Что означает «мир, мир дальнему и ближнему» в духовной работе

Святой Зоар (глава Корах, лист 2, и в комментарии «Сулам», пункт 5) говорит следующее: «Корах пошел на раздор. Что такое раздор? Отдаление и отталкивание [как] наверху, [так и] внизу. И всякий, кто хочет отвергнуть исправление мира, сгинет из всех миров. Раздор — это отдаление и отталкивание мира. А тот, кто восстает против мира, восстает против Его святого Имени, потому что Его святое Имя зовется "Мир". Мир держится только на мире. Когда Святой [Творец], благословен Он, сотворил мир, тот не мог существовать, пока Он не пришел и не водворил среди них мир. И что это? Это Шаббат. И потому всякий, кто восстает против мира, сгинет из мира. Рабби Йоси сказал: написано: «Велик мир у любящих Тору Твою…» (Теилим 119:165). Тора — это мир, ведь написано: «…и все стези ее — мир» (Мишлей 3:17). А Корах пришел повредить высшему миру — Торе, то есть средней линии, называемой Торой, которая устанавливает мир между правой и левой [линиями], а также нижнему [миру] — Моше. Поэтому он был наказан высшими и нижними: огнем и пастью земли».

И нужно понять, по какой причине сказано: «мир держится только на мире, потому что Его святое Имя зовется "Мир"». Выходит, вся причина того, что мир не может существовать [без мира], заключается в том, что Святой [Творец], благословен Он, зовется «Мир».

И нужно понять, какая здесь связь с Именем Святого [Творца], благословен Он. На первый взгляд каждому понятно: если будет раздор, мир не сможет существовать. Но при чем здесь Имя Святого [Творца], благословен Он? Кроме того, нужно понять сказанное: «И что это [за мир]?». [Зоар] говорит, что мир называется «Шаббат». А рабби Йоси говорит, что мир называется «Тора». То есть в чем именно выражается и проявляется то, что Шаббат и Тора указывают на мир?

Прежде всего нам следует повторить две основы, которые нам необходимо знать и о которых мы уже говорили много раз:

1) Какова цель творения.

2) В чем состоит исправление творения — то есть что мы должны сделать, чтобы достичь цели творения.

Известно, что цель творения состоит в том, чтобы творения получили благо и наслаждение, как сказано: «Его желание — насладить Свои творения». И ради этой цели Он сотворил в творениях желание получать наслаждение. Ведь если к чему-то нет стремления, то и насладиться этим невозможно. Поэтому мы видим: везде, где человек замечает возможность получить от чего-либо удовольствие, у него нет сдерживающей силы, которая заставила бы его не захотеть принять это наслаждение. А если порой мы и видим, что человек все-таки отказывается от наслаждения, то непременно по особой причине, из-за которой ему стоит отказаться, ведь человек не может идти против природы желания получать. Поэтому, если есть веская причина, человек отказывается от наслаждений, которые хотел бы получить. И это бывает по двум причинам:

1) Ради награды: если он откажется от этого наслаждения, к которому стремится сейчас, то получит взамен наслаждение большее.

2) Из-за наказания: если он не откажется от этого наслаждения, то понесет за это большие страдания, и он видит, что стоит отказаться от этого наслаждения, чтобы не терпеть страданий.

Выходит, если человек сейчас отказывается от желания получить наслаждение, этот отказ вызван вовсе не тем, что он не хочет работать ради собственной выгоды. Напротив, он видит: если он сейчас не уступит то, к чему стремится, это нанесет вред его собственной выгоде, и потому он отказывается. По этой причине мы не говорим, будто, отказавшись от наслаждения, он сделал нечто против природы — то есть повредил, упаси Б-г, желанию получать. Все, что он делает, полностью укладывается в логику желания получать.

Иными словами, нельзя судить лишь по действиям человека. Порой то, что он от чего-то отказывается, еще не признак того, что он человек духовной работы. Нужно смотреть еще и на намерение (кавана).

Например, человек может иногда отказаться от страсти к еде и тому подобного, если знает, что кто-то увидит, как он пренебрегает наслаждениями: ведь это признак того, что он служит Творцу, и люди будут уважать его за это. Тогда у человека уже есть сила сдержать себя ради того, чтобы получить большее наслаждение, а именно почет. И так происходит обычно.

Но бывают и исключения: те, кто способен унизить себя, то есть поступиться почетом, ради удовлетворения вожделения. А бывает, что человек не отказывается от вожделения, но не ради почета, а наоборот. То есть если человек идет путем скромности (ацнеа лехет), он может, к примеру, есть много, и люди, видя, как он ест, наверняка осудят его в сердце своем. Он же поступается почетом ради того, чтобы иметь возможность служить скрытно, ведь благодаря такому служению он может удостоиться более важного наслаждения: идущий путем скромности удостаивается слияния (двекут) с Творцом.

