Что делать человеку, если он создан с дурными свойствами

В святом Зоаре (раздел «Насо», пункт 42) сказано следующее: «По делам человека узнаётся образ (парцуф), пребывающий на нем. Об этом говорит [стих]: «Выражение лиц их свидетельствует против них» (Йешаяу 3:9) — по образу, пребывающему на нем, или по колеснице четырех первооснов мира, а именно: огня, воздуха, воды и земли (ארמ״ע), в которых нет ни доброго начала, ни дурного начала, но [они действуют] подобно земным животным», — конец цитаты.

Отсюда следует, что природное сложение тела порождает в человеке свойства [характера], которые не имеют отношения к дурному началу. Например, если в нем преобладает основа воды, он полон вожделения; если преобладает основа огня, он гневлив; если основа воздуха — горделив; а если преобладает основа земли — ленив. И к дурному началу это не имеет никакого отношения. Отсюда понятно: все имеющиеся у человека свойства, проистекающие из четырех первооснов, совершенно не связаны с дурным началом.

Возникает вопрос: что же такое дурное начало? На это следует ответить: дурное начало — это то, что склоняет человека совершать поступки вопреки воле Творца. Сначала человек должен поверить в Творца, и лишь затем можно сказать, что он поступает против воли Творца. Тогда из-за дурного начала он начинает совершать грехи и не желает слушаться голоса Творца, давшего Тору Своему народу Исраэлю.

То зло, которое причиняют другим те, кто не обрел веры в Творца, проистекает лишь из сочетания четырех основ, как сказано выше в словах святого Зоара: «или по колеснице четырех первооснов... в которых нет ни доброго начала, ни дурного начала, но [они действуют] подобно земным животным», — ведь у них нет никакой связи с верой в Творца. Иначе обстоит дело у человека: там, где действует вера, начинается и дурное начало (когда он не верит в Творца), и доброе начало (когда он верит в Него). То есть у того, кто верит в Творца — а именно верит в награду и наказание, — начинается работа дурного начала и доброго начала. Те же люди, у которых нет дела до веры в Творца, подобны животным.

Однако, безусловно, следует сказать: когда святой Зоар говорит, что они относятся к четырем основам и не имеют отношения к дурному и доброму началу, это касается [внутренней] работы. Что же касается открытой Торы, то есть алахи, на них распространяются все виды наказаний и судебных решений, выносимых судом (бейт-дином). Там человек не может заявить, что у него нет дурного начала и он не заслуживает наказания, оправдываясь тем, что все происходит от четырех основ.

Следует сказать, что святой Зоар говорит о вопросах внутренней работы, а не с точки зрения открытой Торы, где речь идет о практической алахе. Но поскольку Зоар говорит о порядке работы, там уместно сказать, что человек пока относится к четырем основам и еще не имеет отношения к дурному началу. Ведь в работе о дурном начале начинают говорить лишь с того момента, когда человек начинает верить в Творца, — тогда и говорят о добром или о дурном начале.

Однако в вопросе веры в награду и наказание также следует различать два аспекта:

1. Награда и наказание понимаются так: если человек пойдет прямым путем, он получит взамен награду в этом мире — ему будет хорошо, и в будущем мире ему тоже будет хорошо. А если, не дай Б-г, он не пойдет прямым путем, то, не дай Б-г, ему будет плохо.

2. Награда и наказание понимаются [иначе]: если человек пойдет прямым путем, как установили для нас мудрецы, и будет верить их словам, то награда будет в том, что удостоится приближения к Творцу. Если же не поверят мудрецам, определившим для нас, как идти путями Творца, то получат наказание. И наказание состоит в том, что они останутся далеки от Творца и им не дадут свыше помощи, чтобы они могли приблизиться к Нему. То есть их награда будет в том, что им дадут свыше желание отдавать, которое станет [их] второй природой; а их наказание будет в том, что они останутся погруженными в любовь к себе и им будет больно оттого, что они не продвигаются.

