слова становятся для нас совершенно ясными и глубокими: они имели в виду различие формы «желания наслаждаться», неизбежно присутствующее в душах, как сказано выше. Ведь «тот, кто ест не свое, стыдится смотреть в лицо дающему»: всякий получающий подарок испытывает стыд при получении именно из-за различия формы с корнем, в котором нет этого свойства получения.

И чтобы исправить это, Он сотворил этот мир, куда приходит душа и облачается в тело. Благодаря трудам в Торе и заповедях с намерением доставить радость своему Создателю сосуды получения души обращаются в сосуды отдачи. Сама по себе она не желала бы этого высокого изобилия, но принимает изобилие лишь затем, чтобы доставить радость Создателю, желающему, чтобы души наслаждались Его изобилием. А поскольку она чиста от желания получать ради себя, то уже не стыдится смотреть в лицо, и благодаря этому раскрывается совершенство творения.

Необходимость же столь далекого постепенного развития вплоть до этого мира будет объяснена ниже: этот великий труд — обращение формы получения в форму отдачи — невозможен нигде, кроме как в этом мире, как еще будет сказано.

Пункт 4.21

Грешники сокрушены двойным сокрушением, а праведники наследуют вдвойне

Приди и узри: у грешников сокрушение поистине двойное, ведь они держатся за оба конца веревки. Этот мир был сотворен с недостатком и пустотой от всякого блага изобилия, и чтобы приобрести достояния, необходимо движение. Известно же, что непрестанное движение огорчает человека, поскольку оно исходит не прямым путем от Его истинной сущности. Однако оставаться лишенным приобретений и блага тоже невозможно: это также противоречит корню, ведь корень полон всякого блага. Поэтому они выбирают страдание от непрестанного движения, чтобы обрести полноту приобретений. Но поскольку все их приобретения и имущество — только ради себя, а «у кого есть сто, желает двести», оказывается, что «человек не уходит из жизни, исполнив хотя бы половину своих желаний». И они страдают с обеих сторон: и от тягот непрестанного движения, и от нехватки приобретений, ведь им недостает половины.

Праведники же «в земле своей вдвойне наследуют» (Йешаяу 61:7). Обратив свое желание получать в желание отдавать, все, что они получают, они принимают лишь ради отдачи — и потому наследуют вдвойне. Ведь помимо того, что они постигают совершенство наслаждения и лучшие достояния, они обретают также уподобление формы своему Создателю, благословен Он, благодаря чему пребывают в истинном слиянии. И тогда они пребывают также в свойстве покоя, когда изобилие приходит к ним само собой, безо всякого движения и труда.

Пункт 5.22

Замысел творения обязывает все детали действительности выходить друг из друга вплоть до Окончательного исправления

Теперь, когда мы уяснили все сказанное выше, нам станет хотя бы отчасти понятно величие Его единства, благословен Он и превознесен: ведь «...Его мысли — не наши мысли...» (Йешаяу 55:8). Все то множество явлений и форм, которые мы постигаем в окружающей действительности, соединяется у Него, благословен Он, в одной-единственной мысли — в замысле творения: «насладить Свои творения». Эта единая мысль охватывает всю действительность в полном единстве вплоть до Окончательного исправления, ведь в ней заключена вся цель творения, как сказано выше.

Она же — и Действующий. Здесь проявляется правило «сила действующего — в созданном им»: то, что у Него, благословен Он, — лишь мысль, в творениях неизбежно становится обязательным законом. И раз Он задумал насладить нас, в нас неизбежно возникло это свойство — принимать Его благое изобилие.

Она же — и само действие. Когда в нас запечатлелся этот закон желания получать наслаждение, мы стали определяться по отношению к себе как «действие». Ведь из-за различия формы мы выходим из категории Творца в категорию творения и из категории Действующего в категорию действия, как сказано выше. Она же — и усилие, и труд. Ведь по закону «сила действующего — в созданном им», как сказано выше, стремление получать растет в нас по ступеням нисхождения миров — вплоть до отдельного тела в этом мире. А форма тела прямо противоположна Источнику жизни («Жизни жизней»), ведь отдавать вовне себя тело совершенно не способно. Это и несет телам смерть, а душе причиняет всевозможные страдания и тяготы, как еще будет сказано ниже.

