Что означает, что имя Творца называется «Истина»

В Зоаре, в недельной главе «Аазину» (лист 93, а в [комментарии] «Сулам» — пункт 210), сказано следующее: «Счастлив удел того, кто воззвал к Царю и умеет взывать к Нему должным образом. А если он взывает, не зная, к Кому взывает, Святой, благословен Он, удаляется от него. Ведь написано: „Близок Г-сподь ко всем взывающим к Нему“ (Теилим 145:18). К кому же Он близок? И далее сказано: „Ко всем, кто взывает к Нему в истине“. Но разве бывает так, чтобы взывали к Нему во лжи? Сказал рабби Аба: да, это тот, кто взывает, не зная, к Кому взывает. Откуда нам [это известно]? Ведь написано: „Ко всем, кто взывает к Нему в истине“. Что значит „в истине“? Это значит — с печатью перстня Царя, которая есть совершенство всего». На этом цитата заканчивается.

Очень трудно понять ответ святого Зоара на вопрос: «Неужели есть тот, кто взывает к Нему во лжи?» На это приходит ответ: «Сказал рабби Аба: да, это тот, кто взывает, не зная, к Кому взывает». Это крайне удивительно: почему тот, кто не знает, к Кому взывает, зовется «ложью»? Можно было бы сказать, что этот человек заблуждается, но никак не назвать его лжецом! И доказательство, которое приводится к истолкованию слова «истина»: «Это значит — с печатью перстня Царя, которая есть совершенство всего», — какое же это доказательство тому, что нужно знать, к Кому взываешь, иначе это зовется ложью?

И чтобы понять сказанное — а понять это совершенно необходимо, ведь, по словам святого Зоара, «если человек молится и не знает, к Кому взывает, Святой, благословен Он, удаляется от него», — разве можно уразуметь подобное? Как вообще человеку знать, к Кому он взывает? Разумеется, всякий человек взывает к Творцу, — кому же еще он молится? Если так, что же означает «к Кому взывает»? И еще труднее то, о чем сказано: «и не знает, к Кому взывает». Ведь мы учили, что человек должен верить, а не знать, к Кому он взывает!

Поэтому нам необходимо сначала разобрать вопрос о цели творения и об исправлении творения — тогда мы узнаем, что именно возложено исправить на человека. Как известно, цель творения состоит в том, чтобы нижние получили благо и наслаждение. И по этой причине Творец создал в них желание получать удовольствие, ведь иначе они не могли бы существовать в мире. Это желание вынуждает их делать всё, что в их силах, ради достижения наслаждения, и благодаря этому они обретают право на существование в мире.

Но вместе с тем, как написано в предисловиях, в этом желании получать во время принятия наслаждения, когда оно получает незаслуженно, зародилось свойство стыда. И чтобы исправить это, возникло сокращение и скрытие: духовное наслаждение скрылось от нас и раскрывается лишь в той мере, в какой удаляется желание получать ради себя, — в той же мере раскрывается духовное наслаждение. Если же желание получать пребывает в каком-либо месте, изобилие (шефа) тут же уходит оттуда, и они оба не могут находиться в одном месте.

И из сказанного мы поймем, что такое исправление творения, когда совершают исправления, чтобы творение достигло своей цели, ради которой было создано. То есть чтобы творение получило благо и наслаждение в совершенстве, без всякого «хлеба стыда» (нахма де-хисуфа). И мы учили, каков порядок работы — то есть что должен делать человек, чтобы от него ушло чувство стыда, когда он получает наслаждение от Творца. Ведь пока человек не обретет этот сосуд (кли) — то есть получение с намерением (кавана) отдавать, при котором стыда нет, [он не сможет принять благо]. Иными словами, нужно, чтобы во время получения он не ощущал в нем неловкости из-за противоположности формы.