И это называется тем, что они «находятся под властью дурного начала»: они отделены от Творца и не могут соединиться с Ним, и им больно оттого, что они находятся под властью зла. То есть нельзя сказать, будто человеку дают наказание, а он не чувствует, что это наказание, — то есть не чувствует страданий от пребывания под властью зла.

Смысл наказания как раз в том, что человек чувствует страдания от пребывания под властью дурного начала, то есть через эти страдания ощущает, что это зло. Это и называется тем, что «человек находится под властью дурного начала» — ему больно от этого. Те же, кто находится под властью зла, но не чувствует страданий, определяются в работе так: «у них еще нет дурного начала». Ведь они еще не чувствуют, что пребывание под властью желания получать называется злом.

Однако нужно понять: если человек в силу природного сложения тела не в силах делать добро и для совершения добра ему требуется гораздо больше усилий, чем другим людям, — что добавляют нам слова святого Зоара о том, что творимое им зло подобно [действиям] животного? Какой же совет [можно дать], чтобы он был в силах делать добро? Иными словами, чем поможет ему то, что впоследствии он обретет доброе начало и дурное начало?

Мудрецы (Рош а-Шана 17) сказали следующее: «Глаза Г-спода, Б-га твоего, на ней…» (Дварим 11:12) — «иногда к добру, а иногда к худу. Как бывает «иногда к добру»? Положим, были Исраэль в Рош а-Шана совершенными грешниками, и присудили им мало дождей. В конце концов они раскаялись. Добавить им [дождей] невозможно, ведь приговор уже вынесен; однако Святой, благословен Он, ниспосылает их вовремя, на ту землю, которая в них нуждается, — всё по [потребности] земли». (И пояснил Раши: «На землю, которая в них нуждается» — на поля, виноградники и сады). «Как бывает «иногда к худу»? Положим, были Исраэль в Рош а-Шана совершенными праведниками, и присудили им много дождей. В конце концов они изменились [к худшему]. Убавить от них невозможно, ведь приговор уже вынесен; однако Святой, благословен Он, ниспосылает их не вовремя, на ту землю, которая в них не нуждается». (И пояснил Раши: «Не вовремя» — до сева; «и на землю, которая в них не нуждается» — в леса и пустыни).

И нужно понять это применительно к [духовной] работе: чему это призвано нас научить? Ведь согласно сказанному в святом Зоаре, есть люди, которые созданы по природному сложению четырех основ и не имеют отношения к доброму и дурному началам, но подобны животным мира. Это значит, что понятие доброго и дурного начала предполагает наличие выбора — способность человека преодолевать зло. Но что касается животных, их природные свойства изменить невозможно. Что же делать человеку, если он родился с дурными свойствами и изменить свою природу не может? Как он способен прийти к выбору, то есть к работе по преодолению дурного начала добрым началом?

И на основании сказанного можно объяснить: хотя человек и родился с дурными свойствами, в которых мало хорошего, но когда он идет прямым путем — то есть просит Творца помочь ему победить зло (пусть даже зло в нем сильнее, чем у других людей, а изменить природу невозможно), — тогда Святой, благословен Он, дает ему силу использовать свои свойства, в которых мало хорошего, так, чтобы то немногое хорошее, что в нем есть, работало на него. То есть Святой, благословен Он, посылает ему помощь свыше, благодаря чему все свои силы, сколько бы их ни было, он направляет в верное русло.

Например, когда у него есть силы учиться лишь один час, он учится именно по тем книгам, которые несут ему свет Торы (маор): благодаря им он проникается важностью служения Творцу и обретает душевный подъем, понимая, что стоит достичь слияния с Ним. А когда у него появляются мысли о работе, он думает не о том, что получит от этой работы, но размышляет: «Что я могу дать Царю, чтобы обрести с Ним связь?», и тому подобное. Когда он молится, зная о своих скромных способностях и понимая, что не в силах мыслить возвышенно и глубоко, он просто, обращаясь с молитвой, мысленно представляет себе, Кому он молится, то есть к Кому обращается и о чем просит Его. И он говорит: «Я знаю свое ничтожество и понимаю, что я хуже остальных людей. Другие способны одолеть свое зло и не столь остро нуждаются в Твоей помощи; у меня же самого нет ни сил, ни разума, — поэтому помилуй меня!» И так как он молится от всего сердца, Творец слышит его молитву. Поэтому те малые силы, что у него есть, человек использует в правильном месте и в правильное время.

