Что означает в служении: «Не сажай себе ашеру возле жертвенника»

Писание говорит: «Судей и стражей поставь себе во всех вратах твоих, которые Г-сподь, Б-г твой, дает тебе... Не сажай себе ашеру, никакого дерева, возле жертвенника Г-спода, Б-га твоего» (Дварим 16:18, 16:21). Мудрецы толковали (Санхедрин 7б): «Сказал Рэйш Лакиш: всякий, кто назначает недостойного судью, будто сажает ашеру в Исраэле. Сказал рав Аши: а на месте знатока Торы (талмид хахама) — будто посадил ее возле жертвенника», — таковы их слова.

И также следует понять: что означают «судьи и стражи» в служении и что означает «во всех вратах твоих» в служении?

Известно, что под служением понимается тот труд, который человек вкладывает, чтобы достичь слияния (двекут) с Творцом. А слияние означает, что человек должен прийти к подобию формы, о котором сказано: «Прилепись к Его свойствам: как Он милосерден, так и ты будь милосерден» (Сота 14а). То есть человек должен прийти к тому, чтобы заботиться исключительно о пользе Творца, а вовсе не о собственной выгоде. И в таком ключе вся Тора изучается на уровне отдельного человека: и категорию «Исраэль», и категорию «народы мира» мы рассматриваем внутри одного человека (в одном теле). Человек включает в себя и семьдесят народов мира, и злодеев, и праведников. Поэтому слова о тяжущихся сторонах, приходящих судиться в суд (бей-дин), мы тоже понимаем так: и тяжущиеся стороны, и сам суд находятся внутри одного человека.

И нужно понять: почему, если человек хочет исполнять Тору и заповеди только ради Небес, это называется «служением» (работой), а без намерения ради Небес это не считается «трудом и работой»? Ведь то, что человек любит покой, — как мы учили, причина этого в том, что наш корень пребывает в состоянии абсолютного покоя. Поэтому, когда мы совершаем какое-либо действие, мы непременно должны получить наслаждение большее, чем от покоя. Стало быть, когда награда и наказание явны, человек не ропщет на необходимость трудиться, ведь во время работы он смотрит на награду. Выходит, что награда подслащивает труд, и он не чувствует усилий во время работы. Поэтому мы видим, что никто не станет жаловаться товарищу: «Не про вас будь сказано, я устроился на работу к известному фабриканту, где прекрасные условия труда!» И это, как сказано выше, потому, что награда скрашивает работу. Поэтому такие усилия и труд вовсе не принимаются в расчет как истинный труд.

Поэтому, когда человек занимается Торой и заповедями, чтобы получить награду за святое служение, — хотя его намерение направлено на награду, всё же, поскольку награда и наказание скрыты, считается, что он тоже трудится в Торе и заповедях. Пусть даже он действует ради получения награды и остерегается преступать Тору и заповеди, чтобы не понести наказания. И так как главное в таком служении — это практическое действие, а «действием» называется то, что открыто взгляду, такое служение относится к уровню «раскрытой Торы» (Тора ниглит).

И эта Тора изучается на уровне всего мира в целом. Поэтому ее изучают не внутри одного человека, а в масштабе всего мира: в общем плане мы различаем множество людей, живущих в одном мире. И как лица их не похожи друг на друга, так и мнения их не сходятся (Брахот 58а). В таком состоянии Тора изучается во взаимоотношениях между человеком и его ближним — в двух раздельных телах; точно так же злодеи и праведники [воспринимаются как разные люди], и всё подобно этому.

Иное дело — работа на уровне намерения (кавана), называемая «служением в сердце»: в ней нет никаких внешне заметных признаков работы, и потому она называется «скрытой частью», то есть не проявляется наружу. Более того, для самого человека эта работа тоже скрыта. Ведь только при исполнении заповеди действием, когда поступок виден снаружи, заповедь открыта и для самого человека: он видит, что исполняет заповедь на деле, и тут нет оснований говорить, будто человек обманывает себя во время выполнения действия.

