Что такое половина шекеля в служении — 2

Писание говорит: «Когда будешь вести счет сынам Исраэля... пусть каждый даст выкуп за душу свою Г-споду, и не будет среди них мора при исчислении их. Вот что они должны дать, всякий проходящий исчисление: половину шекеля по священному шекелю... Богатый не прибавит, а бедный не убавит от половины шекеля, отдавая приношение Г-споду для искупления душ ваших» (Шмот 30:12–15).

И нужно понять применительно к служению: на что именно намекает нам половина шекеля, а не четверть или три четверти шекеля, если весь смысл [приношения] состоял в том, чтобы узнать число сынов Исраэля? Если так, на что же намекает именно половина? И точно так же: зачем нам сказано: «Богатый не прибавит, а бедный не убавит»? Ведь даже ребенку понятно: если взять от кого-то меньше или больше, мы не узнаем числа сынов Исраэля. И что означает [предостережение]: «и не будет среди них мора»?

Известно, что цель сотворения мира состояла в желании Творца насладить Свои творения. Но чтобы это благодеяние было совершенным — то есть чтобы при получении блага и наслаждения не возникало стыда, — было произведено исправление, называемое сокращением и скрытием. Это означает, что пока человек не способен направлять свои поступки ради отдачи, творения не ощутят блага и наслаждения, если только не будут заниматься Торой и заповедями ради того, чтобы доставить радость Творцу.

А затем, когда у него уже появятся келим отдачи (сосуды отдачи), раскрываются благо и наслаждение, заложенные как залог в Торе и заповедях. И тогда он получает то благо и наслаждение, которое пребывало в замысле творения и ради которого Творец создал мир.

И поскольку человек по природе создан так, что стремится исключительно к собственной выгоде, откуда же ему взять силы работать с намерением отдавать Творцу? Ведь это означает, что человеку придется утруждать себя всевозможными трудами лишь ради того, чтобы Творец получил от этого наслаждение. Тело тут же спрашивает: «Что тебе с того, что Творец насладится? Ты ведь должен совершать поступки ради собственного наслаждения! С какой стати мудрецы (ХАЗАЛЬ) сказали нам: „И все дела твои да будут во имя Небес“ (Авот 2:12)? Как можно делать что-то вопреки природе?»

И еще тело спрашивает: какая Творцу разница, если творения будут действовать ради собственной пользы, то есть сами станут наслаждаться? Разве Его желание — не насладить Свои творения? Получается, с одной стороны, человеку дано наслаждаться жизнью, то есть трудиться ради собственной пользы, и это естественно; а с другой стороны, говорят, что человек не должен следовать природе, с которой родился, но обязан трудиться ради пользы Творца.

И сколько бы ни пытались объяснить это с помощью всевозможных доводов, тело не способно этого понять. Хотя порой тело и соглашается, что стоит трудиться ради пользы Творца, но когда доходит до дела — то есть перед человеком встает нечто, от чего тело получит наслаждение, и ему нужно отказаться от этого лишь ради того, чтобы польза была для Творца, — тело выбирает собственную выгоду и пренебрегает пользой Творца.

Отсюда следуют две вещи:

1) Поскольку необходимо верить словам мудрецов, что нужно делать все во имя Небес, хотя тело и не понимает этого после всех объяснений, мудрецы сказали — и так же постановил Рамбам в качестве практического закона («Законы раскаяния», гл. 10), вот его слова: «Поэтому, когда учат малолетних, женщин и простой народ, их учат служить только из страха и ради награды, пока не умножится их разумение и не обретут они большей мудрости, — [тогда] открывают им эту тайну мало-помалу».

И возникает вопрос: что означает выражение «пока не умножится их разумение и не обретут они большей мудрости»? То есть что называется «мудростью», а что — «большей мудростью», чтобы мы умели распознать, когда уже можно открывать человеку эту тайну мало-помалу?