Иными словами, если люди оказывают ему почет, он не хочет получать от этого удовлетворение. Ведь существует правило: когда люди считают человека возвышающимся над народом, они оказывают ему почет. А почет обладает властью: тот, кто подпал под власть страсти к почету, не может из нее вырваться — он вынужден трудиться и прикладывать усилия ради обретения почета, и не в силах совершить ни одного поступка ради Небес. Поэтому нам дан совет: пусть человек совершает все свои поступки скромно, и тогда люди не станут оказывать ему почет. Так он сможет спастись и не подпасть под власть почета, и тогда у него появится возможность приучать себя действовать ради отдачи.

Из сказанного мы видим: если кто-то отказывается от малого наслаждения и вместо него получает большое, это вовсе не значит, будто он повредил, упаси Б-г, желанию получать. И это большее наслаждение он порой извлекает из удовлетворения [телесного] вожделения, а порой — из почета и тому подобного.

А иногда бывает, что человек принимает малое удовольствие — то есть мелкое вожделение, зная, что тем самым он отказывается от большого наслаждения, каким является почет. Возникает вопрос: почему же он хочет отказаться от большого наслаждения? Да потому, что взамен отказа от большого наслаждения он рассчитывает достичь более высокой ступени — например, отказавшись от почета, удостоиться двекут с Творцом.

И в таком случае мы не говорим, будто он получил малое наслаждение — еду — и отказался от большого наслаждения, почета. Мы должны сказать, что он не отказывается от малого вожделения лишь на глазах у смотрящих на него людей. Те говорят, будто у этого человека нет разума, раз он не хочет отказаться от мелкого вожделения, ведь уступи он его, наверняка смог бы получить большее наслаждение, но у него нет сил сдержаться даже перед мелким вожделением. Выходит, невозможно узнать правду о человеке, чей путь — идти скромно.

Теперь вернемся к тому, о чем мы говорили в связи с исправлением творения: человек должен прийти к тому, чтобы совершать все свои поступки ради отдачи. Но поскольку человек сотворен с природой получать исключительно ради собственной выгоды, как можно сказать человеку, чтобы он шел против природы? Ведь тело спрашивает: «Что мне с этого будет?». И конечно, ему нужно ответить: «Будет то, что если ты станешь работать ради отдачи, то удостоишься добра и наслаждения, заложенных в цели творения».

Если так, то ответ гласит: желание получать достигнет большего наслаждения, чем оно способно получить сейчас в своем желании получать без намерения ради отдачи. Тогда тело возражает: «Значит, ты говоришь мне, что и тогда я останусь в выигрыше? То есть я вижу: если я буду работать ради отдачи, то извлеку из этого собственную выгоду!». Выходит, человек говорит, что не видит никакого действия, которое можно было бы совершить без того, чтобы из него не возникла собственная выгода.

И ответ таков: разумом невозможно понять, как у человека может появиться возможность сделать что-то против природы. Поэтому человеку говорят: «Ты говоришь правду, ведь по природе у человека нет никакой возможности понять, что такое "ради отдачи"». Поэтому мудрецы (ХАЗАЛЬ) сказали: «Пусть человек всегда занимается Торой и заповедями не ради Него (ло лишма), ведь из "не ради Него" приходят к служению ради Него (лишма)». И тогда, когда он учится «ло лишма», «кроющийся в ней свет возвращает его к добру», как написано в «Суламе» (Берешит, часть 3, лист 64): «Если человек занимается Торой и заповедями даже ради собственного удовольствия, кроющийся в ней свет все равно даст ему почувствовать низость и ужасную испорченность, присущие природе получения для себя. И тогда он решит отделиться от этой природы получения и полностью посвятит себя служению только ради того, чтобы доставлять радость своему Создателю. Тогда Творец откроет ему глаза, и он увидит перед собой мир, исполненный совершенства, в котором нет ни малейшего изъяна».

Из сказанного мы видим, что человек не в силах сам по себе понять, что значит действовать ради отдачи, а не ради собственной пользы. Понять хоть немного в этом можно лишь благодаря занятиям Торой и заповедями: пусть даже не ради Творца (ло лишма), кроющийся в них свет все же способен дать понять, что стоит действовать только ради Творца, а не ради собственной пользы.