В этом и смысл служения Творцу, да будет благословенно Его Имя, через Тору и заповеди. Свечение луча (кав, קַו) в сокращенном пространстве привлекает святые Имена, Тору и заповеди. А благодаря труду в Торе и заповедях ради того, чтобы доставить радость Создателю, сосуды получения в нас мало-помалу превращаются в сосуды отдачи.

В этом и вся ожидаемая награда. Пока сосуды получения не исправлены, мы не можем «раскрыть уста», чтобы принять Его, благословен Он, изобилие, — из-за страха изменения формы, по правилу: «тот, кто ест не свое, стыдится смотреть в лицо [дающему]». Именно поэтому и произошло Первое сокращение (ЦА), как сказано выше. Но когда мы исправляем наши сосуды получения, чтобы принимать ради отдачи, мы уподобляем сосуды их Создателю — и становимся достойны принимать Его изобилие бесконечно.

Ты видишь, что все эти противоположные формы во всем окружающем нас творении — действующий и создаваемый, изъяны и исправления, труд и награда за него и так далее — заключены лишь в упомянутой выше единой Его мысли, благословен Он, в предельной простоте: «насладить Свои творения», в точности так, не больше и не меньше.

Точно так же в этой мысли заключено и все разнообразие постижений — как в нашей святой Торе, так и во внешних науках, — а также все множество созданий и миров и различия в управлении каждым из них. Все они берут начало и следуют исключительно из единой мысли, как я объясню далее в соответствующих местах.

Пункт 5.23

«Малхут де-Эйн Соф» означает, что Малхут не производит там завершения

Из сказанного выше становится понятен фрагмент из «Тиккуней Зоар» о свойстве Малхут де-Эйн Соф, благословен Он. Из-за этих слов содрогнулись пороги от голосов недоумевающих: как вообще можно называть Малхут в Эйн Соф, благословен Он? Ведь если так, то там должны быть и первые девять сфирот, и так далее!

Однако наши объяснения все проясняют. Желание получать, неизбежно включенное в свет Эйн Соф, благословен Он, как сказано выше, и называется «Малхут де-Эйн Соф», благословен Он. Только там Малхут не создавала предела и границы свету Эйн Соф, благословен Он: ведь в ней еще не проявилось отличие формы из-за желания получать. Поэтому Он и зовется Эйн Соф (Бесконечный), благословен Он: Малхут не делает там завершения. Иное дело после сокращения и ниже: там силой Малхут в каждой сфире и в каждом парцуфе образуется завершение.

Пункт 6.24

Желание получать не может раскрыться ни в какой сущности иначе как в четырех стадиях, и в этом тайна четырех букв АВАЯ

Рассмотрим этот вопрос подробнее, чтобы до конца понять суть завершения, производимого силой Малхут. Сначала поясним правило, установленное каббалистами и приведенное в книге Зоар и в «Тиккуним»: нет ни одного света — великого или малого, в высших мирах или в низших, — который не строился бы по порядку четырехбуквенного Имени АВАЯ.

Это согласуется с правилом из книги «Эц Хаим»: нет в мирах света, который не был бы облачен в сосуд (кли, כְּלִי). Поясним это. Я уже объяснял различие между Его Сущностью, благословен Он, и распространяющимся от Него, благословен Он, светом: оно существует только из-за желания наслаждаться, включенного в распространяющийся свет. Это желание — изменение формы относительно Его Сущности, в которой такого желания, упаси Б-г, нет вовсе. Поэтому распространяющийся свет и определяется как «неэцаль»: ведь из-за изменения формы свет выходит из категории Маациля и становится неэцалем.

Разъяснено также, что включенное в Его, благословен Он, свет желание наслаждаться определяет и величину света, и называется «местом» света. Неэцаль получает Его, благословен Он, изобилие строго по мере своего желания и стремления получать — не больше и не меньше, как сказано выше.

Разъяснено также, что желание получать — единственное новшество, возникшее при сотворении миров как подлинное создание сущего из ничего. Только этой формы вовсе нет, упаси Б-г, в Его Сущности, благословен Он, и лишь теперь Творец, благословен Он, явил ее для нужд творения. В этом тайна стиха: «...и творящий тьму...» (Йешаяу 45:7). Эта форма служит корнем тьмы из-за отличия своей формы, и поэтому она темнее света, распространяющегося в ней и по ее причине.

И из этого пойми, что во всяком свете, распространяющемся от Него, благословен Он, сразу же различимы две стадии. Первая стадия — сама суть распространяющегося света, пока в нем еще не раскрылась форма желания наслаждаться. Вторая стадия — состояние после того, как раскрылась форма желания наслаждаться: тогда свет немного огрубел и потемнел из-за приобретенного отличия формы, как сказано выше.