Дело в том, что в начале пути человека, когда он только приступает к служению, с телом приходится говорить так: стоит отказаться от материальных наслаждений, ведь они — лишь подобие «тонкого свечения» (нехиру дакик) по сравнению с благом и наслаждением, заложенными в Торе и заповедях. Выходит, в той мере, в какой человек верит и вера светит ему, тело соглашается променять малое наслаждение на большое. Подобно тому как в материальном мире человек отдает результаты своих трудов — плату, заработанную усилиями, — чтобы приобрести пропитание для дома, поскольку получает больше удовольствия от покупки необходимого для семьи, чем от самих денег, заработанных этим трудом.

Точно так же, в той мере, в какой вера светит человеку и он чувствует, что получит большее наслаждение от занятий Торой и заповедями, он способен отказаться от материальных удовольствий ради обретения наслаждений более великих. Однако бывает, что человек переживает спад веры в получение награды. Тогда ему, конечно, трудно отказываться от земных наслаждений. Но если он бережет себя и находится в хорошем окружении, тело не противится этой работе, поскольку она не идет вразрез с природой: ведь человеку говорят, что он получит большую награду, то есть большее наслаждение от исполнения Торы и заповедей. Выходит, этот довод достаточно силен, чтобы побудить человека отказаться от запрещенных Торой материальных наслаждений, — и все ради того, чтобы получить наслаждения еще большие.

2) Человек должен прийти к состоянию, когда «все дела твои да будут во имя Небес», то есть вопреки природе. И это необходимо ради исправления творения, цель которого — дать творениям возможность получать благо и наслаждение без стыда. Поэтому установлено исправление: человек должен направлять намерение так, чтобы все его наслаждение было исключительно ради пользы Творца. То есть чтобы Творец наслаждался тем, что творения наслаждаются, ведь такова была цель сотворения мира. Однако порой тело чувствует: не может быть, чтобы тот же разум и то же понимание, с которыми человек начинал святое служение, оставались у него все время, и не было никакого продвижения, кроме как в количестве.

И когда он начинает задавать вопросы об этом, это и есть то, о чем мы спросили: что такое «мудрость» и что такое «большая мудрость». «Мудростью» называется то, что он уже соблюдает Тору и заповеди. А «большей мудростью» называется то, что он стремится понять суть Торы и заповедей: к какому состоянию они должны привести человека? Это называется намерением (кавана): сопровождать исполнение Торы и заповедей направленностью на то, чтобы это привело его к определенной ступени. Это и называется «большей мудростью». И тогда ему начинают открывать эту тайну — то есть что такое бескорыстное служение (работа лишма). Иначе говоря, ему начинают давать понять, что служить нужно «не ради получения награды» (Авот 1:3), а исключительно ради пользы Творца.

Когда же человек обретает большую мудрость — то есть начинает понимать, что в Торе и заповедях наверняка сокрыто то, о чем сказано: «Ибо это мудрость ваша и разум ваш пред глазами народов» (Дварим 4:6), но на это наложено скрытие, — тогда ему говорят: верно, здесь есть скрытие ради исправления. Ведь цель состоит в том, чтобы человек достиг слияния (двекут) с Творцом. А этого достигают благодаря подобию свойств, когда «все его действия совершаются ради отдачи».

И здесь человек начинает быть тем, кто служит Г-споду: ведь в служении это означает «служащий Г-споду», то есть работающий ради пользы Творца, а не ради собственной выгоды. И то служение, которое он совершает, — то есть его стремление работать ради пользы Творца, а не ради себя, — становится началом вхождения человека в изгнание под власть желания получать для себя.

И у него нет никакой надежды выйти из этого изгнания, если только он не удостоится милосердия Небес. То есть Сам Творец должен вывести его из изгнания, как это было в Египте, о чем сказано в Пасхальной агаде: «И вывел нас Г-сподь из Египта — не через ангела... а Святой, благословен Он, Сам во Славе Своей». Однако то, что он находится в изгнании под властью желания получать для себя, человек не может ощутить сразу — в тот самый миг, когда только начинает трудиться, чтобы выйти из-под этой власти.

