И пошел Моше

В Книге Зоар (лист 1, и в [комментарии] «Сулам», пункты 1, 2, 3) [сказано]: «„И пошел Моше…“ (Дварим 31:1). Рабби Хизкия открыл [стихом]: „Ведущий десницу Моше величественной мышцей Своей, рассекающий воды перед ними…“ (Йешаяу 63:12). Трое святых братьев шли среди них. И кто они? Моше, Аарон и Мирьям. Ведь мы уже установили, что Аарон — это правая рука Исраэля. И об этом написано: „И услышал ханааней, царь Арада… что идет Исраэль путем Атарим…“ (Бемидбар 21:1). „Путем Атарим“ означает, что Исраэль был подобен человеку, идущему без руки и опирающемуся на каждое место, ведь атарим (אֲתָרִים) означает „места“. И тогда: „…и воевал с Исраэлем, и взял из них пленных“ (Бемидбар 21:1) — потому что они остались без правой руки. Пойди и посмотри: Аарон был правой рукой тела, то есть [сфиры] Тиферет, и потому написано: „Ведущий десницу Моше величественной мышцей Своей…“»

И нужно понять притчу, которую [Зоар] приводит к стиху «И услышал ханааней…» (Бемидбар 21:1). И Раши пояснил: [ханааней] услышал, что умер Аарон и ушли облака славы, — [подобно] человеку, идущему без руки. Что означает, что Аарон был правой рукой? И еще нужно понять эту притчу: почему тот, у кого нет руки, при ходьбе опирается на каждое попадающееся место?

И следует знать: для любого действия, которое хотят совершить, непременно должна быть причина, обязывающая человека его совершить. И насколько важна эта причина, настолько он способен прикладывать усилия, чтобы достичь желаемого.

Поэтому, когда человек начинает идти путем служения Творцу и хочет служить в свойстве веры и отдачи, он, конечно же, хочет знать: по какой причине нужно идти именно этим путем? И всякий понимает своим разумом: если бы служение строилось на основе получения и знания, работа шла бы куда лучше и успешнее. То есть тело, называемое любовью к себе (себялюбием), не сопротивлялось бы этому служению столь сильно. Ведь хотя тело и стремится к покою и вовсе не желает трудиться, все же на основе получения и знания [работать] наверняка было бы легче. И тогда, конечно, гораздо больше людей занимались бы Торой и заповедями.

И мой отец и учитель, благословенна память праведника, говорил: Творец пожелал, чтобы со стороны тела было сопротивление — чтобы человек был вынужден обратиться за помощью к Нему, благословен Он. А без помощи Творца достичь цели невозможно. И это сделано для того, чтобы у человека была возможность каждый раз подниматься на более высокую ступень, как сказали наши мудрецы (ХАЗАЛЬ): «Тому, кто приходит очиститься, помогают» (Шаббат 104а). И сказано в святом Зоаре: «Чем ему помогают? Святой душой. Когда [человек] рождается, ему дают нефеш; удостоился большего — [дают руах…]». Поэтому человеку и дают работу — чтобы у него была возможность подниматься по ступеням святости.

Однако в порядке работы — то есть в том, как человеку просить помощи у Творца, — нужно быть осторожным. Ведь когда человек приступает к работе, тело говорит ему: «Что ты так сокрушаешься? Ведь ты все равно не способен преодолеть заложенную в тебе природу, называемую себялюбием. И выбраться из этого ты не в силах — тут должен помочь только Творец. Если так, зачем ты напрягаешься и прикладываешь огромные усилия, чтобы выйти из себялюбия? Твой труд ведь напрасен! Зачем мне тогда эти усилия?»

И на это мой отец и учитель, благословенна память праведника, сказал: перед каждым действием, которое человек хочет совершить в служении, он должен сказать себе, что весь выбор зависит только от него самого. И в тот момент не следует говорить, что Творец поможет ему: сколько сил человек способен приложить сам, столько он и должен отдать. И лишь для того, чтобы завершить начатое, необходимо, чтобы завершил Творец. Самому же человеку не под силу довести эту работу до конца — по причине, приведенной выше.

