Что такое «пастухи скота Аврама и пастухи скота Лота» в духовной работе

Писание говорит (Лех Леха, третье чтение): «И был спор между пастухами скота Аврама и между пастухами скота Лота» (Берешит 13:7). И сказал об этом мой отец и учитель, благословенна память праведника: слово микнэ (מִקְנֶה — «скот») означает «приобретения» (киньяним, קִנְיָנִים). Спор заключался в том, что пастухи скота Аврама говорили: как можно удостоиться духовных приобретений, относящихся к уровню Ав-Рам? А именно — свойству «рам», то есть пребывающему выше знания, ведь Авраам был отцом веры.

Ведь «Ав-Рам» означает, что он желал: слово ав происходит от слова ава (אָבָה — «пожелал»), как написано: «и не пожелал отпустить их» (Шмот 10:27). А рам (רָם) означает «выше». То есть Аврам шел выше заложенного в человеке желания, называемого желанием получать, и выше заложенного в человеке желания знать и понимать то, что он делает, отказываясь верить. Аврам шел выше обоих этих [желаний] — то есть разума и сердца (моха и либа). И это называется «пастухи» (роэй), ведь только таким путем он хотел вести себя.

Тогда как «пастухи скота Лота» [утверждали обратное]. Ведь Лот означает алма де-итлатья (עָלְמָא דְּאִתְּלַטְיָא — проклятый мир), от слова «проклятие» (клала, קְלָלָה). Имеется в виду желание получать, являющееся свойством змея — то есть желание получать ради себя, поскольку Лот служил колесницей для свойства змея. И они говорили: мы должны стремиться наслаждать себя, ведь именно так Творец создал творения — с желанием получать ради собственной выгоды, иначе Он не стал бы создавать желание получать. Да и разве кто-то делает что-либо в мире не для того, чтобы этим пользоваться? И раз уж Он создал в нас желание получать, на нас возложено работать ради него, чтобы желание получать обрело свое наполнение, иначе получится, будто Творец создал его понапрасну.

Поэтому, когда мы говорим о духовной работе, и свойство Аврама, и свойство Лота находятся в одном теле. И в теле человека идет спор: одни мысли склоняются к свойству Аврама, а другие держатся противоположного — мнения свойства Лота. Поэтому между ними возникает распря: как именно человек должен вести себя в работе. Должна ли работа человека быть ради пользы Творца — а чтобы достичь этого, человек должен идти выше знания, что и есть свойство Ав-Рам; или же [работать] внутри знания, что является свойством желания получать ради собственной пользы. А поскольку на него произошло сокращение и скрытие, это свойство называется Лотом, то есть проклятием: ведь никакое благо и наслаждение из замысла творения не может войти туда, и оно осталось свободным пространством, лишенным света.

Выходит, в духовной работе «пастухи» означает наставника, указывающего, как вести себя, подобно тому как Моше называют «Верный Пастырь (Раайа Мехемна)», ведь он вел народ Исраэля с помощью веры. Лот и Аврам означают доброе начало и дурное начало в человеке.

И в свете сказанного можно истолковать слова святого Зоара (Лех Леха, лист 62, и в «Суламе», пункт 162), который пишет: «И Аврам был очень богат скотом, серебром и золотом» (Берешит 13:2). «Очень богат» — со стороны востока, то есть Тиферет. «Скотом» — со стороны запада, то есть Малхут. «Серебром» — со стороны юга, то есть Хохма. «Золотом» — со стороны севера, то есть Бина.

И это следует понять в русле духовной работы. Известно, что восток и запад — две противоположности. Востоком называется то, что светит, подобно восходу солнца. Запад же — противоположность: то, что не светит. Закат солнца, когда оно не светит, — это и есть запад. А средняя линия, то есть Тиферет, включает в себя всё и потому называется востоком, так как светит: ведь она уже содержит в себе всю работу, возникшую из всех линий.