Иное дело — работа на уровне намерения: здесь человек не способен сам увидеть истину. Вполне может быть, что он считает, будто все его намерения направлены ради Небес, но он не в силах различить, нет ли там примеси собственной выгоды.

И это согласуется со сказанным моим господином, отцом и учителем, благословенна память праведника, о стихе: «...и скромно ходить пред Г-сподом, Б-гом твоим» (Миха 6:8). Хотя простой смысл слов «скромно ходить» относится к другим людям, в духовном служении смысл слов «и скромно ходить пред Г-сподом, Б-гом твоим» обращен к собственному телу человека. То есть когда человек работает на уровне веры выше знания, это и называется «скромно ходить». Ведь человеческий разум (знание) не может постичь работу, которая находится выше разума. Человек идет исключительно выше знания, и у него нет мерила, чтобы проверить и оценить свой труд — правильным ли путем он идет.

Ведь когда человек хочет узнать истину, он проверяет ее своим разумом и рассудком. Но поскольку он идет выше знания, некому сказать ему, в порядке он или нет. Ведь его разум, призванный быть критиком и судьей и определять, всё ли правильно, здесь ничего не видит: работа человека находится выше разума, и потому разум бессилен ее разглядеть. Поэтому такая работа и называется: «и скромно ходить пред Г-сподом, Б-гом твоим», ведь собственное тело не видит этой работы.

Из сказанного следует: когда человек идет путем достижения слияния — то есть стремится к тому, чтобы все его поступки совершались ради отдачи, — тогда приходит желание получать и противится этому. Тогда человек предстает перед своим внутренним судьей и излагает доводы желания получать и доводы желания отдавать. И каждая сторона утверждает, что правда на ее стороне. Тогда этот судья должен рассудить и сказать, кто прав.

И разумеется, желание получать, вооружившись рассудком и логикой, заявляет: какие тут вообще могут быть сомнения, за кем правда? Пойдем и посмотрим, как поступает большинство, то есть каков обычай всего мира: ради чего трудится весь мир — ради желания отдавать или ради желания получать? А ведь есть правило: закон следует большинству! Большинство же людей в мире пользуются только желанием получать, как сказали мудрецы: «Видел я возвышенных людей (бней алия), и мало их» (Сукка 45б). Поэтому свойство «Исраэль» — один среди семидесяти народов, и мы, несомненно, должны следовать большинству.

И действительно, это и значит, что «народ Исраэля находится в изгнании среди народов»: из-за своей многочисленности они властвуют над свойством «Исраэль». Однако этим доводом аргументы желания получать еще не исчерпаны: оно выступает как мудрец, чьи доводы ясны и безукоризненны. На это Писание говорит: «...и не бери подкупа, ибо подкуп ослепляет глаза мудрых...» (Дварим 16:19). То есть поскольку желание получать печется лишь о собственной выгоде, оно подкуплено и уже не способно видеть истину, ведь его разум смотрит лишь на то, что выгодно ему самому.

Поэтому, когда человек хочет принять на себя бремя власти Небес, тело спрашивает: «Ради кого ты собираешься исполнять Тору и заповеди?» И если он отвечает: «Ради Творца», тотчас разгорается спор. То есть главный спор начинается в момент определения намерения — с каким именно намерением он хочет исполнять Тору и заповеди. Поэтому человек должен позаботиться о том, чтобы этот судья судил праведным судом. А поскольку желание получать говорит в свою пользу, слушать его нельзя, ведь оно подкуплено. Следовательно, все его мудрствования ложны, так как «подкуп ослепляет глаза мудрых».

И также следует объяснить: когда человек начинает рассуживать, кто прав, встает вопрос: в какой момент он должен вершить этот суд? И на это дан ответ: «во всех вратах твоих». И это подобно сказанному в святом Зоаре о стихе: «Известен во вратах муж ее» (Мишлей 31:23). И сказали там: «Каждый [постигает] — по тому, сколько отмеряет в сердце своем» (Зоар I, 103б), ведь «врата» (шеарим, שְׁעָרִים) означает «меры» (шиурим, שִׁיעוּרִים). То есть при каждом шаге, который человек предпринимает в святом служении, он должен ставить там «судей», проверяя, ради кого стоит трудиться: ради собственной выгоды или ради Творца. Иначе говоря, перед каждым действием в служении человек должен произвести расчет души: чего он хочет от этого поступка, то есть с какой целью совершает это действие.

