В чем заключается запрет приветствовать товарища прежде благословения Творца, в духовной работе

В святом Зоаре (Тэцаве, с. 20, и в комментарии «Сулам», п. 51) написано следующее: «Рабби Йегуда начал [свою речь так]: «Отступитесь от человека, дыхание которого в ноздрях его, ведь что он значит?..» (Йешаяу 2:22). Неужели пророк предостерегал сторониться остальных людей, и чтобы остальные люди сторонились его, так что люди никогда не приближались бы друг к другу? И отвечает: нет, этот стих истолковали о том, кто спозаранку идет к дверям своего товарища, чтобы приветствовать его, прежде чем благословит Святого, благословен Он; и об этом сказано: «Отступитесь…», и так далее». До сих пор его слова.

Казалось бы, в чем заключается запрет, если человек приветствует своего товарища прежде, чем благословит Творца? Ведь это выглядит так, будто он оказывает уважение товарищу раньше, чем Творцу. Но разве Творец нуждается в почете, чтобы говорить, будто не оказав Ему уважения прежде, чем товарищу, человек умаляет почет Его, благословен Он?

Ведь это подобно тому, как человек заходит в курятник и видит, что петух смотрит на другого петуха в курятнике и не обращает внимания на человека — хозяина дома. Разве уместно сказать, что петух нанес ущерб почету хозяина? Тем более творения по отношению к Творцу: величие Творца несоизмеримо дальше [от нас], и разве может человек значить хоть что-то перед Творцом, чтобы говорить, будто он, не дай Б-г, умалил почет Творца?

И еще нужно понять сказанное: «Нет, этот стих истолковали о том, кто спозаранку идет к дверям своего товарища». Почему именно «к дверям своего товарища», на что здесь намекают? Словно из этого следует, что если человек не идет спозаранку к дверям товарища, то приветствовать его разрешено. Но это следует истолковать в контексте внутренней работы человека: на пути [духовной] работы обо всем говорится применительно к одному человеку. То есть и товарищ, и приветствие относятся к процессам внутри одного человека.

Известно, что суть работы человека состоит в том, чтобы прийти к слиянию (двекут) с Творцом, именуемому подобием формы. Ведь мы учим, что со стороны Творца, желающего насладить Свои творения, в них было создано желание получать — стремление к получению наслаждения и удовольствия, что называется целью творения. Однако для того, чтобы не возникло свойства стыда, было произведено исправление, называемое сокращением и сокрытием, из-за которого не ощущают святость, а также благо и наслаждение, пребывающие в святости.

И хотя мы каждый день говорим: «Вся земля полна славы Его» (Йешаяу 6:3), все же над этим пребывает сокрытие, требующее от нас веры в это. Но пока человек не исправил свои действия ради отдачи, он этого не ощущает. Это зависит от работы человека по обретению келим отдачи: в какой мере он их обретает, в такой мере отступает сокращение и человек начинает ощущать присутствие Творца. В этом и состоит вся наша работа — прийти к подобию формы, называемому слиянием с Творцом.

А чтобы удостоиться келим отдачи, существует цельный порядок работы, как разъяснил мой отец и учитель, праведник благословенной памяти, говоря о трех душах (нефашот), которые есть в человеке:

1. Нефеш святости (нефеш де-кдуша), в которой нечего исправлять;

2. Нефеш трех нечистых клипот, которую здесь исправить невозможно, ведь она исправится только в Окончательном исправлении;

3. Нефеш де-клипат нога, которая наполовину добрая, наполовину злая. Вся работа человека сосредоточена именно в этой душе: если человек выполняет заповедь, эта душа соединяется со святостью, а если, не дай Б-г, совершает проступок, эта душа соединяется с нефеш трех нечистых клипот. Поэтому в этой душе человек в силах склонить чашу весов как ко злу, так и к добру. И вся работа происходит только в этой душе.

