Что значит в духовной работе: «добрые дела праведников — это их порождения»

Раши приводит толкование мудрецов на стих: «Вот потомство Ноаха: Ноах, человек праведный...» (Берешит 6:9). Почему здесь не указаны имена сыновей: Шем, Хам и Яфет? Однако [написано]: «Вот потомство Ноаха: Ноах, человек праведный...» — чтобы научить тебя, что главное потомство праведников — это добрые дела.

И нужно понять: то, что сказали, будто потомство праведников — это добрые дела, — это знание предназначено другим людям, чтобы они знали это, или же сами праведники должны это знать? Известно, что на пути духовной работы всё изучают применительно к одному человеку. Выходит, то, что другие люди должны знать, каковы порождения праведников — добрые дела, [относится] также к одному телу. То есть сам праведник должен знать, что его порождениями должны быть добрые дела. И нужно выяснить относительно самого праведника: что добавляет ему это знание в духовной работе?

И чтобы понять это, сначала нужно узнать, что такое в духовной работе добрые дела и дурные дела. Добрые дела — ведь известно, что в исполнении Торы и заповедей следует различать уровень действия: человек исполняет Тору и заповеди в действии. То есть он верит в Творца, исполняет Его заповеди и определяет постоянное время для изучения Торы. Однако на намерение (кавана) он не обращает внимания, то есть [не задумывается], ради чьей пользы трудится: ради собственной ли пользы — чтобы благодаря исполнению Торы и заповедей получить награду, что называется собственной пользой, — или же он трудится ради пользы Творца, то есть не ради получения награды.

Разница же между ними в том, что пока человек всё еще трудится ради собственной пользы и погружен в получение ради себя, на которое произошло сокращение и скрытие, — то есть [не осуществляется] цель творения, состоящая в том, чтобы дать благо Своим творениям, — он не способен получить благо и наслаждение. Получается, что действия, совершаемые с намерением ради собственной пользы, называются дурными делами, ведь эти поступки отдаляют его от получения блага и наслаждения. Выходит, совершая действия, человек должен был бы выигрывать, а здесь он терпит урон из-за того, что находится в состоянии отделения от Творца.

Тогда как если человек совершает все свои дела ради пользы Творца, чтобы Творец получил от этого радость, — выходит, что он идет по пути, ведущему к слиянию (двекут) с Творцом, именуемому подобием формы. А когда есть подобие формы, сокращение и скрытие сами собой отступают от него. И тогда человек удостаивается блага и наслаждения, которые были заложены в замысле творения — дать благо Своим творениям. Поэтому действия, которые человек совершает ради пользы Творца, и называются добрыми делами: ведь они приводят человека к тому, чтобы удостоиться блага.

И в свете сказанного можно объяснить, почему праведник должен знать, что порождения праведников — это добрые дела. Известно, что порождениями называют плоды, которые представляют собой следствие предшествующего состояния, что именуется причиной и следствием, или порождающим и порожденным. Получается, когда человек исполняет Тору и заповеди и хочет быть праведником, как он может знать, праведник он или нет? Как сказали мудрецы (Брахот 61б): «Сказал Рава: пусть знает человек в душе своей, праведник он или грешник». Но как он может это узнать?

Поэтому и сказали: «Порождения праведников — это добрые дела». Если человек видит, что занятие Торой и заповедями порождает в нем добрые дела, то есть исполняемые им Тора и заповеди приводят затем к тому, что он делает всё ради отдачи, как сказано выше, — то есть ради пользы Творца, — это признак того, что он праведник.

Если же Тора и заповеди, которые он исполняет, не приводят к тому, чтобы затем родились следствия в виде добрых дел, но [рождают] дурные дела — то есть он трудится только ради собственной пользы, и это не приводит его к способности совершать добрые дела ради пользы Творца, — он не подпадает под определение праведника, хотя и исполняет Тору и заповеди со всеми их подробностями и тонкостями. Однако это верно лишь на пути духовной работы; в общем же смысле тот, кто скрупулезно исполняет Тору и заповеди, действительно называется праведником.

