Что в служении означает: «Бокал благословения должен быть полным»

Святой Зоар (Пинхас, лист 241а, и в комментарии «Сулам», пункт 630) говорит следующее: «Слово мале — «полный» (מָלֵא), сказанное о бокале благословения (кос шель браха), означает то, о чем написано: «бокал, полный благословения Г-сподня». И человек так же должен быть цельным, как [в стихе]: «И пришел Яаков цельным» (Берешит 33:18). И не должно быть в нем никакого изъяна, ведь «всякий, у кого есть порок, не должен приближаться» (Ваикра 21:18). Точно так же буквы слова элем — «немой» (אִלֵּם) вместе с сочетанием ЙА (י״ה) составляют буквы Имени ЭЛОКИМ (אֱלֹקִים). И это число слова «бокал» (кос, כּוֹס), то есть 86 (פ״ו). Поэтому бокал должен быть полным: ведь переставь буквы слова элем (אִלֵּם) — и найдешь мале (מָלֵא), так как «бокал» по гематрии равен мале и ЙА [вместе]». До сих пор его слова.

И нужно понять:

1. На что указывает нам то, что, когда в бокал наливают вино и он полон, он называется «бокалом, полным благословения Г-сподня»? То есть, если бокал не полон вина, благословение Г-сподне не может осуществиться?

2. Что означают его слова: «И человек так же должен быть цельным, наподобие бокала с вином»? Что нового он этим добавляет? Ведь если бокал уже полон благословения Г-сподня, зачем еще и человеку быть таким же, — из чего следует, будто иначе он не сможет получить благословение? По отношению к кому тогда бокал называется «благословением Г-сподним»? Разве сам бокал нуждается в благословении?

3. И еще труднее понять то, что он говорит: человек должен быть цельным, как написано: «ведь всякий, у кого есть порок, не должен приближаться» (Ваикра 21:18). Из этого следует, что человек, имеющий телесный порок, уже не способен приблизиться к Творцу. Выходит, если у человека не хватает какого-то органа, он уже не в силах приблизиться к Творцу и вынужден оставаться в отдалении от Него, и у него, упаси Б-г, нет свободы выбора?

4. На что намекают нам слова о том, что [в словах] элем (אִלֵּם) и мале (מָלֵא) — одни и те же буквы, а «бокал» по гематрии равен мале и ЙА (י״ה)?

И чтобы понять все вышесказанное, нужно помнить весь порядок служения, данный нам для исполнения, как написано: «что сотворил Б-г, чтобы делать» (Берешит 2:3). И мы говорили об этом много раз: перед нами две противоположные друг другу стороны, и называются они так:

1) Цель творения — Его желание дать благо Своим творениям, то есть чтобы творения получали добро и наслаждение.

2) Исправление творения — чтобы творения старались отдавать Творцу, чтобы Он наслаждался. То есть, хотя желание получать для себя стремится к наслаждению — и это желание дал ему Творец, — человек отказывается от него, и все его желание состоит лишь в том, чтобы наслаждался Творец.

Выходит, что эти две стороны противоположны друг другу. Поэтому требуется тяжелый труд, чтобы прийти к этому желанию, называемому «желанием доставлять радость своему Создателю», и отказаться от желания действовать ради собственной пользы. И чтобы у человека была возможность выйти из-под власти желания получать, необходимо начинать со [служения] «не ради нее самой» (ло лишма), то есть ради собственной выгоды. А именно: благодаря соблюдению Торы и заповедей он получит награду в этом мире, как написано в святом Зоаре: «чтобы были у него жизнь, здоровье и пропитание». Иначе у него не будет возможности наслаждаться материальной жизнью в этом мире. А когда человек верит в это, у него уже есть то, что обязывает его соблюдать Тору и заповеди: это называется верой в награду и наказание — он исполняет Тору и заповеди потому, что боится наказания и надеется получить награду.