Первая стадия представляет собой свет, а вторая стадия — сосуд. Поэтому во всяком распространяющемся свете различаются четыре стадии образования сосуда. Ведь форма желания получать, служащая сосудом для распространяющегося света, складывается не сразу, а по принципу действующего и создаваемого: две стадии — в действующем и две стадии — в создаваемом. Они называются: «потенциал и проявление в действующем» и «потенциал и действие в создаваемом», что и составляет четыре стадии.

Пункт 6.25

Желание получать закрепляется в неэцале лишь тогда, когда он пробуждается получать собственной силой

Дело в том, что сосуд — корень тьмы, как сказано выше, а тьма противоположна свету. Поэтому сосуд должен возникать постепенно, по ступеням, в порядке причины и следствия. В этом тайна сказанного: «Воды зачали и породили тьму» (Шмот Рабба 22). Ведь тьма порождена самим светом и возникает под его действием подобно зачатию и рождению, что и означает потенциал и проявление.

Иными словами, во всякий распространяющийся свет сразу же непременно входит свойство желания получать, как сказано выше. Однако оно еще не называется «отличием формы», пока это желание явно не закрепится в свете. А для этого недостаточно того желания получать, которое включено в свет со стороны Маациля: сам неэцаль должен раскрыть это желание на деле, от себя самого. То есть он должен привлечь изобилие по собственному желанию — сверх той меры света, что дана ему от Маациля при первом распространении. И когда неэцаль собственной силой увеличивает меру своего желания, в нем закрепляются тяга и желание получать, и тогда свет может облачиться в этот сосуд насовсем.

Правда и то, что свет Эйн Соф, благословен Он, тоже распространяется, так сказать, через эти четыре стадии — вплоть до полной меры желания со стороны самого неэцаля, как сказано выше, то есть до четвертой стадии (бхина далет). Ведь иначе он вовсе не вышел бы из свойства Его Сущности, благословен Он, и не обрел бы собственного имени — Эйн Соф.

Однако по Его всемогуществу, благословен Он, форма там ничуть не изменилась из-за желания получать. Между светом и местом света (то есть желанием наслаждаться, как сказано выше) нет никакого различия — они абсолютно едины.

Об этом и сказано в «Пиркей де-рабби Элиэзер»: до сотворения мира «был Он один и Имя Его едино». На первый взгляд это удвоение («Он и Имя Его») удивляет: какое отношение к состоянию до сотворения мира имеет Его Имя? Следовало бы сказать просто: «До сотворения мира был Он один». Но смысл здесь относится к свету Эйн Соф, благословен Он, еще до сокращения. Хотя там уже есть свойство места и желание принимать изобилие от Его Сущности, благословен Он, между светом и местом нет ни малейшей перемены или различия. «Он один» — это свет Эйн Соф, благословен Он, а «Имя Его едино» — включенное туда желание наслаждаться, пребывающее совершенно без всякого изменения формы, упаси Б-г.

Пойми же намек мудрецов, благословенной памяти: слово шмо — «имя Его» (שְׁמוֹ = 346) по гематрии равно слову рацон — «желание» (רָצוֹן = 346), то есть «желанию наслаждаться».

Пункт 6.26

Совокупность всех миров в замысле творения называется светом Эйн Соф, а совокупность получающих там — Малхут де-Эйн Соф

Мы уже разбирали правило «конец действия — в начальном замысле»: это и есть замысел творения, распространившийся от Его Сущности, благословен Он, чтобы насладить Свои творения. Было показано и то, что у Него, благословен Он, мысль и свет — одно и то же.

Отсюда понятно: свет Эйн Соф, благословен Он, распространившийся от Его Сущности, включает в себя всю предстающую перед нами действительность вплоть до будущего Окончательного исправления. Это исправление и есть завершение действия, когда у Него, благословен Он, все творения уже созданы в полном совершенстве и со всем наслаждением, которое Он желал им дать.

Вся эта действительность, совершенная во всех отношениях, называется светом Эйн Соф, благословен Он. А совокупность получающих в ней называется Малхут де-Эйн Соф.

