И будет, если согрешит и провинится

В Книге Зоар на недельную главу Ваикра (лист 82, пункт 251) сказано следующее: «Мы учили: написано «И будет: если согрешит и провинится...» (Ваикра 5:23). Почему сначала сказано «если согрешит», а в конце сказано «и провинится»? И отвечает: мы учили, что слова «если согрешит» относятся к тем нарушениям, которые называются грехом (хэт), как написано: «из всех грехов человеческих» (Бемидбар 5:6). А «и провинится» (ве-ашам) понимается здесь как в выражении «возмещение за вину, возвращаемое Г-споду» (Бемидбар 5:8), где слово ашам означает «и исправит» — то есть «И будет, если согрешит...»: если исправит свои поступки и вернет похищенное, что похитил. Сказал рабби Йоси: отсюда следует, что написанное слово «ве-эшив» — «и возвратит» (וְהֵשִׁיב) — означает, что он возвращает сам, от себя. Ведь слово «ве-яшив» (וְיָשִׁיב), выражающее повеление («пусть возвратит»), здесь не написано, а написано в точности «ве-эшив», то есть сам».

И нужно понять: почему [Зоар] говорит, что «если согрешит» относится к тем нарушениям, которые называются грехом, как написано: «из всех грехов человеческих» (Бемидбар 5:6)? Нужно понять: разве бывает нарушение, которое не называется грехом, так что он приводит в доказательство стих: «из всех грехов человеческих»? А затем он объясняет этот стих применительно к грабежу, что относится исключительно к отношениям между человеком и его ближним. А как же быть с заповедями между человеком и Творцом?

И объясним это на пути духовной работы. Известно, что главная причина всех грехов — это желание получать, заложенное в творениях в силу замысла творения, который состоит в том, чтобы «насладить Свои творения». А после того как возник запрет получать ради получения — в чем и заключается суть исправления сокращения, совершенного ради того, чтобы не было «хлеба стыда»...

И вследствие этого исправления затем, через последовательное нисхождение миров, возникли клипот. А затем из-за греха Адама а-Ришона с древом познания возникли две системы, по тайне сказанного: «Одно напротив другого создал Б-г» (Коэлет 7:14). И появились АБЕА святости, а напротив них — АБЕА нечистоты.

И отсюда берут начало все грехи — в том, что хотят получать только ради получения. Это значит, что человек от природы сотворен с себялюбием: он ни о чем не заботится, кроме собственной выгоды. И только особой силой Торы и заповедей можно исправить его, чтобы он действовал ради отдачи. А до того, как человек обретет это исправление, называемое «ради отдачи», он стремится поглотить всё в свое владение — то есть желает забрать всё из владения Творца и внести во владение человека.

И отсюда для нас в этом мире следуют три различения:

1. Запрещенные вещи и разрешенные вещи.

2. В разрешенных вещах мы также выделяем две категории: дела заповеди и дела дозволенные (будничные).

3. Третье относится к намерению (кавана): необходимо направлять намерение как в отношении запрещенных вещей — чтобы воздерживаться от их совершения ради отдачи, так и в отношении разрешенных вещей — как в делах заповеди, так и в делах дозволенных, чтобы намерение было ради отдачи, а не ради собственной пользы. Человек соблюдает Тору и заповеди ради заповеди Творца, поскольку верит в Творца и хочет доставить Ему радость тем, что исполняет всё, что Он нам повелел. И в этом все его намерение: во всем, что бы он ни делал — в предписывающих заповедях, в запрещающих заповедях или в делах дозволенных, — он во всем старается направлять намерение при выполнении их ради Небес.

Из сказанного следует: если человек принимает наслаждение в свое собственное владение, его грех состоит в том, что он выносит [его] из владения Творца во владение самого себя. Ведь всё должно войти во владение Творца, а человек — лишь «раб Г-спода», и у него нет отдельного владения: всё находится во владении его Господина, и у раба нет никакого владения самого по себе.

Однако когда он принимает существующие в мире наслаждения в собственное владение, это выглядит так, будто существуют два владения. И это называется тем, что он выносит из владения Творца — ведь мир принадлежит Ему, — и вносит в свое владение.

А в том, что касается перемещения из владения ближнего в собственное владение, следует различать два вида:

1. Когда ближний не видит, как тот забирает у него и вносит вещь в собственное владение. Такого называют вором: если ближний не видит, у него хватает дерзости обратить имущество ближнего в свое владение. Если же он понимает, что ближний смотрит и увидит, как он берет вещи и присваивает их, он красть не станет.