Иногда же награда и наказание предстают для человека как награда и наказание в будущем мире, где есть Ган Эден и Геином, и это становится причиной, побуждающей его соблюдать Тору и заповеди. Но поскольку «из [служения] не ради нее самой приходят к [служению] ради нее самой» (лишма), кроющийся в Торе свет светит ему и открывает, что награда и наказание устроены совсем иначе. А именно: награда состоит в том, чтобы удостоиться слияния (двекут) с Творцом, когда у него есть возможность ощутить величие Творца, и человек ждет именно этой награды. Наказанием же для него считается то состояние, когда он видит и чувствует, что оторван от Жизни жизней, и ощущение удаленности от Творца — самое большое для него наказание.

Получается, что даже когда человек уже получил некоторое ощущение от Торы и заповедей благодаря тому, к чему привело его [служение] не ради отдачи, он начинает порой чувствовать каплю величия Творца. И это приводит к тому, что человек хочет отмениться перед Ним, «как свеча перед факелом». Человек не в силах тогда понять, почему он сейчас хочет отмениться перед Ним и отменить все свое существование перед Творцом. Это приходит к нему так, словно происходит совершенно естественно. То есть хотя человек и не понимает, что с ним сейчас творится, когда он стремится к самоотмене, на деле все обстоит именно так. Это называется «пробуждением свыше» (итъарута де-лэила), куда не достает рука человека. «Рука» здесь означает постижение (асага, הַשָּׂגָה), от выражения «ки тасиг яд» — «если достанет рука» (כִּי תַשִּׂיג יָד, Ваикра 14:21): человек просто не понимает, почему он желает полностью отмениться перед Ним.

Однако затем, когда это пробуждение уходит от него и человек начинает страстно желать прийти к самоотмене перед Творцом, стремясь вернуть то чувство, которое было у него во время подъема, он начинает видеть, насколько он далек от этого. Все органы в нем противятся таким мыслям — то есть тому, чтобы отказаться от собственной выгоды и чтобы все его заботы были обращены исключительно к тому, как доставить радость своему Создателю.

Тогда он видит, что мир померк перед ним, и не находит себе места, откуда мог бы черпать жизненные силы. Он видит, что пребывает в состоянии падения и низости, и кажется ему, будто ни у кого нет столь дурных мыслей, какие приходят к нему при таком падении. И хотя человеку необходимо верить в силу веры мудрецам (эмунат хахамим), что эти мысли приходят свыше — то есть свыше хотят, чтобы этот человек, желающий сейчас приблизиться к Творцу, проходил через падения, чтобы он почувствовал потребность в том, чтобы Творец поднял его, —

и об этом написано: «Из сора поднимает Он бедняка» (Теилим 113:7). То есть именно тогда, когда он чувствует себя находящимся на свалке — среди всего того, на что прежде смотрел как на отбросы и корм для животных, поедающих отходы, которые люди выбрасывают на помойку, говоря, что эта пища не годится для человека, как и он сам говорил во время подъема.

Но сейчас, когда Творец хочет приблизить его, человек должен ощутить свой недостаток — и только тогда он сможет получить наполнение на этот недостаток. Получается, что именно тогда, когда человек оказывается на свалке и оттуда ищет себе пропитание, и когда видит, к какому состоянию пришел после всех трудов, вложенных ради обретения желания доставлять радость Создателю, — именно тогда он способен вознести истинную молитву. Однако у человека не всегда есть силы поверить в это.

Но когда человек стоит уже вблизи того места, где получит помощь свыше, — а «вблизи» означает, что кли, то есть потребность в желании отдавать, выходит за пределы его сил, и он видит, что только Творец может спасти его... И как говорил мой господин, отец и учитель, благословенна память праведника, это самая важная точка в служении человека, когда у него возникает тесная связь с Творцом: ведь он на все сто процентов видит, что ничто другое не поможет, кроме Самого Творца.

И хотя он верит в это, все же эта вера светит ему далеко не всегда: не всегда он ощущает, что именно сейчас — самое благоприятное время получить спасение от Творца, что именно сейчас он может спастись и удостоиться приближения Творца, то есть получить желание отдавать и выйти из-под власти себялюбия, что и называется «исходом из Египта». То есть человек выходит из-под власти египтян, которые притесняли (мецирим, מְצִירִים) Исраэль и не давали им совершать святое служение. И когда «стенали сыны Исраэля от работы, и возопили, и поднялся их вопль к Б-гу» (Шмот 2:23), тогда Творец вывел их из египетского изгнания.