Тогда как запад называется Царством Небес, ведь принимать Царство Небес нужно «всем сердцем твоим и всей душой твоей» (Дварим 6:5). Даже если Он забирает его душу, человек все равно должен принять на себя Царство Небес, называемое верой в любви, как сказано (в статье 4, 5751 года): даже когда у него нет никакого жизненного ощущения (что и означает «даже если Он забирает твою душу»), то есть когда он лишен всякого ощущения жизни — а это и называется западом, то есть тем, что не светит, — человек тем не менее должен пребывать в вере выше знания.

И это называется свойством «скота» (микнэ), как сказано выше, ведь благодаря этому обретают духовные приобретения, что и называется свойством пастухов скота Аврама. То есть именно благодаря вере выше знания: даже когда человек ощущает тьму на этом пути и хотя понимает, что если бы Малхут светила открыто, а не скрыто, и тело ощущало величие Творца, ему, конечно, было бы легче идти вперед и постоянно пребывать в состоянии работы, не испытывая никаких падений, — он тем не менее выбирает идти выше знания. Это и называется свойством скота пастухов Аврама, и это называется западом: даже когда ему не светит, он служит изо всех сил, словно всё сияло бы ему в открытую.

И об этом сказано: «И Аврам был очень богат» (тяжел) — то есть восток, Тиферет, средняя линия. Она называется востоком потому, что средняя линия включает в себя всю работу, которая у него была. И через нее [все суды] смягчились, ведь он уже прошел всю работу, которую надлежало выполнить, и поэтому там сияет свет. Вот почему восток назван «очень тяжелым» (кавед меод, כָּבֵד מְאוֹד), ведь слава Творца (квод, כְּבוֹד) — то есть величие и важность Творца — уже в высшей степени раскрыта, то есть тогда сияет свет Творца.

Поэтому здесь происходит то, о чем мы говорили (в статье 4, 5751 года): «От всякого, кто бежит от почета, почет бежит вслед за ним» (Эрувин 13б). То есть после того как человек прошел через спор двух линий, называемых «двумя стихами, противоречащими друг другу», он удостаивается средней линии, где величие Творца уже раскрыто и сияет. Это и есть Тиферет, восток.

Однако главная работа происходит на западе, ведь именно там — место работы. Когда человек всё еще находится в состоянии тьмы, где происходят подъемы и падения, все сокрытия приходятся на это место, называемое западом. Запад указывает на Царство Небес, а в целом Малхут называется свойством веры. И там действует закон добра и зла, как сказано в святом Зоаре, что Малхут зовется «древом добра и зла» (илана де-тов ва-ра, אִילָנָא דְּטוֹב וָרָע). Удостоился — она добро, а зло скрыто. Не удостоился — добро скрыто, а зло выходит наружу; всё же, что вышло наружу, властвует.

И потому запад называется «скотом» (микнэ), поскольку это главное приобретение (киньян), которое человек должен приобрести, то есть Царство Небес. А если у него нет этого — Малхут, называемой свойством веры, — у него нет ничего. Поэтому Малхут называется скотом, как написано: «И Аврам был очень богат скотом» (Берешит 13:2). Вот почему «скот» означает Малхут и запад: ведь отсюда начинаются все приобретения святости, как сказано выше, согласно стиху: «Начало мудрости — страх пред Г-сподом» (Теилим 111:10).

И об этом сказано: «Серебро — со стороны юга, то есть Хохма», подобно тому как сказали мудрецы (Бава Батра 25б): «Желающий умудриться пусть обратится на юг». Имеется в виду удостоиться облачения хасадим, ведь Хесед называется любовью, когда человек желает давать и отдавать. И он хочет отмениться перед Ним, благословен Он, что и называется «серебром» (кесеф, כֶּסֶף), представляющим собой стремление (кисуфин, כִּסּוּפִין), как написано: «Тоскует и изнывает душа моя» (Теилим 84:3). Юг же называется свойством правой линии — свойством совершенства, когда человеку ничего не нужно, и все его стремление лишь в том, чтобы тянуться к Творцу, о себе же он вовсе не думает. И только после ступени правой линии можно удостоиться свойства левой линии, называемой Биной.