И если он видит, что его намерение неисправно, — то есть осознаёт, что не в силах направить [свое действие] ради отдачи, — тогда у него появляется место для молитвы. То есть через зло, обнаруженное в себе благодаря расчету с внутренним судьей, человек видит: судья вынес праведное решение, но исполнить этот приговор человек не может.

Возникает вопрос: какая польза от праведного суда, если человек не способен исполнить решение судьи? Об этом и сказано: «Судей и стражей [поставь себе]». Ведь «судьи» — это лишь судебное решение: человек видит истину, то, как следует поступить. Но когда доходит до приведения решения в исполнение — а это категория «стражей», — он видит, что не в силах его исполнить.

Тогда человек говорит: теперь у меня есть повод молиться Творцу, ведь я вижу, что сам никогда не буду способен трудиться ради Небес. Поэтому теперь человек может вознести молитву из самой глубины сердца, чтобы Творец помог ему. Иными словами, у него появляется сосуд (кли), именуемый потребностью (хисарон), нуждающийся в помощи Творца, чтобы Творец даровал ему желание отдавать, поскольку без Его помощи человек совершенно бессилен.

И этим можно объяснить сказанное: «Мудрее врагов моих делают меня заповеди Твои, ибо вовек она со мной» (Теилим 119:98). Смысл слова «от врагов моих» (ме-ойвай) — это зло, находящееся во мне: я вижу, как враги мешают мне исполнять Твою волю. Ведь воля Творца — это Его желание отдавать, а я погружен в желание получать, и это отделяет меня от Жизни жизней. Поэтому, хотя я и соблюдаю заповеди Твои, они остаются лишь на уровне действия, без мудрости (хохма). Ведь под «мудростью» понимается то, что в заповеди облачен свет хохма, а свет хохма — это свет замысла насладить творения, то есть цель творения.

Однако свет цели творения, именуемый «хохма», невозможно получить прежде, чем обретен свет исправления творения, называемый «свет хасадим» (свет милосердия), представляющий собой келим отдачи. И поскольку человек видит, что его враги — то есть его желание получать — действуют в полную силу и выйти из-под их власти невозможно, он молится Творцу, чтобы Свыше ему даровали желание отдавать. Благодаря этому он впоследствии сможет получить и хохму.

Об этом и сказано: «Мудрее врагов моих делают меня заповеди Твои» — то есть именно враги послужили причиной того, что он удостоился свойства хохма. Слова «делают меня мудрее заповеди Твои» означают, что враги стали причиной удостоиться блага и наслаждения: ведь помощь, полученная Свыше, всякий раз возводила его на ступень более высокую, чем прежняя. Если бы он не чувствовал в себе зла, то довольствовался бы тем, что имеет, и не взывал бы к Творцу о приближении и об обретении келим отдачи — а ведь только келим отдачи способны принять хохму. Выходит, смысл слов «мудрее врагов моих делают меня заповеди Твои» таков: чтобы заповеди обрели уровень хохма, именно враги послужили для меня причиной всего этого.

И об этом сказано: «...ибо вовек она со мной». «Она со мной» (хи ли): «она» (хи) — это враги; они всегда служат для меня причиной того, чтобы удостоиться того, чтобы заповеди не остались сухими, лишенными всякой мудрости. Напротив, благодаря врагам я удостоился [мудрости]. «Мне она»: у меня нет возможности идти путями Творца, как все остальные люди, потому что мои враги хуже, чем у других. Поэтому я вынужден стоять и молить Творца о помощи, ведь я хуже, чем все остальные.