Поэтому, когда человек начинает заниматься Торой и заповедями в свойстве истины — то есть ради того, чтобы достичь слияния с Творцом, — перед ним открываются два пути. Либо награда за совершенную им работу пойдет на пользу ему самому, а не на пользу Творцу, что означает желание напитать нефеш клипы — то есть чтобы она получила награду за его труд. Либо же он хочет своей работой напитать святость — то есть чтобы награда за его труд была исключительно на пользу Творцу; тогда его трудом питается нефеш святости, и это означает, что нефеш де-клипат нога присоединяется к нефеш святости.

Однако следует знать: ступень, когда «все твои дела будут во имя Небес», не достигается за один раз. Мудрецы говорили: «Дурное начало человека одолевает его каждый день, и если бы Святой, благословен Он, не помогал ему, тот не смог бы совладать с ним». Мы видим, что мудрецы сообщили нам две вещи:

1) зло побеждают не сразу: каждый день предстоит новая работа, как сказано: «Дурное начало человека одолевает его каждый день»;

2) человек не способен одолеть его без помощи Творца.

И эти две стороны называются светом и кли. То есть недостаток, который человек обнаруживает в себе, видя, что зло властвует над ним, — это кли. Он чувствует, насколько далек от работы во имя Небес и от любви к Творцу: «всем сердцем твоим…» (Дварим 6:5), а не ради собственной пользы. Ведь тело совершенно не способно понять, как такое возможно: возможность подобного в действительности прямо противоречит здравому смыслу и разуму.

Принятие бремени власти Небес человек способен понять лишь в том случае, если благодаря этому Святой, благословен Он, исполнит все желания его сердца. То есть человеку понятно, когда Творец служит человеку, помогает ему и восполняет все его нужды. Но обратное — чтобы человек служил Творцу и постоянно думал, чем доставить радость Творцу, чтобы Творец радовался его делам, как сказано: «Да возрадуется Г-сподь деяниям Своим» (Теилим 104:31) (то есть творения — деяния Святого, благословен Он, — доставят Ему радость), — вызывает у человека вопрос: «Что я выиграю от того, что доставлю радость Творцу?» Ведь тело человека понимает только то, что идет на пользу ему самому.

Этот недостаток, когда человек начинает чувствовать, что не способен работать на пользу Творцу, и называется кли — то есть потребностью в Том, Кто поможет ему обрести желание работать ради Творца. А помощь, которую он получает свыше — «Святой, благословен Он, помогает ему», — называется светом. И оба они раскрываются один за другим, а не сразу, как сказано выше. Поэтому мудрецы и сказали: «Дурное начало человека одолевает его каждый день» — то есть построение света и кли не завершается за один день. Напротив, здесь действует правило: «Монета к монете слагается в большой счет», пока кли не наберет полную меру нехватки, чтобы стать пригодным для совершенного получения света.

И об этом сказано в святом Зоаре («Предисловие к Книге Зоар», с. 141, и в комментарии «Сулам», п. 140), и таковы его слова: «День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание…» (Теилим 19:3) и так далее. Ведь до Окончательного исправления, то есть пока мы не подготовили свои келим получения к тому, чтобы принимать исключительно ради отдачи, доставляя радость нашему Создателю, а не ради собственной выгоды, Малхут зовется «Древом добра и зла». Ведь Малхут — это управление миром по делам людей, и так далее; и это управление в конечном счете подготавливает нас к тому, чтобы исправить наши келим получения ради отдачи и удостоиться блага и наслаждения, которые Он задумал для нас, и так далее.

И это управление добром и злом многократно вызывает у нас подъемы и падения, и так далее. И знай, что каждый подъем поэтому считается отдельным днем. Ведь все эти ночи — то есть падения, страдания и наказания, прерывавшие слияние с Творцом, так что возникло множество сменявших друг друга дней, — теперь, после того как и ночи, и разделявшая их тьма тоже обратились в заслуги и добрые дела, больше не разделяют [дни]. И оказывается, что все шесть тысяч лет соединяются в один-единственный великий день, и так далее.

