Что означает «Вернись, Исраэль, до Г-спода, Б-га твоего» в служении

Писание говорит: «Вернись, Исраэль, до Г-спода, Б-га твоего, ведь споткнулся ты в прегрешении твоем. Возьмите с собой слова и вернитесь к Г-споду. Скажите Ему: "Всякое прегрешение прости и прими благо, и возместим [жертвенных] тельцов [словами] уст наших"» (Ошеа 14:2–3). И нужно понять, в чем здесь связь: почему сказано, что раз «споткнулся ты в прегрешении твоем», то поэтому — «вернись до Г-спода, Б-га твоего»? И также — что означает: «Скажите Ему: "Всякое прегрешение прости"»? И кроме того, нужно понять сказанное мудрецами: «Велика тшува (возвращение к Творцу), ведь достигает она Престола славы, как сказано: "[Вернись,] до Г-спода, Б-га твоего"» (Йома 86а).

Известно, что в порядке духовной работы следует различать две ступени:

1. То, что относится ко всему большинству. Их работа заключается в действии, а над намерением (кавана) они не работают — то есть [не заботятся о том], чтобы направлять [мысли] ради отдачи. Поэтому на уровне действий почти все считают себя вполне благополучными. Каждый просто верит, что человеку, конечно же, невозможно быть совершенным. Поэтому в целом он считает себя совершенным, а когда смотрит на своих товарищей, то видит их недостатки — что это они не в порядке, тогда как с ним самим все в порядке.

Разве что ему чего-то недостает. Но на это он находит оправдание: ведь написано: «Нет праведника на земле, который делал бы добро и не грешил» (Коэлет 7:20). Поэтому и у него, конечно, есть какой-то изъян. К тому же он остерегается [гордыни] и держится свойства приниженности, как сказали мудрецы: «Очень, очень будь принижен духом» (Пиркей Авот 4:4). И хотя он видит, что стоит выше остальных людей, он тем не менее верит верой в мудрецов и верит выше знания, что он, безусловно, низок — то есть хуже других людей. Однако это у него лишь на уровне веры выше знания.

Получается, что эти люди, относящиеся к большинству, изучая Тору, не могут почувствовать, что у них есть прегрешения и что они хуже остальных. В целом они довольны своей работой. Поэтому, когда наступает месяц Элул и десять дней покаяния, когда положено совершать тшуву, у них появляется много работы: отыскать у себя прегрешения, в которых нужно раскаяться.

Иначе их будет судить Высший суд, который может, не дай Б-г, назначить им наказание за их поступки. Сами они понимают, что, возможно, награда будет не такой, какая полагается им по их представлениям, — то есть они получат меньше награды. Но о наказаниях, с их точки зрения, и речи быть не может, ведь они знают за собой, что у них много Торы и много заповедей.

Иначе обстоит дело с теми, кто работает индивидуально: они хотят удостоиться слияния (двекут) с Творцом и понимают, что Тора и заповеди, которые они исполняют, служат лишь 613 советами, как удостоиться слияния с Ним. То есть чтобы у них осталась только одна забота — как доставить радость своему Создателю, а о собственной выгоде они не беспокоятся вовсе.

И конечно, тело сопротивляется этому и выдвигает ему убедительные доводы, доказывая собственную правоту. Оно начинает приводить ему свидетельства со всего мира: мол, никто не идет таким путем — отменять желание получать ради себя и трудиться исключительно во имя Небес. Человек же хочет преодолеть прегрешения, то есть те мысли против веры, которые внушает ему желание получать. Ведь это довод Фараона, сказавшего: «Кто такой Г-сподь, чтобы я послушался голоса Его?» (Шмот 5:2).

Получается, что человек оступается в грехе неверия, не дай Б-г. И сколько бы человек ни крепился, тело вновь одолевает его. То есть насколько человек хочет верить в Творца, в то, что Он управляет миром как Добрый и Творящий добро, настолько тело показывает ему обратное. И потому он постоянно терпит неудачи, видит, что этому нет конца, пребывает в подъемах и падениях и не знает, что с этим делать.