Ведь это кли, называемое нехваткой (хисарон) — то есть нехваткой сил одолеть свое кли получения, — человек обретает не сразу: для этого требуются время и усилия. И тогда, по прошествии долгого времени, человек получает возможность почувствовать, что выйти самому ему не под силу; долгое время порождает в человеке острую потребность и страдания, чтобы он ощутил, как было бы хорошо, если бы он мог выйти из изгнания, и как плохо, пока он находится в изгнании.

По этой причине человеку даются подъемы и падения. И человек должен верить, что как подъемы, так и падения приходят к нему свыше. Но вместе с тем во время служения человек обязан говорить: «Если не я для себя, то кто для меня?» (Авот 1:14). Когда же человек приходит к состоянию, в котором его нехватка становится полной, это означает, что у него уже появилось кли для принятия наполнения, чтобы восполнить недостающее. Тогда наступает время, когда Высший наполняет его кли.

Известно, что нет света без кли, как нет наполнения без нехватки. Отсюда следует, что нечто цельное состоит из света и кли, которые разделяются на две половины:

первая половина — это кли, то есть нехватка;

вторая половина — это свет, то есть наполнение.

Отсюда следует: когда человек молится Творцу, чтобы Тот восполнил его нехватку, это называется «половиной» — формированием нехватки, которая и есть кли, чтобы Творец наполнил ее. Это подобно сказанному мудрецами: «Молитва делает половину» (Ваикра Раба 18). Это можно истолковать так: молитва — то, о чем человек молит Творца, прося восполнить недостающее, — уже называется «половиной», то есть первой половиной, зависящей от человека; вторая же половина находится в руках Творца: Г-сподь должен дать свет, и тогда возникнет нечто цельное.

Однако у понятий «свет» и «кли» есть множество объяснений. И если дать строгое определение тому, что такое кли, можно сказать: это нехватка, и не имеет значения, чего именно не хватает. Например, бывает, что человек чувствует, что ему недостает кли для получения высшего изобилия (шефа), поскольку изобилие не может войти в сосуд, не способный действовать ради отдачи. А поскольку он ощущает, что находится под властью желания получать для себя, то, согласно этому, ему недостает кли, способного принять изобилие.

Получается, что он молит не о том, чтобы ему дали изобилие, а о том, чтобы ему даровали кли, называемое желанием отдавать. Выходит, слова «молитва делает половину» означают здесь, что молитва создает половину кли, а вторую половину кли должен дать Творец. Таким образом, обе эти половины на самом деле образуют цельное кли, а вовсе не свет.

С другой стороны, следует сказать, что сама нехватка находится в руках человека, и это называется «первой половиной кли». А наполнение кли — обретение желания отдавать, называемое «второй половиной кли», — считается светом, потому что даруемое Высшим желание отдавать есть восполнение нехватки, а всякое наполнение по отношению к нехватке называется светом.

И на основе сказанного можно ответить на наш вопрос: на что намекает половина шекеля, о которой Тора сказала, что это именно половина, и добавила: «Богатый не прибавит, а бедный не убавит»? Смысл в том, что стих «Когда будешь вести счет сынам Исраэля» (буквально: «когда вознесешь голову сынов Исраэля») говорит о «голове» как об определенном свойстве (бхина) — подобно благопожеланию: «Да будет угодно [Тебе], чтобы были мы головой, а не хвостом». То есть чтобы они достигли свойства Исраэль (יִשְׂרָאֵל), чье имя состоит из букв слов ли рош (לִי רֹאשׁ) — «мне голова».

И в этом смысл слов: «пусть каждый даст выкуп за душу свою» — то есть человек должен выйти из изгнания, и это называется выкупом его души из рук ситра ахра. Поэтому сказано: «Вот что они должны дать, всякий проходящий исчисление» (овер аль а-пкудим, הָעוֹבֵר עַל הַפְּקוּדִים). То есть те, кто чувствует, что преступает повеления Торы (пкудей а-Тора, פְּקוּדֵי הַתּוֹרָה), поскольку находится под властью желания получать. «Половина шекеля» означает, что они должны вознести молитву, чтобы Творец вывел их из изгнания.

