Что означает в работе: «Нет ничего, у чего не было бы своего места»

Мудрецы (ХАЗАЛЬ) сказали (Берешит Раба 68:9), и вот их слова: «Почему дают иносказательное имя Святому, благословен Он, и называют Его Местом? Потому что Он — место мира, а не мир — Его место. Из чего [это следует]? Из того, что написано: «Вот место при Мне…» (Шмот 33:21). Выходит, Святой, благословен Он, — место мира, а не мир — Его место». И так же сказали они (Авот 4:3): «Нет ничего, у чего не было бы своего места». И нужно понять, чему это учит нас в работе.

Слово «место» в работе следует понимать как место нехватки. То есть если у человека есть какая-то нехватка, можно сказать, что у него есть место, чтобы принять наполнение на эту нехватку. Но если нехватки нет, нельзя говорить о том, что он способен наполнить, ведь ему нечего наполнять. Подобно тому, как если человек не голоден, он не может есть — это означает, что у него нет места, чтобы утолить свой голод; или если он не испытывает жажды, он не в силах пить воду, потому что у него нет места, чтобы принять наполнение.

Исходя из сказанного, можно объяснить, в чем разница между «местом мира» и выражением «Благословен Творец» (Барух а-Маком, буквально: «Благословенно Место»), то есть местом Святого, благословен Он. Применительно к работе это означает, что Святой, благословен Он, — место Своего мира. То есть исправление творения состоит в том, что место Творца — нехватка, называемая «местом Святого, благословен Он», — заключается в желании Творца отдавать; именно это и есть [Его] нехватка.

То, о чем применительно к Творцу можно говорить как о нехватке, — это Его желание творить добро Своим созданиям. И когда в мире раскроется нехватка в этом самом желании отдавать — то есть когда творения захотят отдавать подобно Творцу, — тогда мир утвердится в совершенстве. Ведь тогда Творец сможет излить на них благо и наслаждение. Почему? По той причине, что получение блага и наслаждения пойдет путем исправления.

Однако «не мир — Его место». То есть та нехватка, то желание, которое присуще миру — само желание получать, — совершенно не относится к Творцу: ведь от кого Ему получать? Поэтому «Он» — желание отдавать, присущее Творцу, — это то, что Его мир должен принять на себя, а не пользоваться природой желания получать, с нехваткой которого родилось творение, называемое «сущим из ничего» (еш ми-аин); ведь именно оно называется «местом мира».

И вся работа человека заключается лишь в том, как выйти из природы желания, заложенного в мире, и обрести иное желание — желание отдавать. И это тяжелая работа. Достичь же этого можно только с помощью Торы, как сказали мудрецы: «Сказал Святой, благословен Он: „Я создал дурное начало, Я создал Тору как приправу [к нему]“». Ведь именно благодаря Торе можно выйти из-под власти желания получать для себя и обрести желание отдавать, поскольку это — вторая природа, обрести которую помогает только свет Торы.

Получается, что Он, то есть Творец, — место мира: это означает, что мир должен прийти к нехватке Творца и постичь ее, то есть желание отдавать. Однако Его мир — желание получать, та нехватка, которая дана миру со стороны сотворения как желание получать ради себя, — вовсе не является нехваткой Творца.

Поэтому и говорят: «Благословен Творец». То есть когда человек удостаивается принять свойство нехватки Творца, которое есть желание отдавать, он благодарит Творца за то, что Творец дал ему Свое место — желание отдавать, присущее Творцу. И человеку необходимо достичь этой ступени — чтобы у него появилось желание отдавать. Поэтому и говорят: «Благословен Творец», благодаря за то, что Он дал нам Свое место, то есть Свою нехватку — желание отдавать; ведь именно это желание Творца Творец может наполнить благом и наслаждением.

Исходя из сказанного, можно объяснить то, о чем мы спрашивали: что означает в работе правило «нет ничего, у чего не было бы своего места». Смысл в том, что то, чего человек хочет достичь, — а именно желание отдавать, нехватку чего он ощущает, — требует от него предварительной работы. У того, чего он стремится достичь, то есть у желания отдавать, сначала должно появиться место, то есть подлинная нехватка. И это выражается двояко:

1) Чтобы он ощущал, что этого ему недостает.

2) Чтобы он чувствовал, что помочь ему может только Творец, а сам человек ни в коем случае не способен выйти из-под власти желания получать ради себя.

В этом и состоит смысл слов «нет ничего, у чего не было бы своего места». То есть порядок работы таков: сначала человек должен подготовить место, то есть нехватку, а затем Творец дает ему наполнение на его нехватку.