Отсюда мы можем понять смысл испытаний в служении: ради кого нужно знать, выдержит человек испытание или нет? Ведь Творец, несомненно, знает всё. Зачем же тогда человеку посылается испытание? Дело в том, что зачастую во время подъема человек говорит: «Теперь я больше не нуждаюсь в помощи Творца: слава Б-гу, мне есть на чем основать свою веру, ведь я немного ощущаю Творца. Поэтому отныне я буду слит со святостью и смогу исполнять Тору и заповеди раз и навсегда».

Что же делают Свыше? Поскольку Свыше желают, чтобы человек продвигался и вступил на путь, ведущий в чертог Царя (где все служат исключительно ради отдачи Творцу), а человек во время подъема построил основы своего еврейства на ощущении вкуса в служении — то есть на фундаменте «не ради Небес» (ло лишма), — человеку посылают постороннюю мысль. И тогда человек оказывается перед испытанием: он заявляет, что способен быть служителем Творца лишь в том случае, если Творец даст ему вкус, который ощутит желание получать. «Но просто так, выше знания, когда я ничего не чувствую, — как я могу что-либо делать?!» Это и называется: человеку посылают испытание, чтобы он увидел, что всё его служение построено на желании получать. Тогда он почувствует, как обманывает себя в служении Творцу, и у него появится место для молитвы — чтобы Творец дал ему силы работать только ради отдачи, а не ради собственной пользы.

Поэтому каждое падение — это своего рода испытание: выстоит ли человек перед пришедшей к нему мыслью. Ведь эта мысль дает человеку увидеть, находится ли он под властью святости. То есть во время падения человек может увидеть, что всё здание, выстроенное им во время подъема, держалось на желании получать ради себя.

И хотя во время падения человек не способен производить никаких расчетов, [он делает это] позже, когда вновь получает некоторое приближение Свыше. И это приходит к нему подобно сказанному: «...Я Г-сподь, пребывающий среди них в нечистоте их» (Ваикра 16:16). То есть даже когда человек всё еще пребывает во власти себялюбия, к нему всё равно приходит свечение Свыше, называемое «пробуждением Свыше» (итъарута де-леэла). И тогда человеку нужно воскресить в памяти состояние пережитого им падения и подумать: какова причина этого падения и что ему нужно исправить, чтобы не упасть снова. Ведь человеку следует верить, что падение произошло потому, что его сбросили Свыше, и поэтому он опустился в такую низость. Тогда он сможет работать над собой и совершать исправления, чтобы не упасть вновь, ведь он должен верить, что падение — это исправление для него.

Из сказанного мы поймем написанное: «Не сажай себе ашеру...», о чем истолковали [мудрецы]: «Всякий, кто назначает недостойного судью, будто сажает ашеру в Исраэле». И нужно понять: что такое «ашера» в духовном служении? И можно объяснить: «ашера» — в согласии со сказанным: «...и ашеры их у [каждого] зеленеющего дерева...» (Ирмеяу 17:2). Ведь «ашеры их» (ашерейхем, אֲשֵׁרֵיהֶם) толкуется как «счастливы они» (ашрей-хем, אַשְׁרֵי הֵם): они счастливы, когда работают ради собственной выгоды, когда человек чувствует, что он счастлив. Это и зовется «счастливы они»: когда человек работает ради собственной пользы — то есть работает лишь тогда, когда у него хорошее самочувствие во время работы, — лишь тогда он способен исполнять Тору и заповеди.

Когда же хорошего ощущения нет, человек говорит: «Верно, если бы я трудился ради Небес, я мог бы сказать, что способен служить Творцу при любых условиях, а не только тогда, когда чувствую себя хорошо. Но ведь я занимаюсь святым служением только потому, что мне сказали: при исполнении Торы и заповедей можно ощутить больше вкуса, чем в материальных занятиях. Поэтому, если я не чувствую вкуса в служении, зачем мне исполнять Тору и заповеди? Ведь вся моя основа построена исключительно на себялюбии!»