А молитва делает половину: кли и желание к этому называются «половиной», как сказано выше. Благодаря этому у них возникнет нечто цельное — то есть они удостоятся священного шекеля: у них будет половина шекеля, представляющая собой кли, а на нее Творец дает свет, и тогда это уже называется цельным. И об этом написано: «Вот что они должны дать, всякий проходящий исчисление». То есть те, кто чувствует в себе, что преступает повеления Торы, и хочет дать выкуп за свою душу, чтобы их душа вошла в святость — то есть чтобы появились силы делать все во имя Небес, — обязаны дать половину шекеля.

То есть, как сказано выше, молитву: им нужно возносить молитву и не отступать от нее до тех пор, пока не образуется полная мера нехватки и желания выйти из изгнания, из-под власти желания получать для себя. Благодаря тому что они отдадут свою половину, они удостоятся священного шекеля: вторая половина, являющаяся наполнением молитвы, соединится [с первой] в священный шекель — то есть возникнет один цельный шекель святости.

И благодаря этому мы поймем то, о чем спросили: что сообщают нам слова «Богатый не прибавит, а бедный не убавит»? Ведь даже ребенку понятно: если хотят сосчитать что-либо, то, конечно же, каждый обязан дать одну и ту же сумму! Но это можно истолковать применительно к служению: Тора сообщает нам здесь великую истину о том, что перед Творцом малый и великий равны, как сказано в пиюте «Все веруют»: «Уравнивающий и делающий равными малого и великого».

Смысл в том, что когда человек считает себя богатым добрыми делами, ему кажется, будто ему полагается помощь Творца и ему незачем молиться так долго, чтобы Творец восполнил его нехватку. Поэтому если он уже помолился, то, по его мнению, в соответствии с его достоинствами Творец должен был немедленно исполнить просимое. А если Творец не помогает ему сразу, как он ожидал, он перестает молиться и говорит: «Это прочие люди, стоящие ниже меня, должны подолгу молиться, чтобы Творец помог им». И потому он бежит с поля боя.

Потому и сказано: «Богатый не прибавит», то есть богатый не должен думать, будто он молится слишком много, сверх меры, по своему разумению. Ведь существует определенная мера нехватки и потребности, и именно благодаря тому, что человек умножает молитву, он обретает большую нехватку, чем была у него прежде. То есть поскольку великому свету требуется большая нехватка, ему необходимо почувствовать недостаток от того, что он находится в изгнании под властью желания получать и не способен выбраться.

И пока у него нет истинных страданий, это еще не называется подлинной нехваткой, которая считалась бы «молитвой, признаваемой половиной шекеля». Ведь нужно знать, что в служении молитвой называется нехватка: то, что человек ощущает в сердце как недостающее ему, и есть молитва, а вовсе не слова, произносимые устами. Именно об этом сказали мудрецы: «Молитва — это служение в сердце» (Таанит 2а), то есть то, чего недостает сердцу. И по тому, насколько сердце ощущает нехватку недостающего, измеряется истинная величина молитвы.

А смысл слова «шекель» в святом Зоаре объясняют через понятие весов (мишкаль, מִשְׁקָל), на которых взвешивают нехватки и наполнения, поскольку они считаются светом и кли. Поэтому свет может войти только в соответствующее ему кли. И поскольку потребность в наполнении находится в сердце, то и свет приходит в ощущение сердца, не имея никакой связи с тем, что произносят уста во время молитвы.