И в этом тайна слов: «День дню передает речь…», ведь то высказывание, которое разделяло день и день, теперь обращается в великое восхваление и славит Его, став заслугой, и потому все они делаются единым днем Г-сподним, и так далее. Ведь только все вместе, в совокупности, они стали достойны принять великий разум. До сих пор его слова.

Из сказанного следует: лишь благодаря падениям и подъемам, называемым ночами и днями, когда они соединяются в полную меру, чтобы стать способными принять великий разум, обязательно возникает большое кли — то есть большая потребность. Она рождается благодаря падениям, когда человек видит, насколько сильнее с каждым разом он нуждается в Творце, чтобы Тот помог ему выйти из себялюбия. А каждый день — это подъемы: каждый раз он получает помощь, называемую светом и изобилием (шефа), ведь кроющийся в ней свет возвращает к добру.

И это называется «Святой, благословен Он, помогает ему». Ведь именно благодаря обоим этим состояниям обретают кли, достойное получить то наслаждение и благо, которые Творец задумал для человека. И это означает, что человек получил исправление и подготовку, чтобы воспринять цель творения — насладить Свои создания.

Однако самое трудное в работе заключается в том, что ее порядок подобен двум стихам, противоречащим друг другу, и трудно понять, как оба они могут быть истиной.

Например, в статье моего отца и учителя, праведника благословенной памяти, о порядке работы написано: «Относя работу к Творцу, [следует] верить, что Творец принимает нашу работу, и не важно, в каком виде она предстает нам». Из этого следует, что не важно, работает ли человек с величием разума и понимания: если он относит работу к Творцу — то есть работает с намерением (кавана) отдавать, — Святой, благословен Он, благосклонно принимает его труд, даже если тот совершается в предельной простоте, вовсе без понимания. Казалось бы, из этого вытекает, что ему все же необходимо направлять намерение ради отдачи; однако он сказал: «в каком бы виде она ни представала», — значит, нужно верить, что Творец услышит молитву, даже если человек не направляет намерение именно ради отдачи, а лишь имеет в виду, что обращается к Творцу, и тогда человек должен верить, что Творец слышит его молитву.

С другой стороны, в книге «При Хахам» (часть 2, с. 65) написано, что человек должен стремиться к постижению Святого, благословен Он, — то есть к слиянию с Ним в полном осознании, что и составляет ступень Святого, благословен Он. Это означает, что человеку следует идти по правой линии, определяемой как совершенство, молиться Творцу и благодарить Творца, даже если он не находит в себе никакого стремления к духовному. Но как, согласно этому, он может прийти к тому, чтобы благодарить Творца и говорить, будто Творец слышит его слова, — ведь именно это означает относить работу к Творцу: что Он принимает его труд независимо от того, как выглядит эта работа?

Но если человек просто относит [свои мысли] к Творцу и говорит: «То, что я обращаюсь к Творцу и верю, что Он может ответить на мои просьбы», — уже приносит ему радость, и он чувствует себя человеком, возвышенным над народом. Ведь у остальных людей нет никакого дела до духовного, а он верит, что Творец дал ему по меньшей мере [ощущение] отсутствия у него духовного. И не важно, в каком виде это выражается, главное — что у него есть интерес думать о духовном. Не важно, есть у него [духовные достижения] или нет, или же он пребывает сейчас в самой глубокой низости, видя, что у него нет никакого желания подняться по ступеням и выйти из падения: он все равно благодарит Творца за то, что по меньшей мере думает о духовном, тогда как у остальных людей нет ни малейшей мысли о духовном.

Если он способен возблагодарить Творца, он обретает от этого радость, и благодаря правилу «из действия не ради отдачи (ло лишма) приходят к действию ради отдачи (лишма)» поднимается со своего уровня совершенства. Благодаря этому он может прийти к такому состоянию, когда даже забывает о том глубоком падении, в котором находился до того, как произвел этот расчет и возблагодарил Творца, и ему кажется, будто он всегда пребывал в этом состоянии.