И об этом сказано: «Золотом — со стороны севера, то есть Бины». Смысл золота раскрывается в стихе: «С севера приходит золото» (Иов 37:22). Ведь золото — это свойство Бины, возвращающейся к тому, чтобы стать Хохмой. И так же написано: «а со скромными — мудрость» (Мишлей 11:2). То есть Хохма должна быть облачена в одеяние хасадим, что и называется скромностью: она облачена в хасадим и не видна без одеяния хасадим.

Дело в том, что Хохма, как известно, облачается в келим получения. И потому она нуждается в защите, чтобы келим получения всегда оставались ради отдачи. Раз человек пользуется келим получения, необходима защита. Поэтому нужно притягивать хасадим — свет, светящий в келим отдачи. И этим сохраняется свет хохма, получая возможность светить в келим с намерением (кавана) ради отдачи.

Поэтому мудрецы сказали: «Юг — это мудрость», то есть желающий умудриться пусть обратится на юг. Тот, кто хочет, чтобы мудрость осталась в нем и свет не ушел, нуждается в юге — то есть в Хеседе, называемом стремлением, как сказано выше, согласно стиху: «Тоскует и изнывает душа моя» (Теилим 84:3). И эти две [линии], юг и север, представляющие собой Хохму и Бину, светят в средней линии, называемой востоком, Тиферет, где объединяется всё. Однако главная работа начинается на западе — в свойстве Малхут, что и называется «скотом», то есть Малхут и западом, как сказано выше.

Что касается Малхут, называемой западом и «скотом», следует знать, что порядок работы начинается с Царства Небес. Человек перед исполнением любой заповеди должен принять на себя бремя Царства Небес, называемое верой, — то есть верить, что Творец управляет миром в свойстве «Добрый и Творящий добро». Поэтому он благословляет Его. И это подобно тому, как сказали мудрецы (Брахот 32а): «Всегда человеку следует сначала воздать хвалу Вездесущему, а затем молиться». И следует спросить: что же это за «хвала Вездесущему», которую человек должен воздать? Ответ таков, как сказано выше: человек говорит Творцу, что верит, будто Он управляет миром в свойстве «Добрый и Творящий добро». Это и называется «хвалой Вездесущему». А затем пусть молится.

И сказал об этом мой отец и учитель, благословенна память праведника: когда человек просит о чем-то своего товарища, порядок таков:

1. Человек знает, что у его товарища есть то, о чем он просит.

2. У товарища доброе сердце, он любит делать добро.

Тогда есть смысл просить товарища.

Поэтому и когда человек просит Творца дать ему желаемое, он должен верить, что Святой, благословен Он, в силах дать ему то, о чем он просит, и что Он — Добрый и Творящий добро. И потому начало работы человека — воздать хвалу Вездесущему, то есть поверить, что Он Добрый и Творящий добро, даже если тело не согласно с тем, что он говорит, и он видит, что это лишь на словах. Тогда он должен сказать, что хочет верить выше знания, и радоваться по меньшей мере тому, что знает истину о том, во что следует верить.

И хотя эти слова, которые он произносит, звучат лишь по принуждению — то есть тело не согласно с тем, что он говорит, — он радуется и тому, что способен произнести устами слова истины.

«А затем пусть молится» — то есть после того как он воздал хвалу Вездесущему за то, что Творец управляет миром в свойстве «Добрый и Творящий добро». И если бы это было внутри знания, он наверняка радовался бы. Но поскольку это лишь выше знания, да еще и через принуждение, тем не менее порой у него появляются силы помолиться Творцу, чтобы Тот дал ему силу поверить, что так оно и есть на самом деле, — и чтобы он был в силах весь день возносить хвалу Творцу за то, что Творец делает ему лишь добро.

В этой работе есть подъемы и падения. И человек должен верить, что у него есть точка в сердце (некуда ше-ба-лев), представляющая собой светящуюся искру. Порой она остается лишь черной точкой и не светит, и эту искру нужно постоянно пробуждать. Ведь иногда эта искра пробуждается сама по себе и раскрывает человеку недостаток: он чувствует, что ему не хватает духовного, что он слишком погружен в материальное, и не видит цели [и пути], как он мог бы выбраться из этих состояний.