Иными словами, пока у нижнего нет такого желания получать, которое не вызывало бы никакого изменения формы по отношению к свету и изобилию, над ним все еще тяготеет сокращение и скрытие, так что высшее изобилие не раскрывается, и на что бы в святости он ни смотрел, он видит тьму, а не свет. Однако так происходит с теми людьми, которые действительно хотят приблизиться к святости; с ними установлен такой порядок потому, что Свыше желают, чтобы они не теряли времени даром, ведь они способны прийти к святому служению в чистоте, то есть ради отдачи. У таких людей, если они не направляют намерение ради отдачи, перед глазами тьма, а не свет.

Иное дело — люди, принадлежащие к большинству: для них действует общий свет, светящий им как окружающий, и они получают от этого удовлетворение и не чувствуют своих недостатков, которые требовалось бы исправить. И этот свет светит им в состоянии «ло лишма» (не ради Творца).

Однако когда человек хочет выйти из этого общего состояния и стать служителем Творца, стоящим на основе веры выше знания, когда он не желает принимать подарок от плоти и крови... Как мы уже объясняли, бывает так, что собственной веры человеку недостаточно, чтобы обязать его заниматься Торой и заповедями. Но поскольку он находится в окружении, где все товарищи занимаются Торой и заповедями, он получает от товарищей некий подарок: они словно передают ему частицу собственного желания. И благодаря этим подаркам — частицам желания, полученным от товарищей, — он теперь тоже занимается Торой и заповедями. Выходит, что исполнение Торы и заповедей строится у него на основе подарка от плоти и крови, а не на основе [веры в] Творца. То есть не сила веры в Творца обязывает его заниматься Торой и заповедями, а причина, побуждающая его исполнять Тору и заповеди, — это подарок от плоти и крови.

И согласно сказанному можно объяснить то, что мы произносим в «Биркат а-мазон» (благословении после трапезы): «И не приведи нас, Г-сподь, Б-г наш, ни к подарку от плоти и крови, ни к займу у них, но лишь к Твоей руке, полной и открытой... чтобы мы не устыдились и не посрамились вовеки».

Ведь когда человек благословляет Творца и благодарит Его за то, что Тот дал ему пропитание, то во время благословения после трапезы человеку нужно обратить внимание и поразмыслить: благодаря этой пище он существует в мире, а не будь у него пищи, он страдал бы от мук голода; теперь же Творец доставил ему пропитание, и за это он благодарит Творца — за то благо, которое, как чувствует человек, Творец даровал ему.

И от материального пропитания человек должен перейти к расчету своей души относительно пропитания духовного: какое духовное пропитание он получил от Творца? Ведь человеку следует знать: подобно тому как без материальной пищи человек не способен существовать материально, точно так же обстоит дело и в духовном — в том, что зовется «жизнью еврея», у чего есть множество названий. Одни называют это «жизнью Торы» или «жизнью святости», а другие называют духовную жизнь «жизнью, связанной с Творцом», — то есть человек говорит, что всё дает ему Творец.

И порой Творец желает, чтобы человек попросил Его, и лишь затем дает просимое. И причина вовсе не в том, упаси Б-г, будто Творец стремится к тому, чтобы творения просили у Него милости, и лишь потом дает им, подобно человеку из плоти и крови. Напротив, следует объяснить сказанное мудрецами (ХАЗАЛЬ) в трактате «Йевамот» (лист 64а): «Святой, благословен Он, жаждет молитвы праведников».

Причина же в том, что «нет света без кли». А раз так, Святой, благословен Он, не может дать им [наполнение], пока у них нет потребности и желания. Выходит, что слова «жаждет молитвы праведников» означают: Он жаждет, чтобы у них возникла потребность и сосуд для изобилия, поскольку желание и потребность праведников направлены на то, чтобы отдавать Творцу. И этот сосуд, эта потребность способны удержать изобилие, не дав ему достаться внешним [силам], как это произошло при разбиении сосудов (швират а-келим). Что же касается молитвы грешников, то ее Он не жаждет, ведь их сосуд и потребность не приносят никакой пользы: Творец не может излить изобилие, которое уйдет к клипот. А вся «прибыль» Творца состоит лишь в том, что Он отдает.