Иначе обстоит дело, если человеку в силу четырех основ суждено обладать достоинствами и добрыми качествами, но он не удостаивается — то есть не идет прямым путем, чтобы просить Творца о помощи идти верной дорогой. Тогда его способности расходуются там, где они не нужны. То есть, как сказано выше, все силы и таланты уходят туда, откуда для духовного, со стороны [внутренней] работы, ничего не произрастет, как сказано: «Не вовремя — до сева». То есть от его работы, в которую он вкладывает огромные силы и большую глубину, тем не менее ничего не может вырасти. И об этом сказано: «И на землю, которая в них не нуждается — в леса и пустыни». Это значит, что все силы, дарования и все добрые качества тратятся там, где ничего не взрастет, — то есть это не приведет его к слиянию (двекут) с Творцом. Иными словами, он не утруждает себя поиском верного наставника и не обращает внимания на то, чтобы изучать именно те книги, которые ведут к сближению с Творцом, и тому подобное.

Выходит, что сам по себе факт сотворения человека из четырех основ еще не связывает его ни с дурным началом, ни с добрым началом. Лишь затем, когда он приступает к работе, желая приблизиться к Творцу, начинается проявление дурного начала: человек начинает видеть, какое в нем зло, и это причиняет ему боль. И тогда, видя, что у него нет добрых качеств, он молится Творцу о помощи. Тогда Творец собирает воедино все его силы и те скромные способности, которыми он обладает, объединяет все и направляет все возможности человека на то, чтобы прийти к слиянию с Творцом.

Получается следующее: хотя и говорят, что «характер человека не поддается изменению», однако благодаря дурному началу, когда человек приступает к работе и видит, насколько ему тяжело оттого, что он далек от Творца, он обращается к молитве. Человек молится Творцу и верит в сказанное: «Ведь Ты слышишь молитву всяких уст...» — то есть даже уст человека бесталанного, лишенного силы преодоления и к тому же обладающего дурными свойствами, каких нет у других. И хотя это происходит оттого, что человек создан из четырех первооснов (огня, воздуха, воды и земли), и в силу сочетания этих четырех основ в его теле у него дурные качества, так что человеку, казалось бы, нечего к этому добавить, —

однако когда человек начинает трудиться в Торе и заповедях, это приводит его к осознанию того, что существуют доброе начало и дурное начало. Как пишет автор комментария «Сулам» (Берешит, часть 3, лист 64), вот его слова: «Если человек станет заниматься Торой и заповедями даже ради собственного наслаждения, тем не менее благодаря кроющемуся в ней свету он почувствует низость и ужасную испорченность, заложенные в природе получения ради себя. И тогда он решит отделиться от этой природы получения и целиком посвятит себя работе лишь ради того, чтобы доставлять радость своему Создателю. Тогда Творец откроет ему глаза, и он увидит перед собой мир, исполненный высшего совершенства, в котором нет ни малейшего изъяна».

Из сказанного мы видим: хотя человек и рождается от четырех основ, так что не имеет отношения ни к доброму, ни к дурному началу, но подобен животным мира, и эти свойства изменить нельзя, — тем не менее благодаря занятиям Торой и заповедями он приходит к знанию и ощущению того, что существуют доброе и дурное начала. И тогда у него появляется основание молиться Творцу, чтобы Творец помог ему выйти из-под власти дурного начала. Тогда все силы, которыми обладает человек, сосредоточиваются для применения в верном месте: тех сил, что у него есть, оказывается достаточно, чтобы обрести способность прийти к слиянию с Творцом.