На стих: «Ноах был человек праведный, цельный в поколениях своих» (Берешит 6:9) Раши приводит толкование мудрецов: «Есть те, кто толкует это к похвале [его], и есть те, кто толкует это к укору». И нужно объяснить, почему одни толкуют к похвале, а другие к укору, — то есть в чем же истина?

На пути духовной работы, когда обо всем говорят применительно к одному человеку, оказывается, что и поколения означают не множество тел, а одно тело в разные времена. Если так, что же означают толкования к похвале и к укору? Вот в Предисловии к Книге Зоар (лист 140, и в «Суламе», пункт 140) сказано следующее: «День дню передает речь, и ночь ночи открывает знание» (Теилим 19:3). И управление добром и злом многократно вызывает у нас подъемы и падения. И знай, что каждый подъем поэтому считается отдельным днем, ведь из-за глубокого падения между ними, когда человек сожалеет о прежних [добрых делах], во время подъема он оказывается словно новорожденный младенец. И потому каждый подъем считается отдельным днем, и точно так же каждое падение считается отдельной ночью. А в Окончательном исправлении удостоятся возвращения из любви, ведь завершат исправление сосудов (келим) получения, чтобы они действовали только ради того, чтобы доставлять радость Творцу, благословен Он. И раскроются нам всё великое благо и наслаждение замысла творения. И тогда станет воочию видно, что все наказания, бывшие во дни падений... и тогда эти умышленные грехи действительно обращаются в заслуги. И в этом смысл слов: «День дню передает речь».

И в свете сказанного можно объяснить стих: «Ноах был человек праведный, цельный в поколениях своих» (Берешит 6:9) — что здесь можно толковать и к похвале, и к укору, и то и другое — истина. То есть если написано «в поколениях своих» во множественном числе, это означает, что поколение разделялось несколькими перерывами, и потому [говорится о] многих поколениях. И это возможно потому, что во время работы у него были падения и подъемы, и поэтому они разделились на несколько поколений.

Получается, что время падения называется свойством укора, как сказано в «Суламе», ведь порой доходят до того, что сожалеют о прежних [добрых делах], а большего укора и быть не может. Выходит, слова «одни толкуют к укору» относятся к падениям. И точно так же «другие толкуют к похвале» — то есть применительно ко времени подъемов, ведь это похвала: в это время он соединен со святостью.

А «цельным» (тамим, תָּמִים) называют то, что все поколения пришли к совершенству, именуемому цельностью. То есть человек удостоился Окончательного исправления, как сказано выше, когда завершили исправление сосудов получения, чтобы получать ради отдачи. Выходит, всё множество поколений, где посредине были перерывы — то есть падения, как сказано выше, — получило исправление и стало «цельным в поколениях своих». И в этом смысл того, что толкуют к похвале, и того, что толкуют к укору: и то и другое — истина, и из обоих складывается единое целое, называемое «цельным в поколениях своих».

Однако обычно те, кто занимается Торой и заповедями только на уровне действия, не знают таких подъемов и падений, чтобы дойти до сожаления о прежнем, поскольку пока человек не пытается нанести ущерб желанию получать, тело не слишком противится работе. Поэтому такие люди считают себя совершенными. И когда они смотрят в Тору, они видят себя так: слава Б-гу, всё не так уж страшно, более или менее они в порядке.

И это называется «глаз [определяет] лик Торы», то есть здесь следует различать две стороны:

1. Скупой [на отдачу] (букв. «узкий глазом») придает [свой] лик Торе: он толкует Тору с позиции скупости, именуемой «скупой на милосердие», поскольку ничего сверх собственной выгоды он вообще не понимает — как такое вообще может быть? Поэтому он толкует Тору так, чтобы никакой ущерб не коснулся его собственной пользы. И это подобно тому, как сказали мудрецы (Авода Зара 19а): «Человек учится только там, где желает его сердце». То есть если у него «узкий глаз», то и «глаз к лику Торы» оборачивается так, чтобы из этого произрастала любовь к себе.