И об этом сказали наши мудрецы (Авот, глава 5, мишна 21 [Авот 2:16]): «Он говорил: не на тебе лежит завершить работу». Казалось бы, тогда можно сказать: «Зачем же мне работать, если не в моих силах ее закончить? Какая польза от моего труда?» Но мишна продолжает: «…но ты не волен освободиться от нее».

И мы видим здесь две вещи, будто бы противоречащие друг другу. Ведь, с одной стороны, человеку говорят, что он должен трудиться, «как вол под ярмом и осел под поклажей». Из этого следует, что святое служение зависит от человека — то есть в его силах его завершить. А с другой стороны, мы говорим словами стиха: «Г-сподь завершит за меня…» (Теилим 138:8).

Дело в том, что необходимо и то, и другое. Ведь, с одной стороны, человек должен сделать выбор — то есть обрести желание работать ради Небес. Но если бы он мог сам завершить свою работу, он так и остался бы в своем нынешнем состоянии, ощущая себя уже совершенным человеком. Ведь он видел бы, что все его поступки — ради Небес, и чего же ему еще недостает? И тогда у него не было бы никакой потребности притягивать свет Торы.

Однако для того чтобы у него возникла потребность продвигаться в Торе — ведь суть Торы в том, что она представляет собой имена Творца, которые Он пожелал раскрыть творениям, — а по правилу «нет света без кли (сосуда)», как человек может быть способен принять свет Торы, если у него нет кли, называемого потребностью и нехваткой? И потому, когда человек начинает трудиться и видит, что не может сам завершить работу, у него и возникает потребность и нехватка в свете Торы.

Ведь, как сказали наши мудрецы: «Кроющийся в ней свет возвращает его к добру» (Эйха Рабба, Птихта 2). И тогда каждый раз, когда он хочет стать чище (зах), он вынужден получать свыше еще большую помощь. Поэтому нам необходимо и то, и другое, и между ними нет никакого противоречия: у каждого из этих [двух принципов] свое особое назначение.

Нечто подобное мы видим и в материальном: ведь всё, что заведено в духовном, несомненно порождает такой же порядок и в материальном. Мы видим, как это происходит в жизни: когда человек стоит на улице возле тяжелого мешка и просит прохожих помочь ему взвалить мешок на плечи, каждый отвечает ему, что у него нет времени, и предлагает попросить кого-то другого: мол, людей вокруг хватает, кто-нибудь поможет, и ты не так уж нуждаешься именно в моей помощи. Иное дело, когда человек уже несет тяжелый мешок на плечах, и тот соскользнул и вот-вот упадет на землю. Если он просит проходящих мимо помочь поправить ношу на плечах, чтобы та не упала, мы видим, что в такой момент никто не скажет: «У меня нет времени, попроси кого-то другого». Первый же, кто окажется рядом, тут же приходит ему на помощь.

И нужно понять эту разницу: почему, когда мешок с грузом стоит на земле и человек просит о помощи, у каждого находится отговорка, чтобы не помогать, тогда как если мешок уже лежит на плечах и вот-вот упадет, первый же оказавшийся рядом тут же помогает ему? Здесь следует понять: есть разница [между тем, кто еще не взялся за дело], и тем, кто находится посреди работы, то есть уже начал ее. Когда видят, что человек просит о помощи, чтобы иметь возможность продолжать работу — то есть ноша на его плечах готова упасть, — тогда ему помогают.

Если же человек только собирается приступить к работе, ему говорят: «У тебя ведь не горит. Представь, что желание начать работу пришло бы к тебе чуть позже, — ничего страшного бы не случилось». Поэтому каждый считает, что тот не так уж остро нуждается в немедленной помощи прямо сейчас: у него есть время подождать, пока не найдется кто-нибудь со свободным временем, кто и поможет ему.