И эта искра не дает покоя его душе. То есть подобно тому как материальная искра не способна освещать сама по себе, но от искры человек может зажечь горючее, и от того, чего коснулась искра, может разгореться большое пламя, — точно так же искра в сердце человека не может светить [сама по себе], но в ее силах зажечь его действия, чтобы они светили, ведь эта искра толкает его к работе.

Однако порой искра гаснет и не светит. И это может произойти прямо посреди работы. Такое состояние называют дорожной аварией, случившейся с человеком. То есть прямо посреди работы с ним происходит несчастный случай: он падает со своей ступени и теряет сознание. Это значит, что он уже не знает о существовании духовного, забывает обо всем и всеми чувствами погружается в материальный мир.

Лишь спустя время человек приходит в себя и видит, что находится в материальном мире. Тогда он снова начинает подниматься вверх — то есть ощущать нехватку духовного — и вновь получает толчок к тому, как приблизиться к Святому, благословен Он.

А затем он снова падает со своей ступени. Однако человек должен верить, что всякий раз он поднимает свою искру к святости. И хотя он видит, что опустился со своего уровня и упал обратно на то место, где был в начале своей работы, на самом деле каждый раз он поднимает новые искры — то есть каждый раз поднимает новую искру.

И в «Предисловии к Книге Зоар» (пункт 43) сказано следующее: «Когда человек рождается, он тотчас обретает нефеш святости — но не саму нефеш, а свойство ахораим (обратной стороны) нефеш, то есть ее последнюю ступень, которая во время своего малого состояния зовется точкой. И она облачена в сердце человека».

И это следует истолковать так, как сказано выше: эта «точка», которая пока еще остается тьмой, раскрывается каждый раз и светит по мере его работы над очищением сердца, ведь тогда точка начинает светить. То есть всякий раз, когда человек начинает снова подниматься после падения, он должен верить, что это новая ступень, отличная от того, что было прежде во время подъема, ведь прежнее он уже поднял к святости, и каждый раз начинает новую ступень.

Поскольку в каждом новом начале человек обязан заново начинать принятие Царства Небес, и недостаточно того, что вчера у него была вера в Творца. Поэтому каждое принятие Царства Небес считается новой ступенью: сейчас он берет часть свободного пространства, которое было пусто от Царства Небес, и наполняет это пустое место Царством Небес. Получается, что сейчас он выяснил нечто новое, чего не было до того, как он взял это пустое место и наполнил его Царством Небес. Это и называется подъемом новой искры в святость, пока благодаря множеству подъемов он постоянно поднимает искры из свободного пространства в святость.

Выходит, из каждого падения он приходит к новому началу и поднимает новые искры. Поэтому, когда человек видит, что у него происходят падения, он должен остерегаться бегства с поля боя, хотя и видит, что не продвигается вперед. Напротив, он должен стараться каждый раз начинать заново. То есть, начиная подъем, пусть не говорит, будто возвращается к своей прежней ступени (ведь тогда получалось бы, будто он ничего не достиг своей работой, раз думает, что сейчас лишь поднимается на прежний уровень). Человек должен верить, что это новая ступень, как сказано выше: каждый раз он поднимает другие искры, пока не поднимет все искры, относящиеся к его корню.

И в свете сказанного можно объяснить то, что сказали наши мудрецы (Бава Меция 87а): «Сказал [рабби] Элазар: отсюда [мы учим], что праведники говорят мало, а делают много, тогда как злодеи говорят много, но не делают даже малого».

Понятие же «злодеи и праведники» в духовной работе можно истолковать так: все те, кто желает исполнять Тору и заповеди во имя Небес, зовутся в духовной работе праведниками — то есть такой человек хочет быть праведником.

А те люди, которые занимаются Торой и заповедями не во имя Небес, называются в духовной работе «злодеями» по той причине, что находятся в отличии формы от Творца, и потому считаются злодеями (хотя с общепринятой точки зрения они тоже называются праведниками). И у тех людей, которые работают на общепринятом уровне, скажем, например: когда человеку исполняется сорок лет, он знает, что с момента достижения бар-мицвы — то есть с тринадцати лет до сорока — у него накопился багаж в двадцать семь лет Торы и заповедей. Выходит, они говорят, что у них много [заслуг]. Это и значит, что они «говорят много», то есть [утверждают], что у них много Торы и заповедей. Однако они не делают даже малого во имя Небес.