Пункт 7.27

Хотя сократилась только четвертая стадия, свет ушел и из первых трех стадий

Уже объяснялось, что центральная точка — общая точка замысла творения, то есть желание наслаждаться в ней, — украсила себя, чтобы еще больше уподобить свою форму Маацилю. Со стороны Маациля при всем Его всемогуществе нет никакого различия формы, но точка желания все же ощутила в этом нечто вроде непрямого протяжения от Его сущности, благословен Он, — как в приведенной выше притче о богаче (см. там). Поэтому она уменьшила свое желание в последней стадии — пределе величины желания наслаждаться, — чтобы усилить слияние как прямое протяжение от Его сущности, благословен Он, как сказано выше. Тогда свет полностью покинул это место — то есть ушел со всех четырех ступеней, которые в нем есть. И хотя она уменьшила желание только в четвертой стадии, такова природа духовного: оно не делится на части.

Пункт 7.28

Затем вновь протянулся луч света в первые три стадии, а четвертая стадия осталась свободным пространством

После этого свет Эйн Соф, благословен Он, вновь протянулся в опустевшее место, но наполнил его не по всем четырем стадиям, а только по трем — как и желала точка сокращения. Получается, что сократившаяся центральная точка осталась полой и пустой: свет светил лишь до четвертой стадии, не включая ее, и там свет Эйн Соф прекратился.

Ниже будет объяснено взаимовключение (иткалелют, הִתְכַּלְלוּת) стадий друг в друга, действующее в высших мирах. Из этого ты поймешь, что четыре стадии включаются друг в друга так, что и в самой четвертой стадии тоже есть все четыре стадии. Выходит, и в четвертой стадии свет Эйн Соф, благословен Он, достиг первых трех стадий в ней, и только последняя стадия внутри самой четвертой осталась пустой, без света. И помни это.

Пункт 8.29

Хохма называется светом, а хасадим — водой. Бина называется высшими водами, а Малхут — нижними водами

Теперь разъясним суть четырех стадий причины и следствия, необходимых, чтобы сформировалась совершенная форма желания получать, как сказано выше, по тайне: «Воды зачали и породили тьму». Ведь в Ацилуте есть два свойства света: первое называется светом — это тайна Хохмы, а второе называется водой — это тайна хасадим. Первое свойство распространяется сверху вниз без содействия со стороны нижнего, а второе свойство распространяется при содействии нижнего. Поэтому оно и называется водой: такова природа света — его основа наверху, и такова природа воды — ее основа внизу. Пойми же это. И в самой воде тоже есть два свойства: высшие воды, возникающие через вторую из четырех стадий, и нижние воды, возникающие через четвертую стадию.

Пункт 8.30

Объяснение распространения света Эйн Соф на четыре стадии для раскрытия сосуда — желания получать

Поэтому в каждом распространении света Эйн Соф есть десять сфирот. Эйн Соф — корень и Маациль — называется Кетер, а сам свет распространения называется Хохма: это вся мера распространения света свыше, от Эйн Соф, благословен Он. Уже известно, что в каждом распространении света свыше заключено желание получать, как сказано выше. Однако форма желания получать не раскрывается в действии, пока неэцаль сам не пробудится, чтобы захотеть и притянуть свет сверх меры своего распространения. А раз так, поскольку желание получать сразу заложено как потенциал в свете распространения, свет неизбежно должен перевести этот потенциал в действие. Поэтому свет пробуждается, чтобы притянуть дополнительное изобилие сверх меры своего распространения со стороны Эйн Соф. Тем самым в этом свете раскрывается желание получать в действии, и он приобретает новую форму с небольшим различием формы, как сказано выше, ведь от этого он становится темнее [самого] света: он уплотнился из-за упомянутого новшества формы, и эта уплотнившаяся часть называется Бина. В этом тайна сказанного: «Я — разум, у меня сила» (Мишлей 8:14). На самом деле Бина — это часть Хохмы, сама суть света распространения Эйн Соф, как сказано выше.

Но поскольку она усилилась в желании и притянула от Эйн Соф изобилие сверх меры имевшегося в ней распространения, она приобрела различие формы, немного уплотнилась по сравнению со светом и обрела собственное имя — сфира Бина. Сама же суть дополнительного изобилия, которое она притянула от Эйн Соф силой преодоления своего желания, называется светом хасадим, или высшими водами, как сказано выше. Ведь этот свет пришел не напрямую от Эйн Соф, благословен Он, как свет хохма, а благодаря содействию неэцаля, преодолевшего себя в желании, как сказано выше, — поэтому он и получает особое имя: свет хасадим, или вода. И теперь ты видишь, что сфира Бина включает в себя три вида света: первый — свет самой сущности Бины, являющийся частью света хохма, как сказано выше; второй — уплотнение и различие формы в ней, приобретенные силой преодоления желания, как сказано выше; третий — свет хасадим, пришедший к ней благодаря тому, что она сама притянула [его] от Эйн Соф, благословен Он.

