Пусть всегда человек продаст балки своего дома

1984 — статья 9

«Сказал рабби Йегуда от имени Рава: «Пусть всегда человек продаст балки своего дома и приобретет обувь для ног своих» (Шаббат 129а)». И нужно понять: почему подчеркнуто именно «балки своего дома»? И в чем заключается такая важность обуви, что ради нее стоит продать балки своего дома — то есть ради того, чтобы у него появилась возможность приобрести обувь для ног?

Это можно объяснить с точки зрения духовной работы. Выражение «балки своего дома» (корот бейто, קוֹרוֹת בֵּיתוֹ) происходит от слова «случай» (микре, מִקְרֶה) — то есть всё, через что прошел человек в своем доме. Ведь человек воспринимается нами в двух аспектах: в знании, то есть в разуме, и в ощущении — то есть в том, что человек чувствует в своем сердце: хорошо ему или, упаси Б-г, наоборот. И эти случаи, через которые проходит человек, вызывают у него вопросы в повседневной жизни. Это относится как к отношениям между человеком и Творцом, так и к отношениям между человеком и ближним.

[В отношениях] между человеком и Творцом: у него возникают претензии к Творцу — почему Тот не удовлетворяет все его потребности? То есть всё, чего, по мнению человека, ему недостает, Творец обязан восполнить — в силу правила, что природе Добра свойственно творить добро. А иногда у него возникают претензии оттого, что он ощущает обратное: будто его положение всегда бедственно по сравнению с другими, которые находятся на более высокой ступени, чем он.

И оказывается, что он уподобляется разведчикам, злословящим о высшем управлении, упаси Б-г, по той причине, что не чувствует добра и наслаждения в своей жизни, и ему трудно сказать: «Только благо и милость будут сопровождать меня все дни жизни моей…» (Теилим 23:6). Выходит, что тогда он оказывается в положении разведчиков.

Об этом и сказали мудрецы (Брахот 54а): «Человек обязан благословлять за дурное так же, как благословляет за доброе».

Ведь основа иудаизма зиждется на вере выше знания. То есть [человек должен] не полагаться на то, к чему разум обязывает его в мыслях, словах и поступках, а верить в высшее управление — в то, что оно пребывает в свойстве «Добрый и Творящий добро». И именно благодаря тому, что человек оправдывает высшее управление, он удостаивается затем постичь и ощутить добро и наслаждение.

И Бааль Сулам, благословенна память праведника, привел притчу по поводу претензий и требований человека к Творцу, что Тот не отвечает на его просьбы. Это подобно человеку, который идет с маленьким ребенком по улице, и ребенок горько плачет. Все прохожие на улице смотрят на отца: какая же жестокость кроется в этом человеке, раз он может слышать этот плач и не обращать на него никакого внимания! У прохожих на улице этот ребенок своим плачем вызывает жалость, а у этого человека, его отца, — нет. А ведь есть правило: «Как отец милует сыновей…» (Теилим 103:13).

Услышав плач ребенка, люди подошли к его отцу и спросили, где же отцовское милосердие. Тогда отец ответил им: «А что я могу поделать, если мой сын, утешение моей души, которого я берегу как зеницу ока, требует от меня дать ему булавку выколоть себе глаза, потому что у него чешется в глазах? Неужели оттого, что я не исполняю его желаний, я зовусь жестоким? Или же из жалости к нему я не позволяю ему поранить свои глаза, чтобы он не остался слепым навеки?»

Поэтому мы должны верить, что всё, что дает нам Творец, — к нашему благу. И хотя нам необходимо молиться при любой надвигающейся беде, чтобы Творец избавил нас от этих бед, мы должны знать: молитва — сама по себе, а ответ на молитву — сам по себе. То есть, если мы сделали то, что обязаны были сделать, Творец делает то, что во благо нам, как в приведенной выше притче. И об этом сказано: «…и Г-сподь сделает то, что благо в Его глазах» (Шмуэль I 3:18).

Точно так же дело обстоит и в отношениях между человеком и ближним. А именно, как сказано выше: «Пусть человек продаст балки своего дома и приобретет обувь для ног своих». Это значит, что человеку необходимо продать «балки своего дома» — то есть все происшествия, случившиеся в его доме в связи с любовью к товарищам. Ведь у человека возникают вопросы и претензии к своему товарищу: сам он преданно трудится ради любви к товарищам, но не видит никакого отклика со стороны товарищей, чтобы они хоть в чем-то помогли ему, и все ведут себя с ним вопреки его представлению о том, какой должна быть любовь к товарищам — то есть чтобы каждый говорил с товарищем в самой уважительной манере, как принято среди достойных людей.

И точно так же на деле: он не видит со стороны товарищей никаких поступков, по которым можно было бы заметить, что здесь присутствует любовь к товарищам. Напротив, всё идет как обычно, как среди обыкновенных людей, у которых еще не возникало повода собраться и решить, что нужно создать группу, где будет царить любовь к товарищам и каждый станет заботиться о благе ближнего.