То есть поскольку народ Исраэля ощущал порабощение и желал бежать из этого изгнания и от подневольного труда, на который обрекали их египтяне, — когда они пришли к этой важной точке, ощутив всю свою низость, Святой, благословен Он, вывел их из Египта. И об этом говорит святой АРИ: когда народ Исраэля был в Египте, они уже дошли до сорока девяти врат нечистоты — и тогда Святой, благословен Он, вывел их из Египта.

Смысл этого, как сказано выше, в том, что они уже дошли до крайней низости, ниже которой нет ничего, — и тогда Святой, благословен Он, вывел их.

Выходит, когда человек видит, насколько он опустился на самое дно низости, он должен верить, что именно сейчас настало время, когда Творец приблизит его. И если вера не освещает ему путь прямо на месте, он бежит с поля боя.

Получается, будто все его прошлые усилия были напрасны. Но затем свыше ему вновь дают пробуждение, и он опять забывает то, что происходило с ним во время падения, и вновь думает, будто падений больше не будет, — и все повторяется по кругу. Человеку требуется великое милосердие, чтобы не сбежать с поля боя. И хотя человек прибегает к советам мудрецов, сказавших: «Я создал дурное побуждение, Я создал Тору как приправу к нему» (Кидушин 30б), он говорит себе, что уже обращался к этому совету много раз, но это ему не помогает.

И еще говорит он, что уже пользовался советом: «Приходящему очиститься помогают» (Шаббат 104а), но словно бы все эти советы даны не для него. И тогда он не знает, что делать. Это самое тяжелое состояние для человека: он хочет убежать от подобных состояний, но бежать ему некуда. Он терпит страдания оттого, что находится между отчаянием и упованием, и говорит тогда: «Куда же мне обратиться?»

И тогда не остается никакого иного выхода, кроме молитвы. Но и эта молитва возносится без всякой уверенности. Выходит, ему нужно молиться с верой в то, что Творец действительно слышит молитву, и все, что человек испытывает в этих состояниях, идет ему во благо. А это возможно только выше знания. То есть хотя рассудок и говорит ему: «Судя по всем расчетам, ты видишь, что ничто не способно тебе помочь», — даже в этом он обязан поверить выше знания, что Творец действительно в силах вызволить его из желания получать для себя, чтобы взамен он обрел желание отдавать. И тогда, принимая от Святого, благословен Он, желание отдавать, человек становится цельным с Творцом, то есть удостаивается подобия формы, что и называется «единением» (ихуд).

И тогда считается, что в человеке «нет порока». Ведь все пороки, какие только бывают в человеке, заключаются в дурных мыслях о духовном. То есть вместо того чтобы чувствовать важность святости — а это величайшая вещь, — когда человек хочет раствориться перед Творцом и испытывает любовь к Нему из-за тяги к Нему, у него все происходит наоборот: он ощущает сопротивление тела. И все это — из-за недостатка веры в величие Творца. Но как же возможно, чтобы человек приблизился к Творцу со всеми пороками, что есть в нем? Об этом мы и спрашивали: как могли сказать, что имеющий порок не должен приближаться, — словно у него уже нет никакого выбора, чтобы прийти к сближению с Творцом, и не о нем сказано: «И выбери жизнь» (Дварим 30:19)? Разве можно такое утверждать?

Однако в служении следует сказать, что «пороком» называется недостаток, то есть изъян в вере в Творца. Поэтому тот, в ком есть порок, не может приблизиться к Творцу. Прежде он обязан исправить свои пороки, то есть совершать добрые дела с намерением (кавана) удостоиться веры в Творца — в то, что Он управляет миром в свойстве «Добрый и Творящий добро».

Теперь же объясним наш вопрос о сказанном: «На что намекает то, что бокал благословения должен быть полон вина, ведь иначе он не называется бокалом благословения?» И сказано: «И так же человек должен быть цельным». Какова же связь между бокалом и человеком, почему, если бокал должен быть цельным, человек тоже обязан быть цельным?