2. Есть свойство благословенного глаза, как написано: «Тот, у кого добрый глаз, будет благословен» (Мишлей 22:9). Это означает: тот, у кого добрый глаз — то есть он любит отдавать, что прямо противоположно «узкому глазу», — желая трудиться ради отдачи, смотрит в Тору и видит во всех местах Торы, что человек должен трудиться ради отдачи. Это и значит, что он «учится там, где желает его сердце»: он видит, что трудиться нужно только ради отдачи. Выходит, что обладатель доброго глаза удостаивается благословений, называемых свойством хесед, удостаивается слияния. И благодаря этому он удостаивается затем блага и наслаждения, которые были заложены в замысле творения.

Выходит, человек должен вложить труд, чтобы обрести потребность в том, чтобы Творец помог ему и дал вторую природу, называемую желанием отдавать. Однако всякий человек хочет сначала получить награду, а потом уже готов работать. То есть каждый человек хочет, чтобы ему сперва дали желание отдавать, хотя он еще даже не понимает, зачем ему нужно это желание. Но он слышал, что награда, которую получают за труд, состоит в том, что с Небес дают желание отдавать. Поэтому он хочет, чтобы ему дали это желание, и всё его устремление — лишь к тому, чтобы не пришлось трудиться ради его обретения.

Однако нет света без кли. То есть человек должен предварительно приложить усилия, чтобы у него возникли желание и потребность в этом, ведь нет наполнения без потребности. Поэтому человеку приходится раз за разом испытывать падения: благодаря падениям он обретает потребность в том, чтобы Творец помог ему и дал силу победить заложенное в нем желание получать, чтобы он удостоился свойства желания отдавать.

И потому, когда мы просим Творца дать нам желание отдавать, чтобы обрести слияние с Ним, — ведь сами по себе мы не в силах одолеть свое желание получать и подчинить его, чтобы оно отменило себя и уступило место, чтобы желание отдавать властвовало над телом...

И порядок молитвы таков, как сказано: «Отец наш, Владыка наш (Авину Малькейну), сделай ради Себя, если не ради нас». И эти слова, на первый взгляд, трудно понять. Ведь по обычаю мира, когда просят человека о каком-то благодеянии, [не говорят ему]: «Сделай мне добро ради себя, то есть ради твоей собственной выгоды, а если не хочешь сделать мне добро ради своей выгоды, то сделай исключительно ради моей пользы!»

Ведь совершенно ясно: если тот не хочет сделать добро, даже когда это послужит к его собственной пользе, и всё равно отказывается, — то тем более, если ему от этого не будет никакого блага, он точно не станет делать одолжение! Если так, что же означают слова: «сделай ради Себя», а «если нет» — то есть если не ради Себя, — «сделай ради нас», то есть лишь ради нашей пользы? Разве такое возможно?

Но объяснить это следует так, как сказано выше. Мы говорим: «Отец наш, Владыка наш, сделай ради Себя!» — мы просим, чтобы Творец дал нам силу совершать все наши дела ради Тебя, то есть ради пользы Творца. «А если нет» — то есть если Ты нам не поможешь, тогда все наши дела будут совершаться только ради собственной пользы. И в этом смысл слов «если нет»: если Ты нам не поможешь, все наши поступки останутся лишь «ради нас», ради собственной выгоды, ведь у нас нет сил преодолеть свое желание получать. Поэтому помоги нам, чтобы мы могли трудиться ради Тебя, и потому Ты непременно должен помочь нам! И это называется: «сделай ради Себя» — соверши это действие, дай нам силу желания отдавать. Иначе — то есть «если нет» — мы пропали, то есть так и останемся в желании получать ради собственной пользы.

Однако человеку необходимо знать: нет света без кли, нет наполнения без потребности. Поэтому человек должен сначала почувствовать, что ему недостает желания отдавать. То есть то, что он хочет обрести желание отдавать, не должно быть для него чем-то вроде роскоши: мол, на самом деле он в порядке, просто ему недостает чуть большего совершенства. Знай: в духовном это не называется потребностью. Ведь в духовном всё должно быть совершенным: совершенный свет [требует] совершенной потребности. Излишество же совершенной потребностью не считается, и потому совершенный свет войти не может.