Об этом Писание и говорит: «Вернись, Исраэль, до Г-спода, Б-га твоего». Почему же обязательно «до Г-спода, Б-га твоего»? По той причине, что «споткнулся ты в прегрешении твоем». То есть поскольку ты споткнулся в своем прегрешении — в прегрешении против веры — и чувствуешь теперь, что ты самый низкий человек на свете (ведь таких мыслей и желаний, дошедших до предельной низости, нет больше ни у кого в мире), и ты чувствуешь, что абсолютно оторван от духовного.

Ведь нерелигиозные люди вовсе не говорят, будто они далеки от духовного, поскольку вообще не верят, что духовное существует в мире. Точно так же и религиозные, верящие в Тору и заповеди, не чувствуют своей удаленности: как сказано выше, каждый считает, что с ним все более или менее в порядке, а если и замечает в себе какой-то изъян, то обязательно найдет себе оправдание. И главное, человек видит, что весь мир живет безмятежно, тогда как он сам находится в состоянии, полном неудач и прегрешений, и не видит никакого выхода из этого положения.

Поэтому нет у него иного выхода, кроме как «вернись, Исраэль». Человек должен вернуться к Творцу и не отступать от Него, пока не удостоится того, чтобы Г-сподь стал «Б-гом твоим». То есть пока не удостоится совершенной веры, иначе он так и останется в своих срывах. Поэтому человеку следует стараться и делать все, что в его силах, пока над ним не сжалятся свыше и не дадут ему силу, называемую «желанием отдавать».

Исходя из сказанного, мы поймем написанное: «Возьмите с собой слова». То есть те самые слова и речи, которые тело обращает к вам, утверждая, будто не стоит трудиться во имя Небес, — именно эти слова и возьмите, возвращаясь к Г-споду. Скажите Ему: «Всякое прегрешение прости» (буквально: «Все, понеси грех»). Поскольку слова эти, которые говорит нам тело, мы сами преодолеть не в силах, то именно их и возьмите, когда возвращаетесь к Г-споду. И скажите: «Все» — ведь только Ты всемогущ и можешь дать нам вторую природу, именуемую желанием отдавать. А слова «понеси грех» означают: только Ты можешь принять наше прегрешение и исправить его, ведь только Ты — Прощающий наше прегрешение, у нас же нет на это никаких сил.

Однако мы верим, что все эти слова, с которыми тело обращается к нам, Ты Сам вложил в него, и то, что Ты послал их нам, несомненно, нам во благо. Поэтому [сказано]: скажите Ему: «Всякое прегрешение прости и прими благо». То есть прими это благо, которое Ты нам послал. А именно: взамен тех доводов, которые тело выдвигало против Творца, Ты должен дать [нам] иную природу, называемую желанием отдавать. Ведь иначе мы погибли, так как полны падений.

И об этом написано: «...и возместим тельцов устами нашими». И мы хотим, чтобы на том месте, где мы находимся, — на месте «уст наших» (сфатейну), ведь «края» (сфатаим, שְׂפָתַיִם — губы, края) означают завершение ступени, то есть то, что находится вне святости... И поскольку из-за властвующих в нас желаний мы находимся вне святости, мы просим у Тебя: «...и возместим тельцов устами нашими». То есть там, где мы находимся, — на самых краях, в конце, — мы хотим стать совершенными, принося плоды (перот, פֵּירוֹת), на что указывает слово «тельцы» (парим, פָּרִים), то есть плодиться и размножаться в добрых делах.

Исходя из сказанного, мы поймем и слова мудрецов: «Велика тшува, ведь достигает она Престола славы». Смысл здесь в том, о чем говорилось выше: люди, относящиеся к большинству, не чувствуют, что терпят падения в прегрешении, именуемом «первым прегрешением». Ведь они ощущают, что обладают верой и что с ними все в порядке. И хотя у них есть лишь частичная вера, как объясняется в «Предисловии к ТЭС» (пункт 14), сами они этого не чувствуют.

Поэтому они считают себя совершенными. Те же люди, которые относятся к индивидуальному пути, стремятся к тому, чтобы существовало лишь одно владение — владение Единственного. То есть они хотят упразднить собственное владение, называемое «желанием получать», чтобы в мире раскрылась одна лишь власть Творца. И тогда они чувствуют, насколько тело сопротивляется этому, и хотят совершить тшуву — то есть вернуться к Г-споду; и такая тшува достигает Престола славы.