Тогда как праведники «говорят мало» — то есть говорят: вот человек уже двадцать семь лет занимается Торой и заповедями, как сказано выше, а мы все еще не удостоились сделать хоть что-то во имя Небес! Однако они должны верить, что делают много: ведь каждое действие, относительно которого они видят, что не способны совершить его во имя Небес, и переживают об этом, называется молитвой.

То есть они возносят множество молитв, видя, насколько далеки от Творца, чтобы появилось у них желание и стремление доставлять радость Создателю. Иначе говоря, они далеки от того, чтобы быть способными оценить величие Царя, и потому у них нет сил делать что-либо во имя Небес, кроме как ради собственной выгоды. Выходит, что они делают много для того, чтобы Творец приблизил их к Себе.

Выходит, пусть человек не смущается, когда хочет совершать действия во имя Небес, но видит, что всякий раз отступает назад. Он должен верить, что делает много, чтобы приблизиться к Творцу и удостоиться того, чтобы Творец даровал ему желание отдавать. То есть именно благодаря падениям и подъемам у человека появляется возможность молиться Ему об истинном приближении, как сказано выше. Ведь каждый раз он поднимает новые искры в здание святости, пока не поднимет все искры, относящиеся к нему. И тогда он удостоится того, что Творец даст ему вторую природу, называемую желанием отдавать, и тогда он обретет постоянную веру.

Тогда как до того, как человек удостоится, чтобы все его действия были во имя Небес, для свойства веры нет места. И это подобно тому, как написано (в «Предисловии к Книге Зоар», лист 138), и вот его слова: *«Ибо это закон: творение не способно открыто получать зло от Него, благословен Он, поскольку было бы ущербом Его чести, если бы творение воспринимало Его как творящего зло. И потому в то время, когда человек ощущает зло, в той же мере почиет на нем неверие в Его управление, не дай Б-г, и скрывается от него Творящий»*.

То есть пока у человека нет желания отдавать, он не способен получать благо и наслаждение. Поэтому, испытывая невзгоды, он теряет веру. Тогда как после того, как он удостоился желания отдавать, он получает от Творца благо и наслаждение и обретает постоянную веру. Выходит, что все эти подъемы и падения приведут его к тому, что Творец поможет ему обрести желание отдавать, и тогда все его действия будут во имя Небес.

Однако человек должен знать: приходя к состоянию, когда он не видит никакой возможности когда-либо выйти из себялюбия, и хочет бежать с поля боя, ему следует знать, что здесь действуют две противоположные вещи, как сказали наши мудрецы (Пиркей Авот 2:21): «Не на тебе лежит [обязанность] закончить работу, но ты и не свободен уклониться от нее».

Выходит, с одной стороны, человек должен трудиться и никогда не оставлять работу. Отсюда следует, что человеку под силу достичь этого, раз сказано: «но ты и не свободен освободиться от нее». Получается, человек должен трудиться, будучи уверен, что непременно достигнет желаемого — то есть будет в силах совершать действия ради того, чтобы доставить радость своему Создателю.

С другой стороны, сказано: «не на тебе лежит закончить работу» — значит, это не в силах человека, но, как написано: «Г-сподь завершит за меня» (Теилим 138:8). То есть человеку не под силу самому обрести желание отдавать. Поэтому здесь действуют два принципа:

1. Человек должен сказать: «Если не я себе, то кто мне?» (Пиркей Авот 1:14). Поэтому пусть человек не смущается тем, что еще не удостоился обрести желание отдавать, хотя, по его мнению, вложил много труда. Напротив, он должен верить, что Творец ждет его — пока человек не раскроет всё то, что он обязан сделать.

2. А затем — «Г-сподь завершит за него». То есть тогда он в один миг получит желаемое, как сказано: «Спасение Г-сподне — как мигание ока».