Однако сосуд получения этим еще не завершил своего совершенства. Бина происходит из самой сути чрезвычайно возвышенного света хохма — прямого распространения света Эйн Соф, благословен Он, — и потому в ней раскрылся лишь корень сосуда получения: действующая сила для действия сосуда. Затем этот свет хасадим, притянутый ею силой своего преодоления, вновь распространился от нее, и к нему добавилось небольшое свечение от света хохма. Такое распространение света хасадим называется Зеир Анпином или ХАГАТ, как сказано в своем месте. Этот свет распространения тоже преодолел себя в желании, чтобы притянуть новое изобилие сверх меры свечения хохма, имевшегося в его распространении от Бины. Поэтому и данное распространение разделяется на два свойства: сам свет распространения называется ЗА или ВАК, а свойство преодоления в нем называется Малхут. В этом и заключается тайна десяти сфирот: Кетер — это тайна Эйн Соф; Хохма — свет распространения от Эйн Соф; Бина — свет хохма, преодолевший себя, чтобы добавить изобилие, и тем самым уплотнившийся, как сказано выше; ЗА, включающий ХАГАТ и НЕХИ, — свет хасадим со свечением хохма, распространяющийся от Бины; а Малхут — второе преодоление ради добавления свечения хохма сверх того, что есть в ЗА.

Пункт 8.31

Четыре стадии в желании — тайна четырех букв АВАЯ: КАХАБ и ТУМ

В этом тайна четырех букв четырехбуквенного Имени: кончик буквы йод (י) — тайна Эйн Соф, то есть сила Творца, заключенная в замысле творения «насладить Свои творения», что является тайной сосуда Кетера. Буква йод (י) — тайна Хохмы, то есть первая стадия: потенциал в действии, сразу же заключенный в свете распространения Эйн Соф. Первая буква хэй (ה) — тайна Бины, то есть вторая стадия: выход потенциала в действие, а именно свет, уплотнившийся из Хохмы, как сказано выше. Буква вав (ו) — тайна Зеир Анпина, или ХАГАТ-НЕХИ: распространение света хасадим, вышедшего через Бину, как сказано выше; это третья стадия — потенциал для раскрытия действия, как сказано выше. Нижняя буква хэй (ה) в имени АВАЯ — тайна Малхут, то есть четвертая стадия: раскрытие действия в полном совершенстве сосуда получения, преодолевшего себя, чтобы притянуть дополнительное изобилие сверх меры своего распространения от Бины. Тем самым форма желания получать прочно закрепляется на своем месте, а свет облачается в свой сосуд — в желание получать, которое завершается только в этой четвертой стадии, а не прежде нее.

Из этого ты легко поймешь: нет ни одного света в высших и нижних мирах, который не подчинялся бы порядку четырехбуквенного Имени — тайне этих четырех стадий. Ведь без этого не закрепляется желание получать, которое непременно должно быть в каждом свете, поскольку это желание и есть место и мера данного света, как сказано выше.

Пункт 8.32

Буквы йод и вав в имени АВАЯ — тонкие, поскольку они являются лишь стадиями потенциала

Не стоит возражать на это: «Буква йод указывает на Хохму, а буква хэй — на Бину. Но вся суть света, какая только есть в десяти сфирот, находится в сфире Хохма, тогда как Бина, Зеир Анпин и Малхут — лишь одеяния по сравнению с ней. Если так, Хохма должна была бы получить самую большую букву в четырехбуквенном Имени!» Суть в том, что буквы четырехбуквенного Имени указывают не на величину и количество света в десяти сфирот, а на ступени формирования сосуда. Белизна пергамента в свитке Торы указывает на свет, а чернота — то есть буквы свитка — указывает на свойство сосудов. Поэтому Кетер, будучи лишь корнем корня для сосуда, обозначен лишь кончиком буквы йод. А Хохма, представляющая собой потенциал, еще не раскрывшийся в действии, обозначена самой маленькой из букв — йод (י). Бина же, в которой потенциал вышел и раскрылся в действие, обозначена широкой буквой — хэй (ה). А ЗА — лишь потенциал для раскрытия действия, как сказано выше, и потому обозначен длинной и тонкой буквой — вав (ו). Тонкость указывает на то, что образование сосуда еще скрыто в нем в виде потенциала. А длина линии показывает: в конце его распространения благодаря ему раскрывается окончательный и совершенный сосуд. Ведь распространения Хохмы было недостаточно, чтобы раскрыть совершенный сосуд: Бина — это еще не настоящий сосуд, а лишь действующая сила сосуда, как сказано выше.