Получается, что когда человек отдает свою половину в молитве, являющейся ощущением нехватки в сердце, Творец дает свет, который и есть святость. И из них обоих — из нехватки и света — складывается один священный шекель. Потому и написано: «половина шекеля», ведь сама по себе эта половина еще не свята. Но когда Творец дает ему свет — в соответствии со сказанным: «Кроющийся в ней свет возвращает его к добру» (Эйха Раба, Введение 2), — тогда из двух половин возникает священный шекель. И об этом сказано: «по священному шекелю».

И на основе сказанного мы поймем слова: «а бедный не убавит». Речь идет о том, кто чувствует себя бедным способностями и хорошими качествами, а также бедным из-за слабости характера. Поэтому, когда он молится, чтобы Творец помог ему и дал силы победить зло в себе и трудиться ради отдачи, он оправдывает Творца в том, что Тот не принимает его молитву, считая, что это лишь потому, что сам он беден.

Что же ему остается делать? Бежать с поля боя и сказать, что этот путь — только для богатых! Об этом и предостерегает Писание: «а бедный не убавит». Это означает, как сказано выше, что в словах «пусть каждый даст выкуп за душу свою», чтобы выйти из изгнания и удостоиться избавления, перед Творцом все равны, как написано: «И все веруют, что Он легко умилостивляем, уравнивает и делает равными малого и великого».

То есть у Творца нет никакого лицеприятия — Он отвечает всем. Однако все должны прийти к ощущению нехватки, понять, чего именно им недостает, и молиться об этом. А сама молитва увеличивает нехватку и боль от того, что человек удален от Творца. И когда человек раскрывает все молитвы, которые должен раскрыть, он получает «вторую половину шекеля», и тогда все становится святостью, как сказано: «по священному шекелю».

И тогда «не будет среди них мора». Смысл в том, что грешники и при жизни называются мертвыми (Брахот 18б), как приведено в «Учении Десяти Сфирот»: причина заключается в том, что желание получать противоположно по свойствам Творцу, а различие свойств порождает разобщение. Поэтому они отделены от Жизни жизней и называются мертвыми. Получается, что благодаря молитве — той половине шекеля, которую должен отдать человек, — если эта отдача совершена в полноте, Творец дает вторую половину, то есть свет. Благодаря этому человек уже способен трудиться ради отдачи, что считается слиянием с Творцом — прилеплением к Жизни жизней.

Из сказанного следует, что есть две причины, заставляющие человека бежать с поля боя, даже когда он уже вступил в служение, чтобы удостоиться слияния с Творцом. Ведь после того как человек начинает идти путем истины, свыше ему раскрывают его низость: чем больше он преодолевает себя, тем большее ожесточение сердца посылается ему свыше — по причине, о которой сказано: «Дабы явил Я эти знамения Мои (ототай, אֹתֹתַי) среди него» (Шмот 10:1). Смысл в том, что благодаря этому возникает место для раскрытия света Торы, называемого «буквами» (отиет, אוֹתִיּוֹת), возвращающего человека к добру. Иными словами, нет света без кли, поэтому через ожесточение сердца нехватка раскрывается в полной мере. А какова эта полная мера, знает только Творец — когда кли окончательно завершено.

Поэтому порой человек бежит с поля боя, видя, что, по его понятиям, он уже много молился, а Творец не обращает на него внимания. Тогда человек начинает оправдывать Творца в том, что Тот не откликается на его молитву, и говорит, что это из-за его ничтожности во всех отношениях — как в способностях, так и в качествах и тому подобном.

И об этом сказано: «а бедный не убавит». Это означает, что человек не должен умалять себя и говорить, будто Творец не может помочь столь низкому человеку, как он, ведь сказано: «Высок Г-сподь, но видит смиренного» (Теилим 138:6). А иногда человек покидает поле боя потому, что считает себя богатым — то есть у него много Торы, много добрых дел, и он знает, что возвышается над народом. И когда он просит Творца дать ему силу делать все ради отдачи, но Творец не внимает ему, зная при этом, сколько молитв он уже вознес об этом, — он решает, что Творец не желает отвечать ему, и потому бежит.

Человек же всегда должен преодолевать себя.