Если так, теперь он видит, что не на кого даже посмотреть — нет никого, кто занимался бы любовью к товарищам. И поскольку он чувствует, что он единственный, кто идет прямым путем, он смотрит на всех с насмешкой и презрением. Это и называется «разведчиками»: он выслеживает товарищей, чтобы увидеть, поступают ли они по отношению к нему должным образом в любви к ближнему. Ведь он все время слышит, как товарищи целыми днями повторяют, что главное — это любовь к ближнему, и хочет на самом деле проверить, соответствуют ли их внутренние побуждения внешним словам.

И тогда он видит, что всё это лишь на словах. Даже в речи [товарища] он видит, что там нет никакой любви к ближнему, хотя это самое малое в любви к ближнему. То есть, если он о чем-то его спрашивает, тот отвечает ему мимоходом, невнимательно — не так, как отвечают товарищу, а совершенно холодно, словно желая поскорее от него отделаться.

И не спрашивайте меня: «Если я думаю о любви к ближнему, то почему устраиваю проверки, любит ли меня мой товарищ, будто любовь к товарищам была основана на себялюбии, и потому я хочу видеть, что выиграло мое себялюбие от всего этого дела?». Мои мысли вовсе не таковы: я действительно стремлюсь к любви к ближнему.

Поэтому я и был заинтересован в этой созданной группе — чтобы видеть, как каждый занят любовью к ближнему, благодаря чему моя малая сила в любви к ближнему умножится и возрастет, и появятся силы трудиться ради любви к ближнему с гораздо большей мощью, чем есть у меня самого. А теперь я вижу, что ничего не выиграл, ведь я вижу: «…нет делающего добро, нет ни одного» (Теилим 14:3). Если так, будет лучше, если я не останусь с ними и не стану учиться их делам.

И на это приходит ответ: если группа была основана определенными людьми, то в то время, когда они собирались, наверняка был кто-то, кто хотел основать именно эту группу, и он наверняка отбирал этих людей как подходящих для этого — то есть таких, в каждом из которых есть искры любви к ближнему. Однако отдельная искра не могла зажечь свет любви, чтобы он осветил человека целиком. Поэтому они тогда и согласились, что благодаря их объединению вместе из всех искр образуется одно большое пламя.

Поэтому и сейчас, после того как он выслеживал их, он должен преодолеть себя и сказать: как тогда, во время основания группы, все были единодушны в том, что нужно идти путем любви к ближнему, так же обстоит дело и сейчас. И когда все станут судить друг друга в сторону оправдания, вновь возгорятся все искры и вновь возникнет одно большое пламя.

И это подобно тому, как однажды сказал Бааль Сулам, благословенна память праведника. Он спросил: в чем смысл заключения союза между двумя товарищами, как мы находим в Торе (недельный раздел Ваера, шестой отрывок): «И взял Авраам мелкий и крупный скот, и дал Авимелеху, и заключили они оба союз» (Берешит 21:27)? И он спросил: если они оба любят друг друга, то наверняка делают друг другу добро; а если само собой понятно, что когда любви между ними нет — если по какой-то причине любовь ослабла, — они наверняка не делают добра друг другу, то какую же пользу приносит заключение союза между ними?

И ответ таков: союз, который они заключают, заключается не ради настоящего времени — ведь сейчас, когда любовь ощущается между ними, нет нужды в заключении союза. Заключение союза совершается заранее с расчетом на будущее: если спустя время случится так, что они уже не будут чувствовать любви, как сейчас, чтобы и тогда они сохраняли прежние отношения. Ради этого и заключается союз.

Так же и в нашем случае: хотя сейчас и не чувствуют той любви, какая была во время основания группы, тем не менее каждый должен преодолеть собственный разум и идти выше знания. И тогда благодаря этому всё исправится, и каждый будет судить своего товарища в сторону оправдания.

И в этом мы поймем сказанное мудрецами: «Пусть всегда человек продаст балки своего дома и приобретет обувь для ног своих». Слово «обувь» (миналав, מִנְעָלָיו) происходит от выражения «запирание двери» (неилат делет, נְעִילַת דֶּלֶת), что означает «запирание». Поэтому после того, как человек выслеживал своего товарища — а слово «выслеживал» (ригель, רִיגֵּל) происходит от слова «ноги» (раглаим, רַגְלַיִם), — пусть он продаст «балки своего дома», то есть все происшествия, случившиеся в его доме в отношениях между человеком и ближним, когда у него появились разведчики, рассказывающие ему дурное о товарищах.

Тогда «пусть продаст всё». То есть удалит все происшествия, которые доставили ему его «ноги» (выслеживания), и возьмет вместо этого «обувь (запоры) для ног своих». Смысл в том, чтобы он запер всех этих разведчиков, будто их больше нет на земле, и закрыл все вопросы и претензии к ним. И тогда всё благополучно встанет на свои места.