Ответ таков: бокал — это кли (сосуд), куда наливают вино. «Кли» же означает недостаток и потребность, ведь именно в недостающее входит наполнение. Вино здесь олицетворяет высшее благо (шефа). А со стороны высшего блага никогда не бывает недостатка, «разве недостает чего-либо в доме Творца?», и как написано: «Я, Г-сподь, не изменился» (Малахи 3:6), ведь в свете никогда нет никакого ущерба. Все зависит лишь от принимающих келим: они должны быть цельными, а не разбитыми.

И как мы учили, произошло разбиение сосудов (швират а-келим), и из разбиения келим возникли клипот. Разбиение келим подобно тому, как разбивается материальный сосуд: если налить в него напиток, все выльется наружу. Точно так же и в духовном: если бокал, называемый «кли», не полон, то есть в кли есть изъян перед Творцом, шефа утекает к внешним силам, то есть к клипот.

В этом и заключается намек на то, что бокал должен быть полным: бокал должен пребывать в подобии формы высшему благу, исходящему от Дающего. Тогда бокал может быть полным, и шефа не уходит к внешним силам. И чтобы этот намек стал понятен, добавлено: «И человек так же должен быть цельным, и не должно быть в нем никакого изъяна», и потому бокал называется «бокалом благословения».

Иными словами, человек — это кли, обязанное принять шефа благословения, и он должен быть в мире и цельности с Творцом. Это означает, что все заботы человека обращены исключительно ко благу Творца, а не к собственной выгоде. Такое состояние и называется «цельным бокалом», и это указывает на то, что человек должен быть цельным. И лишь тогда бокал может стать полным.

То есть когда кли, называемое бокалом и намекающее на принимающего человека, [исправлено], благословение может сполна наполнить сосуд, и ни капли благословения не прольется из кли к внешним силам, то есть к клипот. Все остается в святости, поскольку в человеке нет никакого изъяна: ведь изъяном в духовном называется примесь желания получать ради себя. И если человек исправил себя от всех изъянов — то есть от желания получать для себя, — тогда сохраняется бокал, полный благословения Г-сподня, и шефа нисколько не утекает к внешним.

А теперь объясним сказанное: «[Слово] элем (אִלֵּם) вместе с ЙА (י״ה) — это буквы Имени ЭЛОКИМ (אֱלֹקִים), и это соответствует числу слова «бокал», поэтому бокал должен быть полным, ведь переверни слово элем (אִלֵּם) — и найдешь мале (מָלֵא)». И нужно понять, на что это нам указывает.

Святой АРИ объясняет Имя ЭЛОКИМ как обозначение кли, пригодного для получения изобилия, называемого светом. Он говорит, что порядок выяснений таков: поскольку нужно поднять искры и келим из миров БЕА в Ацилут для зачатия (ибура) в Има, поднимаются 320 (ШАХ) искр, представляющих собой 32 свойства, и поскольку каждое свойство включает в себя десять, получается 320 свойств.

И поскольку из-за Малхут свойства суда, присутствовавшей в каждой Малхут каждого из 32 путей, произошло разбиение, первым исправлением стало то, что Аба, называемый Хохма, выяснил и опустил Малхут каждого свойства. Это означает, что он опустил Малхут каждого пути, называемую «пэ» (ртом), поскольку она представляет собой свойство Малхут, через которое ступень раскрывается и светит.

И об этом сказано (в ТЭС, часть 12, стр. 1222, пункт 246): «Зародыш вовсе не говорит, ведь он пребывает в тайне немоты (элем, אִלֵּם) от [Имени] ЭЛОКИМ. И потому он нем, без речи, и в этом тайна [стиха]: «Или кто сделает немым…» (Шмот 4:11)». И как написано (в ТЭС, часть 12, пункт 251): «И вот теперь (то есть во время вскармливания) они наполнились буквами ЙА (י״ה) и стали полным [Именем] ЭЛОКИМ».

В служении следует различать речь и немоту. Ведь речь — это раскрытие, когда у человека уже есть уровень вскармливания (йеника) в духовном: он уже чувствует, что питается от святости. Вскармливание молоком указывает на хасадим, ведь свойство Хесед — это свойство отдачи: когда человек удостаивается келим отдачи, то есть все его поступки совершаются ради Небес и он больше не заботится о собственной выгоде, это означает, что он удостоился свойства Хесед.