2. А бывает так, что он забирает имущество ближнего, даже когда ближний против этого протестует. Такого называют грабителем: он грабит ближнего, хотя тот всё видит, и не обращает внимания на то, что ближний кричит: «Это грабеж, я не разрешаю брать!» Тот же стоит на своем, поскольку у него нет сил совладать со страстью и тягой к имуществу ближнего, и он вынужден грабить. И причина, по которой он не смущается тем, что другой смотрит на него в момент захвата, несомненно в том, что его желание получать уже развито в наивысшей степени.

И так говорил мой отец и учитель, праведник, благословенна его память: различие между вором и грабителем в том, что у грабителя желание получать больше, чем у вора. Поэтому вору, когда он знает, что хозяин дома смотрит на него в момент действия, этот стыд дает силу сдержаться и отказаться от кражи. Не то у грабителя: [его] желание получать настолько сильно, что ничто не способно помешать ему осуществить задуманное; из-за этого огромного желания и непреодолимой тяги он ни на что не смотрит и приводит свой замысел в исполнение.

На основе сказанного мы можем объяснить то, о чем спрашивали выше: на что намекает текст словами «если согрешит» — то есть из тех нарушений, которые называются грехом, как написано: «из всех грехов человеческих» (Бемидбар 5:6)? Сказанное им: «из тех нарушений, которые называются грехом», доказательство из стиха: «из всех грехов человеческих», и то, что означает слово «из всех» (ми-коль), следует истолковать так: все его намерение направлено на корень, из которого берут начало все грехи, — на желание получать. С него начинаются все действия в мире, и им же завершается вся работа. То есть нам дано исправить это желание получать, чтобы оно действовало ради отдачи; и когда все общее желание получать будет исправлено ради отдачи, это назовется окончательным исправлением.

Это значит, что все исправления, ради которых нам необходимо трудиться в Торе и заповедях, служат лишь одному: исправить желание получать, чтобы оно было ради отдачи. И тогда мы удостоимся свойства слияния (двекут) и сможем достичь цели творения — «насладить Свои творения».

И получается, что при окончательном исправлении — когда всё исправлено и больше нечего исправлять — абсолютно всё должно войти в святость. То есть даже умышленные грехи тоже должны войти в святость, иначе окажется, что недостает части желания получать, оставшейся снаружи и еще не получившей исправления. И это то, о чем мы сказали: стих намекает словами «из всех грехов человеческих» (Бемидбар 5:6), что всё происходящее из этого корня должно быть исправлено. Иными словами, нужно знать: нет ни одного греха, который не происходил бы из корневого желания получать, ведь это, как известно, корень всех созданий. Поэтому если останется даже один грех, то, поскольку он берет начало из этого корня — желания получать, — он также непременно должен быть исправлен ради отдачи. Иначе этот изъян проявился бы в самом корне. Ведь Первое сокращение (ЦА), произведенное на корневое желание получать, совершилось для того, чтобы мы получили всё заложенное в замысле творения «насладить Свои творения» в келим (сосудах), несущих исправление ради отдачи.

И это можно наглядно представить на таком примере: допустим, что Его желание насладить творения составляло «сто килограммов наслаждения». Само собой понятно, что для этого требовалось приготовить кли, в котором была бы нехватка (потребность) ровно на сто килограммов, иначе ста килограммам наслаждения некуда было бы войти, ведь наполнение может быть только там, где есть нехватка. Отсюда следует: если при наполнении келим — то есть потребностей — часть келим останется снаружи (то есть часть келим, относящихся к этим ста килограммам нехватки, еще не очищена и не готова к наполнению причитающимся им изобилием (шефа)), то окажется, что изобилие, которое Творец желал дать, — эти сто килограммов наслаждения, — не исполнило Его желания сполна, поскольку часть келим соотносится с частью изобилия, а они еще не получили того, что им причитается.

Отсюда следует, что абсолютно все келим, возникшие при сотворении, должны войти в святость. И благодаря этому становится понятным сказанное в святом Зоаре: «Ангел смерти в будущем станет святым ангелом». Смысл этого — как сказано выше: поскольку всё зло происходит от желания получать, сотворенного Творцом, на которое затем было произведено сокращение, называемое «исправлением», то, несомненно, все сотворенные «сто килограммов» желания получать должны быть приняты благодаря исправлению, называемому получением ради отдачи. А те свойства, которые невозможно исправить до окончательного исправления, называются «клипот, нечистота и ситра ахра». Но при окончательном исправлении все келим непременно должны войти в святость по вышеназванной причине, иначе возникнет нехватка в изобилии: ведь все келим обязательно должны получить то изобилие, которое причитается их доле, как сказано выше.