И это происходит в силу правила: «Благословенный соединяется с благословенным». Ведь благодарность, которую человек возносит Творцу, дает ему почувствовать себя совершенным, и в меру привлекаемой им радости он может подниматься по ступеням. И, несомненно, следует сказать, что этот путь истинен: человек не в силах оценить величие святости, но малейшее прикосновение к святости неизмеримо важнее в глазах Творца, чем любые материальные вещи.

За материальные удовольствия человек понимает, что стоит благодарить Творца, ведь материальные удовольствия Творец устроил так, чтобы получающий их ощущал наслаждение и душевный подъем. Что же касается святости, то ради исправления Творец скрыл ее, как мы учили: [ввел] скрытость и сокрытие.

Однако человек должен верить: хотя человеку свойственно горячо благодарить лишь за то, чья важность раскрыта перед его глазами, тогда как то, что не кажется ему важным, он ни во что не ставит, — тем не менее всякий желающий войти в работу Творца обязан держаться веры мудрецов и говорить, что даже малое касание святости считается великим делом. И нужно работать над этим: возвышать важность этого [в своих глазах] до тех пор, пока человек не сможет извлечь радость из этой малости.

На языке мудрецов это называется: «Кто богат? Тот, кто радуется своей доле» (Пиркей Авот 4:1) — то есть довольствуется малым. Даже за самую малость он способен горячо благодарить, словно получил нечто огромное. Поэтому любое соприкосновение, которое у него есть, пусть даже отрицательное, тоже считается положительным.

Иными словами, человек видит и чувствует, что у него нет ни желания, ни охоты к работе, — а это безусловно отрицательное [состояние]. И тем не менее, если он способен извлечь из этого [пользу] и увидеть, что у него по крайней мере есть мысль, обращенная к духовному, и он благодарит и славит Творца за то, что имеет связь с духовным; и видит, что есть люди, которым Творец не дал даже помыслить о работе, и верит, что Творец все же избрал его, дав знание о существовании духовного, и говорит себе: «Это лишь Творец еще не дал мне позволения войти и совершать святое служение», — если из такого состояния он сможет почерпнуть радость, это сумеет вывести его из низости и ввести в святость, как сказано выше.

С другой стороны, человек должен пробуждать в себе ценность работы на пути истины — то есть того, что возложено на человека исправить. Об этом и написано там: человек должен прийти к совершенству — удостоиться постижения в 620 раз большего, чем то, что было у него до спуска души в тело. И хотя это противоречит свойству правой линии, это тоже истина: ведь совершенство состоит именно в том, чтобы исправить возложенное на него.

Из сказанного мы поймем то, о чем спрашивали: в чем заключается запрет приветствовать товарища прежде благословения Творца? Нужно знать, что в духовной работе каждый человек — это целый мир. Оказывается, что под «товарищем» здесь имеется в виду тело со стороны нефеш де-клипат орла [нога]. «Приветствовать» (латет шалом, букв. «дать мир», לָתֵת שָׁלוֹם) означает дать ему совершенство (шлемут, שְׁלֵימוּת), прежде чем благословил Творца. То есть его основой должно быть благословение Творца: все, что он делает, должно быть исключительно на пользу Творцу, а не ради собственной пользы, которая относится к нефеш трех нечистых клипот. И потому, когда сначала человек приложил усилия направить намерение к тому, чтобы все было ради Творца, затем он может дать мир своему товарищу — то есть он подчиняет своего товарища (тело), обязывая его также действовать на пользу Творцу.

Получается, что если человек благословляет Творца прежде, чем дает мир своему товарищу — то есть желает, чтобы раскрылся почет Творца, — тогда исполняется сказанное: «Когда пути человека угодны Г-споду, Он и врагов его примиряет с ним» (Мишлей 16:7), а не наоборот. И в этом [смысл запрета] спозаранку идти к дверям своего товарища, и так далее.