Однако до вскармливания существует состояние ибура (зачатия), когда высший исправляет его. Это происходит так, что человек уподобляется зародышу во чреве матери: зародыш полностью отменяет себя перед матерью, у него нет никакого собственного мнения, но, как сказали мудрецы: «Зародыш — часть матери: ест то, что ест его мать» (Хулин 58а), и у него нет никакой собственной власти, чтобы задавать какие-либо вопросы, и он даже не называется по имени. Это и означает, что он нем: у него нет рта (пэ), чтобы задавать вопросы.

И это происходит тогда, когда человек способен идти с закрытыми глазами, выше знания, держась веры мудрецам, и идти до конца. Это и называется ибуром, при котором у него нет рта. Значение же ибура объясняется так (ТЭС, часть 8, стр. 608, пункт 17): «Уровень Малхут, представляющий собой предельно малое состояние, называется именем «ибур» — от слова «гнев» (эвра, עֶבְרָה) и суды, по тайне стиха: «И разгневался на меня Г-сподь из-за вас» (Дварим 3:26)».

И следует пояснить смысл «гнева и судов». Поскольку человеку необходимо идти с закрытыми глазами выше знания, а тело сопротивляется этой работе, необходимость постоянного преодоления называется «гневом, яростью и бедствием» (Теилим 78:49). Ведь это тяжелый труд — всегда идти в преодолении, отменяя себя перед высшим, чтобы высший делал с ним все, что пожелает. Это и называется ибуром, как сказано выше, — предельно малым состоянием.

Порядок же исправлений таков, как сказали мудрецы: «Отец (Аба, то есть Хохма) дает белизну» (Нида 31а) — то есть очищает, убеляет низшего от его желания получать, так что человек начинает ощущать, что желание получать — это отбросы, как написано: «Если будут грехи ваши как багряное — словно снег убелятся» (Йешаяу 1:18). И тогда считается, что «мать дает красное»: Бина называется светом хасадим — светом, приходящим в келим отдачи. То есть после того как человек уже пришел к осознанию, что желание получать для себя зовется «отбросами», он получает желание отдавать. И все это называется тем, что высший совершает действие, а низший отменяет себя безо всякой критики. Это и означает, как сказано выше, что у него нет «рта», и потому он зовется немым (элем, אִלֵּם), то есть лишенным рта.

А затем следует стадия «рождения и вскармливания» (лида и йеника), когда у него уже есть «рот», то есть он обретает самостоятельность и уже понимает, что делает. У него появляется собственное право совершать выбор, и это означает, что он уже находится в собственном владении. Тогда говорится, что он получает уровень руах, который светит, когда человек обладает самостоятельностью в святости. Тогда как в состоянии ибура у него был лишь уровень нефеш (от слова нефиша — «покой», נְפִישָׁה), то есть уровень «неживого», не имеющего собственного движения, когда лишь высший приводит его в движение для каждого действия.

И тогда он получает полное Имя от ЭЛОКИМ. То есть если в состоянии ибура он был немым (элем, אִלֵּם) от Имени ЭЛОКИМ, так как был лишен самостоятельности, чтобы самому быть совершителем работы, и все происходило за счет высшего, — то когда он рождается и обретает вскармливание в святости от себя самого, он становится полным Именем от ЭЛОКИМ. В этом и заключается намек: то, что прежде было немым со стороны самого человека, становится теперь полным (мале, מָלֵא), то есть он уже удостоился свойства ЙА (י״ה) от ЭЛОКИМ. Об этом и говорится, что полное Имя по гематрии равно слову «бокал» (кос, כּוֹס), то есть числу ЭЛОКИМ — 86 (פ״ו), и тогда бокал полон. А именно: когда человек уже исправил себя для владения святости, это называется «цельным кли», и это называется «бокалом благословения», то есть благословение уже способно пребывать в нем. Ведь кли исправлено так, что все полученное им останется в святости.

И благодаря этому понятно, на что указывает требование, чтобы бокал был полон вина: это намекает нам на то, что шефа останется внутри кли и ничто из него не прольется к внешним силам, но все будет ради отдачи. Выходит, когда говорят о заповедях действия, все в них указывает на соотношение ветви и корня. Поэтому бокал благословения должен быть полным, ведь это указывает на духовное — на порядок служения человека, ведущий к цели творения.