Тогда как без особого свойства Торы и заповедей человеческий разум не способен понять, как можно сделать хоть что-то, если из этого не возникнет наслаждение, которым человек сможет насытить свое желание получать. Поэтому, когда человеку говорят, что он должен делать все ради Творца, а человек видит, что не в состоянии понять подобное, ответ таков: верно, внешним разумом, данным человеку, этого понять нельзя. Но ему говорят: знай, жаль тратить время на ожидание и рассуждения о том, что, поразмыслив, он сам придет к пониманию и начнет стремиться к желанию отдавать, а до тех пор воздерживаться от молитвы, чтобы Творец дал ему это желание. Ведь пока он не поймет, что нуждается в этом, как он может молиться Творцу о чем-либо, если сам не знает, насколько это ему необходимо? Он может произносить устами, что хочет обрести желание отдавать, но как возможно молиться от всего сердца о том, в чем он не ощущает недостатка?

И нет никакого способа понять это внешним разумом. Тот, кто хочет идти путем Творца и достичь цели, ради которой был сотворен, должен следовать вере мудрецов, сказавших, что человек обязан делать все ради отдачи, а не ради собственной пользы. То есть человеку нужно идти по пути, где все его поступки совершаются ради отдачи, но само это желание человек не может взять сам — только Творец может дать ему эту вторую природу. И нужно верить также, что потребность в этом он получит от исполнения Торы и заповедей, пусть даже не ради Творца (ло лишма), поскольку «кроющийся в ней свет возвращает его к добру». Поэтому здесь мы видим две вещи, которые дает Творец:

1) Потребность: чтобы человек понял, что он нуждается в желании отдавать. И это он получает благодаря свету, кроющемуся в Торе. А затем он получает и сам свет — силу, позволяющую делать все ради отдачи.

На основании сказанного можно объяснить наш вопрос: по какой причине мир держится только на мире, оттого что Имя Святого [Творца], благословен Он, — «Мир»? Ведь мы спрашивали, какая между этим связь.

Ответ таков: поскольку невозможно заключить мир там, где нет разногласий и раздора (ведь о мире уместно говорить лишь там, где есть раздор), нам нужно прежде узнать, в чем состоит существующий в мире раздор, требующий примирения ради того, что Святой [Творец], благословен Он, зовется «Мир», и лишь тогда мир может существовать.

Известно, что желание Творца — насладить Свои творения. Поэтому все творения чувствуют, что должны получать от Творца благо и наслаждение. Выходит, когда они не получают блага и наслаждения, они находятся в раздоре с Творцом: почему Он не дает им благо и наслаждение? А поскольку было сделано исправление — ради того, чтобы не было стыда, нужно делать все ради отдачи, — то теперь Творец находится в споре с творениями: почему они не хотят работать ради отдачи?

Отсюда следует, что здесь сталкиваются два противоположных мнения:

1) Творения говорят Творцу: «Дай нам наслаждаться, наполни наше желание — то есть наше желание получать — всяким благом, чтобы мы могли сказать: "Благословен Сказавший, и возник мир", потому что мы чувствуем дарованное нам благо и наслаждаемся им».

2) А Творец говорит: «Я тоже хочу наслаждаться сотворенным Мною миром, и все Мое наслаждение — в том, чтобы вы наслаждались, ведь такова Моя цель творения, как написано: "Его желание — насладить Свои творения". Однако Я хочу, чтобы ваше наслаждение было совершенным, без малейшей неприятности, именуемой "стыдом"».

Поэтому, когда творения начинают ощущать этот раздор, они хотят заключить мир с Творцом. Ведь иначе мир не может существовать — мир должен существовать только ради цели, ради которой он был сотворен. А если эта цель не может осуществиться, то зачем вообще нужен мир? Ведь он был сотворен вовсе не для того, чтобы творения терпели муки и страдания.

И потому Имя Творца зовется «Мир»: ведь иначе не может раскрыться Имя Творца, общее имя Которого — «Добрый и Творящий добро». А как может раскрыться имя «Добрый и Творящий добро», пока между Творцом и творениями царит раздор, как сказано выше?

Из сказанного мы видим, что мир может устоять именно на мире, значение которого в том, что благодаря миру теперь можно ощутить, что Творец — Добрый и Творящий добро. Ведь после достижения мира творения получают благо и наслаждение от Творца — когда, как сказано выше, творения соглашаются с желанием Творца, желающего, чтобы они делали все ради Него.

И это называется «уподоблением желанию Творца»: подобно тому как Его желание — лишь отдавать творениям, так и творения теперь уподобляются желанию Творца, желая только отдавать Ему. И тогда благодаря подобию формы возникает возможность раскрыть благо и наслаждение, заложенные в замысле творения. И тогда раскрывается Имя Святого [Творца], благословен Он: «Добрый и Творящий добро».