Однако следует понять, что означает «Престол славы» в духовной работе. Известно, что Малхут называется «Престолом славы», как сказано в «Предисловии к Книге Зоар» (лист 45, пункт 31), и вот его слова: «Ведь тайна Престола состоит из двух аспектов:

1. Он покрывает Царя, по тайне стиха: «Сделал тьму укрытием Своим» (Теилим 18:12). И поэтому слово «престол» (кисэ, כִּסֵּא) происходит от слова «покрытие» (кисуй, כִּיסּוּי).

2. Он раскрывает славу Царства в мирах, по тайне стиха: «...а над подобием престола — образ, подобный человеку» (Йехезкель 1:26)».

Смысл же в том, что мы должны верить: происшедшие сокращение и скрытие — это исправление ради творений. То есть именно благодаря возникшим скрытию и покрову творения придут к своему совершенству. И нужно выше знания верить в управление Творца — в то, что Он правит миром как Добрый и Творящий добро. А то, что мы этого не видим, происходит лишь оттого, что управление Добра и Творящего добро скрыто от нас, и мы должны верить: в действительности провидение является Добрым и Творящим добро, но над ним есть покров, скрывающий его.

И хотя тело сопротивляется этому, заявляя: «Нет у судьи ничего, кроме того, что видят его глаза», требуя не верить выше знания, человек стремится преодолеть эти доводы тела. Это тяжелая работа, в которой бывают подъемы и падения.

И когда человек взывает к Г-споду о помощи, чтобы суметь принять на себя это сокрытие — то есть чтобы быть в силах верить, что провидение поистине Доброе и Творящее добро, а он сам пока еще просто не удостоился увидеть это, — то благодаря такой работе он становится колесницей Престолу. То есть он принимает на себя этот Престол, несмотря на то что это самое настоящее сокрытие. И тогда этот Престол становится свойством «Престола славы» — человек удостаивается того, что слава Шхины восседает на Престоле.

Получается, что в той мере, в какой он прежде находился на уровне «престола», то есть в сокрытии, когда [святость] пребывала в состоянии «Шхины во прахе», теперь это состояние обращается в «Престол славы». И об этом сказано, что Престол покрывает Царя, по тайне стиха: «Сделал тьму укрытием Своим». Это означает, что Престол не светит, а представляет собой тьму; и нужно преодолеть эту тьму и сказать: «Глаза у них, но не увидят» (Теилим 115:5).

Выходит, что во время «престола» это состояние называется «ведь споткнулся ты в прегрешении твоем». В состоянии «престола» у человека происходят подъемы и падения, и он не видит конца этой работе, постоянно находясь в колебаниях туда и обратно. Ведь во время сокрытия человеку трудно пересилить себя и утверждать, что Творец поступает как Добрый и Творящий добро.

Поэтому человеку необходимо совершить тшуву — сделать так, чтобы из «престола», пребывающего в свойстве стиха «Сделал тьму укрытием Своим», раскрылся второй аспект Престола, раскрывающий славу Царства в мирах, по тайне стиха: «...а над подобием престола — образ, подобный человеку».

И об этом сказано: «Велика тшува, ведь достигает она Престола славы». То есть тшува должна привести человека к тому, чтобы он удостоился второго значения слова «престол» — «Престола славы». И в этом смысл слов: «Вернись, Исраэль, до Г-спода, Б-га твоего».

А слова «ибо споткнулся ты в прегрешении твоем» можно объяснить так: когда человек хочет совершить тшуву — то есть, будучи отделен от Творца из-за желания получать, противоположного по форме Творцу, хочет соединиться с Творцом и обрести подобие формы, — тогда он видит, что «сокрытое — Г-споду, Б-гу нашему» (Дварим 29:28).

То есть, когда он хочет сделать что-то ради Г-спода — на благо Творца, — вкус этого сокрыт: от него скрывается тогда вкус служения. Когда же он работает ради собственной пользы, что именуется словами «нам и сыновьям нашим», тогда вкус раскрыт нам. Иными словами, «сокрытое» и «открытое» указывают здесь на вкус.