И согласно сказанному следует заключить: жизнь, когда человек желает связи с Творцом — будь то в молитве, когда он просит Его дать ему что-либо, или когда благодарит Творца за то, что Тот уже дал ему, — в конечном счете означает, что он сейчас говорит с Творцом. Эта связь — разговор с Творцом — несет ему жизнь, если он ценит саму беседу с Творцом. И он притягивает жизнь оттого, что в этот миг ему ничего больше не недостает. То есть если человек способен обратить внимание и мысленно представить себе, как если бы ему довелось говорить с земным царем из плоти и крови, которого все почитают, — ведь в природе человека заложено отдать всё, что у него есть, лишь бы поговорить с царем, — и если этот человек способен укрепиться в своей вере в то, что он говорит с Царем царей над царями, который далеко не с каждым говорит... Тогда, как мы говорили, здесь следует выделить три ступени:

1. Человек вовсе не знает, что у этого государства вообще есть царь.

2. Даже если знает, что царь есть, он не знает, что царь прибыл в город.

3. Даже если знает, что царь прибыл в город, он не осознаёт величия своего царя, признанного во всем мире, с которым все цари и вельможи мира жаждут поговорить. А ему выпал жребий получить разрешение войти и говорить с царем! Чего же ему еще недостает? То есть ему вовсе не требуется, чтобы Творец дал просимое, ведь самого удостоения говорить с Царем уже достаточно, и это дает ему жизнь. И то, что он просит о чем-то Царя, — он просит не ради того, чтобы Царь непременно исполнил его просьбу, ведь самой молитвы ему уже довольно, словно [Царь] уже исполнил его желание.

И точно так же, когда он благодарит Творца за то, что Тот дал ему, он не считается с величиной подарка: сама возможность говорить с Царем и благодарить Его составляет для него всю важность.

Иными словами, он не придает значения тому, что Творец уже дал ему или что человек желает от Него получить, но вся важность заключается лишь в том, что он верит: сейчас он говорит с Царем.

О человеке, находящемся в таком состоянии — то есть для которого не имеет ценности то, чем он обладает, иными словами, он не считается с тем, что входит в келим получения, а измеряет важность лишь тем, что входит в келим отдачи, что и называется «духовной жизнью», поскольку все его мысли направлены лишь на то, чтобы удостоиться слияния (двекут) с Творцом, а не ради собственной выгоды, — о таких людях говорят, что они проходят через подъемы и падения. Порой они ощущают величие слияния с Творцом, а порой на них опускается сокращение и скрытие, и в том состоянии, где они пребывают, они ощущают вкус смерти, лишенный духовной жизненной силы.

Теперь же разберем то, о чем мы спрашивали: почему имя Творца зовется «Истина», и оттого от каждого, кто взывает к Нему во лжи, Он удаляется. И рабби Аба объяснил, что такое ложь: тот, кто не знает, к Кому взывает, зовется «ложью». И мы спросили: почему тот, кто не знает, зовется «лжецом»?

И чтобы понять значение слова «истина», приведем здесь сказанное в «Талмуде Десяти Сфирот» (часть 13, стр. 1417), где объясняется седьмое исправление из тринадцати исправлений бороды (дикна). Сказано там следующее: «И потому это исправление называется у него именем ве-эмет — «и истина» (וֶאֱמֶת). Ведь когда эти два святых яблока раскрываются внизу, тогда раскрывается нижним истинность Его управления. Поэтому раскрытие Его управления и зовется ве-эмет; ведь это истинность Его желания, и все виды сокрытий, существующих в мирах, приходят лишь затем, чтобы раскрыть эту истинность Его управления — а именно что цель Его состоит в том, чтобы нести благо Своим творениям, как известно».