Поэтому свет, под которым понимают то, что Творец дает человеку желание отдавать, называется светом тшувы (возвращения).

Ведь пока человек не обретет желание отдавать, он находится под властью желания получать, которое противоположно святости, именуемой желанием отдавать, поскольку желание получать принадлежит клипот. Поэтому и сказали мудрецы: «Грешники и при жизни называются мертвыми».

И об этом написано в «Талмуде десяти сфирот» (лист 18, пункт 17), и таковы его слова: «И потому клипот называются мертвыми: из-за противоположности своей формы Жизни жизней они оказываются отсечены от Него, и нет в них ничего от Его изобилия (шефа), благословен Он. И потому тело, питающееся отбросами клипот, также оказывается отсечено от Жизни жизней. И всё это — из-за желания исключительно получать, и потому грешники и при жизни называются мертвыми».

И в свете сказанного человек не может получить желание отдавать, чтобы Творец ниспослал его ему, прежде чем у него появится совершенная потребность — то есть пока он не почувствует себя грешником из-за того, что находится под властью желания получать и отделен от Творца. И он хочет вернуться к Творцу (совершить тшуву) — то есть вернуться и прилепиться к Творцу, чтобы не быть отделенным, ведь разделение порождает смерть, как сказано выше: «Грешники и при жизни называются мертвыми».

Выходит, если человек не чувствует себя грешником, у него нет совершенной потребности в том, чтобы Творец оказал ему помощь — [дал] силу желания отдавать, которую мой отец и учитель называет «второй природой». Поэтому в плане духовной работы бессмысленно говорить о человеке, что он возвращается к Творцу, до тех пор, пока он сперва не ощутит, что он грешник.

А затем он просит Творца о помощи, поскольку желает вернуться к Нему. И он видит, что не в силах совершить возвращение без помощи Творца. Поэтому в таком состоянии, когда у него есть совершенная потребность, называемая совершенным кли, он готов получить от Творца полную помощь — то есть желание отдавать.

Однако мудрецы сказали: «Человек не выставляет себя грешником» (Ктубот 18б). Причина же в том, что в духовной работе, когда человек совершил проступок и повторил его, — сказали мудрецы, — это становится для него словно дозволенным. Если так, человек не признает себя грешником настолько, чтобы можно было сказать, будто у него есть совершенное кли, — то есть что он действительно настолько удален от Творца, что ощущает себя мертвым. Иными словами, высказывание «грешники и при жизни называются мертвыми» следует понимать так: когда человек может сказать, что чувствует себя грешником перед Творцом? Можно сказать: тогда, когда он ощущает себя мертвым. То есть когда он видит, что в нем нет никакой жизненной силы святости, тогда он и чувствует себя грешником.

Если так, откуда у человека берется это ощущение? Ответ таков, как мы говорили в предыдущих статьях: это знание и ощущение приходят Свыше. Как написано в святом Зоаре на стих: «Или станет известен ему грех его, которым он согрешил...» (Ваикра 4:23) — и [Зоар] спрашивает: «Кто дал знать?» И отвечает: «Творец дал ему знать». Выходит, что и это знание, и ощущение того, что он согрешил, тоже приходят Свыше. То есть и потребность, и наполнение — и свет, и кли — приходят Свыше.

Но известно, что для всего необходимо пробуждение снизу (итъарута де-летата). Ответ в том, что человек должен сначала совершать добрые дела. То есть порядок работы начинается с того, что человек хочет делать добрые дела, — а это значит, что он хочет действовать ради пользы Творца, что именуется «во имя Небес». И тогда, благодаря тому, что он хочет приблизиться к Творцу и думает, будто ему не хватает лишь немного совершенства, а на самом деле он в порядке, — поскольку Свыше видят, что он хочет приблизиться к Творцу, ему начинают шаг за шагом раскрывать истинный изъян, который в нем есть: что он абсолютно, совершенно удален от Творца.