Иными словами, когда человек трудится ради Творца, что называется «Г-споду, Б-гу нашему», вкус работы скрыт. Когда же он трудится ради собственной пользы, что называется «нам и сыновьям нашим», этот вкус относится к «открытому», то есть вкус работы раскрыт. Получается, что это и служит причиной наших падений. И об этом написано: «ибо споткнулся ты в прегрешении твоем». Поэтому нет иного совета, кроме как вернуться к Г-споду. И об этом сказано: «Всякое прегрешение прости и прими благо».

Исходя из сказанного, можно объяснить и слова из «Благословения после трапезы» (Биркат а-мазон): «И обретем милость и благоволение в глазах Б-га и человека» (Мишлей 3:4). И нужно понять: зачем нам просить Творца о том, чтобы мы снискали милость в глазах человека? Неужели для того, чтобы люди уважали нас и оказывали нам почет? Какое отношение это имеет к духовному служению?

Но ответ таков, как сказано выше: мы просим у Творца, чтобы мы обрели милость в глазах Б-га. А чего же мы хотим от Него? Чтобы Он даровал нам ступень «человека» (адам). Ведь по своей природе человек сотворен с желанием получать, называемым ступенью Малхут, которая соответствует имени БОН, имеющему гематрию слова «животное» (бегема, בְּהֵמָה = 52).

Поэтому мы и просим обрести милость в глазах Б-га, чтобы Он даровал нам свойство «человека» (адам), как сказали мудрецы: «Вы названы человеком, а не народы мира» (Йевамот 61а). Ведь слово адам — «человек» (אָדָם = 45) имеет числовое значение имени МА (45), которое является свойством отдачи. Иными словами, мы просим найти милость в глазах Б-га, чтобы Он дал нам ступень «человека». И в этом смысл слов: «И обретем милость в глазах Б-га, и [станем] человеком» — чтобы Он даровал нам свойство «человека».

Получается, что человек должен молиться лишь об одном: чтобы Творец приблизил его. Ведь «сближение» в духовном называется подобием формы. То есть человек желает, чтобы Творец дал ему желание отдавать, называемое «второй природой».

И этим можно объяснить написанное: «Он исцеляет сокрушенных сердцем» (Теилим 147:3). И следует понять: почему Творец назван «исцеляющим сокрушенных сердцем»? Дело в том, что главное в человеке — это сердце, по слову мудрецов: «Милосердный требует сердца» (Санхедрин 106б). Ведь сердце — это кли (сосуд), принимающее святость свыше. И это подобно тому, что мы изучаем о разбиении сосудов (швират а-келим): суть его в том, что если сосуд разбит, то все, что в него помещают, выливается наружу.

Точно так же, если сердце разбито — то есть над сердцем властвует желание получать, — туда не может войти высшее изобилие (шефа), потому что все, что принимает желание получать, уходит в клипот. И это называется «сокрушением сердца». Поэтому, когда человек молится Творцу и говорит: «Ты должен помочь мне, ведь я хуже всех, потому что чувствую, что в моем сердце властвует желание получать, и из-за этого ничто из святости не может войти в мое сердце; и я не прошу никаких излишеств, а лишь хочу сделать хоть что-то во имя Небес, но не имею для этого никакой возможности, и потому лишь Ты можешь спасти меня».

И этим можно объяснить сказанное в Писании: «Близок Г-сподь к сокрушенным сердцем» (Теилим 34:19). Смысл в том, что речь идет о людях, которые просят Творца помочь им, чтобы их сердце не было разбитым, а стало цельным. А это возможно лишь тогда, когда человек удостоился желания отдавать. Поэтому он просит Творца дать ему желание отдавать, ведь видит, что ему ничего в мире не недостает, кроме возможности совершать дела во имя Небес. Выходит, он просит только близости Творца. И есть правило: «мера за меру». Поэтому Творец приближает его. И об этом написано: «Близок Г-сподь к сокрушенным сердцем».

Исходя из сказанного, мы поймем написанное там же: «Хранит Он все кости его (ацамотав, עַצְמוֹתָיו), ни одна из них не сокрушится» (Теилим 34:21). И смысл здесь в сказанном выше: суть (эцем, עֶצֶם) человека — это сердце, то есть желание, находящееся в сердце. Желания в человеке каждый раз сменяются в подъемах и падениях, и Творец хранит их желания, чтобы желание получать не примешивалось к желаниям святости.