Поэтому и ножка буквы йод (י) коротка: это показывает, что свет еще короток и не раскрыл скрытым в нем потенциалом и своим распространением законченного сосуда. Малхут также обозначена буквой хэй (ה), как и сфира Бина, — широкой буквой, раскрывающейся в совершенстве формы. И пусть тебя не смущает, что у Бины и Малхут одинаковые буквы: в мире Исправления они действительно подобны друг другу и одалживают сосуды друг другу, по тайне стиха: «И пошли они обе…» (Рут 1:19), как сказано в своем месте.

Пункт 9.33

Духовное движение означает возникновение различия формы

Остается еще разъяснить понятия времени и движения, с которыми мы сталкиваемся почти в каждом слове этой мудрости. Знай: духовное движение не похоже на физическое перемещение из одного места в другое. Речь идет об обновлении формы: всякое обновление формы мы называем движением. Это новшество — то есть различие формы, возникшее в духовном объекте и отличное от его прежней общей формы, — считается отделившимся и отдалившимся от него и обретает собственное имя и отдельное управление. Тем самым оно совершенно подобно материальному телу, от которого отделилась некая часть, движется и перемещается с места на место. Поэтому обновление формы и называется движением.

Пункт 9.34

Духовное время означает определенное число обновлений различия формы, вытекающих друг из друга. «Раньше» и «позже» означают причину и следствие

А духовное определение времени пойми так: вся основа нашего понятия о времени — лишь ощущение движений. Человеческое воображение мысленно выстраивает и связывает между собой ряд движений, ощущаемых одно за другим, и переносит их в представлении в некое «время». Так что если бы человек вместе со всем своим окружением находился в состоянии абсолютного покоя, он вовсе не знал бы о понятии времени. Точно так же обстоит дело и в духовном: совокупность обновлений формы — а они считаются духовными движениями, как сказано выше, — связанных друг с другом как причина и следствие, называют «временем» в духовном. А понятия «раньше» и «позже» всегда означают причину и следствие.

Пункт 10.35

Вся материя, относящаяся к неэцалю, — это желание получать, а все, что в нем сверх этого, относится к Маацилю

Знай: свойство желания получать в неэцале — а выше было подробно разъяснено, что это сосуд в нем, — знай же: оно и составляет всю общую материю, относящуюся к неэцалю. Так что любое бытие, кроме него, относится к Маацилю.

Пункт 10.36

Желание получать — это первая форма всякой сущности, а первую форму мы определяем как материю, поскольку у нас нет постижения сущности

Казалось бы, «желание получать» понятно лишь как случайное свойство и форма сущности — как же тогда мы принимаем его за саму материю сущности? Однако точно так же обстоит дело и с близкими нам сущностями: мы привыкли называть первую форму сущности ее первой материей, поскольку у нас нет совершенно никакого постижения и восприятия какой бы то ни было материи. Все пять наших чувств не приспособлены к этому: зрение, слух, обоняние, вкус и осязание дают умозрительному разуму лишь внешние формы случайных проявлений сущности, возникающие благодаря взаимодействию с нашими чувствами. Например, если мы возьмем даже мельчайшие микроскопические атомы первых элементов какой-либо сущности, выделяемые с помощью химии, то ведь и они — лишь формы, предстающие таковыми перед нашими глазами. Точнее говоря, мы распознаем и различаем их по свойству «притяжения и соединения» (желания получать и быть воспринимаемыми), которое в них находим. По закону этих действий можно различать их и разделять эти атомы по их видам вплоть до первой материи этой сущности, но ведь и тогда они представляют собой лишь силы в сущности, а не материю. И ты видишь: даже в материальном у нас нет иного способа понять первую материю, кроме как предположить, что первая форма и есть первая материя, несущая на себе все прочие случайные свойства и формы, следующие за ней. И уж тем более это так в высших мирах, где нет ничего чувственного и воображаемого.