И об этом написано: «Как бывает «иногда к добру»? Положим, были Исраэль в Рош а-Шана совершенными грешниками, и присудили им мало дождей». Это можно истолковать так: при рождении в силу телесного сложения у них были дурные качества, и это называется «присудили им мало дождей», ведь «дожди» — это сила, приносящая плоды, именуемая в работе «топливом». И об этом сказано: «В конце концов они раскаялись. Добавить им невозможно, ведь приговор уже вынесен». То есть они уже родились с определенным сочетанием четырех основ в теле. «Но Святой, благословен Он, ниспосылает их вовремя, на ту землю, которая в них нуждается». А именно, как сказано выше: дожди, то есть топливо, силы для работы, концентрируются для использования только на необходимые нужды.

Возьмем, к примеру, огонь. С одной стороны, человек извлекает из огня пользу: имея огонь, он может готовить пищу, может освещать себе путь ночью, а зимой — согреваться у огня. В сущности, можно сказать, что огонь пришел в мир ради исправления мира. С другой же стороны, если человек неосторожен и обращается с ним вопреки принятому, этот огонь несет миру порчу и разрушение: из-за него человек порой становится нищим и обездоленным, даже если прежде был очень богат, а порой огонь приносит в мир смерть, и тому подобное.

Точно так же и в работе: силы человека способны нести исправление миру, и если человек пользуется ими так, как принято в порядке исправления, эти силы приносят миру благо. И об этом сказано выше: если человек идет путями исправления, ему достаточно тех немногих сил, что у него есть, чтобы достичь своего совершенства. Мы видим: даже если нечто способно причинить миру вред, при правильном использовании этой силы — называемой, к примеру, «огнем» — на пути исправления весь мир получает от нее пользу.

Так же и в работе, как сказано выше: когда Творец дает человеку необходимую помощь, ему достаточно небольшого запаса сил и топлива, именуемого свойством «дождей», чтобы они принесли плоды. Ведь в святости есть правило: человек должен приносить в работе плоды, тогда как о ситре ахра сказано: «другой бог оскоплен и плодов не приносит».

И на основании сказанного можно истолковать слова мудрецов (Нида 16б), сказавших следующее: «Ведь толковал рабби Ханина бар Папа: тот ангел, которому поручено зачатие, зовется Лайла. Он берет каплю [семени], ставит ее пред Святым, благословен Он, и говорит перед Ним: «Владыка мира! Что станет с этой каплей: [будет ли он] сильным или слабым, мудрым или глупым, богатым или бедным?» Но праведником или грешником — не говорит, согласно [правилу] рабби Ханины, ведь рабби Ханина сказал: «Все в руках Небес, кроме трепета перед Небесами»».

И господин мой, отец и учитель, благословенна память праведника, задал к этому вопрос: если капле суждено быть глупцом, как впоследствии у него может быть выбор в сторону добра? Ведь существует правило: «Человек грешит не иначе как если входит в него дух глупости». Как же в таком случае человек может сделать выбор и избрать добро, если он уже родился с духом глупости? И как он может уберечь себя от греха, пока в нем пребывает дух глупости?

И согласно тому, как мы объяснили относительно человека: когда он рождается по природному сложению четырех основ, из-за чего обладает дурными свойствами, он не имеет отношения ни к дурному, ни к доброму началу, но подобен животным этого мира. Однако благодаря занятиям Торой и заповедями даже ради собственного наслаждения, благодаря кроющемуся в ней свету он ощутит низость и ужасную испорченность, заложенные в природе получения ради себя, и целиком посвятит себя работе лишь ради того, чтобы доставлять радость своему Создателю, — и тогда Творец откроет ему глаза.

Точно так же следует истолковать и здесь: хотя капле и было суждено стать глупцом, тем не менее благодаря занятиям Торой не ради нее самой (ло лишма) кроющийся в ней свет вернет его к добру. Ведь свет Торы, [изучаемой] ло лишма, в силах озарить его так, чтобы он ощутил заложенное в нем зло. Иными словами, хотя и действует правило «глупец не чувствует», — и казалось бы, как может тот, кто родился из капли, которой было суждено стать глупцом, обрести ощущение добра и зла? Это верно со стороны самого рождения, то есть, как сказано выше, со стороны самой капли, которой суждено было быть глупой, и тогда человек находится в состоянии, когда «глупец не чувствует». Однако благодаря свету Торы он обретает ощущение добра и зла, и вплоть до того, как сказано выше, что через осознание зла, полученное благодаря свету Торы, он удостаивается затем раскрытия глаз.