И об этом написано: «ни одна из них не сокрушится». То есть поскольку желание получать приводит к разбиению келим, а Творец хранит его — приближая человека, что называется «подобием формы», тем, что дает ему вторую природу, именуемую желанием отдавать, — это и называется «хранит Г-сподь», как написано: «Хранит простодушных Г-сподь» (Теилим 116:6). То есть того, кто ощущает себя неразумным (буквально: простодушным), не имеющим ума, чтобы уберечься от падения под власть ситра ахра, называемой «желанием получать ради себя», и он молит Творца сохранить его. Выходит, человек совершает пробуждение снизу (итъарута де-летата), называемое желанием и кли, и тогда Творец дает ему свет.

И напротив, когда человек находится на подъеме, он думает, что уже не нуждается в помощи Творца, поскольку теперь у него есть чувственная опора, называемая у него «знанием». То есть теперь он знает, ради какой цели трудится. Его служение уже не выше знания, ведь у него появилась основа, на которую можно опереться, — то самое ощущение, когда он чувствует, что ему хорошо в этом состоянии. И на этой основе он выстраивает свою работу.

Тогда его тотчас сбрасывают свыше и словно спрашивают: «Где же твоя мудрость, если ты говорил, будто уже знаешь, на чем держится служение?» Но пока человек считает себя неразумным — то есть основа его работы остается выше знания, и он постоянно нуждается в помощи Творца, — тогда человек говорит: «Если Г-сподь не созиждет дом, напрасно трудятся строители его» (Теилим 127:1). И именно в таком случае Творец именуется «Хранителем Исраэля».

И благодаря этому понятно, что означает пребывание человека в беде в духовной работе. Ответ таков: известно, что «беда» / «теснота» (цар, צַר) означает нехватку света хасадим (милосердия). Поэтому, когда человек видит, что не в силах сделать ничего ради отдачи, — а это значит, что он не в силах совершить добро, действуя лишь ради собственной выгоды, — и видит, что в нынешнем своем состоянии никогда не сможет удостоиться слияния с Творцом, он сокрушается об этом. Что же человек может сделать? В таком положении человеку ничто не поможет, кроме одного — взывать к Творцу. И Творец слышит.

Слова же «и от всех бедствий их...» означают: из любого состояния. Когда человек находится в состоянии бедствий — то есть в нехватке света хасадим, когда он не может одолеть свои действия, — Творец спасает его, как написано: «...и от всех бедствий их избавил их» (Теилим 34:18). Если же человек считает, что у него «нет бед» — то есть он не страдает от того, что не в силах сделать ничего ради отдачи, — тогда у него нет кли, чтобы Творец спас его, ведь он чувствует, что то состояние, в котором он находится, вполне благополучно.

Исходя из сказанного, можно объяснить и слова мудрецов: «Всякий, кто обучает недостойного ученика, падает в гехинном» (Хулин 133а). Но нужно понять: ведь написано: «Сказал Святой, благословен Он: "Я создал дурное побуждение и создал Тору как приправу к нему"» (Кидушин 30б). Если так, то, конечно, именно о том, у кого есть дурное побуждение и кто не может его преодолеть, сказано: «Я создал Тору как приправу». Значит, мы видим, что учить Тору необходимо даже тогда, когда человек недостоин!

И объяснить это можно подобно тому, как объяснял мой отец и учитель, благословенна память праведника, стих: «Дает мудрость мудрым...» (Даниэль 2:21). Казалось бы, следовало сказать: «глупцам»? Ответ в том, что тот, кто ищет мудрость, пусть у него ее еще нет, уже зовется «мудрым», поскольку его желание — стать мудрым. Точно так же можно объяснить и здесь: тот, кто хочет стать достойным, уже называется «достойным учеником».

Иными словами, тот, кто хочет учить Тору ради того, чтобы стать достойным, уже зовется «достойным». Причина в том, что раз он чувствует, что далек от служения Творцу, — то есть может работать лишь ради собственной пользы, поэтому он недостоин, но желает стать достойным, однако у него ничего не получается, — именно о таких сказано: «Сказал Святой, благословен Он: "Я создал дурное побуждение и создал Тору как приправу к нему"».

Поэтому смысл запрета таков: запрещено обучать Торе ученика, который не хочет стать достойным. Тот же, кто стремится стать достойным учеником, имеет полное право учиться.