Смысл же притчи в том, что когда человек ждет, пока Творец поможет ему, и лишь тогда говорит: «Вот теперь я могу работать, а до тех пор, пока Творец не дал мне желания и охоты, я не в силах преодолеть желания своего тела; поэтому я сижу и жду, когда Творец поможет мне, чтобы я смог войти в служение Творцу», —

— это подобно человеку, который стоит и ждет, чтобы кто-нибудь из прохожих взвалил ему на плечи полный и тяжелый мешок. Так и этот человек стоит и ждет: когда же Творец даст ему силы, поможет ему и возложит на его плечи ярмо власти Небес, как сказано: «как вол под ярмом и осел под поклажей». Он хочет, чтобы Творец помог ему понести это ярмо и поклажу, и только тогда он приступит к работе. Тогда ему говорят: «Жди удобного случая, а пока оставайся со своим мешком принятия ярма власти Небес внизу, на земле».

Иное дело тот, кто уже начал работать и не говорит, будто станет ждать, пока Творец даст ему желание исполнять святое служение, и лишь затем начнет. Он не желает ждать: страстное стремление к служению и к обретению истины толкает его идти вперед, пусть даже он и не видит в себе способности двигаться вперед самостоятельно, — подобно Нахшону.

Но он видит, что не в силах продолжать эту работу, и боится, что ярмо власти Небес, под которым он сейчас идет, начинает соскальзывать с него. И тогда он начинает взывать о помощи, видя, как вся принятая им ноша готова упасть. Это подобно человеку, несущему мешок на плечах, который видит, что тот начинает падать. И мы видим, как заведено в материальном: у кого бы он ни попросил помощи, он тотчас получает ее на месте, и никто не откладывает ее на потом.

Точно так же и в духовном: когда человек начинает видеть, как ноша и ярмо спадают с него — то есть служение в свойстве «как вол под ярмом и осел под поклажей», которое он прежде принял на себя, соскальзывает с его плеч, — и он понимает, что вот-вот окажется в падении, и взывает тогда к Творцу, он получает помощь. Как сказали наши мудрецы (ХАЗАЛЬ): «Тому, кто приходит очиститься, помогают» (Шаббат 104а), как приведено выше из слов Зоара.

Иное дело тот, кто ждет, чтобы Творец помог ему заранее, и говорит, что лишь потом у него появятся силы работать. О таком человеке мой отец и учитель, благословенна память праведника, говорил словами стиха: «Кто наблюдает за ветром, тот не будет сеять, и кто смотрит на облака, [тот не будет жать]» (Коэлет 11:4). То есть если человек стоит и ждет, когда Творец пошлет [ему] дух раскаяния (тшувы), он никогда не придет к истине.

А теперь вернемся к вопросу, который мы задали: в чем смысл притчи о том, что идущий без руки опирается на каждое место, и почему со смертью Аарона эта рука ушла, и тогда у ханаанея появилась возможность воевать с Исраэлем? Следует знать, что «правой рукой» называется свойство Хесед — сосуд отдачи (кли де-ашпаа). То есть оно желает лишь творить милосердие и отдавать, и Аарон своей силой притягивал эту силу народу Исраэля.

И потому никто не мог воевать с Исраэлем. Ведь обычно тело приходит к человеку и дает ему понять: если тот послушает его голос, оно доставит ему множество наслаждений. Если же тело слышит, что всё желание человека — исключительно отдавать, оно видит, что с ним бессмысленно даже говорить.

И силу отдачи они получали от Аарона-коэна, воплощавшего свойство Хесед, и были слиты с ним; потому они и находились под его властью. Когда же Аарон умер, эта сила отдачи была утрачена, и тогда началась война своекорыстного получения (ради себя), ведь тело уже нашло повод спорить с человеком. Поэтому [Зоар] и приводит притчу о человеке, идущем без руки, которому приходится опираться на любое место, где только можно найти опору.

И смысл притчи здесь в том, что им не хватало силы «выше знания», называемой свойством «моха» (мозг), а также силы отдачи, именуемой свойством «либа» (сердце). Поэтому на каждое прикладываемое усилие тело требовало опоры (смиха, סְמִיכָה). То есть оно спрашивало: «На каком основании (смах, סְמָךְ) ты требуешь от меня отдавать силы для твоей работы?» А свойства Хесед у него не было, так чтобы он мог сказать: «Я иду выше знания», — этого недоставало, ведь таково свойство Аарона, являющееся Хеседом, который называется свойством отдачи и ступенью выше знания.