Если так, то что должен делать человек, когда хочет поставить достойного судью? Тогда ему следует обратить внимание на намерение: какова причина того, что он хочет сейчас вступить в служение на пути истины? Конечно же, у него было пробуждение Свыше, указавшее, что нужно служить ради Небес. А что значит «ради Небес»? Тогда человек начинает трудиться ради цели — чтобы Творец получил наслаждение от его работы. То есть не так, как в материальном: если хозяин доволен трудом работника, то прибавляет ему плату. Здесь же награда человека состоит в том, что он доставляет радость Творцу, и он не смотрит на собственную выгоду. Выходит, судью он ставит сейчас для того, чтобы тот следил: идет ли человек правильным путем, то есть ради Небес. И это называется уровнем «жертвенника». То есть судья дает ему понять, что человек должен принести себя в жертву на жертвеннике — исполнить сказанное мудрецами: «Тора сохраняется только в том, кто умерщвляет себя ради нее» (Брахот 63б).

Если же судья недостоин, он внушает человеку, будто тот должен находить для себя то, что служит его собственной выгоде. И это называется свойством «ашеры» — как сказано выше, «счастливы они» (ашрей-хем). Ведь идолопоклонство ашеры состояло в том, что всегда смотрели лишь на то, какое наслаждение может извлечь тело, и нисколько не заботились о том, доставит ли это радость Творцу, но всегда обращали взор только на собственную пользу.

Однако есть различие между ашерой на уровне большинства — то есть для тех людей, всё служение которых заключается лишь в действии: они вовсе не думают о служении ради Небес (лишма), но поступают так, как говорит Рамбам: «Женщин, детей и простых людей (амей а-арец) учат служить только из страха и ради получения награды, пока не прибавится у них разума и не обретут они великую мудрость; тогда эту тайну раскрывают им мало-помалу» (Мишне Тора, Законы раскаяния 10:5).

Относительно таких людей следует истолковать: «Всякий, кто назначает недостойного судью, будто сажает ашеру в Исраэле». То есть когда человек хочет совершить какой-то поступок и вопрошает судью в своем сердце, он должен остерегаться, чтобы его судья не был подкуплен, иначе тот не вынесет праведного решения. И это называется: «будто сажает ашеру в Исраэле», то есть идолопоклонство.

Ведь если судья подкуплен, он может объявить дозволенными любые прегрешения, разрешив их совершать, по причине того, что «подкуп ослепляет глаза мудрых». И это зовется «будто сажает ашеру в Исраэле» — то есть на уровне народа Исраэля в целом, когда занимаются лишь действием заповедей, а не намерением в них. Иначе говоря, до требования направлять намерение ради Небес им нет дела, и они говорят, что такое служение — удел лишь избранных.

И теперь нужно понять сказанное там, а именно: «Сказал рав Аши: а на месте знатока Торы (талмид хахама) — будто посадил ее возле жертвенника». И нужно понять, что добавляет нам рав Аши словами: «а на месте талмид хахама — будто сажает ашеру возле жертвенника»? Тогда как если не на месте талмид хахама, это считается лишь тем, «будто сажает ашеру в Исраэле». И нужно понять, в чем разница.

Но следует объяснить различие так: о тех людях, которые служат на уровне большинства, сказано: «будто сажает ашеру в Исраэле», то есть среди народа Исраэля в целом. Тогда как выражение «на месте талмид хахама» относится к тем людям, которые стремятся быть на уровне талмид хахама. Как объяснял мой господин, отец и учитель, благословенна память праведника, «талмид хахам» (ученик мудреца) — это тот, кто хочет быть учеником Творца, именуемого «Мудрец» (Хахам), ведь Он — Отдающий всему миру. И человек тоже желает удостоиться стать отдающим, то есть трудится на уровне намерения, чтобы прийти к отдаче. И если его судья достоин, то судья советует ему принести себя в жертву на жертвеннике. Если же судья недостоин, то советует ему действовать лишь ради собственной пользы — а это и есть «счастливы они» (ашрей-хем). И об этом сказано: «а на месте талмид хахама — будто сажает ашеру возле жертвенника».