И из сказанного следует: написанное о том, что «имя Творца зовется „Истина“», означает, что раскрывается истина о цели творения — нести благо Своим творениям. И об этом говорит рабби Аба: «Что значит „в истине“? Это значит — с печатью перстня Царя, которая есть совершенство всего». И нужно понять: на что нам указывает то, что истина — это совершенство всего?

Однако, как мы учили, совершенство творения заключается в том, что творения должны прийти к цели творения и постичь ее, а именно: желание Творца состоит в том, чтобы творения получили благо и наслаждение. И совершенство всего заключается в том, чтобы, получая благо и наслаждение от Творца, они не прерывали слияния, называемого «подобием формы». А это возможно исключительно тогда, когда во время получения блага и наслаждения их намерение будет направлено ради отдачи, — и это называется «совершенством всего».

Отсюда следует: когда человек просит Творца исполнить его просьбу, он должен знать имя Творца в тот момент, когда взывает к Нему, иначе это зовется не «истиной», а «ложью», и Творец удаляется от него.

И мы спросили: почему, если он не знает Его имени, это зовется «ложью»? И почему Творец удаляется от него?

Ответ же таков: когда человек идет молиться Творцу, он должен верить, что имя Творца — Истина. То есть Творец желает, чтобы раскрылось свойство истины: Творец желает нести благо Своим творениям. Если же он взывает к Творцу, но не верит, что имя Творца поистине таково — что Он желает, чтобы творения получили благо и наслаждение, — выходит, что он не верит в цель творения, состоящую в том, чтобы нести благо Своим творениям. Выходит, что он взывает «во лжи» — то есть просит кого-то оказать ему благодеяние, в то же самое время не веря, что этот [человек] способен сделать ему добро.

Получается, что, когда он просит оказать ему благодеяние, он взывает «во лжи», поскольку не верит, что Творец Добр и Творит добро. И по этой причине Творец удаляется от того, кто взывает к Нему во лжи. Ведь мы видим и в материальном мире: если человек идет просить кого-то об одолжении, а тот знает, что просящий не верит в его способность помочь, но просит просто так, — то такой человек, конечно же, отстранится от него и не захочет даже слушать его речей. Точно так же и Творец знает, что человек говорит неправду: он не призывает Его по имени, называемому «Истина», — ведь «поистине» Творец желает нести благо Своим творениям. И само собой нам понятно, почему Творец удаляется от него.

И из сказанного следует: когда человек идет молиться Творцу о помощи, когда он идет молиться Творцу о том, чтобы Тот приблизил его к слиянию с Собой, порядок таков, что перед молитвой ему необходимо сначала вдуматься, Кому он молится — то есть к какому имени Творца обращена его молитва. Иными словами, у Творца есть множество имен, и имена Творца даются по действиям, исходящим от Него, — подобно тому как сказали мудрецы (ХАЗАЛЬ) об ангелах: имя каждого ангела определяется его действием.

Поэтому прежде всего человеку нужно верить, что имя Творца — «Добрый и Творящий добро», и в этом заключалась цель творения — «нести благо Своим творениям». И имя Его — «Истина», ибо во время Окончательного исправления раскроется Его истинное имя: выяснится, что всё пережитое нами в страданиях не было местью или злопамятством, как это бывает у земных людей, но всё имело единое намерение — нести благо Своим творениям. То есть перенесенные страдания были исправлениями, призванными подготовить и сделать их способными принять благо и наслаждение.

И когда у человека есть эта вера и он просит Творца приблизить его — то есть дать ему силу Свыше достичь такой ступени подготовки, чтобы все его действия были ради отдачи, — и именно об этом он просит Творца, то есть чтобы раскрылась в мире Его слава, а не пребывала Шхина во прахе, как ныне, но он молит о том, чтобы Его слава раскрылась в мире, — вот это и называется знанием имени Творца. И тогда он взывает не во лжи, а в истине.