И это вовсе не так, как он думал прежде, будто ему недостает лишь немного совершенства: Свыше ему раскрывают, насколько он удален от Творца по противоположности формы, пока человек не ощутит себя грешником перед Творцом, неспособным сделать хоть что-то ради того, чтобы доставить радость своему Создателю.

И тогда он приходит к ступени грешника и видит, что в нем нет никакой жизненной силы святости, но он буквально мертв. И тогда у него появляется совершенная потребность, называемая совершенным кли. Тогда возникает место для того, чтобы Творец дал ему совершенный свет — то есть полную помощь, а именно желание отдавать. И это называется тем, что человек становится вернувшимся к Творцу.

Однако следует знать, что в порядке духовной работы нужно различать: перед нами есть свойство веры, являющееся ступенью выше знания и называемое «установлением» (хок), и есть свойство Торы, называемое «законом» (мишпат). И говорил мой отец и учитель, благословенна память праведника, что «установление» — это вера выше знания, а «закон» — это Тора, где [постижение происходит] именно внутри знания. И он приводил слова: «Тот, кто не знает повеления своего Господина, как он сможет служить Ему?» Поэтому человек должен стараться понимать слова Торы, что называется свойством закона.

И в этом смысл написанного: «И взял себе Лемех двух жен: имя одной — Ада, а имя второй — Циля» (Берешит 4:19). И нужно понять: чему это учит нас в духовной работе — сколько у него было жен? И зачем знать их имена? Суть же в том, что имя Лемех (לֶמֶךְ) состоит из тех же букв, что и мелех (מֶלֶךְ). Это намекает нам, что человек должен совершать благие сочетания [букв], цель которых — удостоиться ощутить, что есть мелех мира, и человеку выпадает великая честь, если он служит мелеху мира.

А суть «жен» — это свойство помощницы, как написано: «Нехорошо быть человеку одному, сделаю ему помощника под стать ему» (Берешит 2:18), ведь под «женой» имеется в виду помощница. То есть в той мере, в какой она помогает ему, она и называется женой — восполняет его работу благодаря тому, что он пользуется ее свойством. Поэтому считается, что она помогает ему достичь своего совершенства.

И следует знать, что совершенство служения состоит из двух сторон:

1. Свойство заповеди (мицва);

2. Свойство Торы.

Известно, что заповедь относится к вере выше знания. А знание уподобляется солнцу, как сказано: «Если ясно тебе дело, как день [при свете солнца]». Получается, что «выше знания» противоположно солнцу, и это называется свойством тени. И в этом смысл того, что если человек хочет ощутить, что есть Мелех, он должен взять свойство тени (цель, צֵל), то есть веру выше знания, — что и означают слова: «а имя второй — Циля» (צִלָּה). То есть он получает помощь, чтобы удостоиться служить Мелеху посредством веры. Однако это еще не считается совершенством: ведь тень над солнцем, то есть то, что пребывает выше знания, где должна быть вера, — еще не полное совершенство духовной работы.

Необходимо также и свойство Торы, называемое свойством закона (мишпат) и знания, ведь то, чего не понимают, не входит в категорию Торы, но относится к категории веры. Тора же называется свойством свидетельства (эдут). Ведь, как известно, не бывает свидетельства с чужих слов, но лишь на основании видения, поскольку видение называется знанием.

И в этом смысл написанного: «имя одной — Ада», что происходит от слова «свидетельство» (эдут, עֵדוּת): человек должен получить помощь от помощницы, именуемой женой, которая помогает ему со стороны Торы, являющейся светом, а не тенью. И только когда у него есть свойства Торы и заповеди, он зовется совершенным человеком.

Ада (עָדָה) = свидетель Творца (эд а-Шем), [свидетель] о Творце (аль а-Шем) — это Тора, называемая свидетельством.

Циля (צִלָּה) = тень Творца (цель а-Шем), то есть тень ради Творца (цель аль а-Шем), — это вера.