Однако следует спросить: почему Святой, благословен Он, определяет капле быть глупцом? Ведь кажется, будто Святой, благословен Он, изначально делает так, чтобы человек был не в силах преодолеть свойства, с которыми родился. Объяснить это можно так, как говорил господин мой, отец и учитель, благословенна память праведника: нередко Святой, благословен Он, совершает по отношению к человеку такое действие, которое выглядит так, словно Сам Святой, благословен Он, действует во вред человеку. Но ведь против этого можно возразить, исходя из правила: «Святой, благословен Он, не придирается (то есть не предъявляет несправедливых претензий) к Своим творениям»? Зачем же Творец поступил так, что человеку кажется, будто Святой, благословен Он, лишил его сил преодолеть [свою природу]?

И ответ таков: Святой, благословен Он, желает, чтобы творения знали, что действия Его, упаси Б-г, ничем не ограничены. То есть, поскольку достижение слияния с Творцом зависит не от человека, но приходит исключительно благодаря помощи свыше, когда Творец дает человеку вторую природу, называемую «желанием отдавать», — для Творца нет никакой разницы, большую или малую помощь требуется ему оказать. Точно так же следует объяснить и здесь: то, что Святой, благословен Он, определяет капле быть глупцом, нужно для того, чтобы человек знал: для Святого, благословен Он, нет различия между тем, велики силы человека или малы, великий ли он мудрец или глупец. Если только человек приходит к пониманию, что нужно просить Творца о помощи, Святой, благословен Он, помогает ему, как сказано выше. Ведь после того как он получил свет Торы благодаря изучению Торы ради собственного удовольствия — что называется «желанием получать ради собственной пользы», — если он просит Творца, то удостаивается того, что Творец открывает ему глаза и он видит перед собой мир, исполненный высшего совершенства.

И на основании сказанного мы можем истолковать слова мудрецов (Таанит 7): «Всякому, кто занимается Торой ради нее самой (лишма), Тора становится ему снадобьем жизни; а всякому, кто занимается Торой не ради нее самой (ло лишма), она становится ему смертоносным ядом».

И согласно этому возникает трудность: ведь человек, пока еще не удостоился того, чтобы его дела были во имя Небес, пока не в силах учиться лишма, — как же тогда мудрецы сказали (Песахим 50б): «Пусть человек всегда занимается Торой и заповедями не ради них самих (ло лишма), ведь из [занятий] ло лишма приходят к лишма»? Как же можно говорить, чтобы человек сначала учился ло лишма, ведь он тем самым вводит в себя смертоносный яд?!

И истолковать это следует вышеупомянутым путем: ведь человек, рожденный от четырех основ, пока еще не имеет отношения ни к дурному началу, ни к доброму началу. Но, как сказано выше в словах автора «Сулама», благодаря тому, что человек изучает Тору ради собственного удовольствия — что называется «ло лишма», то есть ради собственной пользы, — тем не менее благодаря кроющемуся в ней свету (как сказано выше в «Суламе»: «благодаря кроющемуся в ней свету он почувствует низость, присущую природе получения ради себя, и тогда решит отдалиться от природы получения и целиком посвятит себя работе лишь ради отдачи, и тогда Творец откроет ему глаза»).

Стало быть, смысл в том, что лишь благодаря свету Торы во время учебы ло лишма кроющийся в Торе свет даст ему понять и почувствовать: если он будет учиться лишма, то есть ради отдачи, то удостоится света жизни — увидит мир, исполненный всякого блага. Если же нет, но останется в получении ради себя, то его состоянием станет «смертоносный яд»: то есть он почувствует тогда всю порочность получения ради себя, из-за которого остается отделенным от Жизни жизней.

Получается, что именно когда он начал учиться ло лишма, свет Торы дает ему понять, что такое «снадобье жизни» и что такое «смертоносный яд», и благодаря этому он удостоится затем раскрытия глаз и увидит мир, исполненный всякого блага.