И об этом сказано: «Подвешивающий землю ни на чем» (Иов 26:7). И мой отец и учитель, благословенна память праведника, объяснял: вера выше знания означает, что у человека нет никакой опоры и всё держится в воздухе. И сказано: «подвешивающий землю», где «земля» (эрец, אֶרֶץ) означает власть Небес (малхут шамаим), а «ни на чем» (аль бли-ма, עַל בְּלִי־מָה) — без какой бы то ни было опоры.

Поэтому, когда Аарон умер, некому стало притягивать для них эту силу. Тогда они стали идти внутри знания и, следовательно, опирались на любое попадающееся место. То есть везде, где они видели возможность получить подкрепление, чтобы тело захотело трудиться в Торе и заповедях, они его принимали. И это называется «путем Атарим» — подобно человеку, идущему без руки, как сказано выше. И оттого ханааней пришел воевать с Исраэлем: ведь внутри знания у [нечистых сил] есть власть вести войну. Тогда как выше знания у них нет никакой возможности спорить с этим путем, ведь он не нуждается ни в какой опоре.

Отсюда следует: всё главное усилие начинается тогда, когда человек хочет идти выше знания, а эту силу он должен получить свыше. Прежде она приходила благодаря свойству Аарона. Теперь же он сам должен притягивать эту силу — то есть просить Творца, чтобы Тот помог ему. И тогда возникают два состояния, между которыми нужно различать:

1) тот, кто ждет, пока Творец поможет ему обрести эту силу, стоит и уповает на это;

2) и тот, у кого нет терпения ждать, пока Творец поможет ему: он сразу приступает к работе, а затем взывает и просит Творца, говоря словами стиха: «…ибо дошли воды до души!» (Теилим 69:2). И поскольку он уже приходит к ясному осознанию, что только Творец может ему помочь, он и получает помощь.

И порядок молитвы должен быть не одними лишь устами, но [исходить из сердца], когда человек стоит перед опасностью покориться власти зла — когда к нему подступают с сильными доводами, желая сбить его со служения, в котором он хочет принять на себя ярмо власти Небес. И они прикладывают все усилия, чтобы помешать ему всем, что только в их силах.

И мы видим, как составитель пиюта дает нам ясную картину зла, противостоящего нам. В сборнике «Слихот» (Слихот на четвертый день Десяти дней покаяния) приводится: «К Тебе, Г-споди, воззову, Грозный и Страшный, не скрывай лица Твоего в день бедствия, когда восстают на нас несущие проклятие… говорящие: «Не нужно признавать власть Б-га, склоняться перед Ним в служении, святить [Имя] Многократно прощающего и не нужно благоговеть перед Грозным Б-гом». Услышав это, трепещет сердце мое; так я отвечу враждующему со мной: упаси Б-г забыть и оставить мне единство Б-га отца моего!..»

Получается, таким образом, что когда человек хочет принять на себя ярмо власти Небес… а понятие ярма означает «как вол под ярмом и осел под поклажей». То есть и осел, и вол — оба противятся тому, чтобы принять на себя труд, и выполняют свою работу только по принуждению. А почему они противятся? В то время, когда чувствуют, что работают. Иное дело, когда они получают удовольствие от процесса — например, когда едят: хотя это тоже работа, но раз [животное] наслаждается в процессе действия, это уже не называется «работой».

Поэтому, когда у человека [есть] правая рука, называемая свойством «ибо желает Он милосердия» (Миха 7:18), и тогда он наслаждается служением, — у ситра ахра нет никакой зацепки в этой работе, чтобы иметь возможность воевать с ним. Иное дело, «когда умер Аарон» — то есть когда человек еще не удостоился свойства Хесед Аарона: тогда к нему приходят внешние [силы] и твердят ему всевозможные слова безверия. И тогда служение идет двумя путями, как сказано выше.