Однако следует знать: хотя основа работы человека — прийти к осознанию того, что ему недостает желания отдавать, и молиться Творцу, чтобы Тот восполнил его нехватку и дал ему это желание, человек должен также идти правой линией (кав ямин), которая считается свойством совершенства. То есть человек должен чувствовать себя совершенным. И это нужно для того, чтобы он был в силах благодарить Творца. Ведь когда человек молится о чем-то, чтобы Творец наполнил его нехватку, он называется «проклятым», а «проклятый не прилепляется к благословенному».

Поэтому мудрецы сказали (Брахот 32а): «Человек всегда должен сначала вознести хвалу Святому, благословен Он, а затем молиться». Причина в том, что когда человек возносит хвалу Святому, благословен Он, — ведь если человек видит величие Святого, благословен Он, то непременно восхваляет Его, — он оказывается в состоянии совершенства, то есть находится в состоянии благословения. И раз «благословенный прилепляется к благословенному», человек может притянуть благословение свыше.

И порядок должен быть таким: человеку нужно найти в себе какое-то благо, данное ему Творцом. И хотя сейчас он пребывает в нехватке, ему необходимо пробудить в себе памятные записи (решимот) о том добре, которое он когда-то получил от Творца и за которое может вознести Ему благодарность. Не имеет значения, от чего именно человек получал наслаждение, — важно лишь то, что он наслаждался этим. И сейчас он благодарит за это Творца. Тем самым он приходит в состояние совершенства.

Иными словами, тогда он был в мире с Творцом, поскольку Творец доставлял ему наслаждение. Тогда человек уже способен радоваться тому, что у него было. И теперь он может прийти к Творцу с просьбой о помощи, ведь он не находится в состоянии печали, когда кажется, что ему хуже всех людей на свете, — а это называется состоянием «проклятого», тогда как «проклятый не прилепляется к благословенному». Теперь же он пребывает в свойстве «благословенного». Поэтому человеку нужно искать у себя нечто такое, за что он был бы в силах вознести благодарение Творцу.

И в этом смысл написанного: «И пусть не являются пред лицо Мое с пустыми [руками]» (Шмот 23:15). Это следует толковать так, как сказано выше: когда человек приходит просить о чем-то Творца, он не должен быть пустым — то есть ощущать, будто у него вовсе ничего нет. Человек должен сначала постараться найти в себе что-то такое, что дал ему Творец и за что он благословляет Творца.

И затем он может просить Творца, как сказано выше, ведь он думает о том, что получил от Творца. В таком случае у него уже есть связь с Творцом: Творец дал ему что-то — не важно что именно, важно, что он способен вознести Ему благодарность. Связь с Творцом уже установлена благодаря тому, что человек доволен тем, чем наделил его Творец.

И поскольку сейчас он пребывает в совершенстве в отношениях с Творцом, это служит верным средством (сгула) к тому, чтобы Творец исполнил его прошения. Ведь, как говорил мой отец и учитель, благословенна память праведника, благодаря этому «благословенный прилепляется к благословенному». И потому нужно очень остерегаться, чтобы не упасть в клипу уныния: тогда человек оказывается в разобщении с Творцом, чего не происходит, когда он пребывает в свойстве «благословенного».

И главное, о чем человек должен заботиться, — быть среди «удостоившихся» (заха): ему следует молиться Творцу о том, чтобы удостоиться. Ведь когда человек находится в свойстве «удостоился», у него есть тяга к Торе и молитве. И все, относящееся к святости, что он видит, находит милость в его глазах. Он обретает душевный подъем, поскольку чувствует вкус жизни во всем, что имеет отношение к святости.

Тогда как если он «не удостоился» (ло заха), все происходит прямо противоположным образом. А именно: у него нет тяги к Торе и молитве. И к какому бы делу святости он ни приступал, все делается им лишь по принуждению. И когда он дает себе искренний отчет, то признает, что все связанное со святостью ощущается им как смертельный яд, так что ему хочется поскорее убежать от всего, что его окружает.

И хотя он видит, что люди в его окружении занимаются Торой и заповедями и во время своих занятий испытывают душевный подъем, его тело находит оправдание: если бы эти люди ощущали тот же вкус, что и он, они наверняка были бы ничем не лучше его. А порой он даже не думает оправдываться, почему они способны, а он — нет. Иначе говоря, того, что другие с воодушевлением занимаются служением — как в Торе, так и в молитве, — для него самого еще недостаточно, чтобы из-за этого почувствовать влечение к работе. И действительно, следует сказать: поскольку этот человек находится в свойстве «не удостоился», его «Тора становится для него смертельным ядом».

