О важности товарищей

К вопросу о важности товарищей, находящихся в группе: как их оценивать, то есть с каким отношением каждый должен смотреть на своего товарища. Разум говорит: если человек смотрит на товарища как на стоящего на ступени ниже него, он хочет научить его вести себя более достойным образом, привить качества получше имеющихся у того. Получается, что товарищем тот ему быть не может: он способен принять его лишь в качестве ученика, а не в качестве товарища.

Если же он видит, что товарищ стоит на более высокой ступени, чем он сам, и видит, что у того можно научиться хорошим качествам, то тот может быть его учителем (равом), но не товарищем.

Отсюда следует, что только тогда, когда человек видит товарища стоящим на одной ступени с собой, он может принять его как товарища и объединиться с ним. Ведь само слово «товарищ» означает, что оба находятся в одинаковом положении. И так говорит разум: когда у обоих сходятся взгляды, они принимают решение объединиться и вместе осуществлять общую цель, в которой оба рассчитывают получить прибыль.

Подобно двум друзьям, которые сходятся во взглядах и начинают общее дело, рассчитывая, что оно принесет им прибыль. И тогда заведено так, что оба чувствуют, будто обладают равными силами. Если же один из них чувствует себя способнее другого, он уже не захочет быть с ним равным партнером: они войдут в деловое товарищество на долевых началах — в процентном отношении, соответственно силам и преимуществам одного перед другим. Тогда дело делится на треть или на четверть, и уже нельзя сказать, что оба равны в этом деле.

Иное дело в любви к товарищам: когда товарищи объединяются, чтобы между ними было единство, это означает именно то, что оба равны. Это и называется «единством». Ведь если, например, они ведут общее дело и говорят, что прибыль не будет делиться поровну, разве это называется «единством»?

Несомненно, всё дело любви к товарищам должно строиться так, чтобы со всей прибыли, которую принесет любовь к товарищам, они распоряжались своим достоянием поровну, и чтобы не утаивали и не скрывали ничего друг от друга, но всё было бы в любви и приязни, в истине и мире.

Однако в книге «Матан Тора» (стр. 142) написано следующее: «В постижении величия действуют два условия:

1. Постоянно слышать и принимать оценку окружения в той превозносимой ими мере;

2. Чтобы окружение было большим, как написано: «Во множестве народа — величие царя» (Мишлей 14:28)».

И чтобы выполнить первое условие, каждый ученик обязан чувствовать себя самым меньшим из всех товарищей — тогда он сможет воспринять оценку величия от каждого. Ведь больший не может получить от того, кто меньше него, и тем более не способен вдохновиться его словами; только меньший вдохновляется оценкой большего.

А в отношении второго условия каждый ученик обязан превозносить достоинство каждого товарища, словно тот — величайший в поколении (гадоль а-дор). И тогда окружение подействует на него так, как если бы это было по-настоящему большое окружение, «ведь качественное большинство важнее численного».

Из сказанного выше следует: для любви к товарищам в смысле «Один другому помогает» (Йешаяу 41:6) достаточно, казалось бы, чтобы каждый считал товарища стоящим на одной ступени с собой. Но поскольку каждый должен учиться у товарища, здесь возникает отношение учителя и ученика, и потому человеку необходимо оценивать товарища как стоящего выше себя.

Но как можно считать товарища выше себя в то самое время, когда человек видит, что обладает бо́льшими достоинствами, чем товарищ, — то есть одареннее его и от природы наделен лучшими качествами? Это можно понять двояким образом:

1. Он идет со свойством веры выше знания (эмуна ле-маала ме-а-даат): в то самое время, когда он выбрал его товарищем, он уже смотрит на него выше знания.

2. Второй путь более естественный, то есть в пределах знания. Поскольку человек решил принять его как товарища и работает над собой, чтобы полюбить его, то по самой природе любви видят только хорошее. А дурного, хотя оно и есть у товарища, он не видит, как написано: «Все грехи покрывает любовь» (Мишлей 10:12).

И мы видим это: человек замечает недостатки у детей соседа, а у собственных детей их не видит. Когда же говорят о каких-то недостатках его сыновей, он тут же дает отпор собеседнику и начинает перечислять достоинства своих детей.

И возникает вопрос: в чем же правда? Действительно ли у его сыновей есть эти достоинства, и потому он сердится, когда говорят о его детях? Дело обстоит так, как я слышал от моего господина, отца и учителя, благословенна память праведника: в каждом человеке действительно есть и достоинства, и недостатки. И каждый — как сосед, так и отец — говорит правду. Однако сосед относится к чужим детям не так, как отец к сыну: у него нет к этим детям той любви, какая есть у их отца.

Поэтому, глядя на детей другого, он видит только их недостатки, ведь от этого он получает больше удовольствия: он может показать, что стоит выше другого тем, что его собственные дети лучше. Поэтому он и смотрит только на чужие недостатки. И то, что он видит, — правда, однако видит он лишь то, от чего получает удовольствие.

Но и отец тоже видит только правду, однако он смотрит исключительно на хорошее, что есть в его детях. А дурного в своих сыновьях он не замечает, потому что это не доставляет ему никакого удовольствия. Поэтому то, что он видит в своих детях, — правда, ведь он смотрит лишь на то, от чего можно получить наслаждение. А значит, видит только достоинства.

Отсюда следует: если у человека есть любовь к товарищам и само свойство любви, закон таков, что желают видеть именно достоинства товарища, а не его недостатки. Поэтому если он видит какой-то недостаток у своего товарища, это признак не того, что изъян у товарища, а того, что изъян у него самого. То есть он повредил любовь к товарищам и потому видит недостатки в товарище.

Следовательно, теперь он должен заботиться не о том, чтобы товарищ исправил себя, но о том, что он сам нуждается в исправлении. Из сказанного выше следует: ему нужно не стремиться к тому, чтобы товарищ исправился от недостатков, которые он в нем видит, а самому исправить повреждение, нанесенное им любви к товарищам. И когда он исправит себя, тогда будет видеть только достоинства товарища, а не его недостатки.