Всегда следует различать Тору и работу

Всегда следует различать Тору и работу. «Торой» называется то, что представляет собой отдельную категорию [саму по себе]. И тогда не следует говорить о человеке — человека как будто вовсе нет. Говорят лишь о Торе самой по себе, которая является именами Творца, благословен Он, и нужно обращать внимание на ее величие — то есть [помнить], о Ком мы говорим.

Это значит, что мы всегда должны помнить: мы говорим о Владыке — о том, как Он установил порядок и управление, как Его святые имена будут изливать [свет] душам, чтобы те приняли их и смогли существовать при их раскрытии, как написано: «Кто взойдет на гору Г-сподню и кто станет на месте святом Его?» (Теилим 24:3).

Когда человек обращает внимание и [стремится] почувствовать, о Ком он говорит, — что говорит он о Творце... Однако у нас нет такого постижения, нет связи, позволяющей [наяву] осознавать, что мы говорим о Творце. Нам остается лишь верить, что вся Тора целиком — это имена Творца, благословен Он.

Она лишь облачена то в законы и правила, определяющие, как человеку надлежит исполнять заповеди, действующие между человеком и Всевышним или между человеком и ближним, то в рассказы и истории, то в язык Каббалы и святые имена. И тогда нужно помнить, что внутреннее [содержание], облаченное в эти одеяния, — исключительно Б-жественность, и именно это называется: «Вся Тора целиком — это имена Творца, благословен Он».

Итак, изучая Тору, нужно учиться с должным почтением (дерех эрец). То есть необходимо помнить, о Ком мы говорим. Таким путем мы можем притянуть свет от Торы и ощутить: «Ведь они — жизнь наша и долгота дней наших». И естественно, когда учатся с упомянутым намерением (кавана), человек может пребывать в радости, поскольку он слит тогда с Жизнью жизней, что и называется: «Ведь они — жизнь наша и долгота дней наших». Ведь человек начинает ощущать свойство «творить добро Своим созданиям», а это, как известно, и есть причина сотворения миров.

И это благо мы должны извлекать из Торы. Это и означает, что мы говорим лишь о величии Торы и вовсе не думаем о человеке. Поэтому во время изучения Торы человек пребывает в совершенстве, согласно правилу: «Где мысли человека, там и он сам». И от этого времени человеку следует получать жизненную силу на весь день. Ведь сказано: «Время Торы отдельно, а время молитвы отдельно», поскольку одно противоположно другому.

А время работы — это нечто совершенно иное. Ведь когда говорят о работе, речь идет именно о человеке. Тогда как о Торе говорят применительно именно к Творцу, и потому она называется «Торой Г-сподней». Работа же относится исключительно к человеку, ведь человеку нужно трудиться, как написано: «Человек рожден для труда» (Иов 5:7). И поскольку человек — это творение, а творение определяется как нехватка, представляя собой «сущее из ничего» (еш ми-аин), и это сущее, называемое «желанием получать», необходимо наполнить, так как в этом и состоит цель творения. Но поскольку ради подобия формы на это желание произошло сокращение, нужно исправить и снять сокращение, бывшее на этом желании, чтобы прийти к цели, именуемой «Его желание творить добро».

И чтобы устранить сокращение, нам дана особая сила (сгула) — Тора и заповеди, о чем сказано: «Я создал дурное побуждение, Я создал Тору как приправу к нему», как известно. И здесь, в вопросах работы, следует проверять, продвигается ли человек к цели устранения сокращения: появились ли уже искры отдачи? То есть получил ли он уже нечто от особого свойства Торы и заповедей в виде очищения мысли и желания. Таким образом, к работе относится самопроверка.

Тогда как при изучении Торы человеку вовсе не следует проверять себя: пусть учит Тору как она есть. Нужно лишь находить способы, как возвеличить Тору [в своих глазах]. Ведь Тора сама по себе — это действительность, называемая «именами Творца, благословен Он». Выходит, когда учат из Торы какие-либо законы, слова наставления, простые рассказы или путь работы, всё это само по себе еще не называется Торой. Это лишь то, что учат из Торы, тогда как сама Тора относится не к творению, а к Творцу, поскольку она — имена Творца, благословен Он.