На основании сказанного можно объяснить слова мудрецов (Йома 72б): «Сказал рабби Йеошуа бен Леви: что означает написанное: «И вот Тора, которую положил Моше…» (Дварим 4:44)? Удостоился — становится для него снадобьем жизни; не удостоился — становится смертельным ядом».

И в русле духовной работы это следует объяснить так, как сказано выше: если человек удостоился, его Тора становится для него снадобьем жизни. То есть он чувствует вкус жизни в Торе и молитве, а также во всем, что относится к святости. Если же он, упаси Б-г, не удостоился, то его Тора становится для него смертельным ядом: он ощущает в Торе и работе вкус смертельного яда и хочет убежать как от Торы, так и от работы, а все то, что он все-таки делает, совершается исключительно по принуждению.

Однако следует знать, что порядок работы человека включает в себя две ступени:

1) ло лишма (не ради отдачи),

2) лишма, то есть ради отдачи.

И как говорится в «Предисловии к Книге Зоар» (пункт 29), вот его слова: «Знай, что наша работа на протяжении семидесяти лет нашей жизни делится на четыре периода:

Первый период — обрести чрезмерное желание получать без всяких пределов, во всей его испорченной мере, под властью системы четырех нечистых миров АБЕА. Ведь если бы у нас не было желания получать, мы вообще не смогли бы его исправить: никто не исправляет того, чего в нем нет. Поэтому клипот должны властвовать над человеком и наделять его своими светами, чтобы доставить человеку весь материал, над которым ему предстоит трудиться и исправлять его. И это продолжается до тринадцати лет.

Второй период — с тринадцати лет и далее, когда сила дается точке в его сердце, представляющей собой тайну обратной стороны (ахораим) нефеш святости, которая облачена в его желание получать от самого рождения. Однако пробуждаться она начинает только после тринадцати лет (по упомянутой выше причине). И тогда он начинает входить под власть системы миров святости, при этом основная величина желания получать устремлена исключительно к духовному. И все же это ступень несравненно более высокая, чем первая, ведь именно она приводит его к лишма, как сказали мудрецы: «Человек всегда должен заниматься Торой и заповедями ло лишма, ведь из ло лишма приходят к лишма». Завершающая же ступень этого периода состоит в том, что он воспылает любовью к Святому, благословен Он, с великой страстью, так что эта страсть не покидает его взора весь день и всю ночь. Подобно тому, как сказал пайтан: «Когда я вспоминаю о Нем, это не дает мне уснуть».

Третий период — это служение в Торе и заповедях лишма, то есть ради отдачи, а не ради получения награды; эта работа очищает заложенное в нем желание получать для себя и обращает его в желание отдавать. По мере же очищения желания получать он становится достоин и способен принять пять уровней души, называемых НАРАНХАЙ».

Из сказанного мы видим, что сначала нам необходимо работать в состоянии ло лишма — то есть обрести желание и тягу к свету наслаждения, облаченному в Тору и заповеди. Эта работа состоит в том, что человек трудится ради собственной пользы: он занимается духовной работой ради того, чтобы наполнить желание получать наслаждениями, которые гораздо выше материальных. Получается, что эта работа, называемая «ло лишма», совершается им лишь ради обретения душевного удовлетворения, а не ради того, чтобы доставить радость своему Создателю. То есть он выполняет заповеди и учит Тору ради собственной выгоды и совершенно не думает о том, чего желает Творец.

Когда человек начинает трудиться в состоянии ло лишма, чтобы получить душевное удовлетворение, он начинает чувствовать вкус в Торе и работе, у него возникает душевный подъем, он начинает ощущать любовь к Творцу и обретает очарование святости. Однако когда он хочет вступить в работу отдачи — то есть трудиться ради Творца, а не ради собственной пользы, — у него отнимают тот вкус, который он чувствовал, когда работал исключительно ради себя.

И это делается для того, чтобы он приучил себя работать ради Творца, а не ради собственной пользы. Но поскольку человек привык чувствовать вкус в служении во втором периоде, а теперь не ощущает той сладости, какую чувствовал во время работы ло лишма, он думает, будто потеря вкуса к работе, который был у него до перехода к служению лишма, произошла оттого, что он стал хуже, чем был тогда. Поэтому он говорит, что эта работа, по-видимому, не для него, и хочет бежать с поля боя.