И из сказанного станет понятным написанное: «из всех грехов человеческих» (Бемидбар 5:6), где имеется в виду корень грехов, называемый желанием получать. В этом же смысл слов: «И будет, если согрешит и провинится...» (Ваикра 5:23). Ведь значение слов «из всех грехов человеческих» относится вовсе не только к грехам между человеком и его ближним — вопреки тому, как далее толкуется слово «и провинится»: мол, это подобно сказанному «возмещение за вину, возвращаемое Г-споду» (Бемидбар 5:8), где «и провинится» означает «и исправит свои дела, и вернет похищенное, что похитил», откуда, на первый взгляд, следует, что речь идет только об отношениях между человеком и ближним.

Но истолковать это нужно так, как сказано выше: корень всех грехов — это желание получать ради получения. А именно: когда человек получает от Творца, то есть из Его владения, и переносит всё в собственное владение, это и называется грабежом, как говорилось выше, ведь он выносит [наслаждение] из владения Творца. И это происходит несмотря на то, что Тора взывает и провозглашает: запрещено принимать в собственное владение, иначе возникает видимость двух владений — владения Творца, из которого человек выносит наслаждения, и его собственного владения. Выходит, что он называется не вором, а грабителем: хотя Творец и видит, что он берет, желание получать в человеке настолько сильно, что он не в силах справиться с ним. И по этой причине он зовется грабителем, а не вором.

В чем же состоит его исправление? «И вернет похищенное, что похитил» (Ваикра 5:23) — то есть совершит раскаяние (тшуву) и исправит [свое состояние] так, чтобы все его поступки вошли в святость. Иными словами, он привлечет такое свойство желания, при котором все его действия будут ради отдачи. И именно так объясняется стих «И будет: если согрешит и провинится...», где слово «и провинится» означает: «совершит исправление».

И рабби Йоси добавляет и говорит следующее: из написанного «ве-хешив» — «и вернет» (וְהֵשִׁיב) — следует, что он возвращает сам, от себя. Ведь слово «ве-яшив» (וְיָשִׁיב), выражающее повеление («пусть возвратит»), здесь не написано; написано же в точности «ве-хешив», то есть сам. Дело в том, что существует раскаяние из страха, при котором умышленные грехи становятся для него подобны непреднамеренным ошибкам. И хотя он возвращает похищенное, это все еще происходит не по его собственной воле: он возвращает похищенное лишь потому, что испытывает страх. Но это не называется «сам» — то есть по доброй воле, когда можно было бы сказать, что он рад вернуть похищенное; он делает это так, словно у него просто нет выбора. И через раскаяние из страха грех еще не исправлен до конца, ведь при раскаянии из страха умышленные грехи становятся для него только ошибками. Из-за этого определенные келим все еще остаются вне святости — высшее изобилие не может облачиться в них. А если так, то желание Творца «насладить Свои творения» не может излиться на нижних, ведь [свету] негде облачиться, как сказано выше, — и получается, будто в достижении цели есть изъян.

Поэтому нам дано исправление, называемое раскаянием из любви, при котором умышленные грехи становятся для человека заслугами. И тогда те келим, которые находились на уровне умышленных грехов — представляя собой желание получать, соотнесенное с высшим изобилием со стороны цели творения, но прежде не готовое принять это изобилие, — превращаются в заслуги. Теперь они уже готовы к тому, чтобы в них облачилось высшее изобилие. И тогда совершенство цели творения — «насладить Свои творения» — может осуществиться в полной мере того изобилия, которое Он желал им дать: ведь теперь в святость вошли все келим, принадлежащие общему желанию получать, разделенному на множество частей ради того, чтобы малые части было легче исправить.

И это подобно притче, которую приводит мой отец и учитель, праведник, благословенна его память, относительно исправления греха древа познания («Паним Масбирот», лист 56): о мелехе, который хотел отправить большую сумму золотых динаров своему сыну в заморскую страну. Но поскольку все жители его страны были ворами, он пошел и разменял динары на мелкие монеты — прутот. А грош к грошу (прута к пруте) соединяется в большой счет — и благодаря этому всё будет исправлено.