Иными словами, «Торой» называется раскрытие Б-жественности, и это именуется «внутренней частью Торы». А то, что раскрыто вовне: законы, наставления, пути работы и рассказы, — всё это называется одеяниями на Тору, и потому именуется «внешней частью Торы». Имена же Творца, благословен Он, называются «внутренней частью Торы».

Исходя из сказанного, можно спросить: если Тора сама по себе относится к Творцу и представляет собой Б-жественность, то это подобно всего лишь рассуждению. И что человек может извлечь из изучения Торы, если не понимает никакой связи с собой? На это мудрецы говорят: «Велико учение, приводящее к действию». Ведь человеку, несомненно, необходима именно область действия, как написано: «…что сотворил Б-г, чтобы делать» (Берешит 2:3).

Поэтому «не толкование главное, а действие» (Авот 1:17). И на это дается ответ: «Велико учение, приводящее к действию» (Кидушин 40б, где сказано: «Велико изучение», и Бава Кама 17а). То есть свет Торы (маор), ее внутренняя часть, светит человеку, давая ему силы совершать добрые дела. И в этом особое свойство Торы: она дает ему силы, чтобы он мог действовать, как написано: «…что сотворил Б-г, чтобы делать» (Берешит 2:3).

И в этом смысл сказанного мудрецами: «Время Торы отдельно, а время молитвы отдельно» (Шаббат 10а). Ведь они противоположны друг другу, как сказано выше. Во время изучения Торы человек должен думать только о величии Торы, а о себе — вовсе нет. Тогда как во время молитвы у человека прежде всего должны быть раскрыты его нехватки, чтобы он мог просить об их наполнении. Ведь нехватка не обнаружится, если ее не искать.

Ведь только в материальном нехватки явны, поскольку они происходят от желания получать, а желание получать раскрыто. В духовном же всё иначе: всё здание святости построено на основе желания отдавать. А желание отдавать мы соотносим с творением. Как объясняется, Малхут, называемая «желанием получать», возжелала подобия формы, именуемого «отдачей». Поэтому, когда этот порядок распространился на творения, возникающие уже после происшедшего разбиения сосудов (швират а-келим) и после греха Древа познания, этой нехватки — чтобы человек ощущал, что ему недостает кли, называемого «желанием отдавать», — уже нет.

Человек должен приложить усилия, пока не ощутит нехватку желания отдавать. И в той мере, в какой он ощущает свою нехватку, он может молиться Г-споду о помощи — чтобы Творец дал ему это кли, чтобы все его заботы касались лишь того, что у него нет этой силы, называемой «желанием отдавать». И насколько он далек от этого кли, настолько он должен сокрушаться и молить Г-спода о милосердии, чтобы Тот помог ему и дал это желание.

Более того, можно сказать: человек должен просить Г-спода, чтобы Тот дал ему саму эту нехватку — то есть чтобы он почувствовал, как ему недостает желания отдавать, и понял, что именно это задерживает достижение духовного, как сказано выше, ведь эта нехватка не приходит сама по себе.

Отсюда следует, что Творец должен дать человеку как кли, так и свет. И в этом смысл сказанного: «Сзади и спереди Ты объял меня…» (Теилим 139:5). Слово ахор — «сзади» (אָחוֹר) означает «кли», а кедем — «спереди» (קֶדֶם) означает а-паним — «лицевая сторона» (הַפָּנִים), то есть наполнение. Получается, что как свет, так и кли — всё приходит от Него, благословен Он.

И в этом смысл сказанного мудрецами (Кидушин 30б): учили наши наставники: «вэ-самтем» (וְשַׂמְתֶּם) [следует читать как] сам там (סַם תָּם) — «снадобье совершенное»; уподоблена Тора эликсиру жизни. Так Святой [Творец], благословен Он, сказал Исраэлю: «Дети Мои, Я создал дурное побуждение, Я создал Тору как приправу к нему. И если вы занимаетесь Торой, то не будете отданы в его руки». И суть здесь в том, о чем говорилось выше: свет, заключенный в Торе, являющийся внутренней частью Торы, возвращает человека к добру. Но во время учебы нужно направлять намерение на то, чтобы получить свет Торы, как объясняется в «Предисловии к Талмуду Десяти сфирот», пункт 17.