На самом же деле человек должен верить: то, что он не чувствует вкуса в работе, происходит вовсе не из-за того, что он опустился со ступени, на которой стоял прежде. Напротив, сейчас его направляют свыше, чтобы он приучил себя работать во имя Небес и не смотрел на себя — получает ли он наслаждение от этой работы, — но приучал себя работать ради Небес. То есть как говорил мой отец и учитель, благословенна память праведника (приведено в книге «Порядок работы Бааль Сулама»): человек должен верить, что если он относит свой труд к Творцу, то Святой, благословен Он, принимает его работу, независимо от того, какой вид она имеет.

Выходит, что когда человек не чувствует вкуса в работе, он должен сказать себе, что сейчас ему представилась возможность трудиться исключительно ради Творца, то есть чтобы Творец насладился его трудом, — ведь сейчас человек не ощущает в работе никакого вкуса, о котором можно было бы сказать, будто этот вкус привлекает его.

Однако когда человек преодолевает себя и трудится ради того, чтобы Творец получил наслаждение от его работы, он должен стараться наслаждаться тем, что теперь у него появилось место для работы исключительно во имя Небес. И от этого человек должен получать душевный подъем. Ведь именно о такой работе сказано: «Служите Г-споду с радостью» (Теилим 100:2). То есть там, где человек видит, что у него есть работа, — когда он видит, что у него есть место для преодоления, поскольку тело непременно требует, чтобы наслаждение от труда получало желание получать, человек же должен преодолеть себя и действовать именно ради того, чтобы Творец насладился его работой (ведь сейчас человек не ощущает в ней вкуса, о котором можно было бы сказать, будто этот вкус влечет его), — именно это и называется «работой».

И от этой работы человек должен испытывать радость — оттого, что видит: теперь у него есть возможность выполнить работу исключительно ради того, чтобы доставить радость своему Создателю. Но именно здесь и начинаются подъемы и падения, по той причине, что каждый раз человеку дают ощутить правду — насколько он в действительности далек от этого, ведь это противоречит его природе.

Но следует спросить: почему Творец устроил так, чтобы человек не был способен своими силами преодолеть собственное кли получения, но нуждался бы в помощи Творца? Об этом говорил мой отец и учитель: если бы не то, что человек не может справиться сам, без помощи Творца, он увидел бы, что остается вне святости. И он объяснял причину: ведь если бы человек мог сам победить зло в себе, он ощущал бы вкус в работе и довольствовался малым. То есть человек чувствовал бы: слава Б-гу, он изучает Тору и исполняет заповеди, чувствуя при этом, что делает все во имя Небес, — чего же ему еще недостает? Поэтому он не видел бы, что ему еще необходимо прибавить, ведь он и в самом деле служил бы Творцу. А поскольку без нехватки человек не способен работать, он навсегда остался бы в малом состоянии святости (катнут де-кдуша).

Тогда как если человек видит, что он не в силах совладать с собой и сделать хоть что-то во имя Небес, и всякий раз у него происходят падения и подъемы, то благодаря этому он видит, что нуждается в помощи Творца. Помощь же, которую дает Творец, подобна тому, о чем говорится в святом Зоаре относительно сказанного: «Приходящему очиститься помогают». И спрашивает [Зоар]: «Чем помогают ему?» — и отвечает: «Святой душой (нишмата кадиша)».

То есть всякий раз он удостаивается более высокой души — по мере той помощи, о которой просит: сначала света нефеш, затем руах, пока не удостоится свойства НАРАНХАЙ своей души. Выходит, исходя из этого, что подъемы и падения, которые переживает человек, посылаются свыше намеренно, чтобы с их помощью он достиг постижения того, что относится к уровню его души.

Однако пока человек еще находится в свойстве ло лишма, и даже если он пока не достиг того ло лишма в виде великой страсти к Творцу, о котором говорилось выше при описании второго периода — «когда вспоминаю о Нем, это не дает мне уснуть», — ему все равно нужно начинать работу отдачи, а не ждать, пока он придет к такому состоянию ло лишма, именуемому «когда вспоминаю о Нем, это не дает мне уснуть». Ведь человек рискует остаться в этом свойстве навечно. Но после того как он достиг состояния ло лишма и чувствует вкус в работе, ему уже тогда дают свыше побуждение, чтобы он захотел сделать что-то ради отдачи. И вот тогда начинается подлинная работа — пока свыше ему не даруют само желание отдавать.