И теперь мы поймем то, о чем спрашивали: ведь понятие «мир» имеет смысл именно там, где есть раздор. Почему же тогда Святой [Творец], благословен Он, изначально сотворил мир так, чтобы в нем был раздор? Ответ в том, что раздор возможен везде, где есть две противоположности. И поскольку мир возник с кли желания получать (ведь иначе, если нет желания получать что-либо, невозможно этим насладиться), творение вышло с природой желания получать для себя. А затем, чтобы исправить его и устранить стыд, творения должны приобрести вторую природу — то есть перенять желание Творца, чье желание — отдавать. Отсюда и возник этот раздор.

Выходит, этот раздор — вещь необходимая. То есть если творения не понимают сути раздора, они никогда не смогут достичь цели творения — насладить Свои творения. Ведь невозможно исправить что-либо, не зная недостатка. Поэтому, когда знают о раздоре между желаниями, тогда и могут установить между ними мир.

На основании сказанного можно истолковать наш вопрос о том, что такое мир. [Зоар] говорит, что мир — это Шаббат. Рабби Йоси говорит: «Мир — это Тора». То есть благодаря Торе человек приходит к ощущению этого раздора, как сказано выше. Ведь Тора, даже на уровне «ло лишма», своим кроющимся в ней светом дает ему понять, что необходимо работать ради отдачи. Выходит, через Тору он сначала приходит к раздору, когда узнает, что именно нужно исправить, а затем, благодаря тому что человек удостаивается ступени «Тора лишма», Тора творит «мир»: она дает ему силу желания отдавать, то есть способность делать все ради Небес. Выходит, через Тору он постигает две вещи: как кли (то есть недостаток), так и свет (то есть силу, позволяющую делать все ради отдачи).

И то, что [Зоар] называет мир Шаббатом, не противоречит толкованию, согласно которому мир зовется Торой. Ведь мудрецы (ХАЗАЛЬ) сказали (Авода Зара 3а): «Сказал им Святой [Творец], благословен Он: тот, кто трудился в канун Шаббата, будет есть в Шаббат; а тот, кто не трудился в канун Шаббата, откуда он будет есть в Шаббат?».

И это высказывание следует понять в русле внутренней работы, в указанном выше смысле: раз Шаббат зовется миром, как же можно удостоиться мира, если нет раздора? А в чем состоит этот раздор? В том, о чем сказали мудрецы: «Пусть человек всегда возбуждает доброе начало против дурного начала». И Раши объясняет: «пусть ведет с ним войну» (Брахот 5а). Суть этой войны в следующем: доброе начало стремится к тому, чтобы желание человека было подобно Творцу — то есть желанием отдавать; дурное же начало зовется желанием получать. И потому человек должен стараться пробуждать этот раздор, ведь, как сказано выше, это два противоположных желания. И тогда приходит Шаббат и устанавливает мир.

Если же раздора нет, то как можно говорить, что Шаббат устанавливает мир? И об этом сказано: «Кто не трудился в канун Шаббата, откуда он будет есть в Шаббат?». Выходит, труд — это и есть раздор, то есть война с дурным началом, являющимся желанием получать, как сказано выше.

Но почему Шаббат зовется «Мир»? Об этом сказано в святом Зоаре: «Что такое Шаббат? Имя Святого [Творца], благословен Он» (приводится в Зоаре к утренней трапезе Шаббата). И известно, что Имя Святого [Творца], благословен Он, — это Тора, как сказали мудрецы: «Вся Тора целиком — это Имена Святого [Творца], благословен Он». Выходит, и Шаббат, и Тора творят мир, а смысл этого в том, что благодаря раскрытию Торы как «Имени Святого [Творца], благословен Он» устанавливается мир между творениями и Творцом: творения наслаждаются тем, что удостаиваются получить благо и наслаждение, а Святой [Творец], благословен Он, наслаждается тем, что цель творения осуществилась — то есть желание насладить Свои творения раскрывается во всем своем совершенстве.

И на основании сказанного можно истолковать слова святого Зоара о том, что Корах пошел на раздор, а тот, кто хочет отвергнуть исправление мира, сгинет из всех миров. И можно объяснить: суть исправления мира заключалась в том, чтобы все было ради отдачи. И то, что Корах пошел на раздор, должно было затем привести к миру, в чем и состоит исправление; Корах же хотел остаться в раздоре. Выходит, он отверг исправление мира — и об этом сказано: «А тот, кто восстает против мира, восстает против Его святого Имени, потому что Его святое Имя зовется "Мир"».

И смысл в том, что коль скоро Его Имя зовется «Мир», то есть между Творцом и творениями заключается мир, — раскрывается Имя Святого [Творца], благословен Он: «Добрый и Творящий добро». А из-за раздора, называемого «отличием по форме», благо не может раскрыться, и творения оказываются в раздоре с Творцом. Тогда как когда наступает мир со стороны келим, то есть со стороны желаний, так что в мире возникает единое желание, именуемое «желанием отдавать», — тогда раскрывается все благо и наслаждение в мире.